Решение по делу № 2-755/2022 от 21.11.2022 - о компенсации морального вреда, возмещении ущерба.

Дело № 2-755/2022

УИД 34RS0003-01-2022-000849-34

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 ноября 2022 года г. Волгоград

Кировский районный суд г. Волгограда

в составе председательствующего судьи Трусовой В.Ю.,

при секретаре Кулибаба А.В.,

с участием старшего помощника прокурора Кировского района г. Волгограда Хахамовой О.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГУЗ «Городская клиническая больница №» о компенсации морального вреда, возмещении ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ГУЗ «Городская клиническая больница №» о компенсации морального вреда, возмещении ущерба. В обоснование исковых требований указав, что её мать ФИО3, <ДАТА> года рождения, каретой скорой медицинской помощи <ДАТА> была доставлена в ГУЗ «Городская клиническая больница №», где ее сразу госпитализировали в реанимационное отделение с диагнозом «Состоявшееся кровотечение из трофических язв на передней поверхности левой голени». В анамнезе у пациентки имелись такие диагнозы, как язва желудка, миома матки, гипертоническая болезнь, тромбофлебит глубоких вен. С сахарным диабетом ФИО3 никогда не наблюдалась, жалоб не предъявляла. <ДАТА> ФИО3 переведена в хирургическое отделение, где продолжила лечение и за ней продолжали наблюдение до <ДАТА>, в ночь на <ДАТА> ФИО3 умерла, причиной смерти указано – «острый перитонит». С <ДАТА> год ФИО3 отказывалась от приема пищи, у нее была рвота, ей кололи обезболивающие препараты по основному заболеванию, жалобы на острые боли в животе она не предъявляла. Сиделка, которая постоянно находилась с ФИО3, сообщала врачам о том, что ФИО3 не принимает пищу и просила отменить инсулин. При этом, никто из врачей не обратил внимание на отказ от пищи и другие жалобы. <ДАТА> истец была у матери в больнице и при смене подгузника обнаружила кал с кровью, о чем сообщила лечащему врачу ФИО7, который после пальпации живота, сказал, что это, скорее всего, обострение панкреатита и назначил обезболивающий укол. Также он сообщил, что если состояние пациентки ухудшится, он переведёт ее в реанимацию, других обследований не назначил. <ДАТА> ФИО3 умерла в палате, в реанимацию ее не переводили. Согласно справки о смерти №С-00137 от <ДАТА> ФИО3, <ДАТА> года рождения умерла <ДАТА> – причина смерти «острые перитонит, язва желудка, с пробуденем», сопутствующее заболевание «диабет 2 типа с множественным осложнением». Согласно медицинской карты № стационарного больного ФИО3 на карете скорой медицинской помощи доставлена в приемный покой ГУЗ «Городская клиническая больница №» с диагнозом: инсулиновый сахарный диабет с нарушениями периферического кровообращения. Жалобы при поступлении на кровотечение из трофических язв на передней левой голени, боли в них, отеки голеней и стоп. Отдышка при незначительной нагрузке, жажда, сухость во рту.

Из анамнеза: в течение длительного времени страдает гипертонической болезнью, принимает монотропил, три года назад на фоне отечности нижних конечностей появились трофические язвы. Вызывала врача на дом, стационарно не лечилась много лет, назначались диуретики, которые не принимала – «тяжело часто ходить в туалет», ОИМ, ОНМК, сахарный диабет в анамнезе отрицает. Сегодня в 15.00 началось кровотечение из трофической язвы левой голени, со слов родственников, потеряла много крови. Доставлена каретой скорой медицинской помощи в приемный покой ГКЗ ГКБ № по тяжести состояния госпитализирована в ПриИТ. Диагноз: сахарный диабет 2 тип, впервые выявленный? диабетическая ангиопатия нижних конечностей, начинающееся флегмона левой стопы? Множественные инфицированные трофические язвы левой голени, ожирение 3 степени, с-т альвеолярной гиповентиляции, ИБС, кардиосклероз, ХСН IIА, ФК?, риск 4 (очень высокий), гипертония, ДЭП 2 ст.

За время нахождения ФИО3 в стационаре, ни один из врачей не указал о том, что в анамнезе больной была язва желудка. Хотя при поступлении, все диагнозы были сообщены врачам. В истории болезни под дневниками врачи свои подписи не ставили, в хирургическом отделении один и тот же дневник практически приложен за все время нахождения в отделении. Кроме того, в дневниках осмотра указан один врач, якобы проводивший осмотр, а подпись либо фамилия в конце записи стоит другого врача. Дневника за <ДАТА> примерно в 20.30-21.00, когда истец обратилась к дежурному врачу ФИО7 по поводу наличия крови в кале больной и болей в животе, нет вообще. При этом, имеется ряд других записей осмотра за этот день, в которых указано, что пациент жалобы на боли в животе не предъявляет, стул был, газы отходят.

