Решение по делу № 2-393/2025 от 28.07.2025 | Спасский районный суд (Приморский край)

Дело № 2-393/2025 25RS0011-01-2025-000594-66

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 мая 2025 года г.Спасск-Дальний

Приморский край

Спасский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Емелиной Е.А.,

при секретаре судебного заседания Якимовой К.Е.,

с участием:

старшего помощника военного прокурора 32 военной прокуратуры гарнизона военной прокуратуры Восточного военного округа ФИО1,

истца ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С.,

представителей ответчика Федерального государственного казенного учреждения "<адрес> Военный госпиталь" Министерства обороны Российской Федерации ФИО3, ФИО4, действующих на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО5 по ордеру - Резниченко С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к Федеральному государственному казенному учреждению «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, исковому заявлению ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

установил :

ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО2, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. обратились в суд к Федеральному государственному казенному учреждению «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, указав в обоснование требований, что ДД.ММ.ГГГГ К.О.В., ДД.ММ.ГГГГ, обратилась за медицинской помощью в стоматологическую поликлинику филиала № ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ (<адрес>), где последней удален ДД.ММ.ГГГГ слева и после этого К.О.В. направлена на стационарное лечение в госпитальное отделение филиала № ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ (<адрес>). Около ДД.ММ.ГГГГ этого же дня К.О.В. поступила в указанный филиал с диагнозом: №

ДД.ММ.ГГГГ постановлением о соединении уголовных дел руководителем ВСО СК России по <адрес> учитывая, что одно лицо, то есть ФИО5, совершило преступление, предусмотренное №, уголовное дело № и уголовное дело № соединены в одном производстве, присвоив соединенному уголовному делу №.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением о признании потерпевшим ФИО2 (муж погибшей) признан потерпевшим по уголовному делу №

ДД.ММ.ГГГГ года постановлением о признании потерпевшим ФИО6 (мать погибшей) признана потерпевшей по уголовному делу №

Указанное уголовное дело направлено для рассмотрения в <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ <адрес> вынесено постановление о прекращении уголовного дела, уголовного преследования на основании заявленного адвокатом Резниченко С.В. ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Подсудимая ФИО5 заявленное защитником ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности поддержала в полном объёме.

Таким образом, прекращение уголовного дела в отношении ФИО5, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного №, на основании №, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, является не реабилитирующим основанием.

На основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 принята (бессрочно) на работу в филиал № «<адрес> военного госпиталя». Федеральное государственное казенное учреждение «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации является работодателем ФИО5, и, как установлено следствием, при исполнении своих профессиональных обязанностей ФИО5 совершила вменяемое ей преступление.

К.О.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходилась дочерью, женой, матерью истцам.

К.О.В. на день смерти было всего ДД.ММ.ГГГГ. Она была самым близким человеком для истцов, с которыми она делила радость и невзгоды.

Смерть дочери (матери, жены) является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, потеря любимого человека, К.О.В. находилась в молодом трудоспособном возрасте, отсутствие возможности у истцов восстановить утрату, связанную со смертью матери (жены, дочери), утрату права на заботу, помощь и поддержку со стороны своей матери (младшему сыну на момент гибели матери было 13 лет), а потому переживания истцов, связанные с гибелью К.О.В., являются нравственными страданиями, что в силу ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для возложения на ответчика обязанности по денежной компенсации, причиненного истцам морального и материального вреда.

На основании изложенного, истцы считают, что им причинен моральный вред, который каждый из них оценивает в СУММА 1.

Кроме того, в результате смерти К.О.В., ее мужем ФИО2 были понесены материальные расходы, связанные с погребением жены К.О.В. и сохранением памяти об усопшей, которые заключались в ритуальных услугах согласно договору на ритуальные услуги б/н от ДД.ММ.ГГГГ на сумму СУММА 3; эксгумации - стоимостью СУММА 2 (в рамках уголовного дела); изготовлению памятника на основании договора на изготовление памятника от ДД.ММ.ГГГГ на сумму – СУММА 4, итого на общую сумму – СУММА 5.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 151, 1064, 1094, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, а также ст.ст. 3, 29, 131, 132 ГПК РФ, просит взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации в пользу ФИО6, ФИО2, К.А.С., К.А.С., ФИО7 компенсацию морального вреда в сумме СУММА 1 каждому;

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации в пользу ФИО2 материальный ущерб в размере СУММА 5.

ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО2, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. обратились в суд к ФИО5 с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование которого указала, что ДД.ММ.ГГГГ К.О.В., ДД.ММ.ГГГГ, обратилась за медицинской помощью в стоматологическую поликлинику филиала № ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ (<адрес>), где последней удален № слева и после этого К.О.В. направлена на стационарное лечение в госпитальное отделение филиала № ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ (<адрес>). Около ДД.ММ.ГГГГ этого же дня К.О.В. поступила в указанный филиал с диагнозом: СУММА 6 Периостит нижней челюсти слева». При оказании медицинской помощи К.О.В. медицинскими работниками указанного филиала, у последней развился анафилактический шок, и около ДД.ММ.ГГГГ этого же дня наступила её биологическая смерть №.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением о соединении уголовных дел руководителем ВСО СК России по Спасск-Дальнему гарнизону учитывая, что одно лицо, то есть ФИО5, совершило преступление, предусмотренное №, уголовное дело № и уголовное дело № соединены в одном производстве, присвоив соединенному уголовному делу №

Указанное уголовное дело направлено для рассмотрения в <адрес>

К.О.В. на день смерти было всего №. Она была самым близким человеком для истцов, с которыми она делила радость и невзгоды.

Смерть дочери (матери, жены) является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, потеря любимого человека, К.О.В. находилась в молодом трудоспособном возрасте, отсутствие возможности у истцов восстановить утрату, связанную со смертью матери (жены, дочери), утрату права на заботу, помощь и поддержку со стороны своей матери (младшему сыну на момент гибели матери было ДД.ММ.ГГГГ), а потому переживания истцов, связанные с гибелью К.О.В., являются нравственными страданиями, что в силу ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для возложения на ответчика обязанности по денежной компенсации, причиненного истцам морального и материального вреда.

В результате неожиданной гибели дочери ФИО6 испытывает растерянность, подавленность, депрессию, утратила вкус к жизни, не видит дальнейших целей для полноценного и радостного проживания. Дети остались без заботы и теплоты матери, а муж потерял ту единственную с которой в горе и радости прожил не менее 32 лет.

Истцы считают, что им причинен моральный вред, который каждый из них оценивает в СУММА 7.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения ст.ст. 151, 1064, 1094, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, а также ст.ст. 3, 29, 131, 132 ГПК РФ, просят взыскать с ФИО5 в пользу ФИО6, ФИО2, К.А.С., К.А.С., ФИО7 компенсацию морального вреда в размере СУММА 7 каждому.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела № и № по вышеуказанным исковым заявлениям объединены в одно производство с присвоением единого номера №.

Истец ФИО2, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. в судебном заседании исковые требования к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба и к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда поддержал по доводам и основаниям, изложенным в исковых заявлениях, требования просил удовлетворить в полном объеме. Дополнительно пояснил, что в результате ненадлежащим образом оказанной медицинской помощи его жене К.О.В. медицинским работником ФИО5, К.О.В. скончалась, в результате чего он потерял близкого человека - супругу, с которой прожил в браке №.

Истцы ФИО8, ФИО7, ФИО6 и ее представитель по устному ходатайству ФИО9 в судебное заседание не явились, извещены о дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом, представили заявления, согласно которым исковые требования поддерживают в полном объеме, дело просят рассмотреть дело без их участия.

Суд полагает возможным в силу положений ч. 5 ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие истцов К.А.С., ФИО7, ФИО6 и ее представитель по устному ходатайству ФИО9, уведомленных о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

ФИО6 и ее представитель по устному ходатайству ФИО9 в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба и к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда поддержали по доводам и основаниям, изложенным в исковых заявлениях, требования просили удовлетворить в полном объеме.

