Решение по делу № 2-3951/2022 от 28.03.2023 - о признании незаконным и отмене приказа от 03.11.2022 № 168-к, изменении формулировки основания и даты увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

УИД: 31RS0022-01-2022-007670-76 №2-545/2023 (№ 2-3951/2022)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 28 марта 2023 г.

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Кладиевой Ю.Ю.,

при секретаре Суворовой Ю.А.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2 (по доверенности № 31 АБ 2034774 от 02.12.2022 сроком на три года, по ордеру №038366 от 02.12.2022), представителя ответчика ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» - ФИО3 (по доверенности №2657 от 27.03.2023 сроком на три месяца),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областной наркологический диспансер» о признании незаконным и отмене приказа от 03.11.2022 № 168-к, изменении формулировки основания и даты увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областной наркологический диспансер» (далее - ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер»), в котором, с учетом уточнения исковых требований просил признать не законным и отменить приказ от 03.11.2022 №168-к, вынесенный главным врачом ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) в отношении ФИО1, изменить формулировку основания увольнения ФИО1 с увольнения по пункту <данные изъяты> подпункту «<данные изъяты>» части <данные изъяты> статьи <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации <данные изъяты>) на увольнение по пункту 3 части статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника), изменить дату увольнения с 03.11.2022 на дату вынесения решения суда в рамках части 7 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» в свою пользу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 17.10.2022 по 28.03.2023 в размере 391 967, 64 руб., взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что с 17.12.2003 он был назначен на должность главного врача ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» в порядке перевода из областного психоневрологического диспансера. 01.12.2011 ему установлена инвалидность <данные изъяты> группы, с 07.03.2012 является пенсионером.

09.07.2021 с ним расторгнут договор в связи с истечением срока трудового договора.

13.07.2021 он был принят на должность врача психиатра-нарколога в отделение медицинской реабилитации. В связи с постоянными конфликтами на работе его состояние здоровья ухудшилось. 31.08.2022 им было подано заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы в связи с ухудшением здоровья. 23.09.2022 подал заявление о предоставлении основного отпуска в связи с перенесённым ОРВИ в тяжёлой форме, но поскольку ему было отказано, 26.09.2022 пришлось подать заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы в связи перенесённым ОРВИ в тяжёлой форме.

14.10.2022 истец подал заявление с просьбой уволить его с 17.10.2022, так как исполнять свои обязанности врача психиатра-нарколога невозможно в состоянии постоянного стресса, вызванного необоснованными придирками, как например написания ежедневных отчётов о проделанной работе и созданию неудовлетворительных условий на рабочем месте, которое поменялось.

Приказом ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» от 03.11.2022 № 168-к ФИО1 был уволен 17.10.2022 <данные изъяты> пункт <данные изъяты> подпункт «<данные изъяты>» части <данные изъяты> статьи <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации.

ФИО4 считает свое увольнение незаконным, поскольку работодатель никаких действий по его уведомлению о результатах рассмотрения поданного заявления об увольнении, кроме отправки писем не предпринял, в полученных почтовых конвертах отсутствовал ответ на заявление от 14.10.2022, ответ от 25.10.2022 не содержит конкретики о результатах рассмотрения заявления истца, требований о предоставлении работником письменного объяснения об отсутствии с 19.10.2022 по 02.11.2022 у него не запрашивались. Указал, что является инвалидом, пенсионером и за все время работы в организации, как в должности врача-нарколога, так и в должности главного врача, он не имел нареканий от работодателя и неоднократно награждался за многолетний добросовестный труд.

