УИД 51RS0016-01-2023-000794-71
Дело № 2-255/2025 Мотивированное решение изготовлено 21 мая 2025 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 мая 2025 года г. Кировск
Кировский городской суд Мурманской области в составе:
председательствующего судьи Чайка О.Н.
при секретаре Косныревой Н.В.
с участием истца ФИО1
представителя истца ФИО2
помощника прокурора Соловьевой Е.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Апатит», акционерному обществу «СЗФК» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,
установил:
истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Апатит» (далее – АО «Апатит») и Акционерному обществу «Северо-Западная Фосфорная Компания» (далее – АО «СЗФК») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.
В обоснование заявленных требований указал, что 19 декабря 2024 года у него было выявлено профессиональное заболевание – ..., проявления: ..., которое возникло в результате длительной работы истца в АО «Апатит» и АО «СЗФК» во вредных производственных условиях в профессии машинист бульдозера (общий стаж работы 38 лет 6 месяцев). Факт причинения вреда здоровью истца подтверждается актом о случае профессионального заболевания № 111 от 09 декабря 2024 г.
Согласно справке МСЭ-2023 № 0003057 степень утраты трудоспособности истца составляет ...
Указывает, что помимо выявленного профессионального заболевания истцу было установлено множество сопутствующих заболеваний, которые были приобретены им в процессе исполнения трудовых обязанностей, а именно: ...
Полагает, что полученным повреждением здоровья истцу были причинены значительные физические и нравственные страдания, который в том числе связаны с фактической невозможностью продолжения трудовой деятельности, а также невозможностью полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца.
Просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в общем размере 1 200 000 рублей, определив подлежащую взысканию с каждого из ответчиков сумму пропорционально от общего времени воздействия вредных производственных факторов, а именно: 523 200 рублей – с АО «Апатит» и 676 800 рублей – с АО «СЗФК».
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, настаивали на их удовлетворении в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. При этом истец суду пояснил, что испытывает ... что не позволяет ему вести образ жизни, привычный для здорового человека. Кроме того, пояснил, что имеет проблемы со .... Истец также пояснил, что при осуществлении трудовой деятельности он работал в карьере в пыли и холоде.
Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя и дополнительно суду пояснил, что ФИО1 лишен возможности работать, так как вынужден регулярно проходить обследования и лечения. Полагает, что выявленное у него профессиональное заболевание, с учетом множества сопутствующих заболеваний (13) доставляют ему физические и нравственные страдания, просил удовлетворить требования в заявленном размере.
Представитель ответчика АО «Апатит» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие. В представленных письменных возражениях иск не признал. Указал, что ФИО1 работал в АО «Апатит» во вредных условиях труда в профессии машиниста бульдозера на протяжении 10 лет 9 месяцев. При получении истцом профессионального заболевания неправомерные действия или бездействие ответчика отсутствуют. Истец, работая в указанных профессиях, был осведомлен о характере и вредных условиях труда, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Работодатель производил истцу повышенную оплату за работу в особых условиях труда, обеспечивал его необходимыми средствами индивидуальной защиты, бесплатным лечебно-профилактическим питанием, проводил периодические медицинские осмотры, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск и льготные путевки в санаторий-профилакторий. Указал, что с 03.06.2010 истец работал в АО «СЗФК», где осуществлял работу в условиях воздействия опасных, неблагоприятных производственных факторов. Полагает, что сами действия работника повлекли причинение ему вреда, поскольку право уволиться или перейти на более лёгкий труд принадлежит только самому работнику. Истец при поступлении на работу знал о работе во вредных условиях, за что ему предоставляются соответствующие гарантии: ранний выход на пенсию, доплаты и надбавки, лечебное питание, медицинское обслуживание. Также указывает, что истцом не представлено медицинское заключение о наличии профессионального заболевания, которым бы устанавливалась причинно-следственная связь между профессией, по которой работал истец и полученным им профессиональным заболеванием. Указывает о том, что заявленный размер компенсации морального вреда завышен и не обоснован. Кроме того, поскольку профессиональное заболевание возникло у истца в результате работы, в том числе и в АО «СЗФК», просит при удовлетворении требований истца применить пропорциональность отработанному в АО «Апатит» времени.
