Дело № 2-480/2025

УИД 35RS0010-01-2024-012564-27

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Вологда 29 января 2025 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Папушиной Г.А.,

при секретаре Калабышевой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни» о признании договора инвестиционного страхования недействительным,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни» (далее – ООО «РСХБ-Страхование жизни») о признании договора инвестиционного страхования недействительным.

Требования мотивировала тем, что 21 сентября 2021 года между ФИО1 и ООО «РСХБ-Страхование жизни» заключен договор инвестиционного страхования жизни Новый уровень, Аэронавтика №. Размер страховой премии составила 40 910 долларов США. ФИО1 на протяжении многих лет являлась клиентом банка – АО «Россельхозбанк», в котором был открыт банковский вклад. К сентябрю 2021 года срок действия вклада истекал, и ФИО1 решила продлить договор банковского вклада с целью сохранения своих накоплений. Сотрудник банка предложила другой договор, а именно договор инвестиционного страхования жизни, ссылаясь на то, что это более выгодное предложение, чем договор банковского вклада, поскольку доход от такого договора будет значительно превышать возможный доход от процентов по договору банковского клада. При этом пи заключении договора ФИО1 уверили, что уплаченные денежные средства по истечению срока действия договора гарантированно будут ей возвращены, при этом будет начислен дополнительный доход от инвестиционной деятельности страховщика. По окончанию действия договора сумма возврата, поступившая на счет истца 31 октября 2023 года, составила 421 846 рублей 02 копейки. 23 января 2024 года истцом была направлена претензия ответчику с требованием возвратить уплаченные по договору денежные средства, в ответе на претензию ей было отказано в возврате суммы. Получив отказ в возврате денежной суммы, поняла, что ее ввели в заблуждение относительно содержания договора.

Ссылаясь на положения статей 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом увеличенных исковых требований, просит:

- признать договор инвестиционного страхования жизни Новый уровень, Аэронавтика от 21 сентября 2021 года №, заключенный между ФИО1 и ООО «РСХБ-Страхование жизни» недействительным,

- взыскать с ответчика денежные средства в размере 2 417 610 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21 сентября 2021 года по 11 июля 2024 года в размере 750 887 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами, начиная с 12 июля 2024 года до полного погашения долга в размере ставки Банка России, действующей в период просрочки, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 24 042 рубля.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена. Ее представитель по доверенности ФИО3 исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Пояснил, что страховая премия возвращена не в полном объеме, а только 13 393,38 долларов США. Не отрицает, что на счет истца поступали выплаты в течении действия договора, но истец полагала, что это выплаты от оборота ценных бумаг. Из-за того, что ей отказали в выплате денежных средств, у истца случился нервный срыв. Истец ДД.ММ.ГГГГ года рождения, пенсионерка, она не располагала познаниями в области инвестирования, полагала, что заключает договор банковского вклада, но с большими процентами. Истец являлась вкладчиком банка, ей не были разъяснена природа оспариваемой сделки. Полагает, что срок исковой давности не истец, о нарушении своего права истец узнала в конце 2023 года- начале 2024 года. В случае если суд придет к выводу о пропуске срока исковой давности, прошу его восстановить. Прошу взыскать страховую выплату как последствие признания сделки недействительной. Также полагает, что с ответчика подлежит взысканию штраф в соответствии с Законом о защите прав потребителей, оснований для применения моратория не имеется.

Ранее истец ФИО1 пояснила, что с банком работала 15 лет, оформляла банковские вклады. В сентябре 2021 года у нее заканчивался срок банковского вклада, ее пригласили в банк для переоформления вклада. Сотрудник банка встретив ее, провела в кабинет, где сообщила, что можно оформить договор инвестиционного страхования жизни под 16 %, вместо вклада под 4 %. О других условиях договора сообщено не было. Доверяла сотруднику банка, договор не читала. Договорились оформить договора на 2 миллиона рублей, несмотря на то, что вклад был оформлен на сумму 3 000 000 рублей. Говорили, что она будет получать купоны, то есть деньги от ставки доллара, 1 раз в квартал. Про инвестирование ничего не говорили, пояснили, что деньги застрахованы, как и вклады. Она доверяла банку. На момент заключения договора было 64 года, образование среднее, кооперативный техникум, товаровед.