Полагает, что ненадлежащее исполнение врачами своих должностных обязанностей, не проведение должного обследования пациента привело к смерти ФИО3

Просит взыскать с ответчика ГУЗ «Городская клиническая больница №» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, материальный ущерб в размере 129 067 рублей.

ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала, указала, что ее маме оказывалась вся необходимая помощь на дому, так как она отказывалась ходить в поликлинику, по дому она передвигалась с помощью ходунков, у нее был артрит и другие заболевания, сахарного диабета у нее не было, около 30 лет назад у нее была язва желудка, потом язва ее не беспокоила, иногда она пила «Омез» когда болел желудок. <ДАТА> не смогли остановить кровотечение из ран на ногах у мамы, поэтому вызвали скорую помощь, в приемном отделении она была вместе с мамой и говорила обо всех ее болезнях, в том числе и о язве. Маму положили в стационар, сначала было улучшение ее состояния, но за 3-4 дня до смерти у нее началась рвота, она говорила, что болит желудок, не могла принимать пищу, кал был темного цвета с кровью, обо всем этом она и сиделки, которые ухаживали за ее мамой, говорили лечащему врачу и другому медицинскому персоналу, однако ни кто никаких действий не предпринимал, ей продолжали колоть инсулин.

Представитель истца ФИО2 по доверенности ФИО22 в судебном заседании исковые требования поддержала и просила удовлетворить их в полном объеме, поскольку действиями и бездействиями сотрудников ответчика истцу был причинен моральный вред. Если бы ФИО3 вовремя была бы оказана необходимая помощь, или хотя бы ее попытались оказать, то, возможно, она была бы жива, однако необходима помощь ФИО3 оказана не была, что привело к летальному исходу.

Представитель ответчика ГУЗ «Городская клиническая больница №» по доверенности ФИО8 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований, указала, что при поступлении ФИО3 в лечебное учреждение она находилась в тяжелом состоянии, у нее были кровоточащие язвы на ногах, самостоятельно она не передвигалась. При сборе анамнеза ни ФИО3, ни ее дочь не говорили о том, что у нее имеется такое заболевание, как язва желудка. При проведении проверки Комитет здравоохранения <адрес> не усмотрел каких-либо значительных нарушений, допущенных при лечении ФИО3 В проведенной по делу судебной экспертизе имеется множество противоречий в диагнозах и выводах, в частности выводы противоречат заключению патологоанатома, проводившего вскрытие ФИО3 Кроме того, сами выводы экспертизы не дают однозначного ответа о вине работников ГУЗ «Городская клиническая больница №» в смерти ФИО3, что говорит о том, то лечение ФИО3 проводилось квалифицированно. Нарушения в заполнение медицинской документации не повлекли такие последствия, как смерть пациента, поэтому в удовлетворении исковых требований необходимо отказать.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, о причинах не явки суд не уведомлен.

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся лиц, свидетелей, заключение прокурора, полагавшей, что исковые требования подлежать удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как следует из материалов дела, истец ФИО2 является дочерью ФИО3

<ДАТА> ФИО9 года была доставлена каретой скорой помощи в ГУЗ «Городская клиническая больница №».

При осмотре ФИО3 хирургами ГУЗ «Городская клиническая больница №» ФИО10 и ФИО11 был поставлен диагноз: сахарный диабет 2 тип впервые выявленный? Диабетическая ангиопатия нижних конечностей, синдром диабетической стопы, хроническая лимфовенозная недостаточность, начинающаяся флегмона левой стопы? Множественные инфицированные трофические язвы левой стопы и голени, правой голени, состоявшееся кровотечение из трофической язвы левой голени, ИБС, ХСН IIА, ФК 3 гипотония, ДЭП 2 степени.

Впоследствии она была также осмотрена врачом-терапевтом ФИО12 и врачами анестезиологами-реаниматологами.

ФИО3 госпитализировали в реанимационное отделение с диагнозом «Состоявшееся кровотечение из трофических язв на передней поверхности левой голени».

<ДАТА> при осмотре в ПРиИТ было установлено, что состояние тяжелое, 2 балла по шкале тяжести реанимационного больного обусловлено декомпенсацией сахарного диабета, состоявшимся кровотечением, угрозой рецидива кровотечения, совокупностью хронических патологий. Проводится интенсивная терапия, обследование динамический лабораторный и инструментальный мониторинг в условиях реанимационного отделения до стабилизации витальных функций. Планируется УЗИ ОБП плевральных полостей, ЭХО КГ, осмотр терапевта в динамике, гликемия, показатели «красной» крови контролируются.

