Дело №2-53/2023 УИД № 36RS0020-01-2022-002705-14 РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
16 января 2023 года г. Лиски
Лискинский районный суд Воронежской области в составе
председательствующего – судьи Шевцова В.В.,
при секретаре Петрушиной А.Н.
с участием представителя истца ФИО1 - адвоката Бабешко В.И.
представителя ответчика Министерства финансов РФ ФИО2
представителя третьего лица прокуратуры Воронежской области ФИО3
рассмотрев в открытом заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием,
УСТАНОВИЛ :
ФИО1 обратился в Лискинский районный суд Воронежской области по месту своего жительства с иском к министерству финансов Российской Федерации, в котором просил взыскать за счет казны РФ компенсацию морального вреда в размере один миллион рублей, а также расходы на адвоката в сумме 20000 рублей в связи с незаконным уголовным преследованием. В обоснование искового заявления указывал, что он незаконно был привлечен к уголовной ответственности по ст.161 ч.1 УК РФ следственным отделом Отдела МВД РФ по Новоусманскому району Воронежской области, незаконно был задержан на 48 часов, в отношение него была незаконно избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Приговором Новоусманского районного суда от 18 июня 2018 горда он был незаконно осужден по ст.330 ч.1 УК РФ к штрафу в размере 10000 рублей. После отмены приговора вышестоящей судебной инстанцией уголовное дело 26 ноября 2019 года ст. следователем СО Отдела МВД РФ по Новоусманскому району Воронежской области было в отношение него прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления на основании ст.24 ч.1 п.2 УПК РФ, за ним признано право на реабилитацию. Таким образом, действиями правоохранительных органов ему причинен моральный вред в виде нравственных и физических страданий, вызванных незаконным привлечением к уголовной ответственности. В течение более двух лет он находился в постоянном нервном напряжении и испытывал чувство моральной подавленности. Он находился в течение двух лет под подозрением и обвинением в совершении тяжкого преступления и понимал, что за его совершение может быть назначено реальное лишение свободы. Содержание в течение двух суток в ИВС было для него унизительным. Задержание и нахождение под подпиской о невыезде вынудило его уволиться, и он долгое время не мог устроиться на работу. В связи с этим он переживал, так как семья осталась без средств к существованию. Он боялся уезжать из г. Лиски, поскольку это могли быть расценено следователем как попытка скрыться от следствия. Даже сейчас не все его знакомые верят в его невиновность, считают его преступником. Ее дочь ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обучающаяся в экономико – правовом колледже не могла объяснить своим сверстникам по какой причине ее отец привлекается к уголовной ответственности. В сложившейся ситуации он испытывал чувство безысходности, чем и объяснятся заявленный размер компенсации морального вреда.
В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте судебного заседания уведомлен, в заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие, иск поддержал.
Представитель истца адвокат Бабешко В.И. доводы иска поддержал.
Представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО2 иск в заявленном размере не признала, пояснив, что хотя истец и имеет право на реабилитацию, но заявленный им размер компенсации морального вреда не отвечает принципам разумности и справедливости. Для возбуждения уголовного дела имелись повод и основания, возбуждение уголовного дела незаконным не признавалось. ФИО4 написал явку с повинной. Он был осужден за преступление небольшой тяжести. Мера пресечения в виде содержания под стражей ему не избиралась. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении избиралась только как подозреваемому. Тяжких последствий истцу не причинено. Не доказаны доводы иска о вынужденном увольнении и невозможности трудоустроиться на новую работу, поскольку в суде первой инстанции 24 мая 2018 года он заявил, что работает водителем. Распространение сведений о привлечении ФИО4 к ответственности однокурсникам дочери не доказано. Препятствий для ее трудоустройства не создано, поскольку истец реабилитирован до окончания учебы дочери.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора - прокуратуры Воронежской области ФИО3 заявленные требования считала завышенными.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора – Отдела МВД РФ по Новусманскому району Воронежской области, в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания уведомлен, причину неявки не сообщил.
