Судья: Понамаревой Е.А. Дело №33-6357/2023 (№ 2-54/2023)

УИД 22RS0048-01-2023-000061-38

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 июля 2023 года г. Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Параскун Т.И.,

судей Алешко О.Б., Сачкова А.Н.,

при секретаре Коваль М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю на решение Солтонского районного суда Алтайского края от 12 мая 2023 года по делу

по иску ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Алешко О.Б., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

10 апреля 2023 года в Солтонский районный суд Алтайского края поступило исковое заявление ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю о взыскании компенсации морального вреда, в котором истец просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, обосновывая заявленные исковые требования тем, что в рамках рассмотренного ранее Солтонским районным судом гражданского дела ответчиком были восстановлены его имущественные пенсионные права путем учета периода прохождения военной службы, произведенного в связи с этим перерасчета и доплаты пенсии по инвалидности с момента ее назначения.

Несмотря на то, что пенсионным органом были нарушены его имущественные права, своими незаконными действиями ответчик также нарушил и его неимущественные права. Так, с 29 января 2019 года ему была установлена социальная пенсия по инвалидности, в стаж для исчисления которой не были включены периоды его работы и военной службы на территории Грузии, при этом на его обращения пенсионный орган ссылался на законность установленного размера пенсии. С решением пенсионного органа о невключении в его трудовой стаж периода военной службы он был не согласен, поскольку ответственные должностные лица государственного органа не учли, что он защищал интересы своего государства и населения на иной территории, был направлен туда приказом командования страны. С указанного периода он пытался восстановить свои пенсионные права, обращаясь к сотрудникам пенсионного органа, при этом их несправедливость по отношению к нему обострило его онкологическое заболевание, в связи с чем защита его прав и заняла такой длительный период, он очень переживал из-за несправедливости чиновников. Кроме того, истец указал, что нуждался в приобретении платных лекарств в связи с имеющимся заболеванием, регулярно вынужден был из Солтонского района ездить в город Барнаул на обследования, вынужден был работать, имея инвалидность 2 группы.

Более четырех лет государственный пенсионный орган не признавал защиту Родины как период его трудовой деятельности и не учитывал этого при назначении пенсии по инвалидности, с 2019 года неверно применял закон РФ, что негативно повлияло на него как душевно, так и физически, и в феврале 2023 года, после обращения истца в суд, восстановил его имущественные права. Перенесенные вследствие действий сотрудников пенсионного органа нравственные испытания истец оценивает в 500 000 рублей.

Заочным решением Солтонского районного суда Алтайского края от 12 мая 2023 года постановлено исковые требования ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю (ОГРН ***) в пользу ФИО1 (ИНН ***) компенсацию морального вреда в размере тридцати тысяч рублей 00 копеек, в остальной части иска – отказать.

В апелляционной жалобе представитель ответчика Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю просит отменить решение суда в части взыскания компенсации морального вреда 30000 рублей. В обоснование указал, что право на пенсионное обеспечение является имущественным правом гражданина, нарушение пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан. Положения Федерального закона «О страховых пенсиях» не предусматривают компенсацию морального вреда как вид ответственности за нарушение пенсионных права действующего на момент обращения истца.

В письменном возражении на апелляционную жалобу истец просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще. В силу ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствии этих лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив данные доводы, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения, постановленного в соответствии с обстоятельствами дела и требованиями закона.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 128 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», право на страховую пенсию по инвалидности имеют граждане из числа застрахованных лиц, признанные инвалидами I, II или III группы.

В страховой стаж включаются периоды трудовой деятельности на территории Российской Федерации при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в ПФР, и иные нестраховые периоды. Страховые периоды подтверждаются только на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 29 января 2019 года в связи с установлением второй группы инвалидности истцу ФИО1 назначена страховая пенсия по инвалидности, с учетом представленных документов (трудовой книжки, военного билета) рассчитан ее размер, который ежегодно корректировался.

24 августа 2022 года пенсионным органом было принято решение об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) пенсии, в котором указано, что при назначении страховой пенсии по инвалидности с 29 января 2019 года был учтен период работы с 05 января 1989 года по 14 ноября 1991 года в качестве водителя в ПМК-18 Ахалкала Республики Грузия, период службы по контракту с 11 ноября 1993 года по 15 октября 1999 года в республике Грузия, при этом указано, что в страховой и общий стаж включаются только периоды прохождения военной службы в Вооруженных Силах РФ, Объединенных Вооруженных Силах РФ, поэтому ранее период военной службы на территории Грузии истцу при исчислении размера пенсии по инвалидности был учтен неправомерно, что с учетом корректировки привело к уменьшению размера пенсии на 679 рублей 55 копеек, размер пенсии пересчитан в сторону уменьшения с 01 сентября 2022 года.

Не согласившись с решением пенсионного органа, истец ФИО1 обратился в суд с требованием о перерасчете ему с 01 сентября 2022 года размера пенсии по инвалидности.

Производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю о перерасчете пенсии по инвалидности, определением Солтонского районного суда Алтайского края от 21 марта 2023 года было прекращено в связи с отказом истца от иска, вызванным добровольным удовлетворением требований ФИО1, включением ему в трудовой стаж периода работы и военной службы на территории Грузии, производством перерасчета ему со дня назначения пенсии по инвалидности и выплатой задолженности по произведенному перерасчету в размере 52 342 рублей 34 копеек.

