Дело № 2-1362/2025
73RS0004-01-2025-001815-36
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г.Ульяновск 12 мая 2025 года
Заволжский районный суд г.Ульяновска в составе:
председательствующего судьи Постаноговой А.Ф.
при ведении протокола секретарем судебного заседания Чичковой В.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последний недействительности сделки. В обоснование иска указала, что 10.01.2024 между ней и ответчиком ФИО2 был заключен договор дарения доли квартиры (31/100), расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №. К заключению указанного договора ее подтолкнуло состояние ее здоровья: с 2015 ей был поставлен диагноз – №. ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена 1 группа инвалидности. В связи с тяжелым состоянием здоровья и наличием фактически неизлечимого заболевания, было тяжело выполнять бытовые работы по дому из-за ограничений по здоровью. Это затрудняло выполнение повседневных задач (уборка, приготовление пищи и т.д.), была необходима помощь. Истец обратилась к знакомой ФИО2, которая оказывала помощь в бытовых вопросах, помогала по хозяйству в квартире. Взамен истец оформила договор дарения доли квартиры с ответчиком. 10.01.2024 оформили договор у нотариуса. Договор дарения был заключен между истцом и ответчиком с условием, что ответчик будет ухаживать за истцом до ее смерти. Однако, после госпитализации истца в Хоспис, ответчик уехала из г. Ульяновска. Истец подписала договор дарения под моральным убеждением со стороны ответчика, которая ввела истца в заблуждение, обещав оказывать уход и помощь. В момент подписания договора ФИО1 была в подавленном состоянии из-за заболеваний. Полагает, что действия ответчика должны быть классифицированы как сокрытие сделки ренты в силу чего договор дарения является притворной сделкой, поскольку не соответствовал действительной воли истца. Руководствуясь ст.178 ГК РФ, просила признать недействительным договор дарения доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО2 от 10.01.2024, применить последствия недействительности сделки и аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации прав на долю квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
В судебном заседании истец, заявленные требования поддержала, просила их удовлетворить, дополнив, что с ФИО2 знакома с 2019 года, до подписания договора дарения ФИО2 всегда помогала ей, она выписала на ФИО2 доверенность, чтобы ответчик могла получать ей пенсию. Родственники истца проживают в Самарской области, с ними не общается. После заключения договора дарения в январе 2024 года ФИО2 сказала, что собирается уехать в Грузию, когда уехала звонить перестала. Перед подачей иска в суд истец созванивалась с ФИО2, просила вернуть долю в квартире, последняя предлагала сначала оплатить все расходы, связанные с оформлением сделки у нотариуса, однако такими денежными средствами истец не располагает, с учетом состояния здоровья. Указала, что при оформлении сделки у нотариуса, последняя спрашивала истца, добровольно ли она заключает указанный договор, на что ФИО1 отвечала согласием, поскольку хотела подарить долю квартиры ФИО2 в знак благодарности, при этом ответчик уверила ее, что будет осуществлять за ней уход и истец доверилась ей. Таким образом, ответчик, зная о том, что ФИО1 страдает онкологией, стала уговаривать переоформить на нее долю в квартире, при этом, пообещала ухаживать за ней, содержать до самой кончины. При заключении договора присутствовали только истец и ответчица, нотариус текст договора зачитывала вслух.
Представитель истца ФИО3 в судебном заседании поддержал исковые требования истца, дополнив, что истица никогда не имела намерений безвозмездно отдать свое имущество, поскольку другого жилья не имеет и нуждается в посторонней помощи и уходе. Заключила договор дарения доли в квартире, в обмен на ее встречные обязательства ухаживать за истицей, содержать до смерти. С учетом преклонного возраста и состояния здоровья, истица оказалась в тяжелой жизненной ситуации, в полной зависимости от постоянного постороннего ухода и помощи ФИО2, которая воспользовалась ее беспомощностью и обманом лишила имущества. После заключения спорного договора никаких реальных действий по его исполнению ответчицей произведено не было, фактической передачи доли квартиры не было, истица сохранила регистрацию в спорном доме, продолжает в нем проживать, свои вещи из дома не вывозила. Ответчица, после заключения спорного договора, в квартиру не вселялась. Истица не подозревала ни о каких изменениях в своем правовом статусе в отношении доли в квартире, до настоящего времени, исправно, оплачивает коммунальные платежи. Договор дарения фактически является возмездной сделкой, по которой с даты ее заключения истица должна была получать от ответчицы необходимую ей помощь и уход. Возраст истицы, в сочетании с состоянием ее здоровья, доверительное отношение к ответчице, не позволили ей правильно понять содержание заключенного договора. При заключении договора дарения, волеизъявление истицы не соответствовало ее действительной воле, поскольку договор дарения заключен исключительно с единственной целью получения необходимой помощи от ФИО2