Выслушав объяснения представителей сторон, третьего лица, исследовав материалы дела, а также изучив в судебном заседании уголовное дело, суд находит заявленное требование подлежащим удовлетворению со снижением заявленного размера компенсации морального вреда по следующим основаниям.
В судебном заседании было установлено и следует из исследованного уголовного дела №11701200017361078, что 05.11.2017 следственным отделом Отдела МВД России по Новоусманскому району Воронежской области возбуждено уголовное дело №11701200017361078 по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст. 161 УК РФ, по факту открытого хищения имущества у ФИО20 на сумму 950 рублей.
Срок предварительного следствия неоднократно продлялся в установленном законом порядке, последний раз 1 марта 2018 года до пяти месяцев, то есть по 5 апреля 2018 года.
05.11.2017 ФИО1 задержан по подозрению в совершении вышеуказанного преступления в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ и провел под стражей двое суток.
6 ноября 2017 года в связи с задержанием ФИО4 подвергся личному досмотру, о чем свидетельствует протокол от 6 ноября 2017 года.
Постановлением Новоусманского районного суда Воронежской области от 07.11.2017 в удовлетворении ходатайства органа предварительного следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 было отказано, последний освобожден из-под стражи в зале суда, в отношении него постановлением следователя от 7 ноября 2017 года избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении.
В нарушение ст.100 ч.1 УПК РФ данная мера пресечения не была отменена по истечении 10 суток в связи с тем, что в данный срок обвинение не было предъявлено. Постановление об этом в уголовном деле отсутствует.
27.03.2018 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 161 УК РФ, которое относится к категории средней тяжести.
После предъявления обвинения новая мера пресечения в отношение ФИО1 не избиралась.
05.04.2018 уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору Новоусманского района Воронежской области.
14.04.2018 заместителем прокурора Новоусманского района утверждено обвинительное заключение, уголовное дело направлено в Новоусманский районный суд Воронежской области.
Приговором Новоусманского районного суда Воронежской области от 18.06.2018 (дело №1-170/2018) ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 330 УК РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 10000 рублей. Принято решение меру пресечения по вступлении приговора в законную силу отменить.
Указанный приговор стороной защиты был обжалован в апелляционном порядке, однако постановлением судьи апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Воронежского областного суда от 12.09.2018 апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения (дело№22-1860/2018).
28.11.2018 в президиум Воронежского областного суда в порядке ст. ст. 401.1-401.4 УПК РФ защитником была подана кассационная жалоба.
Постановлением президиума Воронежского областного суда от 27.03.2019 приговор Новоусманского районного суда Воронежской области от 18.06.2018, апелляционное постановление судебной коллегии по уголовным делам Воронежского областного суда от 12.09.2018 в отношении ФИО1 отменены, уголовное дело возвращено прокурору Новоусманского района Воронежской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Постановлением старшего следователя СО Отдела МВД России по Новоусманскому району Воронежской области капитаном юстиции ФИО12 от 26.11.2019 уголовное деле № 11701200017361078 в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.161 ч.1, ст. 330 ч.1 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием состава преступления. Этим же постановлением за ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке ст. 134 УПК РФ.
26 ноября 2019 года ФИО1 направлено извещение о праве на реабилитацию.
12 марта 2020 года и.о. прокурора Новоусманского района принес ФИО1 от имени государства официальное извинение.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
На основании статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1).
Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части второй статьи 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 данного кодекса.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.
Согласно пункту 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).
В силу пунктов 1,2,14,19,38,42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 ГК РФ), на родителей (усыновителей), опекунов несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцати лет (малолетнего), организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую был помещен под надзор малолетний гражданин, оставшийся без попечения родителей, образовательную организацию, медицинскую организацию или иную организацию, обязанную осуществлять надзор за малолетним гражданином, под надзором которых он временно находился, либо на лицо, осуществлявшее надзор над малолетним гражданином на основании договора, - за моральный вред, причиненный малолетним (пункты 1 - 3 статьи 1073 ГК РФ), и др.).
Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.
Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Таким образом, по делу установлено, что ФИО1 был незаконно привлечен к уголовной ответственности, в отношение него была незаконно была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а перед этим необоснованно и незаконно задержан по подозрению в совершении преступления на 48 часов. После этого он был незаконно осужден приговором суда в совершении преступления. В последующем обвинительный приговор суда был отменен вышестоящей судебной инстанцией, и уголовное дело было возвращено прокурору, после чего направлено в орган предварительного расследования. Постановлением следователя уголовное дело в отношение ФИО1 прекращено за отсутствием состава преступления и за ним признано право на реабилитацию. По указанным мотива истец имеет право на возмещение морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием.
В силу п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 28.06.2022) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" к участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности (с правом передоверия) управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации.
Из этого следует, что возмещение морального вреда должно производиться Российской Федерацией в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание следующие обстоятельства.
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по профессии водитель, до рассматриваемых событий к уголовной ответственности не привлекался и судим не был, что подтверждается справкой ИЦ ГУ МВД РФ по Воронежской области от 28 ноября 2017 года. В том центре имелись сведения о неоднократном привлечении к административной ответственности ФИО4 за нарушение Правил дорожного движения РФ, что объяснимо с точки зрения профессии водителя. При этом таких нарушений как управление в состоянии опьянения транспортным средством не имело места. Согласно справки ТСЖ «Ленина 3» г. Лиски истец проживает в <адрес> дочерью ФИО8, которая согласно студенческого билета является студенткой АНПОО «Региональный экономико – правовой колледж». По месту жительства ФИО4 характеризуется удовлетворительно, на медицинских учетах у врачей нарколога и психиатра в районной больнице не состоит.
Уголовное дело возбуждалось не в отношение ФИО4, а по факту совершения преступления и относилось к категории тяжких преступлений (ст.161 ч.2 п. «г» УК РФ). Но по этому делу ФИО4 был задержан по подозрению в совершении преступления, а затем в отношение него была избрана мера пресечения, поэтому он являлся подозреваемым за совершение тяжкого преступления с момента задержания 5 ноября 2017 года по день предъявления обвинения 27 марта 2018 года, поскольку в нарушение ст.100 ч.1 УПК РФ данная мера пресечения не была отменена по истечении 10 суток в связи с тем, что в данный срок обвинение не было предъявлено. Постановление об этом в уголовном деле отсутствует. Из этого следует, что ФИО4 подозревался в совершении тяжкого преступления 4 месяца 22 дня.
ФИО4 являлся обвиняемым в совершении преступления средней тяжести (ст.161 ч.1 УК РФ) в период с 27 марта 2018 года по день осуждения 18 июня 2018 года, то есть в течение 2 месяцев 21 дня.
В период с 18 июня 2018 года по 27 марта 2019 года ФИО4 имел статус осужденного за преступление небольшой тяжести (ст.330 ч.1 УК РФ) в течение 9 месяцев 9 дней.
В период с 27 марта 2019 года по 26 ноября 2019 года в течение 7 месяцев 29 дней он являлся обвиняемым по ст.161 ч.1 УК РФ, то есть в преступлении средней тяжести.
Таким образом, тезис иска о том, что ФИО4 в течение всего времени уголовного преступления, более двух лет являлся подозреваемым, обвиняемым в совершении тяжкого преступления, неправильный.
ФИО1 в течение 48 часов незаконно содержался под стражей по подозрению в совершении преступления.
В отношение ФИО1 в период с 7 ноября 2017 года по 12 сентября 2018 года, то есть более 10 месяцев действовала мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Приговором суда первой инстанции истец осужден по ст.330 ч.1 УК РФ за преступление небольшой тяжести к наказанию в виде штрафа в размере 10000 рублей, который он не уплатил. Наказание не связано с лишением свободы и не ограничивало его передвижение, не стесняло иным образом его права, за исключением имущественных, и то формально, поскольку штраф после вступления приговора в законную силу уплачен не был. Назначение такого наказания не могло повлечь существенных переживаний о невозможности содержать семью.