При этом согласно отзыва Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю, пенсионное обеспечение граждан, прибывших из Грузии, производится с применением норм Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Грузии о гарантиях прав граждан в области пенсионного обеспечения от 16 мая 1997 года, при этом в соответствии с пунктом 2 статьи 6 указанного Соглашения, трудовой (страховой) стаж, приобретенный на территории бывшего СССР, засчитывается до 31 декабря 1991 года, после этого периоды работы на территории Грузии могут быть включены при условии уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование. Для назначения пенсии гражданам, прибывшим из Грузии в Российскую Федерацию, может быть учтен заработок за работу после переселения, соответствующий нормам законодательства Российской Федерации: за 60 месяцев работы подряд либо за 2000-2001 годы по сведениям индивидуального (персонифицированного) учета, для граждан, которые после переселения в РФ не работали или не имеют минимального стажа работы, требуемого для исчисления заработной платы, и при невозможности определения среднемесячного заработка работника соответствующей профессии и квалификации, размер пенсии исчисляется с учетом среднемесячной заработной платы, сложившейся ко времени назначения пенсии в РФ. В связи с отсутствием статистических данных о средней заработной плате работников по отдельным профессиям и должностям при расчете пенсии переселившимся из Грузии гражданам, учитывается среднемесячная заработная плата в стране по состоянию на 31 декабря 2001 года в размере 1 671 рубля, отношение заработков в этом случае должно равняться «1,0».

Размер пенсии ФИО1 на 31 августа 2022 года составлял 9 940 рублей 23 копейки, к выплате без учета индексации пенсии – 7 343 рубля 07 копеек.

Из выплатного дела истца ФИО1 следует, что при расчете ему пенсии по инвалидности не было учтено отношение по заработной плате с коэффициентом «1,0», в связи с чем был откорректирован стаж по поступившей справке по 30 октября 1991 года и кроме того, был учтен период его службы по контракту на территории Грузии с 11 ноября 1993 года по 15 октября 1999 года, в связи с чем произведен перерасчет и доплата пенсии по инвалидности, начиная со дня назначения пенсии, до февраля 2023 года включительно. С 01 января 2023 года без учета индексации размер подлежащей истцу пенсии по инвалидности составляет 8 470 рублей 12 копеек.

Таким образом, судом установлено, и данное обстоятельство ответчиком не оспаривается, что в период с момента назначения страховой пенсии по инвалидности вплоть до февраля 2023 года, когда была обнаружена допущенная пенсионным органом ошибка при расчете пенсии по инвалидности ФИО1, были нарушены пенсионные права истца, выразившиеся в установлении заниженного размера пенсии, при этом в настоящее время нарушенное право истца восстановлено.

Разрешая спор, частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции установил, что в период с момента назначения страховой пенсии по инвалидности вплоть до февраля 2023 года, когда была обнаружена допущенная пенсионным органом ошибка при расчете пенсии по инвалидности ФИО1, были нарушены пенсионные права истца, выразившиеся в установлении заниженного размера пенсии, при этом в настоящее время нарушенное право истца восстановлено.

Судебная коллегия, соглашаясь с верным выводом суда о том, что вследствие несоблюдения пенсионным органом предписаний закона, регулирующих порядок исчисления пенсии по инвалидности ФИО1, допущено нарушение гарантированного ему Конституцией Российской Федерации права на получение меры социальной поддержки в виде пенсии по инвалидности в установленном законом размере, что лишало его в период с назначения пенсии и до восстановления его нарушенного права возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности, что является основанием для компенсации ему причиненного морального вреда.

При начислении истцу ФИО1 пенсии по инвалидности, пенсионным органом не были учтены требования законодательства, действующие для исчисления размера пенсии с учетом периодов его работы и службы в составе Вооруженных Сил Российской Федерации на территории Грузии, что привело к уменьшению ее ежемесячного размера, и в связи с чем, начиная с момента назначения пенсии по инвалидности, являющейся гарантированной Конституцией Российской Федерации мерой социальной поддержки, вплоть до февраля 2023 года продолжалось нарушение права ФИО1 на получение в установленном законом порядке, мер социальной защиты, указанное нарушение лишало его возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности, что является основанием для компенсации ему причиненного морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии специального закона, допускающего возможность компенсации морального вреда по конкретным правоотношениям основаны на неправильном применении норм материального права.

Доводы жалобы не означают, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

По общему правилу, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (часть 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, а также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из положений статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при установлении незаконных виновных действий ответчика суд апелляционной инстанции усматривает основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, соглашаясь с выводами суда о наличии правовых оснований для его возмещения.

ГУ - Отделение Пенсионного фонда РФ по Алтайскому краю, не являясь государственным органом, тем не менее, осуществляет публичную функцию по пенсионному обеспечению граждан, то есть в его компетенцию входит осуществление отдельных государственных полномочий в сфере социального обеспечения, а значит при решении вопроса о компенсации морального вреда к спорным правоотношениям, помимо названных выше общих норм гражданского законодательства (статьи 15, 1064 ГК РФ) применимы и специальные нормы, устанавливающие ответственность публично-правовых образований за причинение вреда.

На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о взыскании компенсации морального вреда причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм пункта 2 статьи 1099 и статьи 1069 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит.

Суд первой инстанции правильно определил правовую природу спорных отношений по реализации истцом имущественных прав и учел, что нарушение личных неимущественных прав и нематериальных благ гражданина может являться неотъемлемым последствием нарушения его имущественных прав.

По смыслу указанных правовых норм несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое, в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций, пенсий), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Истец ФИО1, являющийся получателем пенсии по инвалидности, пояснял, что за счет пенсии приобретает необходимые для реабилитации лекарства, которые он не смог приобрести в период несвоевременного получения пенсии.

Руководствуясь принципами разумности и справедливости, принимая во внимание объем и период нарушения прав истца на пенсионное обеспечение, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Солтонского районного суда Алтайского края от 12 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: