Апелляционное определение по делу № 33-6147/2023 от 19.07.2023

судья Воробьева Е.В. дело №33-6147/2023 (2-97/2023)

22RS0057-01-2023-000050-79

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 июля 2023 года г. Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Цибиной Т.О.

судей Медведева А.А., Масликовой И.Б.,

при секретаре Орликовой С.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю на решение Угловского районного суда Алтайского края от 13 апреля 2023 года по делу

по иску прокурора <адрес> в интересах ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю о признании бездействия незаконным, возложении обязанности по обеспечению техническими средствами реабилитации, взыскании компенсации морального вреда,

Заслушав доклад судьи Медведева А.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Прокурор <адрес> в интересах ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю (далее – ОСФР по Алтайскому краю, Фонд) о признании незаконным бездействия ответчика, возложении обязанности по обеспечению техническими средствами реабилитации, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что ФИО1 является <данные изъяты>, в соответствии с индивидуальной программой реабилитации ему рекомендованы технические средства реабилитации –кресло-коляска с ручным приводом комнатная, кресло-коляска с ручным приводом прогулочная, кресло-стул с санитарным оснащением (без колес), специальное устройство для чтения «говорящих книг» на флэш-картах.

Ответчиком не предприняты необходимые меры для проведения закупки и заключения контракта на поставку индивидуальных средств реабилитации, жизненно необходимых ФИО1, что повлекло длительное бездействие по обеспечению инвалида гарантированными законом и государством техническими средствами реабилитации. До настоящего времени ФИО1 необходимым техническим средством реабилитации не обеспечен, что послужило поводом для обращения с исковым заявлением в суд.

Решением Угловского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ исковые требования прокурора удовлетворены частично.

Признано незаконным бездействие по непредставлению технических средств реабилитации. На ОСФР по Алтайскому краю возложена обязанность представить ФИО1 техническое средство реабилитации – специальное устройство для чтения «говорящих книг» на флэш-картах (<данные изъяты>) в течение трех месяцев со дня вступления решения в законную силу. С ОСФР по Алтайскому краю в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 5000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказано.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку полагает, что при обеспечении ФИО1 средством реабилитации Фонд действовал в точном соответствии с требованиями законодательства и регламентом. Невозможность провести процедуру отбора поставщиков обусловлена недостаточностью финансирования данного направления в ДД.ММ.ГГ и исчерпанием лимитов, предоставленных отделению Фонда для закупок технических средств реабилитации, при этом меры для получения дополнительных ассигнований принимались, направлялись соответствующие заявки, которые не были исполнены.

Какого-либо срока для завершения процедуры отбора поставщика в случае, если по объективным причинам не завершен какой-либо этап отбора, законодательством не предусмотрено. В том числе по этой причине в законе предусмотрены альтернативные способы обеспечения граждан техническим средством реабилитации. До настоящего времени ответчиком не отобран поставщик на поставку специальных устройств для чтения «говорящих книг». Судом не учтены разъяснения п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации *** от ДД.ММ.ГГ.

Меры, предпринятые ответчиком для обеспечения ФИО1 техническим средством реабилитации, свидетельствует о соблюдении всех предусмотренных законом предписаний, отсутствии незаконного бездействия, а также вины ответчика в длительном необеспечении ФИО1 техническим средством реабилитации. Сам по себе факт продолжительности периода между обращением за предоставлением государственной услуги и выдачей направления не свидетельствует о наличии вины ответчика.

Таким образом, основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют, так как не установлено виновное бездействие ответчика, повлекшее причинение ущерба ФИО1 Размер компенсации морального вреда определяется с учетом требований разумности и справедливости, исходя из степени нравственных страданий или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела и подлежит доказыванию истцом.

Ответчик также выражает несогласие с установленным судом сроком исполнения решения, указывая, что трехмесячный срок, в течение которого ответчик обязан предоставить ФИО1 технического средства реабилитации, является необоснованным, поскольку противоречит позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от ДД.ММ.ГГ *** Кроме того, требование об обращении решения суда к немедленному исполнению является незаконным и необоснованным.

