Решение по делу № 2-1630/2022 от 21.12.2022 - о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда.

Гр. дело №2-1630/2022

УИД 51RS0007-01-2022-002701-49

Мотивированное решение изготовлено 21 декабря 2022 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2022 года г. Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Тычинской Т.Ю.

при помощнике судьи Пошиной И.А.

с участием истца ФИО1 и его представителя ФИО4,

представителей ответчика ФИО5, ФИО6, ФИО7,

помощника прокурора г. Апатиты Мурманской области Карпухиной А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании денежной компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что 22 июня 2021 года между ним и ОАО «РЖД» был заключен трудовой договор. В связи с конфликтной ситуацией по требованию своего руководителя он написал заявление об увольнении с 16 сентября 2022 года. Однако после общения с начальником он решил не расторгать трудовой договор, на следующий день вышел на работу. 26 сентября 2022 года он заболел, в связи с чем ему был открыт больничный лист. В этот же день он направил в адрес работодателя заявление о том, что заявление о расторжении трудового договора от 16 сентября 2022 года подано ошибочно. Во время нахождения на больничном он узнал, что трудовой договор с ним расторгнут с 30 сентября 2022 года по соглашению сторон и о необходимости получения трудовой книжки в г. Кандалакша. Считает, что прекращение трудового договора незаконно, поскольку расторжение фактически произошло по вине работодателя, так как 26 сентября 2022 года им было подано заявление об отзыве предыдущего заявления, с 16 сентября 2022 года он выходил на работу и выполнял условия трудового договора. В письменном виде соглашение не оформлялось. Кроме того, с приказом о прекращении договора его никто не знакомил.

С учетом заявления об увеличении исковых требований от 18 ноября 2022 года, просит признать недействительным соглашение о расторжении трудового договора от 16 сентября 2022 года, признать незаконным и отменить приказ о прекращении трудового договора по соглашению сторон от 30 сентября 2022 года, обязать ответчика восстановить ФИО1 в должности регулировщика скорости движения вагонов 4-го разряда, выплатить средний заработок за время вынужденного прогула с момента увольнения по день исполнения решения суда о восстановлении на работе, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей (т. 1, л. <...>).

В судебном заседании истец и его представитель уточнили исковые требования, полагая, что нет необходимости заявлять самостоятельное требование о признании недействительным соглашения о расторжении трудового договора, поскольку оно не подписано одной из сторон. Просили признать незаконным и отменить приказ о прекращении трудового договора по соглашению сторон от 30 сентября 2022 года, обязать ответчика восстановить ФИО1 в должности регулировщика скорости движения вагонов 4-го разряда, выплатить средний заработок за время вынужденного прогула за период с 1 октября 2022 года по 15 ноября 2022 года в размере 177675 рублей 61 копейка, денежную компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей

По существу иска истец пояснил, что написанию заявления предшествовал конфликт между ним и представителями работодателя 13 сентября 2022 года по причине его нахождения в состоянии предполагаемого алкогольного опьянения. Поскольку он проходит лечение у стоматолога, пользуется спиртосодержащим ополаскивателем для полости рта, он вспылил, произошел конфликт, от прохождения медицинского освидетельствования он отказался. С разрешения представителя работодателя им в этот же день было написано заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 13 по 23 сентября 2022 года, однако уже на следующий день ему позвонили и попросили выйти на работу. Заявление от 13 сентября 2022 года было им отозвано, все изданные в связи с этим приказы отменены.

16 сентября 2022 года он по устному вызову пришел к начальнику железнодорожной станции г. Апатиты ФИО в ходе длительного разговора в кабинете начальник указал ему на многочисленные нарушения в его деятельности, на инцидент, произошедший 13 сентября 2022 года, и, угрожая увольнением за появление в состоянии алкогольного опьянения, предложил ему написать заявление об увольнении по соглашению сторон, положил перед ним ручку и бумагу, продиктовал текст заявления со ссылкой на конкретную статью Трудового кодекса РФ. Разговор с ФИО он понял так, что только сейчас у него есть возможность мирно решить этот вопрос и он написал заявление, полагая, что день написания заявления и есть день его увольнения. При этом просил ФИО не решать этот вопрос, как можно дольше, поскольку хочет продолжать работать.