<ДАТА> больная состоит 3 сутки в РИиИТ с диагнозом сахарный диабет 2 тип впервые выявленный? Диабетическая ангиопатия нижних конечностей. Диабетическая полинейропатия нижних конечностей? Синдром диабетической стопы, хроническая лимфовенозная недостаточность, начинающаяся флегмона левой стопы? Множественные инфицированные трофические язвы левой стопы и голени, правой голени, состоявшееся кровотечение из трофической язвы левой голени, ожирение 3 степени крайней тяжести, с-м альвеолярной гиповентиляции. ИБС, Кардиосклероз ХСН I, ФК ? ГБЗ риск 4 (очень высокий), гипотония, ДЭП 2 степени. Стеатогепастоз, ЖКБ, хронический панкреатит, ИМВП. Распространённый о/хондроз позвоночника с преимущественным поражение п/крестцового отдела. Стероидный остеопороз? Состояние ближе к средней тяжести, стабилизированное. Жалобы на общую слабость, боли в нижних конечностях менее выражены. Провидится интенсивная терапия, инструментальный мониторинг, уход, планируется перевод в хирургическое отделение.

<ДАТА> переведена в хирургическое отделение, отсмотрена врачами-хирургами жалобы на умеренную боль в ранах обеих голеней. Получает лечение по листу назначения, дополнений нет.

<ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА>, <ДАТА> жалобы на умеренную боль в ранах обеих голеней, продолжить лечение.

<ДАТА> в 18 час. 30 мин. осмотрена дежурным врачом ФИО13, у ФИО3 жалобы на тошноту с утра, отсутствие аппетита, отвечает на вопросы односложно, долго при разговоре смотрит в пространство, вялая, на вопросы отвечает по существу. Рекомендовано: диагноз прежний, продолжить плановую терапию.

<ДАТА> гола 23 час. осмотр дежурных врачей, больная жалуется на общую слабость, заторможена, рекомендована консультация реаниматолога.

<ДАТА> 23 час. 10 мин. врач АРО ФИО14 вызван на консультацию в хирургическое отделение в больной ФИО3 состояние тяжелое, жалобы на общую слабость, умеренную боль в ранах обеих голеней, на момент осмотра показаний для госпитализации в ПРиИТ нет. Рекомендовано инфузионная терапия, контроль гликемии.

<ДАТА> 05 час. состояние тяжелое, в сознании, вялая, адинамичная, жалуется на боли в животе, язык обложен белесоватым налетом, при пальпации живот болезненный во всех отделах, умеренно напряжен, во время осмотра произошла остановка сердечно-дыхательной деятельности, начата сердечно-легочная реанимация.

В этот же день в 05 час. 30 мин. констатирована смерть больной ФИО3

Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия № от <ДАТА> смерть ФИО3 наступила в результате эндотоксического шока в результате разлитого серозно-фибринозного перитонита с примесью желчи, обусловленного прободением хронической язвы желудка в брюшную полость.

Как следует из акта ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности, осуществляемого комитетом здравоохранения <адрес> от <ДАТА> по вопросу оказания медицинской помощи пациентке ФИО3 сотрудниками ГУЗ «Городская клиническая больница №» в период с декабря 2021 года по январь 2022 года, были выявлены следующие нарушения: отсутствует название ультразвуковой диагностической системы и типа датчиков с указанием их диапазона частот, используемых при обследовании; протокол не заверен личной подписью врача, проводившего исследование; нецелесообразно назначен препарат «Метформин» на фоне анемии; дневниковая запись врача-терапевта от <ДАТА> не отражает тяжести состояния пациентки; гемодинамические показатели указаны не в полном объеме; в «Листе назначения» отсутствуют назначения лекарственных препаратов для лечения ИБС и хронической сердечной недостаточности; построение диагноза не соответствует клиническим рекомендациям ишемической болезни сердца и сахарному диабету 2го типа, диагноз не соответствует МКБ-Х; не проведена консультация врача-невролога и ДС сосудов нижних конечностей, не назначена консультация врача-кардиолога и биохимическое исследование крови; не отражена динамика развития заболевания, отсутствует план лечения пациента в дневниковых записях врача-терапевта.

Оценка соблюдения стандартов медицинской помощи, в том числе в части: выполнения медицинских услуг в зависимости от усредненных показателей частоты предоставления и кратности их применения обоснованности и полноты назначения лекарственных препаратов медицинского применения, имплантируемых в организм человека медицинских изделий, компонентов крови, лечебного питания, включая специализированные продукты лечебного питания - нарушений не выявлено.

В судебном заседании была допрошена свидетель ФИО15 пояснила, что ее мама проходила лечение в хирургическом отделении ГУЗ «Городская клиническая больница №» в тот же период, что и ФИО3, они лежали в одной палате, за ФИО3 ухаживала дочь и сиделки, дней за 5-6 до смерти состояние ФИО3 ухудшилось, она перестала есть, ее мучили сильные боли, рвота была перед смертью. Когда снимали с ФИО3 подгузник, от кала исходил резкий запах и он был темного цвета.