В судебное заседание ФИО1 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался судом своевременно и надлежащим образом, реализовал свое право на участие в деле через представителя ФИО2, который в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам искового заявления с учетом их уточнений.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» ФИО3 возражал против удовлетворения иска, указал, что доводы о невыносимых условиях труда, на которые ссылается истец, не обоснованы и ничем не подтверждены. Указал, что у работодателя отсутствовали основания для увольнения истца по той формулировке, которую ФИО1 указал в своем заявлении от 14.10.2022, при этом ему неоднократно предоставлялась возможность переписать заявление об увольнении по указанным им основаниям и подать заявление надлежащим способом с указанием в нем оснований, по которым следует прекратить трудовые отношения (собственное желание, выход на пенсию). Полагает, что процедура увольнения истца была соблюдена, отсутствие без уважительных причин на рабочем месте подтверждается докладными записками и актами об отсутствии на рабочем месте сотрудников ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер». Представил возражения на исковое заявление в письменном виде.

Инициированного судом мирового соглашения стороны не достигли.

Заслушав представителей сторон, свидетелей, исследовав представленные доказательства по делу и дав им оценку в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

Дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (статья 189 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе, в виде увольнения по соответствующим основаниям.

В силу части 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Согласно подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, может быть, расторгнут работодателем в случае прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Увольнение по данному основанию является мерой дисциплинарного взыскания.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, увольнение его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких, как справедливость, соразмерность, законность), и, руководствуясь подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия на работе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 38 и пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17.03.2004 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту <данные изъяты> части первой статьи <данные изъяты> Трудового Кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту <данные изъяты> части первой статьи <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту <данные изъяты> пункта <данные изъяты> части первой статьи <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствия на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.

В силу положений пункта 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17.03.2004 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

По смыслу приведенных нормативных положений трудового законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом с учетом таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность и законность, суду также надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Как установлено судом и следует из материалов дела 13.07.2021 между ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» и ФИО1 заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО1 принят на должность врача-психиатра-нарколога в отделение медицинской реабилитации на неопределенный срок без испытательного срока.

14.10.2022 в ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» поступило заявление ФИО1 об его увольнении с 17.10.2022. В обоснование причины увольнение указано невозможность исполнения своих обязанности врача-психиатра-нарколога в состоянии постоянного стресса, вызванного необоснованными придирками, как например, написанием ежедневных отчетов о проделанной работе и созданию неблагоприятных условий на рабочем месте, которое поменялось.

18.10.2022 ответчиком в адрес ФИО1 направляется заказное письмо с требованием предоставить объяснения о причинах отсутствия на рабочем месте 17 и 18 октября 2022. Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором №30801276537181 письмо получено ФИО1 27.10.2022 (л.д. 71).

19.10.2022 в адрес ФИО1 ответчиком направляется ответ по результатам рассмотрения его заявления от 14.10.2022, в котором ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» сообщает о невозможности увольнения истца, поскольку в заявлении не указаны основания, предусмотренные трудовым законодательством, по которым необходимо расторгнуть трудовой договор. Также указано, что 17.10.2022 является рабочим днем с началом рабочей смены в 8 ч. 00 мин. И окончанием рабочей смены в 15 ч. 42 мин. Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором № 30801576216045 письмо получено адресатом 27.10.2022 (л.д.95).

21.10.2022 ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» зарегистрировано заявление ФИО1 о неполучении последним ответа на свое заявление от 14.10.2022 об увольнении, в котором также указано, что он полагает, что имеет право уволиться без задержки, как инвалид и пенсионер, и просит указать причины затягивания рассмотрения своего заявления (л.д. 108).

25.10.2022 ОГБУЗ «Областным наркологическим диспансером» направляется ответ ФИО1 на заявление от 21.10.2022 в котором сообщается, что заявление от 14.10.2022 было рассмотрено в 10-ти дневный срок и направлено 19.10.2022. Также сообщается, что ФИО1 необходимо указать основания, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации, в соответствии с которыми необходимо рассматривать вопрос об увольнении (л.д. 75).

За период с 17.10.2022 по 03.11.2022 сотрудниками ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» составляются докладные, служебные записки и акты об отсутствии на рабочем месте ФИО1

03.11.2022 на основании приказа ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» от 03.11.2022 № 168-к ФИО1 был уволен 17.10.2022 за <данные изъяты> пункт <данные изъяты> подпункт «<данные изъяты>» части <данные изъяты> статьи <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации.