17 сентября 2022 года ему позвонили и сказали выходить на смену. Поскольку он и ранее писал заявления, по которым выносились приказы, подвал повторные заявления об отзыве ранее поданных заявлений, приказы по которым отменялись, он понял, что его накануне поданному заявлению не дали ходу и он продолжает работать. Так он продолжал работать до 26 сентября 2022 года, пока не ознакомился с графиками сменности на следующий месяц и не увидел, что его фамилия в графике отсутствует. Он сразу же написал заявление об отзыве своего заявления об увольнении от 16 сентября 2022 года и в связи с болезнью ушел на больничный.

29 сентября 2022 года ему позвонили и сообщили, что с 30 сентября 2022 года он не работает.

Свое увольнение считает незаконным, поскольку, не смотря на написание 16 сентября 2022 года заявления, на следующий день работодатель допустил его до работы, что означает аннулирование договоренности об увольнении. В обоснование требования о взыскании морального вреда пояснил, что переживал из-за потери работы, испытывал чувство унижения, не представлял, что делать дальше, оставшись без постоянного источника дохода, вынужден был звонить по объявлениям, искать новую работу.

Представитель истца, поддерживая иск, просил обратить внимание, что соглашение о дате прекращения договора между его сторонами не достигнуто, поскольку работник не указал конкретную дату увольнения, полагал себя уволенным в день написания заявления - 16 сентября 2022 года. Осуществляя трудовую деятельность в период с 17 по 25 сентября 2022 года, истец полагал, что соглашение об увольнении аннулировано, раз он продолжает выходить на работу. Кроме того, на заявлении проставлена виза непосредственного руководителя истца ФИО. о согласовании даты увольнения с 1 октября 2022 года, дата в согласовании руководителем Мурманского центра организации работы железнодорожных станций ФИО2 вообще отсутствует, трудовой расторгнут с 30 сентября 2022 года, что вносит неопределенность с датой достижения соглашения об увольнении.

Представители ответчика с иском не согласны, пояснив в обоснование своих возражений, что достижение договоренности об увольнении по указанному основанию и дата расторжения договора были определены сторонами по обоюдному согласию, заявление написано работником собственноручно, без какого-либо принуждения со стороны руководителя, процедура увольнения была соблюдена.

Решение об увольнении по соглашению сторон с 30 сентября 2022 года было добровольно достигнуто между истцом и представителем работодателя ФИО в ходе разговора 16 сентября 2022 года после инцидента, произошедшего 13 сентября 2022 года, когда в отношении ФИО1 был составлен акт о появлении работника на работе в состоянии алкогольного опьянения. Полагают, что работник не мог не понимать, что в день написания заявления 16 сентября 2022 года он физически не успел бы быть уволенным, поскольку решение технических вопросов, связанных с увольнением, таких как согласование заявления с начальником Мурманского центра организации работы железнодорожных станций, издание приказа, расчет с работником не могло быть произведено в этот же день. Указав на заявлении «согласовано с 1 октября 2022 года», непосредственный руководитель истца ФИО в виду, что именно с этой даты стороны не связаны трудовыми отношениями, следовательно, последний рабочий день истца – 30 сентября 2022 года.

В период с 17 по 25 сентября 2022 года истец выходил на работу, с 26 сентября по 30 сентября 2022 года был на больничном, расчет с ним произведен до указанной даты.

Приказ об увольнении был издан 26 сентября 2022 года, в этот же день в трудовую книжку внесена запись об увольнении, ознакомить работниками с приказом не было возможности ввиду его отсутствия на рабочем месте. В этот же день было также составлено письменное соглашение о расторжении договора по соглашению сторон, которое предполагалось к подписанию, но не являлось обязательным, и не было подписано истцом по причине отсутствия на рабочем месте.

Не оспаривают получение заявления работника от 26 сентября 2022 года об отзыве предыдущего заявления, которое было оставлено работодателем без внимания, поскольку для аннулирования достигнутой договоренности относительно срока и основания увольнения необходимо волеизъявление обеих сторон, а работодатель не желал продолжения с работником трудовых отношений. Обращают внимание на отрицательную характеристику истца, допускавшего в период работы нарушения трудовой дисциплины и должностных обязанностей, а также на злоупотребление им своим правом, выразившемся в скрытии от суда событий, предшествующих написанию заявления об увольнении.