Представители ответчика ФГКУ "<адрес> Военный госпиталь" МО РФ ФИО3, ФИО4, действующие на основании доверенности, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба.

ДД.ММ.ГГГГ от начальника ФГКУ "<адрес> Военный госпиталь" МО РФ поступили возражения на исковое заявление ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ о взыскании компенсации морального вреда, из которого следует, что ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ заявленные требования не признает по следующим основаниям. Медицинская помощь К.О.В. оказывалась учреждением имеющим лицензию на оказание медицинской помощи в соответствии с существующими порядками оказания медицинской помощи.

Доказательства вины ответчика в недобросовестном выполнении медицинским работником ответчика своих профессиональных обязанностей при лечении К.О.В., как и доказательств дефекта при оказании ей медицинской помощи нет, что свидетельствует об отсутствии вины ответчика. Произошедшее явилось следствием стечения ряда обстоятельств, не зависящих от воли учреждения. Истцу надлежало доказать факт нарушения личных неимущественных прав ответчиком, а так же наступление последствий вследствие такого нарушения в виде физических либо нравственных страданий. Между тем, истцом не доказано наличие нравственных страданий и в чём конкретно они были выражены. Иных доказательств, в силу ст.ст. 56, 57 ГПК РФ, истец не привел. Считает, что заявленные требования о возмещении расходов по установке памятника на сумму СУММА 4, при общей стоимости затрат на погребение, в том числе с установкой креста на могиле в СУММА 3, нельзя признать обоснованными и разумными. Кроме того, нельзя признать обоснованными требования о возмещении затрат в сумме СУММА 2 на эксгумацию тела, так как в соответствии с ч. 5 ст. 178 УПК РФ расходы, связанные с эксгумацией и последующим захоронением трупа в рамках расследования уголовного дела, возмещаются родственникам покойного в порядке, установленном статьей 131 УПК РФ за счет средств федерального бюджета, либо средств участников уголовного судопроизводства. ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ участником уголовного дела, на которое может быть возложена обязанность по возмещению процессуальных расходов, не являлось.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, просит в удовлетворении иска к ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ о взыскании морального вреда за некачественное оказание медицинской помощи К.О.В., оцененного в СУММА 1, а также затраты на погребение К.О.В. в размере СУММА 5, отказать.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена о дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовала.

Суд полагает возможным в силу положений ч. 3 ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО5, уведомленной о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО5 по ордеру - Резниченко С.В. в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по исковому заявлению ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С., к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда. Дополнительно пояснил, что предъявление требований о возмещении материального и морального вреда возможно только в отношении лиц, установленных надлежащим образом. В ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО5, доказательств ее виновности представлено не было. Требования истцов к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда основываются на постановлении Спасского районного суда <адрес> о прекращении уголовного дела, уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного на основании заявленного адвокатом Резниченко С.В. ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования. Вместе с тем, обращает внимание суда на то, что в процессе следствия и в судебных заседаниях по уголовному делу ФИО5 вину не признавала. Постановление Спасского районного суда <адрес> о прекращении уголовного дела, уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ не является преюдициальным и не освобождает истцов от обязанности доказывания факта ненадлежащих действий ответчика. Указанное постановление лишь является основанием для прекращения уголовного преследования, виновность данным постановлением не устанавливалась. Полагает, что истцами не доказана виновность его доверительницы в наступивших последствиях, что исключает возможность взыскания с нее в пользу истцов морального вреда. В связи с изложенным, просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Третье лицо - Министерство обороны Российской Федерации, своего представителя в судебное заседание не направили, представили возражение на исковое заявление ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ о взыскании компенсации морального вреда, из которого следует, что МО РФ возражает против удовлетворения исковых требований в полном объеме, считает доводы искового заявления незаконными и необоснованными, поскольку оснований для возложения обязанности на ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Минобороны России по компенсации морального вреда истцам по правилам главы 59 ГК РФ не имеется, так как Спасским районным судом <адрес> установлен непосредственный причинитель вреда, а именно ФИО5. Совершенные ФИО5 действия, установленные судебным решением о прекращении уголовного дела по не реабилитирующему основанию, носили противоправный характер, в результате которых повлекли по неосторожности смерть К.О.В.. Гибель К.О.В. произошла вследствие действий ФИО5, в отношении которой уголовное дело прекращено по не реабилитирующему основанию. Таким образом, представитель Министерства обороны Российской Федерации считает, что надлежащим ответчиком по делу должна являться ФИО5, действиями которой причинена смерть К.О.В.