В судебном заседании свидетель ФИО16 пояснила, что по просьбе ФИО2 она с <ДАТА> по <ДАТА> ухаживала за ее мамой ФИО3, которая находилась на лечении в ГУЗ «Городская клиническая больница №». ФИО3 жаловалась ей на боли в ногах и сильные боли в желудке, она почти ничего не ела, могла съесть пару ложек супа, у нее была рвота. Об этом она говорила врачу и медицинским сестрам. <ДАТА> ФИО3 ничего не ела, но медицинская сестра все равно ей сделала укол инсулина, несмотря на ее протесты. Когда она ФИО3 меняла подгузник, то видела, что у неё кал темного цвета с кровью, об этом тоже она сказала врачу, но никакой реакции не было.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО17 пояснила, что по просьбе ФИО2 она с <ДАТА> ухаживала за ее мамой ФИО3, которая находилась на лечении в ГУЗ «Городская клиническая больница №».Она жаловалась на боль в ногах, тяжесть в желудке, просила дать ей лекарство для желудка, она брала его у медицинских сестер. ФИО3 постоянно жаловалась на боли в желудке, она говорила об этом врачу. Также при смене подгузника она видела у ФИО3 темный кал, в котором была кровь.

Показаниями данных свидетелей подтверждается, что у ФИО3 были жалобы на боль в желудке, отказ от пищи, рвота, однако лечащим врачом данные жалобы были проигнорированы.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО18 пояснил, что является главным врачом ГУЗ «Городская клиническая больница №». <ДАТА> он присутствовал в приемном отделении при поступлении больной ФИО3 Она поступила в тяжелом состоянии, у нее были трофические язвы на обеих ногах, одна из них кровоточила, живот был мягкий, безболезненный, она сама отвечала на вопросы, у нее была слабость, пояснила, что лечилась дома самостоятельно, жалоб на боли в животе не было. При сборе анамнеза ни сама пациентка, ни ее дочь не говорили о том, что у нее имеется язвенная болезнь желудка. Кал мог окраситься от принятия препаратов, содержащих железо, так как у нее была анемия.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО19 пояснил, что является заведующим хирургическим отделением ГУЗ «Городская клиническая больница №». Он осматривал пациентку ФИО3, которая поступила в тяжелом состоянии, у нее были трофические язвы обеих голеней, одна кровоточила, ей делались привязки, проводилась другая терапия, впоследствии ее состояние улучшилось. На боль в желудке она не жаловалась.

Суд не может принять показания данных свидетелей в качестве доказательства по делу, поскольку они являются работниками ГУЗ «Городская клиническая больница №» и заинтересованы в исходе дела.

В рамках рассмотрения делам определением суда от <ДАТА> по делу назначена судебная комплексная медицинская экспертиза, производство которой поручено ФГБ «Военное образовательное учреждение высшего образования Военная медицинская академия им. ФИО20».

Согласно заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы № от <ДАТА> ФГБ «Военное образовательное учреждение высшего образования Военная медицинская академия им. ФИО20» (кафедра судебной медицины и медицинского права) установлено, что согласно сведениям, содержащимся в представленной на исследование медицинской документации, смерть ФИО3 наступила <ДАТА> в 05 часов 30 минут от эндотоксического шока, о чем свидетельствуют клинические признаки, указанные в истории болезни (падение артериального давления, тахикардия), морфологические данные (жидкая кровь в полостях сердца и крупных сосудах, общее венозное полнокровие и дистрофия внутренних органов, левосторонний гидроторакс (200 мл), гидроперикард (50 мл.), отек легких и головного мозга).

Эндотоксический шок развился вследствие эндогенной интоксикации организма, вызванной наличием разлитого серозно-фибринозного перитонита с примесью желчи (350 мл.), что подтверждается данными патолого-анатомического исследования.

Разлитой серозно-фибринозный перитонит развился вследствие прободения хронической язвы желудка в брюшную полость, что подтверждается данными патологоанатомического исследования: хроническая каллезная язва (диаметром - 2,0 см) передней стенки пилорического отдела желудка.

До наступления смерти <ДАТА> ФИО3 находилась на лечении в ГУЗ «Городская клиническая больница №» с диагнозом: Основное заболевание: Комбинированный диагноз: Сахарный диабет 2 типа; с множественными осложнениями. Ишемическая болезнь сердца, кардиосклероз.

Конкурирующий: перфорация полого органа (язвенная болезнь желудка).

Фоновое: ожирение 3 степени, синдром альвеолярной гиповентиляции. Гипертоническая болезнь 3 стадия, риск 4.

Осложнения: Диабетическая ангиопатия. Диабетическая стопа, множественные. инфицированные трофические язвы левой стопы и голени, правой голени, состоявшееся кровотечение из трофической язвы левой голени. Постгеморрагическая анемия легкой степени. Хроническая сердечная недостаточность 2 А. Функциональный класс 2. Перитонит. Отек легких. Отек головного мозга.

Сопутствующий: Дисциркуляторная энцефалопатия, смешанного генеза. Стеатогепатоз. Желчекаменная болезнь. Хронический панкреатит. Распространенный остеохондроз позвоночника.