Считают необоснованными требования истца о взыскании денежной компенсации морального вреда, поскольку работником не доказано, что работодателем совершены действия, повлекшие ему причинение нравственных страданий.

Выслушав стороны, свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела и представленные в ходе судебного заседания документы, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является, в частности, соглашение сторон.

Согласно статье 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Таким образом, основанием для расторжения трудового договора в соответствии со статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации является соглашение между работником и работодателем о расторжении трудового договора в определенный срок (определенную дату).

Приведенные выше положения в качестве обязательного условия для расторжения трудового договора по инициативе работника содержат указание на наличие волеизъявления работника, облеченного в письменную форму.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 23 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с ФИО1 с 22 июня 2021 года состоял с ОАО "РЖД" в трудовых отношениях в должности регулировщика скорости движения вагонов 4 разряда железнодорожной станции Апатиты (1 класса) Мурманского центра организации работы железнодорожных станций – структурном подразделении Октябрьской дирекции управления движением – структурном подразделении Центральной дирекции управления движением – филиале открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (т. 1, л. <...>).

Приказом от 26 сентября 2022 года № 2446/ЛС трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по соглашению сторон) с 30 сентября 2022 года (т.1, л. д. 185).

В качестве основания для прекращения трудовых отношений приказ от 26 сентября 2022 года № <№> содержит указание на личное заявление ФИО1 и достигнутое между сторонами соглашение от 26 сентября 2022 года.

Согласно личного заявления истца от 16 сентября 2022 года, он обратился к работодателю с просьбой о расторжении трудового договора по пункту 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ по соглашению сторон без указания конкретной даты (т. 1, л. д. 193).

В судебном заседании установлено, что виза «согласовано с 01.10.2022 года» проставлена начальником железнодорожной станции г. Апатиты ФИО в соответствии с Перечнем лиц, которым предоставлено право согласования заявлений работников, утвержденным распоряжением Мурманского центра организации работы железнодорожных станций 18 июля 2022 года (т. 2, л. д. 20-22). В левом вернем углу заявления также имеется виза «согласовано» без указания какой-либо даты. Представителем ответчика в судебном заседании даны пояснения о том, что данная резолюция проставлена начальником Мурманского центра организации работы железнодорожных станций.

Соглашение от 26 сентября 2022 года о расторжении трудового договора с 30 сентября 2022 года подписано только работодателем (т. 1, л. д. 186).

Согласно заявлению истца, датированному 26 сентября 2022 года, он просил признать ранее поданное заявление о расторжении трудового договора от 16 сентября 2022 года, поданным ошибочным, т. е. недействительным (т. 1, л. д. 28). На заявлении имеется отметка о его получении 26 сентября 2022 года, как установлено в судебном заседании, начальником железнодорожной станции ФИО который в этот же день направил заявление в Мурманск для принятия решения по нему. По данному заявлению работодатель в лице начальника Мурманского центра организации работы железнодорожных станций своего согласия либо несогласия на аннулирование прекращения трудового договора по соглашению сторон не высказал.

Доводы истца о написании заявления 16 сентября 2022 года под давлением со стороны начальника железнодорожной станции ФИО не нашли своего подтверждения в судебном заседании, поскольку истец пояснил, что между ними сложились ровные, уважительные отношения, разговор происходил в спокойном тоне. Аналогичные показания дал допрошенный в качестве свидетеля ФИО

Вместе с тем, рассматривая вопрос о законности увольнения истца, суд приходит к выводу о том, что работодателем нарушено существенное условие расторжения трудового договора по соглашении сторон, поскольку имеющиеся письменные документы не позволяют с достоверностью установить дату, с которой стороны трудового договора пришли к соглашению о его расторжении, так как соглашение о расторжении трудового договора от 26 сентября 2022 года, на которое имеется ссылка в приказе об увольнении, не подписано истцом, в его личном заявлении об увольнении от 16 сентября 2022 года даты увольнения не имеется, виза непосредственного руководителя содержит дату увольнения «с 1 октября 2022 года», виза работодателя даты согласования увольнения по соглашению сторон не содержит.

Таким образом, представленные документы в совокупности с действиями истца после написания заявления об увольнении, пояснениями истца и свидетеля фИО не подтверждают намерение истца прекратить трудовые отношения с ответчиком с 30 сентября 2022 года.

Так, истец до прекращения трудовых отношений подал 26 сентября 2022 года заявление о признании недействительным ранее поданного им 16 сентября 2022 года заявления о прекращении трудового договора по соглашению сторон.

В судебном заседании свидетель ФИО. (начальник железнодорожной станции г. Апатиты) пояснил, что принимать окончательное решение об увольнении работника и о согласовании конкретной даты увольнения имеет право начальник Мурманского центра организации работы железнодорожных станций, в его обязанности лишь входит согласование заявления работника. 16 сентября 2022 года ФИО1 пришел к нему на разговор без намерения увольняться. Не оспаривает, что инициатива вызова истца и предложение написать заявление о расторжении трудового договора исходила от него. Это было вызвано недобросовестным исполнением истцом своих трудовых обязанностей, инцидентом, произошедшим 13 сентября 2022 года. Увидев акт о появлении ФИО1 на работе в состоянии алкогольного опьянения от 13 сентября 2022 года, он проведение служебной проверки для привлечения к дисциплинарной ответственности не инициировал, против ухода работника в отпуск за свой счет и последующего выхода из него возражений не имел. Однако, в ходе разговора 16 сентября 2022 года выразил недовольство его работой. После написания работником заявления он сразу сказал, что работать истец будет лишь до конца месяца, хотя ФИО1 просил не увольнять его как можно дольше, так как нуждается в работе. На заявлении он проставил визу «согласовано с 1 октября 2022 года», имея в виду, что именно с этой даты работник перестанет находиться в трудовых отношениях. Заявление работника он в этот же день передал в Мурманск.

Когда 26 сентября 2022 года ФИО8 принес заявление об отзыве заявления об увольнении, он не стал проставлять какую-либо визу, оставив принятие решения по нему на усмотрение руководителя в Мурманске. При этом сам он не желал продолжать трудовые отношения с работником, поскольку он у него уже были претенденты на эту должность с 1 октября 2022 года.

К показаниям свидетеля ФИО3 (инженера по организации и нормированию труда), пояснившей суду, что истцу было достоверно известно о прекращении трудовых отношений с 30 сентября 2022 года, поскольку он сразу же после разговора с ФИО зашел к ней в кабинет и сообщил, что смены в графике ему необходимо проставить до конца месяца, суд относится с должной степенью критики, поскольку свидетель является работником, находящимся в служебной зависимости от работодателя – ответчика, истец категорически возражает, что указанный разговор имел место быть и показания свидетеля противоречат исследованным в ходе судебного заседания письменным доказательствам, ни одно из которых не содержит даты – 30 сентября 2022 года.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что написание истцом заявления 16 сентября 2022 года о расторжении трудового договора по соглашению сторон не было добровольным и обдуманным, дата прекращения трудового договора не была согласована, соглашение о расторжении трудового договора, на которое имеется ссылка в приказе об увольнении, не было подписано истцом, в день его составления - 26 сентября 2022 года истец соглашения с представителем работодателя – начальником Мурманского центра организации работы железнодорожных станций, которым подписано соглашение, договоренности не достигал, заявление было истцом отозвано, после подачи заявления истец продолжал исполнение трудовых обязанностей.

Доводы представителей ответчика, что имелись основания для увольнения истца за появление в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем им осознанно было выбрано иное основание для увольнения, суд считает несостоятельным, поскольку дисциплинарная проверка по данному факту работодателем не была проведена, письменное объяснение у работника по данному факту не отбиралось, факт появления в состоянии алкогольного опьянения с достоверностью не установлен.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что увольнение истца по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ в отсутствие точной согласованной обеими сторонами трудового договора даты его расторжения является незаконным, вследствие чего приказ от 26 сентября 2022 № 2446/лс подлежит отмене, а истец - восстановлению истца на работе в прежней должности с 30 сентября 2022 года.

В соответствии с абз. 2 статьи 394, статьи 395 Трудового кодекса Российской Федерации в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за все время вынужденного прогула.

Из представленного расчетного листа за сентябрь 2022 года следует, что расчет с истцом произведен по 30 сентября 2022 года, включая выплату компенсации за неиспользованный отпуск и оплату больничного листа с 26 по 30 сентября 2022 года (т. 1, л. д. 182).