Ответчик ООО «РСХБ-Страхование жизни» о дате и времени рассмотрения дела извещено, своего представителя в судебное заседание не направило. Ранее представило письменные возражения на иск, в которых просило в иске отказать. В возражениях указало, что 21 сентября 2021 года между истцом и ответчиком заключен договор инвестиционного страхования жизни. На протяжении всего срока действия договоров страхования от истца поступали заявления на произведение страховых выплат. Ответчик исполнял свои обязанности по выплате страховых сумм и дополнительного инвестиционного дохода. Реальная причина обращения в суд с иском – несогласие с размером выплаченных средств. Ходатайствовал о пропуске срока исковой давности, который составляет один год и начал течь с момента заключения договора с 21 сентября 2021 года. 19 апреля 2022 года страховщик направил в адрес истца уведомление о реализации рисков, предусмотренных Порядком начисления инвестиционного дохода, в котором истцу сообщалось о приостановке Eueroclear операций по выплате дохода и невозможности выплаты в этой связи дополнительного инвестиционного дохода по договору страхования. 25 апреля 2022 года указанное уведомление получено истцом, и начиная с этой даты, истец знал об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Также указывает на то, что истец лишен права заявлять о введении в заблуждение при заключении сделки, так как своим правовым поведением ответчик подтвердил действительность сделки; на недоказанность введения в заблуждения истца при заключении сделки.

Представитель третьего лица АО «Россельхозбанк» по доверенности ФИО4 поддержала доводы, изложенные в возражениях, просила в иске отказать. В возражениях на иск указала, что при заключении договора истец ознакомлена с полной информацией относительно заключаемого ею договора, согласно которой услуга «Заключение договора» оказывается ООО «РСХБ-Страхование жизни», АО «Россельхозбанк» не является поставщиком услуги по договору, наличие и величина инвестиционного дохода не гарантируется и определяется в зависимости от результатов инвестиционной деятельности ответчика. После заключения договора в течение «периода охлаждения» истец могла отказаться от договора и вернуть страховую премию без указания причин. Ходатайствовала о пропуске срока исковой давности, который следует исчислять с 21 сентября 2021 года. Применение моратория оставила на усмотрение суда.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и оценив собранные по делу доказательства, пришел к следующему.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 21 сентября 2021 года между ФИО2 и ООО «РСХБ-страхование жизни» от имени которого действовал сотрудник АО «Россельхозбанк» заключен договор инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» №, со сроком действия с 00 часов 00 минут 28 сентября 2021 года по 23 часа 59 минут 28 сентября 2023 года, срок действия 2 года 0 месяцев 1 день. Дата начала страхования совпадает с датой начала срока действия договора страхования, при условии оплаты страховой премии в размере и сроки, указанные в договоре (пункт 6 договора).

Размер страховой премии – 40 910 долларов, что составляет на день предоставления информации 2 999 991 рубль 66 копеек, уплата страховой премии производится в срок не позднее 24 сентября 2021 года (пункт 5.1,5.2 договора, пункт 3 Информации об условиях договора добровольного страхования). Страховой тариф: 10 000% от страховой суммы по риску «Смерть по любой причине» (пункт 5.3 договора). Период охлаждения 14 календарных дней со дня заключения договора страхования (пункт 7 договора). Выгодоприобретателем является застрахованное лицо, а в случае его смерти – наследники (пункт 8 договора).

Неотъемлемой частью данного договора страхования являются Правила страхования жизни № (Приложение №), Порядок начисления дополнительного инвестиционного дохода (приложение №). Информация об условиях договора добровольного страхования (договора инвестиционного страхования жизни) (Приложение №).

Указанным договором предусмотрены страховые риски: «Дожитие застрахованного лица с выплатой страховой суммы 10,32 долларов США за каждый квартал каждого года; «Смерть по любой причине», «Смерть от несчастного случая», «Дожитие до окончания срока страхования» с выплатой страховой суммы по каждому страховому риску в размере 409,10 долларов США.

21 сентября 2021 года страховая премия в размере 2 999 991 рубль 67 копеек была переведена со счета истца на расчетный счет ООО «РСХБ-Страхование жизни», что подтверждается платежным поручением №.

За период действия договора ответчик выплатил ФИО1 страховые выплаты в общем размере 421 846 рублей 02 копейки (выписка по счету №, платежные поручения от 25 января 2022 года № – 83 081 рубль 39 копеек, от 19 апреля 2022 года № – 812 рублей 80 копеек, от 12 июля 2022 года № – 65 207 рублей 14 копеек, от 26 июля 2022 года № – 62 051 рубль 62 копейки, от 27 октября 2022 года № – 65 966 рублей 59 копеек, от 19 января 2023 года № – 73 961 рубль 81 копейка, от 18 апреля 2023 года № – 87 659 рублей 39 копеек, от 27 июля 2023 года № – 113 029 рублей 44 копейки, от 30 октября 2023 года № – 100 105 рублей 23 копейки).

Получив 30 октября 2023 года страховую выплату в размере 100 105 рублей 23 копеек, 07 февраля 2024 года ФИО1 обратилась к ответчику с претензий о возврате ранее уплаченной по договору денежной суммы в рублях Российской Федерации по официальному курсу банка России, установленному на дату выплаты за вычетом уплаченных сумм.