Представитель ответчика АО «СЗФК» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие. Представил письменные возражения, в которых указал на несогласие с заявленный размером компенсации морального вреда. Полагает, что в рассматриваемой ситуации отсутствуют неправомерные действия или бездействия работодателя, так как истец, работая в АО «СЗФК» на протяжении 14 лет 5 месяцев во вредных производственных условиях, был осведомлен о характере условий труда и добровольно, на протяжении длительного времени выполнял работы в указанных условиях. Кроме того, до трудоустройства в АО «СФЗК» ФИО1 также работал в должности машиниста бульдозера в АО «Апатит» в условиях вредных производственных факторов. При этом указал, что работодатель производил истцу дополнительную оплату за работу в особых условиях труда, обеспечивал работника необходимыми средствами индивидуальной защиты, проводил периодические медицинские осмотры, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск и льготные путевки. Полагает, что степень вины АО «СЗФК» в причинении истцу морального вреда не может быть высокой, поскольку работодателем предпринимались все возможные меры по стимулированию труда лиц, работающих во вредных условия, предоставлялись льготы, гарантии и компенсации. Указал, что сами действия работника повлекли причинение ему вреда, поскольку истец при поступлении на работу знал о работе во вредных условиях. Кроме того, указал, что истец контактировал с вредными производственными факторами у двух различных работодателей. Общий стаж работника во вредных условиях составляет 39 лет, из которых в АО «Апатит» ФИО1 отработал 14 лет 5 месяцев, в АО «Апатит» - 24 года 7 месяцев. Утрата трудоспособности истца на ... без установления инвалидности не препятствует трудовой деятельности с учетом ограничений по состоянию здоровья. Полагает, что нормы Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2022-2024 годы на истца не распространяются, поскольку он уволился из АО «СЗФК» в 2025 году, а нормы ОТС распространяются на работников, состоящих в трудовых отношениях. Просит в удовлетворении требований о взыскании денежной компенсации морального вреда в заявленном размере отказать.
Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав пояснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, медицинскую карту истца №..., заслушав заключение помощника прокурора, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить, в том числе безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на их рабочих местах, о существующих профессиональных рисках и их уровнях, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, имеющихся на рабочих местах, о предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.
Профессиональные риски в зависимости от источника их возникновения подразделяются на риски травмирования работника и риски получения им профессионального заболевания.
Выявление опасностей осуществляется путем обнаружения, распознавания и описания опасностей, включая их источники, условия возникновения и потенциальные последствия при управлении профессиональными рисками.
Опасности подлежат обнаружению, распознаванию и описанию в ходе проводимого работодателем контроля за состоянием условий и охраны труда и соблюдением требований охраны труда в структурных подразделениях и на рабочих местах, при проведении расследования несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также при рассмотрении причин и обстоятельств событий, приведших к возникновению микроповреждений (микротравм).
Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
В соответствии со статьей 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.
Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В соответствии с пунктом 29 Правил расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации № 1206 от 5 июля 2022 г. акт является документом, подтверждающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника в результате воздействия вредного производственного фактора (факторов) на его рабочем месте.
Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.
Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.
На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как разъяснено в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.
Таким образом, ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.
В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Из требований статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер денежной компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Как разъяснено в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В судебном заседании установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «Апатит» (прежние наименования – Производственное объединение «Апатит» им. ФИО3, АООТ «Апатит», ОАО «Апатит»), работая по трудовому договору на протяжении 24 лет 7 месяцев, в том числе в профессиях машиниста экскаватора (8 лет 4 месяца), машиниста скрепера (1 год 1 месяц), машиниста трубоукладчика (4 года 5 месяцев), машиниста бульдозера (10 лет 9 месяцев). В АО «СЗФК» истец работал на протяжении 13 лет 11 месяцев в должности машиниста бульдозера, трудовой договор расторгнут 30.01.2025 в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, по пункту 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями трудовой книжки, трудовых договоров, приказов о приеме на работу, переводах и расторжении трудового договора.