Кроме того, истицами суду не представлено доказательств причинения им именно действиями ФГКУ «<адрес> военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации нравственных страданий, в то время как компенсация морального вреда согласно статье 151 ГК РФ взыскивается, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом. Несмотря на перенесенный истцами моральный вред, отсутствует причинно-следственная связь между гибелью К.О.В. и действиями должностных лиц ФГКУ «<адрес> военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации. Ответственность за вред, причиненный независимо от вины должностных лиц, наступает только в случаях, предусмотренных законом, следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии вины указанных органов и лиц в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 ГК РФ отсутствуют. В ходе рассмотрения дела причинно-следственная связь между действием (бездействием) должностных лиц ФГКУ «<адрес> военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации и причинением морального вреда истцам суду первой инстанции не предоставлено, в связи, с чем оснований для компенсации ему морального вреда за счет средств ФГКУ «<адрес> военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации, не имеется. Истцами суду первой инстанции не предоставлено доказательств, обосновывающих размер причиненного им морального ущерба.

Истцами в исковом заявлении указано, что ими понесены материальные расходы связанные с погребением К.О.В., а именно ритуальные услуги на сумму СУММА 3, эксгумации - стоимостью СУММА 2 (в рамках уголовного дела), изготовление памятника в сумме СУММА 4. Представитель Министерства обороны Российской Федерации полагает, что вред должен возмещаться на общих основаниях, предусмотренных ст. 1064 ГК РФ лицом, являющемся причинителем вреда, то есть ФИО5.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, просит в удовлетворении исковых требований ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Минобороны России о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного смертью К.О.В., а также материального ущерба, отказать в полном объеме; в случае отсутствия представителя Министерства обороны Российской Федерации, рассмотреть гражданское дело без его участия.

Суд полагает возможным в силу положений ч. 5 ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица - Министерства обороны Российской Федерации, уведомленного о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

Старший помощник военного прокурора 32 военной прокуратуры гарнизона военной прокуратуры Восточного военного округа ФИО1 в своем заключении полагал исковые требования ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба законными, обоснованными, подлежащими частичному удовлетворению. Полагал возможным взыскать с ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ в пользу истцов в счет компенсации морального вреда СУММА 7 в пользу каждого истца, взыскать с ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» МО РФ в пользу ФИО2 материальный ущерб в размере СУММА 5. В удовлетворении исковых требований ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, считал необходимым отказать.

Выслушав стороны, заключение старшего помощника военного прокурора 32 военной прокуратуры гарнизона военной прокуратуры Восточного военного округа ФИО1, исследовав письменные материалы дела, и дав им юридическую оценку, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Согласно статье 18 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на охрану здоровья, которое, в частности, обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

В соответствии с частью 2 статьи 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ к числу прав граждан в сфере охраны здоровья относится, в том числе право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены в главе 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" ГК РФ (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В статье 38 Конституции Российской Федерации и в статье 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 СК РФ).

Как определено пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья151 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