Письмом от 28 февраля 2024 года № ООО «РСХБ Страхование жизни» оставлено без удовлетворения требования ФИО1, со ссылкой на исполнение обязательств страховщика по осуществлению страховой выплаты в полном объеме в соответствие с условиями страхования.

Предъявляя исковые требования ФИО1 указала, что при заключении договора она была введена в заблуждение, поскольку, обращаясь в банк, имела намерение продлить договор банковского вклада с целью сохранения своих накоплений и получения процентов.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатке и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств которые в обороте рассматриваются как существенные: 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки: 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2).

Согласно пункту 5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

По смыслу указанной нормы права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информация^ таких обстоятельствах.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если Заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как отмечено в пункте 12 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 октября 2023 года, в соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При этом существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Из материалов дела следует, что ФИО1 на протяжении ряда лет является клиентом АО «Россельхозбанк» (вклады открыты с февраля 2017 года) и хранила на вкладах в указанном банке денежные средства.

По окончании срока действия договора инвестиционного страхования жизни ее пригласили в банк, она пришла в офис в банк с намерением продлить срок действия договора банковского вклада либо заключить новый договор банковского вклада на более выгодных условиях с целью сохранения своих накоплений в размере около 3 000 000 рублей и получения процентов по вкладу. Работник банка предложил ей заключить договор инвестиционного страхования жизни, ссылаясь на то, что это более выгодное предложение, чем договор банковского вклада, поскольку доход от договора инвестиционного страхования жизни будет значительно превышать возможный доход от процентов по договору банковского вклада и будет составлять не менее 16 % годовых от суммы страховой премии, а не 4 % как по договору банковского вклада.

ФИО1, которой на дату заключения договора инвестиционного страхования исполнилось 64 года, не обладая специальными познаниями в области финансовых услуг и проведения операций на рынке ценных бумаг, доверяя сотруднику банка, полагая, что заключает договор непосредственного с АО «Россельхозбанк», поскольку оформление договора происходило в офисе банка, его сотрудником, подписала все необходимые документы и внесла денежные средства в размере 2 999 991 рубль 67 копеек в качестве страховой премии по договору.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд полагает, что является очевидным, что истец, будучи пожилым человеком в течение ряда лет доверяла свои сбережения одному и тому же банку, от сотрудников которого она ожидала аналогичного доверительного отношения к себе, не предполагающего совершения каких-либо действий вопреки ее интересам.

Кроме того, следует отметить, что как указал Центральный Банк России в своем информационном письме от 13 января 2021 года № «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей» договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей-физических лиц Банк России рекомендовал страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.

Также, Центральный Банк России в своем Обзоре неприемлемых практик и рекомендаций (Информационно-аналитический материал) описывает аналогичную рассматриваемой ситуацию, когда в офисах банков гражданам пенсионного возраста, обратившимся за открытием переоформлением вклада, предлагаются ценные бумаги и финансовые инструменты, а также услуги доверительного управления в рамках стратегий со сложными параметрами определения дохода либо не гарантирующие получение дохода и или предусматривающие длительные сроки инвестирования (более года) с возможностью возврата денежных средств клиенту не в полном объеме в случае досрочного закрытия продукта (расторжения договора).

Предложение подобных продуктов и услуг не всегда отвечает интересам клиентов, относящихся к социально уязвимым категориям, к которым относятся также граждане, достигшие пенсионного возраста.

Указанная ситуация квалифицируется в обзоре как проблема, основная рекомендация к решению которой - не предлагать гражданам пенсионного возраста, обратившимся в банк по вопросам открытия/переоформления вклада, сложные для понимания финансовые продукты (в том числе услуги по доверительному управлению ценными бумагами), не гарантирующие получение дохода, а также предусматривающие возможность возврата клиентом средств не в полном объеме при досрочном выходе из продукта (расторжении договора доверительного управления).

Таким образом, доводы истца о том, что заключая оспариваемый договор, она исходила из консультаций сотрудника банка, действующего в интересах страховой компании, а не из буквального текста подписываемого договора, представляются заслуживающими внимания.

Анализируя Положение порядка начисления дополнительного инвестиционного дохода, согласно которому страховщик не гарантирует получение каких-либо доходов, наличие и величина инвестиционного дохода не гарантируется страховщиком и определяется в зависимости от результатов инвестиционной деятельности компании ООО «РСХБ-Страхование жизни», а также тот факт, что обращаясь в банк ФИО1, желала сохранить свои сбережения и получать проценты за размещение и хранение своих денежных средств на счету финансовой организации, суд приходит к выводу, что заключая договор инвестиционного страхования жизни вместо договора банковского вклада, ФИО1 заблуждалась относительно его условий, поскольку не обладала необходимыми познаниями для правильного понимания сути заключаемой сделки, имела среднее специальное образование, и работала продавцом, товароведом.