Стаж работы истца в организациях соответчиков во вредных производственных условиях составил 38 лет 6 месяцев.
Из акта о случае профессионального заболевания № 111 от 09.12.2024 следует, что профессиональные заболевания истца возникли в результате длительной работы во вредных производственных условиях на различных предприятиях: АО «Апатит» - в профессиях машиниста экскаватора, машиниста скрепера, машиниста трубоукладчика, машиниста бульдозера; АО «СЗФК» - в профессии машиниста бульдозера, когда ФИО1, когда ФИО1 из-за несовершенства с гигиенической точки зрения, технологического процесса, включая конструктивные недостатки механизмов, оборудования и рабочего инструментария, подвергался сочетанному воздействию вредных производственных факторов, в том числе основного фактора – общей вибрации, а также физическим перегрузкам и функциональному перенапряжению отдельных органов и систем соответствующей локализации (пункты 17, 20) (л.д.165-168).
Прямая вина кого-либо не установлена, однако выявлено нарушение выполнения требований п.1.5 СанПиН 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», раздела 5, табл.5.4 СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» (пункт 21).
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда № 09-02-03/40-24 от 02.05.2024 следует, что условия труда ФИО1 в профессии машиниста бульдозера в АО «Апатит» не соответствуют п. 1.5 СП 2.2.3670-20, раздел II табл. 2.1, раздел V п. 35, табл. 5.4, п. 36 табл. 5.5, табл. 5.75 СанПин 1.2.3685-21 (по вредным веществам химической этиологии, производственному шуму, вибрации локальной и общей, инфразвуку, напряженности трудового процесса); в профессии машинист бульдозера в АО «СЗФК» не соответствуют п. 1.5 СП 2.2.3670, раздел V п. 35, табл. 5.4, п. 36 табл. 5.5, табл. 5.75 СанПин 1.2.3685-21 ... (пункты 5, 22) (л.д.134-141).
В соответствии с медицинским заключением от 08.10.2024 № 143 установлена причинно-следственная связь между выявленными у ФИО1 профессиональными заболеваниями и профессиональной деятельностью.
Согласно сведениям Бюро № 4 – филиала ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области» ФИО1 впервые освидетельствован в период с 19.12.2024 по 29.01.2025, в результате чего инвалидность не установлена, установлена степень утраты профессиональной трудоспособности ... сроком на 1 год до 01.01.2026, что подтверждается актом медико-социальной экспертизы гражданина № АМСЭ-125-000226537 от 29.01.2025 (л.д.86-92).
В соответствии с имеющейся в амбулаторной медицинской карте ФИО1 выпиской из истории болезни № 559 от 14.10.2024, протоколом решения ВК № 143 от 08.10.2024 истец находился в стационарном отделении в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в период с 24.09.2024 по 14.10.2024 с диагнозами: ... и сопутствующими заболеваниями: ...
Согласно заключению лечащего врача с учетом санитарно-гигиенической характеристики № 09-02-03/40-24 от 02.05.2024, результатов обследования в стационарном отделении, анамнеза, впервые установлены профзаболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (общая вибрация). По профзаболеваниям противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами корпуса, при пониженной температуре воздуха, на высоте, с шумом, с ДЭУ, движущимися установками. Рекомендуется рациональное трудоустройство, направление на МСЭ. Также рекомендуется Д-наблюдение и профилактическое лечение профзаболеваний у невролога 2 раза в год по месту жительств. Ежегодное санаторно-курортное лечение. Д-наблюдение и лечение у хирурга (травматолога), терапевта, ЛОР-врача по месту жительства. Ежегодное обследование в клинике профзаболеваний.
Установленные обстоятельства подтверждаются письменными материалами дела.
Проанализировав установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что факт получения истцом в период работы у соответчиков поименованных в медицинских документах профессиональных заболеваний нашел свое подтверждение в судебном заседании. При этом полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на организм истца вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у соответчиков.