В статье 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно пунктам 1 и 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Из изложенного следует, что в случае причинения работником медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинского учреждения за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинского учреждения (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только при наличии прямой причинной связи. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы 3, 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Как следует из материалов, находясь в палате № госпитального отделения филиала, достоверно зная о запрете самостоятельно изменять порядок лечения, в том числе вводить внутривенно К.О.В. раствор цефтриаксона с лидокаином, превышая установленную скорость введения, осознавая, что нарушение указанных запретов может повлечь развитие у последней анафилактического шока и системного токсического эффекта, действуя по неосторожности, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде наступления у К.О.В. неблагоприятной патологической реакции на введенное ей лекарственное средство, повлекшее за собой развитие шока тяжелой степени, острой сердечно-сосудистой и острой дыхательной недостаточности, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, в нарушение ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации, ст. 2, п. 21 ч. 1 ст. 2, ст. 2, 18-19 Федерального закона № - ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Технологии выполнения простых медицинских услуг инвазивных вмешательств (№), п. 3.2 Правил внутреннего трудового распорядка филиала, Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, утвержденного приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, и должностной инструкции медицинской сестры процедурной, утвержденной начальником филиала ДД.ММ.ГГГГ, а также инструкции по медицинскому применению лекарственного препарата «цефтриаксон», утверждённой Министерством здравоохранения Российской Федерации (регистрационный номер: №), и инструкции по медицинскому применению лекарственного препарата «лидокаин», утверждённой Министерством здравоохранения Российской Федерации (регистрационный номер: №), произвела внутривенно в правую локтевую ямку К.О.В. инъекцию цефтриаксона, растворенного лидокаином, со скоростью более 25-50 мг в минуту.

Сразу после указанной инъекции К.О.В. пожаловалась на резкое ухудшение самочувствия, затруднение дыхания, изменилась окраска кожи лица на синюшную, появилась боязнь смерти. Примерно через одну минуту после инъекции К.О.В. потеряла сознание.

В период с ДД.ММ.ГГГГ П.Ю.В., ФИО5, а также медицинские сестры С.Э.В., Т.Т.А. и М.О.Ф. выполнили ряд реанимационных и иных мероприятий, в том числе П.Ю.В. ввел в ротовую полость К.О.В. воздуховод и подсоединил к нему мешок типа «Амбу», по указанию П.Ю.В. медицинские сестры ввели К.О.В. внутривенно через левую, правую локтевую вены и вену тыльной поверхности левой стопы норадреналин №

Заключением эксперта (Дальневосточного филиала (с дислокацией в <адрес>) ФГКУ «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации») № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что причиной смерти К.О.В. послужила патологическая реакция на примененное лекарственное средство (-ва) в условиях госпитального отделения филиала № ФГКУ «<адрес> ВГ» МО РФ. Ввиду того, что основной причиной смерти послужила патологическая реакция, с развитием шока тяжелой степени, которая развилась в ответ на внутривенное введение лекарственных препаратов (раствора цефтриаксона с применением лидокаина) примененных с нарушением инструкции, комиссия считает, что между указанным выше дефектом оказания медицинской помощи и смертью К.О.В. имеется прямая причинно-следственная связь.

Указанный в заключении дефект оказания медицинской помощи, допущенный ФИО5 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, состоит в прямой причинно-следственной связи с причинением по неосторожности смерти К.О.В..

Постановлением Спасского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО5, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного №, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Принимая во внимание имеющееся в материалах дела заключение эксперта (Дальневосточного филиала (с дислокацией в <адрес>) ФГКУ «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации») № от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что именно выявленный дефект оказания медицинской помощи, допущенный ФИО5 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, повлиял на развитие негативных последствий, повлекших смерть К.О.В..

ФИО6 является - матерью К. (Б.) О.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается повторным свидетельством о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2 является - мужем К. (Б.) О.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о заключении брака №, выданным ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО8 является - сыном К. (Б.) О.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается повторным свидетельством о рождении №, выданным ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО7 является - дочерью К. (Б.) О.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении №, выданным ДД.ММ.ГГГГ.

