Дело № 2-210/2025
УИД 24RS0004-01-2024-001431-69
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 января 2025 года пгт. Березовка Березовского района
Красноярского края
Березовский районный суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Никитина А.В.,
с участием: представителя истца ФИО2 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 21.05.2024 г.,
представителя ответчика АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» - ФИО7, действующей на основании доверенности от 10.06.2022 г.,
представителя прокуратуры Березовского района Красноярского края – помощника прокурора Новиковой О.Л.,
при секретаре Коренко Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, в лице представителя ФИО6, обратился в суд с иском к АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, исковые требование мотивированы тем, что ФИО1 <дата> был принят в ОАО «РУСАЛ Красноярск» (в настоящее время – АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод») в корпус 22 серии корпусов электролиза 21, 22 Дирекции по электролизному производству на должность электролизника, расплавленных солей 3 разряда.
<дата> истцу присвоен 4 разряд электролизника расплавленных солей Дирекции по электролизному производству, <дата> истец был переведен в службу катодного хозяйства в серию корпусов электролиза 21, 22 электролизником расплавленных солей 4 разряда Дирекции по электролизному производству, <дата> истцу присвоен 5 разряд электролизника расплавленных солей Дирекции по электролизному производству, <дата> истец был переведен в службу производства алюминия серию корпусов электролиза 21, 22 электролизником расплавленных солей разряда Дирекции по электролизному производству, <дата> истец был переведен в серию корпусов электролиза 21,1 электролизником расплавленных солей 5 разряда Дирекции по электролизное производству, <дата> истец был переведен в серию корпусов электролиза 15,1 электролизником расплавленных солей 5 разряда Дирекции по электролизное производству, <дата> трудовой договор между истцом и ответчиком был расторгнут на основании п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ, что подтверждается копией трудовой книжки ТК №.
За период работы, начиная с <дата> по <дата>, электролизником расплавленных солей в подразделениях Дирекции по электролизном производству АО «РУСАЛ Красноярск» в условия воздействия вредных и опасных производственных факторов (воздействия химического фактора (фтор и его соединения) истец приобрел профессиональное заболевание.
Согласно медицинского заключения Краевого центра профпатологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница» от <дата> № истцу установлен диагноз: «J45.1 Неаллергическая астма: профессиональная бронхиальная астма, неаллергическая, от воздействия химических веществ (фтор и его соединения) средней тяжести, обострение средней тяжести. ВН 1 ст., ДН 0 <адрес> профессиональное, установлено впервые».
Актом о случае профессионального заболевания от <дата> установлено, что причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов - химических веществ, опасных для развития острого отравления (остронаправленным механизмом действия, раздражающего действия - фтора и его соединений): максимально - разовой концентрации гидрофторида (по фтору) с превышением ПДК до 3,0 раза; максимально - разовой концентрации соли фтористоводородной кислоты (криолита) с превышением ПДК до 1,5 раза; среднесменной концентрации гидрофторида (по фтору) с превышением ПДК до 7,5 раза; среднесменной концентрации соли фтористоводородной кислоты (криолита) с превышением ПДК до 4,05 раза; максимально - разовой концентрации веществ однонаправленного действия с эффектом суммации (гидрофторида, криолита) с превышением ПДК до 4,3 раза; максимально - разовой концентрации веществ однонаправленного действия с эффектом суммации (гидрофторида, углерода оксида) с превышением ПДК до 3,3 раза; среднесменной концентрации веществ однонаправленного действия с эффектом суммации (гидрофторида, криолита) с превышением ПДК до 11,5 раза; среднесменной концентрации возгонов каменноугольных смол и пеков с превышением ПДК до 3,4 раза; среднесменной концентрации бензапирена с превышением ПДК до 2,0 раза; аэрозолей преимущественно фиброгенного действия; среднесменной концентрации диалюминия триоксида с превышением ПДК до 1,65 раза; параметров микроклимата: температуры воздуха рабочей зоны, тепловая нагрузка среды превышает ПДУ до 31.8 °С, интенсивность теплового излучения превышает ПДУ до 760 Вт/м2, микроклимат на рабочем месте электролизника нагревающий, в холодный период температура воздуха рабочей зоны ниже ПДУ до 4°С, микроклимат на рабочем месте электролизника охлаждающий.
Согласно акта о случае профессионального заболевания от <дата> вина истца не установлена (п. 19 акта).
В соответствии с п.21 акта о случае профессионального заболевания от <дата> лицом, допустившим нарушения государственных санитарно - эпидемиологических правил и иных нормативных актов является ответчик.
Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания в отношении истца, утвержденной Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю <дата>, условия труда электролизника расплавленных солей в серии корпусов электролиза 21.22, 15, 16 Дирекции по электролизному производству АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию вредных химических веществ.
В результате приобретенного профессионального заболевания, истец не может полноценно участвовать в трудовой и повседневной деятельности.