Согласно расчету истца и его представителя, средний заработок за время вынужденного прогула за период с 1 октября 2022 года по 15 ноября 2022 года составляет 177675 рублей 61 копейка.

Согласно расчету представителя ответчика, средний заработок за время вынужденного прогула за период с 1 октября 2022 года по 15 ноября 2022 года составляет 132581 рубль 23 копейки.

Проверяя представленные расчеты, суд соглашается с расчетом, определенным представителем ответчика, поскольку расчет истцом и его представителем произведен, исходя из среднедневного заработка умноженного на количество рабочих дней (3352,37х53), в то время как расчет представителя ответчика произведен в соответствии с разделом 5 трудового договора № <.....> от 23 июня 2021 года, заключенного с истцом (т. 1, л.д. 187-192), исходя из размера оплаты труда работника с учетом часовой тарифной ставки 4 разряда оплаты труда, нормы времени по производственному календарю, доплаты за работу в ночное время, доплаты за работу во вредных условиях труда, регионального регулирования.

Таким образом, сумма заработной платы, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца за время вынужденного прогула за период с 1 октября 2022 года по 15 ноября 2022 года составляет 132581 рубль 23 копейки. Указанная сумма рассчитана без учета суммы налога на доходы физических лиц, поскольку обязанность по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему в соответствии с подпунктом 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации является обязанностью работодателя.

При этом ходатайство представителя ответчика о зачете выплаченной компенсации за неиспользованный отпуск удовлетворению не подлежит.

Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд исходит из того, что обязанность работодателя начислить и выплатить работнику, восстановленному на прежней работе по решению суда, заработную плату за время вынужденного прогула наступает одновременно с отменой работодателем приказа об увольнении и восстановлением работника в прежней должности (п. 6 Обзора законодательства и судебной практики ВС РФ за II квартал 2010 года, Определение ВС РФ от 23.04.2010 N 5-В09-159).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", действующее трудовое законодательство не возлагает на суды обязанность зачета компенсации за неиспользованный отпуск при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе; зачету подлежит только выплаченное работнику выходное пособие.

Таким образом, требование о возврате этой суммы работодатель может предъявить работнику отдельно, а при отказе последнего вернуть денежные средства не лишен возможности взыскать судебном порядке.

В силу статьи 396 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда о восстановлении на работе незаконно уволенного работника и выплате в его пользу заработной платы за три месяца подлежит немедленному исполнению.

Требование истца о взыскании в его пользу денежной компенсации морального вреда подлежит удовлетворению в соответствии с частью 4 статьи 3, части 9 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации.

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 63 постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 N 2, конкретных обстоятельств дела, объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, выразившихся в том, что истец лишился работы, требований разумности и справедливости, суд полагает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда в данном случае в размере 20 000 рублей.

В соответствии с п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; п.п. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании п. п. 1, 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с учетом положений пункта 6 статьи 52 Налогового кодекса Российской Федерации, сумма госпошлины составляет 4452 рубля (3852 руб. – по требованию материального характера (132581,23-100000х0,02+3200)), 600 руб. – по двум требованиям неимущественного характера).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда удовлетворить.

Признать незаконным приказ от 26 сентября 2022 года № <№> о расторжении трудового договора с ФИО1 по соглашению сторон по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации и отменить его.

Восстановить ФИО1 на работе в должности регулировщика скорости движения вагонов 4 разряда железнодорожной станции Апатиты (1 класса) Мурманского центра организации работы железнодорожных станций – структурном подразделении Октябрьской дирекции управления движением – структурном подразделении Центральной дирекции управления движением – филиале открытого акционерного общества «Российские железные дороги» с 30 сентября 2022 года.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период 1 октября 2022 года по 15 декабря 2022 года в размере 132581 (сто тридцать две тысячи пятьсот восемьдесят один) рубль 23 копейки (с учетом суммы налога на доходы физических лиц) и денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе и взыскании в его пользу заработной платы за период 1 октября 2022 года по 15 декабря 2022 года в размере 132581 (сто тридцать две тысячи пятьсот восемьдесят один) рубль 23 копейки (с учетом суммы налога на доходы физических лиц) подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 4 452 (четыре тысячи четыреста пятьдесят два) рубля.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Т.Ю. Тычинская