Оценивая действия врачей, эксперты комиссии исходят из того, что лечащий врач (дежурный врач - на время своего дежурства) отвечает за лечебно-диагностическую работу и в его компетенцию входит осмотр, обследование и назначение соответствующего лечения больным в силу наличия соответствующих знаний и навыков.

Перевод в реанимационное отделение <ДАТА> в 20:50 был своевременным и правильным (исходя из тяжести состояния). <ДАТА>, после стабилизации состояния пациентка переведена в хирургическое отделение, где продолжена симптоматическая терапия, коррекция углеводного обмена, перевязки. На фоне проводимой терапии состояние больной было стабильным, углеводный обмен компенсирован, язвы очистились.

Согласно данным первичного осмотра хирурга (<ДАТА>) - со слов дочери сахарный диабет у пациентки диагностирован амбулаторно, у эндокринолога не наблюдалась, медикаментозную терапию не получала. Сведения, указанные в анамнезе при первичном осмотре, при дальнейшем наблюдении за пациенткой не анализировались. Запись в консультации эндокринолога о периодическом самоконтроле гликемии (глюкоза до 7,0 ммоль/л), наличие ожирения 3 степени (ИМТ 44,4 кг/м2) подтверждают имевшийся задолго до поступления в стационар сахарный диабет 2 типа. Несомненно, пациентка относилась к категории высокого риска развития заболеваний артерий нижних конечностей. По данным аутопсии имел место стенозирующий коронаросклероз, атеросклероз артерий нижних конечностей, соответствующие диабетической макроангиопатии. Однако оценка наличия периферической нейропатии проводилась лишь при первичном осмотре хирурга (в записи от <ДАТА> - «тактильная чувствительность на стопах и голенях сохранена, пульсация на бедренных и подколенных артериях сохранена билатерально, на артериях стоп не определяется из-за отека»), дальнейшее обследование для верификации осложнений сахарного диабета в период стационарного наблюдения не проводилось.

В совместном осмотре с заведующим терапевтическим отделением из особенностей анамнеза указан бесконтрольный прием в течение длительного времени ГКС (метипред, затем дексаметазон), что послужило поводом заподозрить стероидный остеопороз, однако рекомендаций по поиску других осложнений длительного приема ГКС (в частности, наличия дефектов слизистой ЖКТ в связи с указанием на язвенную болезнь в анамнезе) не дано. На момент осмотра (<ДАТА>) указаний на анемию по данным ОАК нет (гемоглобин 11,0 г/л), профилактическая гастропротективная терапия проводилась.

В осмотре эндокринолога (от <ДАТА>) диагноз не соответствует требованиям МКБ-Х и современной классификации сахарного диабета, нет указаний на конкретные осложнения сахарного диабета, не проведена оценка клинических признаков диабетической нейропатии нижних конечностей, не указан бесконтрольный прием глюкокортикоидов в анамнезе и риск возможных осложнений, ассоциированных сих приемом. В лечении гипергликемии при общем состоянии средней степени тяжести (на момент осмотра эндокринолога) может быть рассмотрена пероральная сахароснижающая терапия (однако применение метформина у пациента с тканевой гипоксией на фоне анемии нецелесообразно) или применение инсулинотерапии. Учитывая уровень гликемии в представленных анализах до 12,3 ммоль/л, низкие показатели гликемии натощак (до 4,0-4,2 ммоль/л) допустимо использование только инсулина короткого действия в дозировке 2-4 ЕД в зависимости от показателей гликемии. Согласно требованиям клинических рекомендаций «Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным сахарным диабетом» (10 выпуск, 2021 г.) целевая гликемия для пациента хирургического стационара 7,8-10,0 ммоль/л, у отдельных категорий пациентов может быть выбран более низкий целевой диапазон уровня гликемии (6,1-7,8 ммоль/л), если его удается достичь без увеличения частоты гипогликемий. Обращает на себя внимание, что данных о результатах контроля гликемии в истории болезни в период с.l0.01.2022 по <ДАТА> нет. Однако за период наблюдения каких-либо указаний на клинические признаки, соответствующие гипогликемии, в дневниковых записях нет, гликемия <ДАТА> в 17:30 составляла 4,0 ммоль/л, что не повлияло на исход заболевания.

При поступлении <ДАТА> и в дальнейшем до <ДАТА> у ФИО3 отсутствовали симптомы язвенной болезни (по клиническим и лабораторно-инструментальным данным).

<ДАТА> в 17:00 впервые состояние пациентки с отрицательной динамикой в виде гипотонии, в 18:30 спутанности сознания. Пациентка осмотрена терапевтом, реаниматологом. На фоне коррекции терапии гемодинамика стабилизирована.

В дневниковых записях врача хирурга, а также в консультации дежурного терапевта (от <ДАТА>) не обращено внимание на отрицательную динамику показателей красной крови (в анализе от <ДАТА> снижение гемоглобина до 90 г/л, снижение эритроцитов до 3,2хl012/л, несмотря на переливание эритромассы накануне (запись от <ДАТА>), отсутствуют сведения о контроле показателей гемоглобина в период с <ДАТА> по <ДАТА>), не проведена оценка причин нестабильности гемодинамики у пациентки с язвенной болезнью в анамнезе и тяжелой соматической сопутствующей патологией, не обсуждалось выполнение эндоскопического исследования (ФЭГДС), что способствовало несвоевременной диагностике осложнений язвенной болезни.