Постоянная отдышка, приступы удушья, сухой кашель, заложенность груди стали обыкновенным состоянием организма истца. Любая физическая нагрузка, состояние волнения, любая незначительная простуда провоцирует у истца приступы бронхиальной астмы. До настоящего времени неопределенной остается возможность дальнейшей трудовой деятельности истца. Ответчик, получив сведения о наличии у истца профессионального заболевания, с учетом медицинских противопоказаний уволил истца, обосновал увольнение отсутствием вакантных должностей соответствующих состоянию здоровья истца. Поиски иной работы для истца являются бесперспективными, так как имеющиеся вакансии противопоказаны по состоянию здоровья истца.
Таким образом, истец вследствие приобретенного профессионального заболевания (неаллергическая астма: профессиональная бронхиальная астма, неаллергическая, от воздействия химических веществ (фтор и его соединения) средней тяжести, обострение средней тяжести. ВН 1 ст., ДН 0 ст., в период трудовой деятельности с <дата> по <дата>, электролизником расплавленных солей в подразделениях Дирекции по электролизному производству АО «РУСАЛ Красноярск», испытывает нравственные и физические страдания, полагает, что разумным и справедливым размером компенсации морального вреда за причиненные истцу нравственные и физические страдания является сумма 1 000 000 рублей.
С учетом изложенного, истец ФИО1 просит суд: взыскать с АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, за причиненный вред его здоровью.
Представителем ответчика АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» - ФИО3 представлены возражения на иск, в которых она просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку ФИО1 работал в АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» электролизником расплавленных солей., был занят с вредными условиями труда в период с <дата> по <дата>, стаж работы составил 16 лет 7 месяцев.
<дата> на основании медицинского заключения от <дата> трудовой договор с ФИО1 был расторгнут по пункту 8 части 1 статьи 77 ТК РФ - отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы.
В период работы на предприятии ФИО1 обеспечивался спецодеждой и средствами индивидуальной защиты согласно типовым отраслевым нормам, ежегодно проходил плановые периодические медицинские осмотры и признавался годным к работе в своей профессии. В 2013, 2018 годах ФИО1 проходил периодические медицинские осмотры в центре профпатологии КГБУЗ «ККБ», противопоказаний к работе выявлено не было. В 2023 году прошел расширенный медицинский осмотр в центре профпатологии КГБУЗ «ККБ», установлен предварительный диагноз профессионального заболевания.
Законных оснований у работодателя - ответчика отказать в заключении трудового договора, а также прекратить существовавшие трудовые отношения до установления профессионального заболевания не имелось.
О работе во вредных условиях истец был поставлен в известность при трудоустройстве на работу. Однако, ФИО1 отработал в условиях вредного воздействия производственных факторов, которые могли повлиять на развитие бронхиальной астмы длительное время, более 16 лет. При этом, у ФИО1 имелась возможность сменить место работы, профессию, но он осознано продолжал трудовую деятельность в условиях, которые могут привести к заболеванию, то есть своими действиями также способствовал наступлению неблагоприятных последствий для своего здоровья.
Таким образом, учитывая длительный (более 16 лет) стаж работы ФИО1 электролизником расплавленных солей АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» и, как следствие, длительность воздействия на организм истца неблагоприятных производственных факторов, когда величина профессионального риска здоровью работника определяется не только уровнями вредных производственных факторов, но и длительностью их воздействия на организм работника, что отражено в акте о случае профессионального заболевания от <дата>, в связи с чем представитель ответчика полагает, что нет оснований утверждать о наличии вины только работодателя в причинении вреда здоровью ФИО1
В судебное заседание истец ФИО1, не явился, извещался надлежащим образом, для участия в судебном заседании направил своего представителя – ФИО6, который исковые требования поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.
Представитель ответчика АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» - ФИО3 поддержала доводы, ранее изложенные в возражениях на иск, просила отказать в удовлетворении исковых требований.
Представитель прокуратуры <адрес> Красноярского края – ФИО4, в судебном заседании, с учетом имеющихся в деле доказательств, пришла к заключению о том, что требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично в размере 500000 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.
Суд, в силу ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом, извещённых о дне и месте рассмотрения дела.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу статьи 3 Федерального закона от <дата> N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.
Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от <дата> N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Из изложенного следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора. В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. При этом, положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, истец ФИО1 <дата> был принят в ОАО «РУСАЛ Красноярск» (в настоящее время – АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод») в корпус 22 серии корпусов электролиза 21, 22 Дирекции по электролизному производству на должность электролизника, расплавленных солей 3 разряда.
<дата> истцу присвоен 4 разряд электролизника расплавленных солей Дирекции по электролизному производству, <дата> истец был переведен в службу катодного хозяйства в серию корпусов электролиза 21, 22 электролизником расплавленных солей 4 разряда Дирекции по электролизному производству, <дата> истцу присвоен 5 разряд электролизника расплавленных солей Дирекции по электролизному производству, <дата> истец был переведен в службу производства алюминия серию корпусов электролиза 21, 22 электролизником расплавленных солей разряда Дирекции по электролизному производству, <дата> истец был переведен в серию корпусов электролиза 21,1 электролизником расплавленных солей 5 разряда Дирекции по электролизное производству, <дата> истец был переведен в серию корпусов электролиза 15,1 электролизником расплавленных солей 5 разряда Дирекции по электролизное производству, <дата> трудовой договор между истцом и ответчиком был расторгнут на основании п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ, что подтверждается соответствующими записями в трудовой книжке истца и не оспаривается стороной ответчика.