То обстоятельство, что в подписанном истцом договоре страхования, изготовленном компьютерным способом, отражены все существенные условия договора страхования, а также указано на добровольность принятия решения страхователем о заключении такого договора, само по себе не свидетельствует о том, что истец осознавала правовую природу заключаемой с ней сделки и последствия ее заключения, учитывая, что понятия, термины и формулировки, используемые в нем, не являются общедоступными для понимания, предполагают наличие хотя бы минимальных познаний в сфере инвестирования и финансовых услуг, а также то, что заключение договора страхования состоялось в здании банка и сотрудником банка, действовавшим на основании субагентского договора в интересах страховщика.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии добросовестного заблуждения истца относительно его содержания, несмотря на внешне безупречное выражение истцом своей воли при заключении договора инвестиционного страхования, и как следует признания договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» от 21 сентября 2021 года №, заключенного между ФИО1 и ООО «РСХБ-Страхование жизни», недействительным.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов, истцом в счет оплаты страховой премии внесено 2 999 991 рубль 67 копеек (платежное поручение № от 21 сентября 2021 года).

На основании статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве последствия применения недействительности сделки и с учетом размера заявленных исковых требований (часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), с ответчика в пользу истца подлежит взысканию уплаченные по договору денежные средства (страховая премия) в размере 2 417 610 рублей.

Согласно части 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом, исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов. В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21 сентября 2021 года по 29 января 2025 года в размере 1 010 329 рублей 15 копеек (расчет прилагается), а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму 2 417 610 рублей, начиная с 30 января 2025 года и по день фактического исполнения обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497 (далее - Постановление № 497) с 01 апреля 2022 года введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым, седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве.

Абзацем десятым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве предусмотрено, что с момента введения наблюдения в отношении должника не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Таким образом, закон исключает применение положений о недопустимости начисления неустойки в период действия моратория в отношении задолженности, взыскиваемой в режиме текущих платежей.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ), неустойка (ст. 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (ст. 75 НК РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория.

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в период действия моратория (с 01 апреля 2022 года до 01 октября 2022 года) прекращается начисление неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до его введения.

Соответственно обязательства по возврату денежных средств, возникшие после начала действия моратория, квалифицируются как текущие платежи. Начисление пени, на возникшие после 01 апреля 2022 года обязательства, не противоречит Постановлению № 497.

В данном случае обязательство о возврате страховой премии у ответчика возникло после введения моратория, в связи с чем период с 01 апреля 2022 года до 01 октября 2022 года не подлежит исключению из расчета процентов за пользование чужими денежными средствами.

Доводы ответчика о том, что оспариваемый договор является действующим, поскольку обязательства по нему страховщиком исполняются, несостоятельны, поскольку подпункт 3 пункта 1 статьи 32.9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», относящий страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика к одному из видов страхования, не препятствует возможности обращения в суд с требованиями о признании соответствующих сделок недействительными как совершенных под влиянием заблуждения или обмана (статьи 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Подлежит отклонению и ссылка ответчика и третьего лица о пропуске срока исковой давности для обращения в суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, согласно диспозиции приведенных правовых норм, срок исковой давности начинает течь не только со дня, когда лицо узнало о нарушении своего права, но и со дня, когда оно должно было узнать об этом.

Началом течения срока исковой давности по данному спору суд признает дату 30 октября 2023 года (последний перевод денежных средств ответчиком) – дату, когда истец должна была узнать о нарушении своего права (невыплате уплаченных денежных средств по договору).

В связи с этим, и с учетом того, что с настоящим иском истец обратился 11 июля 2024 года, то установленный законом срок исковой давности для признания недействительной оспоримой сделки истец не пропустила.

Разрешая требования истца в части взыскания компенсации морального вреда и штрафа по Закону от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей) и отказывая в их удовлетворении, суд исходит из того, что все условия договора инвестиционного страхования были доведены до истца в письменном виде, то есть страховщик свою обязанность перед страхователем по предоставлению информации о предлагаемой услуги выполнил, что не исключало заблуждения истца в отношении содержания заключаемого договора.

Согласно статье 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 042 рубля.

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 297 рублей 70 копеек.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

признать договор инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Аэронавтика» от 21 сентября 2021 года №, заключенный между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни», недействительным.

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни», ОГРН <***> в пользу ФИО1, паспорт серия №, денежные средства в размере 2 417 610 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21 сентября 2021 года по 29 января 2025 года в размере 1 010 329 рублей 15 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму 2 417 610 рублей, начиная с 30 января 2025 года и по день фактического исполнения обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 042 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни», ОГРН <***> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 5 297 рублей 70 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд Вологодской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Г.А.Папушина

Мотивированное решение изготовлено 12.02.2025.