03.11.2022 ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» зарегистрировано заявление ФИО1, в котором он ссылается на полученный ответ на заявление от 21.10.2022 и просит рассмотреть возможность решения вопроса расторжения трудового договора по договоренности сторон.

Как пояснял представитель истца в ходе судебного разбирательства, ФИО1 полагал, что его уволят с 17.10.2022, даты, указанной им в заявлении от 14.10.2022. Однако, как только ему стало известно о том, что работодатель не уволил его с указанной даты, а уволил за прогул, он 03.11.2022 предоставил заявление о расторжении трудового договора по соглашению сторон.

Трудовая книжка получена истцом 08.11.2022, при увольнении произведен окончательный расчет.

Оценивая действия работодателя при проведении процедуры увольнения работника, подавшего заявление об увольнении и выразившись при этом свое волеизъявление, суд приходит к выводу о незаконности увольнения.

В соответствии с положениями пункта 3 части 1 статьи 77, статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.

Расторжение трудового договора по собственному желанию (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) является реализацией гарантированного работнику права на свободный выбор труда и не зависит от воли работодателя.

Таким образом, сама по себе правовая природа права работника на расторжение трудового договора по статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации, предполагает отсутствие спора между работником и работодателем по поводу его увольнения, за исключением случаев отсутствия добровольного волеизъявления.

Обстоятельств, в силу которых работодатель вправе отказать работнику в расторжении трудового договора на основании статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации, действующее законодательство не предусматривает.

Из приведенных норм трудового законодательства следует, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя в предусмотренный законом срок. В отсутствие оснований для увольнения работника по инициативе работодателя, в том числе за совершение работником дисциплинарного проступка, на работодателе лежит обязанность произвести увольнение работника в соответствии с требованиями трудового законодательства, а именно: издать приказ об увольнении, ознакомить с ним работника, выдать трудовую книжку, произвести полный расчет.

По общему правилу, установленному статьей 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанность по надлежащему оформлению прекращения трудового договора возложена на работодателя. Следовательно, работник не может нести ответственность и для него не могут наступить неблагоприятные последствия за ненадлежащее исполнение работодателем своих обязанностей.

При таких обстоятельствах, следует вывод о правомерности требований истца о признании приказа об увольнении за прогул незаконным, поскольку из действий истца усматривается явное нежелание продолжения с работодателем трудовых отношений.

Положениями Трудового кодекса Российской Федерации не установлена та или иная форма подачи работником письменного заявления. Истцом в письменной форме была выражена воля на прекращение по его инициативе трудовых отношений с работодателем, о чем был поставлен в известность работодатель и впоследствии неоднократно подтверждена как заявлениями, так и поведением истца.

Положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обуславливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации, как социальном правовом государстве.

Суд принимает во внимание, что работник является более слабой стороной в споре, и все неустранимые сомнения толкуются в его пользу, в том числе то, что ФИО1 не был уведомлен о необходимости отработки установленного 14-ти дневного срока и о несогласии работодателя на увольнение в указанную истцом дату – 17.10.2022. Доказательств обратного суду не представлено.

Доводы стороны ответчика о телефонных переговорах работника отдела кадров организации и истцом с целью сообщения переписать заявление, а иначе иное будет расценено работодателем как прогул, отклоняются, поскольку действующее трудовое законодательство не предусматривает такой способ уведомления работника о несогласии работодателя расторгнуть трудовые отношения без необходимости отработки 14-ти дневного срока.

Также суд отмечает, что ответ ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» на заявление истца от 14.10.2022 с сообщением о необходимости выхода на работу 17.10.2022, работодателем направлен ФИО1 лишь 19.10.2022 и получены им 27.10.2022, а при этом акты об отсутствии на рабочем месте истца, положенные в основу приказа об увольнении составлялись с 17.10.2022 до 03.11.2022.

Указания представителя ответчика о выезде работников организации к месту жительства ФИО1 14.10.2022 не подтверждены, равно как и не подтверждена цель таких выездов.

Таким образом, исследовав и оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь указанными выше правовыми нормами, регулирующими спорные правоотношения, суд приходит к выводу о том, что факт совершения истцом прогула, бесспорными и достоверными доказательствами не подтверждается. В связи с чем, увольнение истца по пункту <данные изъяты> подпункта «<данные изъяты>» части <данные изъяты> статьи <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации не быть признано законным, соответственно приказ ОГБУЗ «Областного наркологического диспансера» от 03.11.2022 №168-к, вынесенный главным врачом ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) в отношении ФИО1 является незаконным и подлежит отмене.

Кроме того суд считает необходимым указать, что не представлено доказательств, свидетельствующих не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду стороной ответчика не представлено.

Наоборот, в материалы дела предоставлены благодарственные письма и грамоты на имя ФИО1, свидетельствующие о безупречном отношении к работе в ОГБУЗ «Областного наркологического диспансера» в должности главного врача. За время его работы в должности врача-психиатра-нарколога данного учреждения нареканий к его работе в организации не имелось, что нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

При этом суд отмечает, что доводы стороны истца о невозможности выполнять свои обязанности врача-психиатра-нарколога в связи с невыносимыми условиями труда, созданными на рабочем месте, связанные в том числе с требованиями руководства о предоставлении ежедневных отчетов, не нашли своего подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Так свидетель по делу ФИО5, являющаяся заведующей отделением медицинской реабилитации ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» пояснила, что условия работы ФИО1 были более чем комфортными. ФИО1 по приходу в организацию в качестве врача-психиатра-нарколога был предоставлен отдельный кабинет. Впоследствии истца перевели в другой кабинет, в котором находился другой врач, что является обычной практикой и не является препятствием в осуществлении врачебной деятельности, поскольку прием пациентов регулируется графиком работы и планом приема. Отчеты о проделанной работе по форме 39 за истца составляла его медсестра. Баллы по качеству выполненной им работы никогда не занижались, поскольку учитывались его ранние заслуги в должности главного врача организации и в качестве его поддержки. Каких-либо претензий по организации рабочего места, количества пациентов и написания отчетов о проделанной работе ФИО1 никогда не предъявлялось.

По ходатайству представителя истца в ходе судебного разбирательства обозревался журнал приема пациентов ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер», заполненный ФИО1 Согласно данному журналу истцом осуществлялся прием пациентов за период с декабря 2021 года по август 2022 года. При этом количество пациентов в разные дни составляло от 1 до 20 человек в день за период с декабря 2021 года по июнь 2022 года. Прием пациентов в большем количестве в июне-июле 2022 года связан с прохождением медицинской комиссией абитуриентов при поступлении в учебные заведения, о чем указал представитель ответчика и не оспорено стороной истца. Об этом свидетельствует и возраст осмотренных ФИО1 в данный период пациентов 2004-2008 годов рождения.

Что касается доводов стороны истца о том, что ФИО1 является пенсионером и имел возможность уволиться в любой момент, поскольку является пенсионером, суд полагает необходимым отметить следующее.

Выход работника на пенсию возможен при наступлении права на пенсионное обеспечение в соответствии с Федеральным законом от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». В соответствии с пунктом 5.6 Инструкции по заполнению трудовых книжек, утвержденной Постановлением Минтруда Российской Федерации № 69 от 10.10.2003, запись об увольнении вносится в трудовую книжку с указанием причин.

Таким образом, когда работник расторгает трудовой договор по причинам, с которыми законодательство связывает предоставление определенных льгот и преимуществ, то в данном случае производится запись следующего содержания: «Уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, пункт 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации».

При этом, право увольнения в связи с выходом на пенсию работник использует один раз, поскольку формулировка части 3 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает именно факт выхода на пенсию, а не наличие у работника статуса пенсионера.

В то же время работник, уволившийся с работы в связи с выходом на пенсию, имеет право продолжать свою трудовую деятельность, устроившись на другую работу. В таком случае он уже будет являться пенсионером и не сможет уволиться по собственному желанию по причине выхода на пенсию, так как второй раз выйти на пенсию, уже будучи пенсионером, невозможно.

Таким образом, работник, уволившийся по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, при следующих увольнениях по собственному желанию лишается права на расторжение трудового договора в срок, указанный им в увольнении. И при каждом его последующем увольнении по собственному желанию в трудовую книжку не следует вносить соответствующую запись об увольнении дополнять словами «В связи с выходом на пенсию».

ФИО1 является пенсионером с 2012 года и при таком положении, обязанность работодателя расторгнуть договор в срок, указанный в заявлении истца, в данном случае не применима, поскольку на момент увольнения истца из организации ответчика он уже являлся пенсионером, но не увольнялся в связи с выходом на пенсию.

В соответствии с частями 1 - 5 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Вместе с тем, в силу части 7 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.

Поскольку суд признает незаконным увольнение истца с 17.10.2022 приказом от 03.11.2022, то с учетом того, что истец, уточнив исковые требования, не просит восстановить его на работе, в силу статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации суд обязывает ответчика изменить формулировку основания увольнения, а также дату увольнения истца на увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации - расторжение трудового договора по инициативе работника на дату вынесения решения суда - 28.03.2023.

Требования истца об изменении даты увольнения с 03.11.2022 не могут быть удовлетворены судом, поскольку ФИО1 был уволен 17.10.2022 согласно записи в трудовой книжке.

В силу статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в пользу истца подлежит взысканию с ответчика утраченный заработок за время вынужденного прогула с 17.10.2022 по 28.03.2023.

Взыскивая утраченный заработок за время вынужденного прогула за указанный период, суд исходит из следующего расчета.

Согласно представленной в суд справки ответчика среднедневной заработок истца составляет 3 629, 33 руб. С данным расчетом сторона истца согласилась.

Вынужденный прогул за период с 17.10.2022 по 28.03.2023 составляет 108 рабочих дней с учетом производственного календаря за 2022 год и 2023 год, следовательно, средний заработок за время вынужденного прогула составил 391 967, 64 руб. (3629, 33 руб. * 108 рабочий день).

В связи с изложенным, суд взыскивает с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула за период 17.10.2022 по 28.03.2023 в размере 391967, 64 руб.

Как следует из разъяснений, данных в абз. 4 пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

При таких основаниях денежные средства в размере 4630, 68 руб., полученные ФИО1 по листку нетрудоспособности, не подлежат исключению из общей суммы расчета.

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно абзацу 9 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно абзацу 4 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер допущенного работодателем нарушения трудовых прав истца и длительность такого нарушения, значимость нарушенного права, степень причиненных нравственных страданий, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд считает разумным и справедливым определить ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., которая подлежит взысканию с ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер».

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета городского округа г. Белгорода 7419, 68 руб. (7119, 68 руб. - требования материального характера + 300 руб. - требования о компенсации морального вреда).

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 (паспорт серии №) к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областной наркологический диспансер» (ИНН <***>) о признании незаконным и отмене приказа от 03.11.2022 № 168-к, изменении формулировки основания и даты увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областной наркологический диспансер» от 03.11.2022 № 168-к о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) в отношении ФИО1

Изменить формулировку основания увольнения ФИО1 с увольнения по пункту <данные изъяты> подпункта «<данные изъяты>» части <данные изъяты> статьи <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжении трудового договора по инициативе работника).

Изменить дату увольнения с 03.11.2022 на 28.03.2023.

Обязать государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Областной наркологический диспансер» изменить формулировку и дату увольнения ФИО1 в его трудовой книжке.

Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областной наркологический диспансер» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 17.10.2022 по 28.03.2023 в размере 391 967, 64 руб.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областной наркологический диспансер» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований о компенсации морального вреда - отказать.

Обязать государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Областной наркологический диспансер» выплатить государственную пошлину в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере 7 419, 68 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Судья Ю.Ю. Кладиева

Мотивированный текст решения изготовлен 07.04.2023.