При вынесении апелляционного постановления 12 сентября 2018 года мера пресечения была на основании приговора отменена.
Из этого следует, что довод иска о перенесенных нравственных и физических страданиях, моральной подавленности, вызванных незаконным привлечением к уголовной ответственности, нахождения в постоянном нервном напряжении в течение более двух лет, а также унижения при содержании в ИВС в течение 48 часов, когда он в том числе подвергался личному досмотру, является доказанным. При этом следствие ходатайствовало перед судом об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, и ФИО4 в этот период времени безусловно испытал страх, переживания за свою судьбу. Также обоснованными являются доводы иска о том, что избранная в отношение него мера пресечения ограничивала ФИО4 в передвижении, он опасался покидать г. Лиски, поскольку по существу эта мера пресечения и заключается в запрете покидать место жительства без разрешения следователя при том, что он находился в другом районе и получение разрешения не всегда было возможно и доступно.
В то же время довод иска о том, что задержание и мера пресечения повлекли для ФИО4 необходимость увольнения по собственному желанию и невозможность трудоустройства в течение длительного времени не доказаны, поскольку к этому никаких сведений о фактах не представлено. В то же время из протокола судебного заседания от 24 мая 2018 года следует, что при установлении личности подсудимого ФИО1 о себе сообщил, что работает водителем ООО «Кинг-Авто».
Ссылка на негативные последствия для дочери также не доказана, так как не представлено доказательств того, что ее сверстники знали об уголовном преследовании ФИО1, а дочь рассказывала истцу об этом.
Уголовное преследование не могло и не может негативно сказаться на трудоустройстве ФИО5, поскольку истец реабилитирован, а его дочь на настоящий момент еще не закончила обучение в колледже.
Довод о распространении среди знакомых ФИО4 информации об уголовном преступлении также не доказан, так как не представлено доказательств. При этом уголовное преследование осуществлялось в с. Новая Усмань Новоусманского района Воронежской области, а истец проживает в г. Лиски на значительном расстоянии, где и предполагается его круг общения.
Уголовное преследование не повлекло для ФИО1 негативных последствий для здоровья.
На основании всех установленных по делу обстоятельствах суд считает размер компенсации морального вреда разумным и справедливым в сумме 100000 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика за счет казны Российской Федерации.
На основании ст.98 ч.1 ГПК РФ с ответчика подлежат взысканию судебные расходы ФИО1 на услуги адвоката за подготовку иска 10000 рублей и за два дня участия в судебном заседании 10000 рублей, а всего 20000 рублей. Несение этих расходов подтверждается актом приема – передачи выполненных работ от 21 ноября 2022 года к соглашению об оказании юридической помощи от 9 ноября 2017 года №54 и квитанцией к приходному кассовому ордеру адвокатского кабинета «Бабешко В.И.» №28 от 21 ноября 2022 года на сумму 20000 рублей. Данные расходы соответствуют объему оказанной юридической помощи, сложности дела, так как при оставлении иска адвокат изучил уголовное дело в двух томах, провел анализ фактической ситуации, верно указал нормы права. В первом заседании дело было отложено в подготовительной части, но были рассмотрены ходатайства сторон. Во втором стороны и представитель третьего лица давали объяснения, изучалось уголовное дело, материалы гражданского дела. Следовательно, расходы в сумме 10000 рублей за два судебных заседания являются оправданными.
Также подлежат взысканию почтовые расходы 529,28 рублей(л.д.20-23).
Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковое заявление ФИО1 удовлетворить.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> компенсацию морального вреда в связи с незаконным уголовным преступлением 100000 (сто тысяч) рублей, судебные расходы 20529 рублей 28 копеек, а всего взыскать 120529 рублей 28 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья
Решение в окончательной форме составлено 16 января 2023 года.