Необходимость прохождения истцом лечения и обследований в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями, получение такого лечения и обследований подтверждается данными исследованных в судебном заседании медицинской карты ФИО1 №..., представленной НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья».
Таким образом, по мнению суда, вина соответчиков в причинении истцу профессионального заболевания в период его работы в АО «Апатит», АО «СЗФК» является доказанной, и на соответчиках лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда. Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
Поскольку до настоящего времени моральный вред истцу соответчиками АО «Апатит», АО «СЗФК» не компенсирован, денежная компенсация морального вреда подлежит взысканию с соответчиков в пользу истца в судебном порядке.
Как разъяснено в п.47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Вместе с тем, изложенные представителями соответчиков доводы о предоставлении работнику в период его трудовой деятельности особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, медицинское обслуживание, лечебное питание и тому подобное, по мнению суда, не свидетельствуют ни об отсутствии вины соответчиков в причинении вреда здоровью истца, ни о наличии оснований для снижения объёма ответственности работодателей перед истцом, а свидетельствует лишь о предоставлении соответчиками своим работникам специальных гарантий, обязательных в силу действующего трудового законодательства для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.
В этой связи оснований для снижения объёма ответственности работодателей перед истцом в связи с причинением вреда здоровью истца с учётом степени вины работодателей в его причинении суд, в том числе по доводам представителей соответчиков, не усматривает.
Компенсация морального вреда, причиненного истцу, в связи с профессиональным заболеванием, полученным работником при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с требованиями трудового законодательства, коллективных договоров либо соглашений и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, к числу которых относится «Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2022-2024 годы», утвержденное 25 июля 2018 года Российским профессиональным союзом работников химических отраслей промышленности и Общероссийским отраслевым объединением работодателей «Российский союз предприятий и организаций химического комплекса» (далее – ОТС).
Отраслевое тарифное соглашение заключено в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, Федеральными законами: "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" от 12.01.1996 № 10-ФЗ, "Об объединениях работодателей" от 27.11.2002 № 156-ФЗ, Генеральным соглашением между общероссийскими объединениями профсоюзов, общероссийскими объединениями работодателей и Правительством Российской Федерации на соответствующий период, и направлено на обеспечение стабильной эффективной деятельности организаций химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности (далее - химический комплекс), защиту социальных, экономических прав и законных интересов работников, поддержание достойного уровня их жизни, регулирование социально-трудовых отношений между работодателями и работниками.
Отраслевое тарифное соглашение в силу статей 22, 45, 48 Трудового кодекса Российской Федерации является обязательным правовым актом для применения организациями химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации, к числу которых относится АО «Апатит».
На основании пунктов 6.1 и 6.1.1 Отраслевого тарифного соглашения работодатели в соответствии с действующим законодательством и коллективными договорами или локальными нормативно-правовыми актами, а также трудовыми договорами предоставляют работникам льготы и компенсации, в числе которых гарантии и компенсации за утрату профессиональной трудоспособности при исполнении работником трудовых обязанностей и в случае его смерти.
В силу пункта 6.1.2 Отраслевого тарифного соглашения работодатели осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством Российской Федерации) работникам, в том числе, в связи с профессиональными заболеваниями, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, связь с производственной деятельностью которых подтверждена материалами Актов специального расследования. Под возмещением вреда понимаются компенсации и выплаты в денежной форме потерпевшему работнику или его семье.
Порядок, правила, процедуры и сроки осуществления выплат с целью возмещения вреда при обстоятельствах, определенных в пункте 6.1.2 названного соглашения, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборного органа первичной (объединенной) профсоюзной организации предприятий, либо дополнительными (добровольными) страховыми программами, финансируемыми работодателями (пункт 6.1.3 Отраслевого тарифного соглашения) и изложены в пункте 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения.
Указанным пунктом установлены следующие гарантированные минимальные суммы выплат потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания – 30 % от заработка работника за два года.
В соответствии с частью 7 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашением может быть предусмотрено, что в случае невозможности реализации по причинам экономического, технологического, организационного характера отдельных положений соглашения работодатель и выборный орган первичной профсоюзной организации или иной представитель (представительный орган), избранный работниками в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, вправе обратиться в письменной форме к сторонам соглашения с мотивированным предложением о временном приостановлении действия отдельных положений соглашения в отношении данного работодателя. Стороны рассматривают это предложение и могут принять соответствующее решение о временном приостановлении действия отдельных положений соглашения в отношении данного работодателя.
Пунктом 1.4 Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2022-2024 годы предусмотрено право работодателя в случае невозможности реализации по причинам экономического, технологического, организационного характера отдельных положений Соглашения, в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения руководителя федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, о присоединении к соглашению, обратиться в письменной форме к Сторонам Соглашения с мотивированным предложением о временном приостановлении действия отдельных положений Соглашения в отношении данного работодателя. Стороны рассматривают это предложение и могут принять соответствующее решение о временном (в переделах срока действия Соглашения) приостановлении действия отдельных положений Соглашения в отношении данного работодателя.
Так, сторонами Отраслевого тарифного соглашения – Российским Союзом химиков и Росхимпрофсоюзом рассмотрено предложение АО «Апатит» о временном приостановлении действия отдельных положений Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2022-2024 годы и принято решение от 16 марта 2022 года о приостановлении в отношении АО «Апатит» действия, в том числе, подпункта 2 пункта 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения, устанавливающего порядок и размеры возмещения вреда, связанного с несчастным случаем на производстве и получением профзаболевания, на срок с 01.01.2022 по 31.12.2024.
Кроме того, Российским Союзом химиков и Росхимпрофсоюзом рассмотрено предложение АО «СЗФК» о временном приостановлении действия отдельных положений Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2022-2024 годы и принято решение от 22 октября 2024 года о приостановлении в отношении АО «СЗФК» действия, в том числе, пункта 6.1 Отраслевого тарифного соглашения, устанавливающего порядок и размеры возмещения вреда, связанного с несчастным случаем на производстве и получением профзаболевания, на срок с 01.01.2025 по 31.12.2027.
Как установлено судом, принятыми в АО «Апатит» и АО «СЗФК» коллективными договорами порядок осуществления выплат с целью возмещения вреда работнику, причиненного профессиональным заболеванием, не предусмотрен.
Реализация права на компенсацию морального вреда носит заявительный характер, поэтому встречная обязанность у работодателя по соответствующей выплате возникает с момента обращения работника.
Так, согласно пункту 6.1.8 Отраслевого тарифного соглашения основанием для выплаты компенсации морального вреда является, в том числе, заявление работника.
Сведений о том, что истец обращался к АО «Апатит» и АО «СЗФК» с заявлением о выплате компенсации морального вреда в материалы дела не представлено.
Принимая во внимание наличие между сторонами спора, учитывая, что в обоснование заявленного требования истец помимо приведенных выше положений Отраслевого тарифного соглашения также ссылается и на нормы статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, нормы гражданского законодательства, суд приходит к выводу о том, что размер денежной компенсации должен определяться в порядке указанной нормы трудового законодательства, поскольку действие Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2022-2024 годы, определяющего порядок и размеры возмещения вреда, связанного с профзаболеваниями, в отношении АО «Апатит» и АО «СЗФК» приостановлено решением Российского Союза химиков и Росхимпрофсоюза.
Учитывая, что данные решения приняты сторонами Отраслевого тарифного соглашения и по существу сводится к изменению его условий, что не противоречит положениям статьи 49 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой изменение и дополнение соглашения производится в порядке, установленном настоящим кодексом для заключения Соглашения либо в порядке, установленном соглашением.
Таким образом, не имеется правовых оснований для определения размера подлежащей истцу компенсации морального вреда в соответствии с положениями Отраслевого тарифного соглашения.
В соответствии с частью 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.