Истцы в исковом заявлении и при рассмотрении дела в суде указывали на то, что К.О.В. на день смерти было всего 50 лет. Она была самым близким человеком для истцов, с которыми она делила радость и невзгоды. Смерть дочери (матери, жены) является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, потеря любимого человека, К.О.В. находилась в молодом трудоспособном возрасте, отсутствие возможности у истцов восстановить утрату, связанную со смертью матери (жены, дочери), утрату права на заботу, помощь и поддержку со стороны своей матери (младшему сыну на момент гибели матери было 13 лет), а потому переживания истцов, связанные с гибелью К.О.В., являются нравственными страданиями. В результате неожиданной гибели дочери ФИО6 испытывает растерянность, подавленность, депрессию, утратила вкус к жизни, не видит дальнейших целей для полноценного и радостного проживания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151 и 1101 Гражданского кодекса РФ, учитывая, что смерть близкого человека привела к невосполнимой утрате семейных связей, истцы лишены любви, заботы и поддержки дочери, матери, жены), исходя из конкретных обстоятельств данного дела, в частности, наличия прямой причинно-следственной связи между выявленным дефектом оказания медицинской помощи и смертью К.О.В., исходя из требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере СУММА 1 в пользу каждого истца.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в меньшем размере суд не усматривает, полагая данную компенсацию в вышеприведенном размере разумной и справедливой, поскольку ответчиком ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации не представлено суду надлежащих доказательств, опровергающих данные обстоятельства, а также доказательств того, что вред возник не по его вине.

Разрешая требования истца ФИО2 о взыскании с ответчика ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации расходов на погребение, расходов на изготовление памятника, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Положениями ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» определено понятие погребения как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со статьей 3 выше названного Федерального закона возмещению подлежат расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения: расходы по изготовлению и доставке гроба, приобретение одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для погребения; расходы по подготовке и обустройству захоронения (могилы, места в колумбарии); расходы по перевозке тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); расходы непосредственно по погребению либо кремации с последующей выдачей урны с прахом.

В силу ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (то есть установка памятника, ограды, надгробья и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям, что в порядке ст. 61 ГПК РФ является общеизвестным обстоятельством и не нуждается в доказывании.

Пунктом 6.1. Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от ДД.ММ.ГГГГ №, в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовение. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГСа; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставка похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, пастижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее.

Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе и т.п.).

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, т.е. размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании. Вместе с тем, возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности.

Истцом ФИО2 была осуществлена организация похорон и мероприятий, связанных с погребением умершей К.О.В..

Стоимость понесенных истцом ФИО2 расходов на погребение составила СУММА 3, что подтверждается договором на ритуальные услуги № б/н от ДД.ММ.ГГГГ, квитанцией об оплате ритуальных услуг от ДД.ММ.ГГГГ.

Стоимость понесенных истцом ФИО2 расходов на изготовление памятника составила СУММА 4, что подтверждается договором на изготовление памятника № от ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку заявленные ФИО2 требования о взыскании расходов непосредственно связаны с погребением К.О.В., относятся к обрядовым действиям по захоронению тела человека после его смерти, соответствуют сложившимся традициям и обычаям, обеспечивают достойное отношение к телу умершего и его памяти, подтверждены документально, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации в пользу истца ФИО2 заявленных им расходов на погребение, изготовление памятника. Произведенные истцом расходы не являются чрезмерными и отвечают требованиям разумности. Доказательств обратного ответчиком не представлено и судом не установлено.

При таких обстоятельствах с ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации подлежат взысканию в пользу ФИО2 расходы на погребение в размере СУММА 3, расходы на изготовление памятника в размере СУММА 4.

Разрешая требования истца ФИО2 о взыскании с ответчика ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации расходов на эксгумацию в размере СУММА 2, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

Процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы, либо смерти подозреваемого или обвиняемого, в отношении которого уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 4 части первой статьи 24 настоящего Кодекса. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного (часть 6 статьи 131 Кодекса).

Положения статей 299, 309, 396 и 397 Кодекса указывают на обязательность разрешения судом при вынесении приговора или по ходатайству заинтересованной стороны после провозглашения приговора вопроса о том, на кого и в каком размере должны быть возложены процессуальные издержки.

По смыслу положений части 3 статьи 131 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о выплате сумм, относящихся к процессуальным издержкам, решается должностным лицом или судом, в производстве которого находится уголовное дело.

Процессуальные издержки взыскиваются с осужденных либо возмещаются за счет средств федерального бюджета. Решение суда о взыскании процессуальных издержек с указанных лиц или о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета должно быть мотивированным.