Ответчик ФИО2 в судебном заседании не участвовала, представила возражения, в которых исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, пояснив, что воля на заключение спорного договора была именно истца. На протяжении нескольких лет она периодически оказывала помощь истцу по хозяйству безвозмездно. В 2023 году опухоль у истца начала разлагаться, она начали заживо гнить, никто за ней не хотел ухаживать. Из чувства сострадания она делала для истца все, чтобы ФИО1 лучше себя чувствовала, помогала пройти специалистов для оформления инвалидности. В поликлинике ФИО1 отказывались делать перевязки, перевязки она делала истцу сама, потом обрабатывала комнату, рисковала своим здоровьем, а также здоровьем своего мужа, который с 2020 г. также находится на инвалидности с заболеванием сердца. 4 месяца, в любую погоду она приезжала к ФИО1 делать перевязки. Врачи рекомендовали оформить ФИО1 в Хоспис. ФИО2 сначала переживала, но видя, что ФИО1 нравятся условия и уход, была за нее спокойна. Оформляя договор дарения доли квартиры ФИО1 знала, что ФИО2 никогда ей не обещала уход до самой смерти, при этом говорила, что муж желает вернуться на родину в Тбилиси, в связи с подходящим климатом. Кроме того, она предлагала забрать истца с собой, однако последняя отказалась, решив остаться в хосписе. Отметила, что при оформлении сделки, нотариус постоянно спрашивала ФИО1 о ее желании. Нотариусу также предоставлена справка от психиатра, что ФИО1 психически здорова. Указала, что комнату продавать не намерена, пока там проживает истец. Пояснила, что при оформлении договора ею было затрачено 92325 руб., истцу было предложено вернуть указанные расходы в обмен на комнату, однако истец отказалась, ссылаясь на отсутствие денежных средств.
Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области в судебное заседание не явился, судом извещен.
Третье лицо нотариус нотариального округа г. Ульяновска ФИО4 в судебное заседание не явилась, судом извещена.
Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, свидетелей, исследовав материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.
Согласно п. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Согласно положений ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Согласно п.п. 1-2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе, отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Согласно пункту 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно пункту 1 статьи 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.
В соответствии с пунктом 2 статьи 601 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).
При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.
Как установлено в судебном заседании, ФИО1 являлась собственником 31/100 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 62,2 кв.м., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права № от 02.08.2005 (л.д.12-13).
10.01.2024, между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения доли квартиры, согласно которому ФИО1 дарит, а ФИО2 принимает в дар в соответствии с условиями настоящего договора следующее имущество: – 31/100 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 62,2 кв.м., кадастровый № (л.д.15-17).
Данные обстоятельства подтверждается выпиской из ЕГРН и сторонами не оспариваются (л.д.35-38).
Согласно п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Договор дарения от 10.01.2024 оспаривается ФИО1 в судебном порядке по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ.
В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
В силу п. 2 ст. 178 ГК РФ, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Таким образом, исходя из смысла закона, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, перестает отвечать признакам сделки, поскольку выражает волю ее участников неправильно, искаженно, и соответственно приводит к иному результату, нежели тот, который они имели в виду.
В п. 1 ст. 178 ГК РФ названы случаи заблуждения, имеющие существенное значение, и этот перечень следует считать исчерпывающим. По смыслу ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть оспорена в связи с тем, что в результате действий одной из сторон по ее совершению имело место волеизъявление, не соответствующее действительной воле стороны, возникли иные последствия, нежели те, которые эта сторона имела в виду.
Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.
В обоснование иска истец указывает на то, что ответчик ввела её в заблуждение, перед подписанием договора.
В судебном заседании свидетель ФИО5 показала, что знакома с ФИО1 около 10 лет. Про ее диагноз узнала в 2023 г., когда она стала обращаться к врачам. Узнала от ФИО1, что ей помогает ФИО2, видела ответчика дома у ФИО1 с 2023 г. но про то, что между ними был заключен договор дарения узнала только, когда истец лежала в хосписе. Сразу заметила, что после заключения договора дарения ФИО2 поменялась, приезжала к ФИО1 только один раз, однако ФИО1 часто плохо себя чувствует, за ней нужен постоянный уход.
Свидетель ФИО6 показал, что ФИО1 являлась подругой его матери, знает ее около 15 лет. Узнал от супруги о заболевании истца в 2024 г. и что за ней уход осуществляет ФИО2 на денежные средства от пенсии истца. Ответчик и его мать также ранее были знакомы. От супруги узнал, что между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения доли квартиры, именно его супруга консультировала ответчика какую лучше заключить сделку между сторонами. Ранее ФИО2 снимала в г. Ульяновске жилье, потом уехала, что его очень удивило, поскольку все были уверены, что уход за истцом ФИО2 будет осуществлять до смерти ФИО1, в связи с ее заболеванием. Слышал, что весной 2024 г. ФИО1 лежала в хосписе.
Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснила, что с ФИО1 знакомы около 15 лет, она была подругой ее свекрови, которая умерла в 2018 г. Ей известно, что с конца 2023 г. уход за истцом осуществляла ФИО2, с которой она также общалась, знала ее ранее. ФИО2 поясняла, что осуществляет уход за ФИО1, получает ей пенсию, покупает продукты. У ФИО2 не было жилья. Поскольку свидетель имеет высшее юридическое образование, ответчик стала спрашивать ее, как лучше поступить, какой договор заключить с ФИО1, чем отличается договор дарения от завещания. Поясняла, что истец желает ей отдать долю квартиры за то, что она будет ухаживать за ней до ее смерти, планировала продать дом в Грузии. Потом узнала, что истец и ответчик заключили договор дарение в январе 2024 г. После этого ФИО2 стала ухаживать за ФИО1 все реже и реже, весной узнали, что она собирается уехать в Грузию. Из родственников истца знает только о сестре, с которой у ФИО1 не очень теплые отношения.
Суд оценивает показания указанных свидетелей как допустимые доказательства по делу, поскольку, эти показания логичные, последовательные, свидетели не заинтересованы в исходе дела.
Из материалов дела следует, что истец ФИО1 имеет первую группу инвалидности, страдает тяжелым онкологическим заболеванием.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что у ФИО1 в период подписания договора, а так же до настоящего времени, имеется заболевание, препятствующие осуществлению ею нормальной жизнедеятельности.
Договор дарения (в данном случае реальный договор) считается заключенным с момента непосредственной передачи дарителем вещи во владение, пользование и распоряжение одаряемого.
Согласно материалам дела, иного жилого помещения ФИО1 не имеет, до настоящего времени зарегистрирована и проживает по адресу: <адрес> (доля 31/100) (л.д.29). Из пояснений ФИО1 следует, что она по настоящее время несет расходы по оплате жилья и коммунальных услуг.
Как установлено в судебном заседании, после оформления договора дарения, уклад жизни ФИО1 не изменился. Она до настоящего времени продолжает одна проживать в комнате, как в своей собственной, без каких-либо ограничений пользуется ею. Истцу затруднительно обслуживать себя. До оформления договора дарения ответчик помогала ей в этом, после оформления договора дарения, ФИО2 перестала оказывать ей помощь. Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что сделка дарения доли квартиры фактически носила формальный характер.
Исходя из содержания статей 167, 178 572 ГК РФ, юридически значимыми обстоятельствами для вывода о состоявшемся договоре дарения является не только письменное ее оформление, но и факт передачи и принятия дара, должна быть выяснена действительная воля сторон с учетом цели договора.
Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля участника неправильно сложилась вследствие заблуждения, поэтому сделка влечет иные правовые последствия для него, нежели те которые он в действительности имел в виду, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он бы не совершил, если бы не заблуждался.
ФИО1 не осознавала, что в результате сделки она лишается права собственности на недвижимость, которая является для неё единственным и постоянным местом жительства. Истец как проживала в спорном жилом помещении до совершения сделки, так и осталась проживать в нем после сделки, зарегистрирована в ней по месту жительства. Она по прежнему владеет и пользуется жилым помещением, несёт бремя его содержания.
Суд считает установленным, что истец не имела намерений безвозмездно передать принадлежащее ей на праве собственности долю квартиры в собственность ответчика, считала, что оформляет договор пожизненного содержания, полагая, что за ней сохраняется право на спорную недвижимость до смерти.
Таким образом, данные обстоятельства фактически свидетельствуют о том, что у истца создалось неправильное представление о природе совершаемой ею сделки. Истец, подписывая договор дарения от 10.01.2024, заблуждалась относительно подписываемого ею договора, полагая, что фактически подписывают договор, по которому она будет иметь постоянный уход, получать какую-либо помощь, что соответствует условиям договора пожизненного содержания с иждивением. В судебном заседании истец отметила, что нотариус зачитывала договор, однако она понимала, что ФИО2 продолжит за ней ухаживать до ее смерти, как они и договаривались.
Доводы ответчика о понимании истцом существа сделки не нашли своего подтверждения в судебном заседании.
Изложенное свидетельствует о том, что в момент совершения оспариваемой сделки имело место заблуждение истца относительно природы сделки и ее правовых последствий. Таким образом, оспариваемый договор дарения является недействительным как совершенный под влиянием заблуждения.
Согласно ч.1 ст. 167 ГК РФ, Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 52 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.
Таким образом, суд, удовлетворяя иск, считает необходимым указать в резолютивной части решения, что оно является основанием для регистрации права собственности ФИО1 и для прекращения права собственности ФИО2 на спорный объект недвижимости – 31/100 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 62,2 кв.м., кадастровый №.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Удовлетворить исковые требования ФИО1.
Признать договор дарения 31/100 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 62,2 кв.м., кадастровый номер: №, заключенный 10 января 2024 года между ФИО1 и ФИО2 недействительным.
Применить последствия недействительности сделки, возвратить 31/100 долю квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 62,2 кв.м., кадастровый номер: №, в собственность ФИО1, исключив из ЕГРП сведения о регистрации права собственности на 31/100 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 62,2 кв.м., кадастровый номер: № за ФИО2 и восстановить запись о регистрации права собственности за ФИО1.
Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд г. Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья А.Ф.Постаногова
Дата изготовления мотивированного решения – 26.05.2025