В соответствии с п. 24 санитарно - гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от <дата> №, которая составлена на основании извещения от <дата> № КГБУЗ «Краевая клиническая больница» об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания: «J 45.1 Бронхиальная астма» ФИО1, <дата> г.р., установлено, что условия труда электролизника расплавленных солей в серии корпусов электролиза 21, 22, 15, 16 Дирекции по электролизному производству ОАО «РУСАЛ Красноярск», АО «РУСАЛ Красноярск» являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям.
Согласно медицинского заключения о наличии профессионального заболевания от <дата> № истцу ФИО1 выставлен диагноз заболевания по МКБ-10Б в отношении которого проведена экспертиза связи заболевания с профессией: J 45.1 Неаллергическая астма: профессиональная бронхиальная астма, неаллергическая, от воздействия химических веществ (фтор и его соединения) средней тяжести, обострение средней тяжести. ВН I ст., ДН 0 ст., заболевание профессиональное установлено впервые. Заключение врачебной комиссии: учитывая стаж в профессии электролизника расплавленных солей (16 лет 6 месяцев), данные СГХ условий труда № от <дата>, работа в контакте с промышленными аэрозолями (гидрофторид, соли фтористоводородной кислоты), уровень которых превышает ПДК, дебют клинических проявлений в период работы в профессии электролизника расплавленных солей (в 2023 г. диагностируется бронхообструктивный синдром), а также характерной клинической картиной заболевания, подтвержденной врачом аллергологом – заболевание связано с условиями труда, заболевание профессиональное, установлено впервые.
В соответствии с медицинским заключением от <дата> № истец ФИО1, как работник АО «РУСАЛ Красноярск» (дирекция по электролизному производству/ серия корпусов электролиза №,16, электролизник расплавленных солей, 5 разряд), признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ (1.5; 3.1.2; 4.8; 1.50; 1.39; 1.8.4.1) в соответствии с приказом МЗ РФ №н от <дата>
Кроме того, согласно п. 18 акта о случае профессионального заболевания от <дата>, причиной профессионального заболевания истца ФИО1 послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: химического фактора – химических веществ, опасных для развития острого отравления (с остронаправленным механизмом действия, раздражающего действия – фтора и его соединений) – основных факторов производственной среды в соответствии с пп. 7.1, 8 извещения № от <дата>, при этом согласно п. 19 указанного акта вины работника – истца ФИО1 не установлено, также в п. 21 указанного акта лицом, допустившим нарушение государственных санитарно- эпидемиологических правил и нормативных актов является АО «РУСАЛ Красноярск», которое допустило следующие нарушения: на рабочем месте электролизника расплавленных солей серии корпусов электролиза 21,22, 15, 16 дирекции по электролизному производству АО «РУСАЛ Красноярск» содержание химических веществ, опасных для развития острого отравления (с остронаправленным механизмом действия, раздражающего действия), канцерогенных веществ, параметры микроклимата превышают предельно-допустимые значения, что является нарушением требований ч. 1 ст. 24, ч. 2 ст. 25 Федерального закона от <дата> № 52-ФЗ «О санитарно – эпидемиологическом благополучии населения», п. 1.5 СП <дата>-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», табл. 2.1, п. 29 табл. 5.2 СанПиН.<дата>-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания», пп. 5.1, 5.3, 5.5 Р <дата>-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда».
Также в соответствии со справкой МСЭ-2013 № о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, выданной ФИО1, степень утраты его профессиональной трудоспособности составила 20%, в связи с профессиональным заболеванием, на основании акта о случае профессионального заболевания от <дата>, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с <дата> до <дата>
Таким образом, вопреки доводам представителя ответчика АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» - ФИО3, при разрешении исковых требований ФИО1 судом установлено, что ответчиком, работнику ФИО1 не были обеспечены условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, что привело к установлению у истца профессионального заболевания - J 45.1 Неаллергическая астма: профессиональная бронхиальная астма, неаллергическая, от воздействия химических веществ (фтор и его соединения) средней тяжести, обострение средней тяжести. ВН I ст., ДН 0 ст., в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований для применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда истцу ФИО1
При определении суммы компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает степень его нравственных и физических страданий, процент утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию отсутствие вины ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания, необходимость регулярно принимать медикаменты, утрату возможности вести привычный образ жизни, в связи с чем, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда по профессиональному заболеванию в размере 400 000 рублей, указанная сумма, по мнению суда, отвечает признакам справедливого вознаграждения истца за страдания, полученные в результате виновных действий ответчика.
С учетом вышеизложенного, в силу ст. 103 ГПК РПФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в связи с чем, с ответчика АО «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» в доход местного бюджета, с учетом положений ст. 333.19 НК РФ, подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 3000 руб. за требование о компенсации морального вреда.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.
Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» (ОГРН <***>, ИНН <***>), в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.
Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Красноярский Алюминиевый Завод» (ОГРН <***>, ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Березовский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Председательствующий А.В. Никитин
Мотивированное решение изготовлено <дата>.