По смыслу положений части 1 статьи 131 и частей 1, 2, 4, 6 статьи 132 указанного Кодекса в их взаимосвязи, суду следует принимать решение о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета, если в судебном заседании будут установлены имущественная несостоятельность лица, с которого они должны быть взысканы, либо основания для освобождения от их уплаты.

Если суд при решении вопроса о взыскании процессуальных издержек придет к выводу об имущественной несостоятельности осужденного, то процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета. При этом следует иметь в виду, что отсутствие на момент решения данного вопроса у лица денежных средств или иного имущества само по себе не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным.

Вопрос о распределении процессуальных издержек подлежит разрешению в приговоре или ином итоговом судебном решении, в которых указывается, на кого и в каком размере они должны быть возложены.

В случае, когда вопрос о распределении процессуальных издержек не был решен при вынесении итогового судебного решения, он по ходатайству заинтересованных лиц либо по инициативе суда разрешается этим же судом как до вступления в законную силу такого решения, так и в период его исполнения.

Таким образом, расходы на эксгумацию по уголовному делу являются процессуальными издержками и подлежат возмещению по правилам, предусмотренным Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2023), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ).

В силу п. 3 ч. 1 ст. 309 УПК РФ вопрос о процессуальных издержках подлежит разрешению в приговоре, где указывается, на кого и в каком размере они должны быть возложены.

В случаях, когда вопрос о процессуальных издержках не был решен при вынесении приговора, этот вопрос должен быть разрешен судом, вынесшим приговор, в порядке ст. 397 УПК РФ.

Таким образом, расходы, связанные с эксгумацией являются процессуальными издержками, которые подлежат возмещению родственникам покойного в порядке, установленном ст. 131 и 132 УПК, то есть в порядке, предусмотренном для взыскания процессуальных издержек по уголовному делу. Такие расходы не относятся к имущественному вреду, причиненному преступлением, в связи с чем, вопрос об их возмещении не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО2 к ФГКУ «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации о взыскании расходов на эксгумацию в размере СУММА 2.

Рассматривая исковые требования ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему выводу.

Пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина" разъяснено, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ принята (бессрочно) на работу в филиал № «<адрес> военного госпиталя» Минобороны России, расположенного по адресу: <адрес> (далее - филиал), на должность медицинской сестры процедурной и является лицом гражданского персонала Вооруженных Сил Российской Федерации.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, руководствуясь нормами п.п. 1,2 ст. 1064 ГК РФ, п. 1 ст. 1068 ГК РФ, ст. 1101 ГК РФ, п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, поскольку правовых оснований для взыскания с ответчика ФИО5 компенсации морального вреда не имеется, вред (моральный, материальный), причиненный жизни или здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями.

Доводы ответчиков, третьего лица об отсутствии прямой причинно-следственной связи между дефектом оказания медицинской помощи ФИО5 и смертью К.О.В., нельзя признать состоятельными, поскольку они не соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Доводы третьего лица о том, что надлежащим ответчиком по делу должна являться ФИО5 являются ошибочными, основанными на неверном толковании закона.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил :

исковые требования ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к Федеральному государственному казенному учреждению «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, - удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН: №, ИНН/КПП: №) в пользу ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в счет компенсации морального вреда сумму в размере СУММА 1

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН: №, ИНН/КПП: №) в пользу К.А.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в счет компенсации морального вреда сумму в размере СУММА 1

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН: №, ИНН/КПП: №) в пользу ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в счет компенсации морального вреда сумму в размере СУММА 1

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН: №, ИНН/КПП: №) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в счет компенсации морального вреда сумму в размере СУММА 1, расходы на погребение в размере СУММА 3, расходы на изготовление памятника в размере СУММА 4.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с Федерального государственного казенного учреждения «<адрес> Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации в пользу ФИО2 расходов на эксгумацию в размере СУММА 2,- отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО6, К.А.С., ФИО7, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К.А.С. к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Спасский районный суд Приморского края.

Мотивированное решение суда изготовлено 17 июня 2025 года.

Судья Е.А. Емелина