Комиссия экспертов отмечает, что результаты патологоанатомического исследования трупа (реактивные изменения брюшины - нежные, тонкие нити фибрина) и гистологические данные (скудная инфильтрация полиморфноядерными лейкоцитам), свидетельствуют о том, что давность развития перитонита составляет от нескольких часов до суток. Кроме того, не описана токсическая дилатация кишечника, которая развивается несколько позже. Отсутствие пенетрации или прикрытого характера перфорации свидетельствует о том, что перфорация и перитонит развивались одномоментно. Следовательно, перфорация и перитонит у ФИО3 развились не ранее 05:00 <ДАТА> Однако, исходя из клинической картины, наиболее вероятно перфорация произошла <ДАТА> в 17:00, когда впервые зафиксировано падение давления (гипотония). В дальнейшем, при осмотрах терапевта, хирурга и реаниматолога (на фоне проводимой инфузионной. терапии) гипотония сохранялась. Гипотония в сочетании с тахикардией, спутанностью сознания и подсыханием языка являются признакам и гиповолемического шока (при отсутствии признаков кардиогенного и распределительного шока), что требовало от лечащего врача проведения диагностического поиска, направленного на установление причины его развития, постановки верного диагноза и выбора дальнейшей правильной тактики лечения (в данном случае экстренное оперативное вмешательство).

Признаками развития гиповолемического шока являются кровотечение и потеря жидкости. При отсутствии наружного кровотечения, отеков, ожогов, диареи и т.д.; лечащий врач при наличии соответствующих знаний и навыков должен был заподозрить патологию внутренних органов. В настоящее время в условиях городской больницы первыми из надлежащих мер диагностики у больных с хирургической патологией органов брюшной полости являются: пальцевое исследование прямой кишки, общий анализ крови с определением тромбоцитов, биохимическое исследование крови (билирубин, трансаминазы, мочевина, креатинин), обзорная рентгенография органов брюшной полости, УЗИ брюшной полости и малого таза ифаброгастродуоденоскопия (ФГДС).

Однако лечащий врач не назначил и не выполнил указанные исследования, а, следовательно, не в полном объеме провел обследование пациента. Оснований не выполнять обследование пациента участники комиссии в представленных медицинских документах не обнаружили. Уклонение лечащего врача от выполнения необходимых диагностических исследований (относительное бездействие), направленных на выявление причины заболевания, постановку верного диагноза и соответственно выбор правильной тактики лечения больного, не позволяет характеризовать исполнение этим врачом профессиональных обязанностей, как «надлежащее».

При этом под «надлежащим» исполнением профессиональных обязанностей эксперты комиссии понимают: обоснованность каждого действия и бездействия врача в период оказания медицинской помощи; соблюдение установленных условий для совершения или не совершения действия, которое имеет основание; своевременность выполнения обоснованных действий с соблюдением установленных условий; техническая правильность своевременных действий; необходимое и достаточное (адекватное) количество обоснованных своевременных и технически правильных действий с соблюдением установленных условий в конкретных обстоятельствах оказания медицинской помощи.

Лечащий врач при наличии соответствующих знаний и навыков и надлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей должен своевременно и в полном объеме оказывать медицинскую помощь согласно своим функциональным обязанностям и должностным инструкциям.

Причины, по которым не выполнены указанные исследования, комиссии экспертов неизвестны.

При оказании медицинской помощи ФИО3 в ГУЗ «Городская клиническая больница №» выявлены следующие недостатки: а) ведения документации: в дневниковых записях при осмотре указан один врач, проводивший осмотр, а подпись либо фамилия в конце записи стоит другого - указанные недостатки носят формальный характер и не повлияли на течение и исход патологического процесса; б) лечебно-диагностического характера: диагноз не соответствует требованиям МКБ-10 и современной классификации сахарного диабета, нет указаний на конкретные осложнения сахарного диабета, не про ведена оценка клинических признаков диабетической нейропатии нижних конечностей, не указан бесконтрольный прием ГКС в анамнезе и риск возможных осложнений, ассоциированных с их приемом; применение метформина у пациента с тканевой гипоксией на фоне анемии нецелесообразно; контроля гликемии в истории болезни в период с <ДАТА> по <ДАТА> нет, результат гликемии от <ДАТА> в 17:30 составлял 4,0 ммоль/л.