Однако, по мнению суда, указанная норма права рассчитана на ситуацию, когда неразделим сам вред, то есть невозможно установить, какое из действий и в какой мере явилось причиной данного результата. В данном же случае, можно четко определить, какое время ФИО1, отработал на каждом из предприятий в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, приведших к возникновению профессиональных заболеваний.
При этом, суд считает необходимым учесть, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями соответчиков, которые, в силу объективных причин, не имели возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты, в соответствии с нормами, что следует из актов о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника.
Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника, на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объем физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1, а именно: утрата его здоровья и трудоспособности имели место, полное восстановление здоровья истца невозможно, все полученные заболевания приобретены истцом в процессе исполнения им трудовых обязанностей у данных работодателей, что подтверждается медицинской документацией, исследованной в судебном заседании, полученные заболевания до настоящего времени сопровождаются болевыми ощущениями, требуют постоянного лечения, наблюдения и обследования, применения курсов лекарственной терапии, специализированного санаторно-курортного лечения; принятие истцом всех возможных мер для уменьшения размера ущерба своему здоровью (проведение своевременного и правильного лечения, следование рекомендациям врачей); объём нравственных страданий истца, связанных с ограничением обычной жизнедеятельности. У суда, нет оснований сомневаться в том, что заболевания истца сопровождаются постоянными болевыми ощущениями. Данные сведения подтверждаются материалами дела в полном объеме.
Решая вопрос о причитающейся истцу компенсации, суд считает заявленную истцом к взысканию сумму денежной компенсации морального вреда завышенной.
При определении суммы компенсации морального вреда суд учитывает Клинический рекомендации «Воздействие вибрации», утвержденные Министерством здравоохранения Российской Федерации в 2024 года, из которых следует, что заболевание полинейропатия очень опасно для здоровья человека, так как само по себе оно никогда не проходит и требует длительного лечения, реабилитации. Длительная мышечная слабость быстро приводит к уменьшению тонуса мускулатуры, а затем и к полной атрофии мышц, что в свою очередь опасно риском возникновения язв.
Исходя из установленных судом обстоятельств, учитывая требования разумности и справедливости, вышеприведенные выводы суда о степени вины работодателя в причинении вреда здоровью истца, а также то, что инвалидность истцу не установлена, утрата профессиональной трудоспособности составляет ... и таковая установлена на срок до 01.01.2025, то есть у истца имеется возможность работать с учетом ограничений по состоянию здоровья, учитывая конкретные подтвержденные при рассмотрении дела нарушения функционирования систем организма истца, а именно: поражения суставов, болевые ощущения в них при движении верхних и нижних конечностей, скованность движений, отеки, хруст и ограничения подвижности конечной и спины, уменьшение амплитуды движений, появление костных наростов, и как правило, отсутствие возможности к трудоустройству, при трудоспособном возрасте (61 год), суд считает необходимым взыскать компенсацию причиненного истцу морального вреда в размере 1 100 000 рублей.
Если причинение вреда здоровью потерпевшего вследствие профессионального заболевания явилось результатом воздействия на него вредных производственных факторов при работе у разных работодателей, исходя из общих начал и требований действующего законодательства, возмещение вреда осуществляется соразмерно степени вины каждого работодателя. В соответствии со статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса.
В связи с изложенным, и учитывая длительность работы в АО «СЗФК» после увольнения с АО «Апатит» суд приходит к выводу о распределения сумм компенсации морального вреда следующим образом – 500 000 рублей подлежит взысканию с АО «Апатит» и 600 000 рублей - с АО «СЗФК».
В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с соответчиков государственной пошлины в доход местного бюджета за требование о компенсации морального вреда составляет 3000 рублей, то есть по 1500 рублей с каждого.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Апатит», акционерному обществу «СЗФК» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием – удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Апатит» (...) в пользу ФИО1 (...) денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 500 000 рублей.
Взыскать с акционерного общества «СЗФК» (...) в пользу ФИО1 (...) денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 600 000 рублей
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.
Взыскать с акционерного общества «Апатит» и акционерного общества «СЗФК» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1500 рублей с каждого.
Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Председательствующий: О.Н. Чайка