Комиссия экспертов отмечает, что данные недостатки оказания медицинской помощи не повлияли на течение и исход патологического процесса и не состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО3 Также при оказании медицинской помощи ФИО3 выявлены недостатки, повлиявшие на исход: не обращено внимание на отрицательную динамику показателей красной крови (в анализе от <ДАТА> снижение гемоглобина до 90 г/л, снижение эритроцитов до 3,2хl012/л, несмотря на переливание эритромассы накануне (запись от <ДАТА>), что нельзя объяснить только кровопотерей из трофических язв голеней; отсутствуют сведения о контроле показателей гемоглобина в период с <ДАТА> по <ДАТА>); <ДАТА> при ухудшении состояния не проведена оценка причин нестадильности гемодинамики у пациентки с язвенной болезнью в анамнезе и тяжелой соматической сопутствующей патологией, не назначено и не выполнено пальцевое исследование прямой кишки, общий анализ крови с определением тромбоцитов, биохимическое исследование крови (билирубин, трансаминазы, мочевина, креатинин), обзорная рентгенография органов брюшной полости, УЗИ брюшной полости и малого таза и фиброгастродуоденоскопия (ФГДС), в связи с чем не выполнено экстренное оперативное вмешательство.

Комиссия экспертов отмечает, что выполнение указанных исследований <ДАТА> позволило бы своевременно установить диагноз и выполнить оперативное вмешательство. В связи с чем, вероятность благоприятного исхода у ФИО3 была.

Данное обстоятельство служит основанием для вывода о наличии причинно-следственной связи между действиями (относительным бездействием) со стороны лечащего врача и наступлением смерти ФИО3

Для установления прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) лечащего врача и закономерным исходом имеющегося патологического процесса доказыванию подлежит то, что установление верного диагноза и выполнение оперативного вмешательства исключало закономерный исход патологического процесса.

Однако течение язвенной болезни желудка, осложненной перфорацией, развитие перитонита и эндотоксическим шоком у ФИО3, на фоне хронической сердечной недостаточности, тяжелой сосудистой патологии, включая диабетические осложнения, не гарантировало наступление благоприятного исхода.

Согласно данным специальной литературы «Перфорация язвы - это распространенное осложнение, которое неизбежно ведет к развитию перитонита и имеет высокую летальность среди пациентов, достигающую 30%. Наиболее высокая летальность наблюдается среди пожилых пациентов.. . ».

Поэтому даже установление верного диагноза и выполнение экстренного оперативного вмешательства <ДАТА> по поводу язвы желудка с перфорацией и развитием перитонита не гарантировало наступление благоприятного исхода ФИО3

Данное обстоятельство не позволяет установить прямую причинно-следственную связь между действиями (бездействием) лечащего врача ФИО3

Однако связь есть, но она носит непрямой (косвенный) характер, так как при своевременном (<ДАТА>) установлении правильного диагноза и оперативном вмешательстве, вероятность благоприятного исхода у ФИО3 была.

На основании проведенных исследований были сделаны следующие выводы: смерть ФИО3 <ДАТА> года рождения, наступила от эндотоксического шока в результате разлитого серозно-фибринозного перитонита с примесью желчи, обусловленного прободением хронической язвы желудка в брюшную полость.

Причинно-следственная связь между действиями (относительным бездействием) медицинских работников ГУЗ «Городская клиническая больница №» и летальным исходом ФИО3 есть, но она носит непрямой (косвенный) характер, так как при своевременном (<ДАТА>) установлении правильного диагноза «язва желудка» и оперативном вмешательстве, вероятность благоприятного исхода у ФИО3 была.

При оказании медицинской помощи ФИО3 в ГУЗ «Городская клиническая больница №» выявлены следующие недостатки: а) ведения документации: в дневниковых записях при осмотре указан один врач, про водивший осмотр, а подпись либо фамилия в конце записи стоит другого - указанные недостатки носят формальный характер и не повлияли на течение и исход патологического процесса; б) лечебно-диагностического характера: диагноз не соответствует требованиям МКБ-l О и современной классификации сахарного диабета, нет указаний на конкретные осложнения сахарного диабета, не про ведена оценка клинических признаков диабетической нейропатии нижних конечностей, не указан бесконтрольный прием ГКС в анамнезе и риск возможных осложнений, ассоциированных с их приемом; применение метформина у пациента с тканевой гипоксией на фоне анемии нецелесообразно; - контроля гликемии в истории болезни в период с <ДАТА> по <ДАТА> нет, результат гликемии от <ДАТА> в 17:30 составлял 4,0 ммоль/л.

Комиссия экспертов отмечает, что данные недостатки оказания медицинской помощи не повлияли на течение и исход патологического процесса и не состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО3

Также при оказании медицинской помощи ФИО3 выявлены недостатки, повлиявшие на исход: - не обращено внимание на отрицательную динамику показателей красной крови (в анализе от <ДАТА> снижение гемоглобина до 90 г/л, снижение эритроцитов до 3,2х1012/л, несмотря на преливание эритромассы накануне (запись от <ДАТА>), что нельзя объяснить только кровопотерей из трофических язв голеней; отсутствуют сведения о контроле показателей гемоглобина в период с <ДАТА> по <ДАТА>); 18.01.20211 г. при ухудшении состояния не проведена оценка причин нестабильности гемодинамики у пациентки с язвенной болезнью в анамнезе и тяжелой соматической сопутствующей патологией, не назначено и не выполнено пальцевое исследование прямой кишки, общий анализ крови с определением тромбоцитов, биохимическое исследование крови (билирубин, трансаминазы, мочевина, креатинин), обзорная рентгенография органов брюшной полости, УЗИ брюшной полости и малого таза и фиброгастродуоденоскопия (ФГДС), в связи с чем не выполнено экстренное оперативное вмешательство.

Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Доказательств, свидетельствующих о недопустимости указанного заключения, в материалы дела не представлено.

Оценив заключение судебной экспертизы в соответствии с правилами ч. 3 ст.86 ГПК РФ в совокупности с иными представленными доказательствами, суд признает его достоверным и допустимым доказательством по делу, поскольку оно является полным, мотивированным, квалификация экспертов подтверждена документально и сомнений не вызывает.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно п. 48, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками Областной клинической больницы N 3 заявлено истцами, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация – ГУЗ «Городская клиническая больница №» - должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО2 в связи со смертью ее матери ФИО3, медицинская помощь которой была оказана ненадлежащим образом.

Вместе с тем, ответчиком отсутствие вины доказано не было.

Учитывая изложенное, суд не может утверждать о наличии прямой причинной связи между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и смертью ФИО3, однако выводами проведенной по делу экспертизы была установлена вина врачей в наличии дефектов оказания медицинской помощи, поэтому в случае своевременной диагностики для установления правильного диагноза «язва желудка», своевременно и правильно выполненным объемом оперативного вмешательства, возможность наступления благоприятного исхода для больной не могла быть исключена, что свидетельствует о наличии непрямой (косвенной) причинно-следственной связи между упущениями врачей и смертью пациента.

Определяя размер взыскиваемой в пользу истца компенсации морального вреда, суд учитывает оказание ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества, степень вины ответчика, степень перенесенных истцом нравственных страданий по поводу смерти матери, которая до настоящего времени не могут смириться с утратой, принимая во внимание разрыв семейной связи между матерью и дочерью, наличие между истцом и ФИО3 чувства привязанности, эмоциональной и душевной связи, а также учитывая индивидуальные особенности личности ФИО3, ее состояние здоровья на момент поступления в медицинское учреждение, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон, в связи с чем, полагает необходимым взыскать с ответчика сумму компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Как следует из материалов дела, в связи с гибелью близкого родственника истец понесла расходы на погребение, что подтверждается счетом-заказом и кассовым чеком от <ДАТА> (оказание ритуальных услуг), счетом-заказом и кассовым чеком от <ДАТА> (оформление и рытье могилы), счетами заказом и чеками (ритуальные принадлежности и ритуальные услуги), всего на сумму 129 067 рублей.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12.01.1996 г. №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.

В силу статьи 5 Федерального закона от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Следовательно, приобретение ритуальных принадлежностей и санитарно-гигиеническая обработка трупа, относятся к обычаям и традициям обряда захоронения.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обязанности ответчика компенсировать истцу понесенные расходы на погребение умершей ФИО3 в размере 129 067 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии с ч.2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

Из материалов дела видно, что на основании определения Кировского районного суда <адрес> от <ДАТА> ФГБ «Военное образовательное учреждение высшего образования Военная медицинская академия им. ФИО20» была проведена судебная комплексная медицинская экспертиза.

Согласно заявления ФГБ «Военное образовательное учреждение высшего образования Военная медицинская академия им. ФИО20», стоимость экспертизы составила 105 000 рублей, которая до настоящего времени не оплачена.

Учитывая, что проведенная в рамках рассмотрения дела судебная экспертиза не оплачена, экспертным учреждением выставлен счет на оплату на общую сумму в размере 105 000 рублей, при этом исковые требования удовлетворены, суд считает, что ходатайство ФГБ «Военное образовательное учреждение высшего образования Военная медицинская академия им. ФИО20» о взыскании расходов на проведение экспертизы в размере 105 00 рублей с ответчика подлежит удовлетворению.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет <адрес> в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, паспорт 1822 № к ГУЗ «Городская клиническая больница №» ИНН № о компенсации морального вреда, возмещении ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с ГУЗ «Городская клиническая больница №» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, расходы на погребение в размере 129 067 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к ГУЗ «Городская клиническая больница №» о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ГУЗ «Городская клиническая больница №» пользу Федерального государственного бюджетного военного образовательного учреждения высшего образования «Военно-медицинская академия имени ФИО20» Министерства обороны РФ ИНН № расходы на проведение экспертизы в размере 105 000 рублей.

Взыскать с ГУЗ «Городская клиническая больница №» в доход административного округа город-герой Волгоград государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда в Волгоградский областной суд через Кировский районный суд <адрес>.

Справка: решение принято в окончательной форме 28 ноября 2022 года.

Судья В.Ю. Трусова