В письменных возражениях прокурор, участвовавший в деле, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, решение суда – без изменения.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились. Об отложении судебного разбирательства не просили, о наличии уважительных причин неявки не сообщали. В этой связи, с учетом положений ст.167 ГПК РФ их неявка не препятствует рассмотрению дела.

Проверив материалы дела в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 10 Федерального закона 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (здесь и далее в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о предоставлении средств технической реабилитации) государство гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий, получение технических средств и услуг, предусмотренных федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду за счет средств федерального бюджета.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона 24 ноября 1995г. №181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» индивидуальная программа реабилитации инвалида является разработанным на основе решения уполномоченного органа, осуществляющего руководство федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, комплексом оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающим в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных или утраченных функций организма, восстановление, компенсацию способностей инвалида, к выполнению определенных видов деятельности.

Индивидуальная программа реабилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности. Если предусмотренное индивидуальной программой реабилитации техническое средство реабилитации либо услуга не могут быть предоставлены инвалиду или если инвалид приобрел соответствующее средство либо оплатил услугу за собственный счет, то ему выплачивается компенсация в размере стоимости технического средства реабилитации, услуги, которые должны быть предоставлены инвалиду.

Согласно части 14 статьи 11.1 Федерального закона 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» технические средства реабилитации предоставляются инвалидам по месту их жительства (месту пребывания, фактического проживания) уполномоченными органами в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, Фондом социального страхования Российской Федерации, а также иными заинтересованными организациями.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 апреля 2008г. №240 утверждены Правила обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями (далее – Правила).

Подпунктом «а» пункта 3 Правил предусмотрено, что обеспечение инвалидов и ветеранов соответственно техническими средствами и изделиями осуществляется, в числе прочего, путем предоставления соответствующего технического средства (изделия).

В соответствии с абзацем 1 пункта 5 Правил уполномоченный орган рассматривает заявление о предоставлении технического средства (изделия) в 15-дневный срок с даты его поступления и в письменной форме уведомляет инвалида (ветерана) о постановке на учет по обеспечению техническим средством (изделием).

При наличии действующего государственного контракта на обеспечение техническим средством (изделием) в соответствии с заявлением о предоставлении технического средства (изделия) одновременно с уведомлением уполномоченный орган высылает (выдает) инвалиду (ветерану) направление на получение либо изготовление технического средства (изделия) (далее - направление) в отобранные уполномоченным органом в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, организации, обеспечивающие техническими средствами (изделиями) (далее - организация, в которую выдано направление). В направлении уполномоченным органом указывается срок его действия, который устанавливается в пределах срока действия государственного контракта на обеспечение инвалида (ветерана) техническим средством (изделием) и составляет не менее половины срока действия указанного контракта.

При отсутствии действующего государственного контракта на обеспечение инвалида (ветерана) техническим средством (изделием) в соответствии с заявлением о предоставлении технического средства (изделия) уполномоченный орган высылает (выдает) инвалиду (ветерану) документы, предусмотренные пунктом 5 Правил (направление на получение средства реабилитации и специальный талон или именное направление для проезда в организацию, куда выдано направление) в 7-дневный срок с даты заключения такого государственного контракта, при этом извещение о проведении закупки соответствующего технического средства (изделия) должно быть размещено уполномоченным органом в единой информационной системе в сфере закупок не позднее 30 календарных дней со дня подачи инвалидом (ветераном) заявления.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, является <данные изъяты> по общему заболеванию. <данные изъяты> установлена с ДД.ММ.ГГ бессрочно.

В соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида ***), разработанной бюро медико-социальной экспертизы ***, ФИО1 нуждается в обеспечении специальным устройством для чтения «говорящих книг» на флэш-картах.

ДД.ММ.ГГ ФИО1 обратился в филиал *** ГУ Алтайского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации с заявлением об обеспечении техническими средствами реабилитации – креслом-коляской с ручным приводом комнатной <данные изъяты>), креслом-коляской с ручным приводом прогулочной (<данные изъяты>), креслом-стулом с санитарным оснащением (без колес) <данные изъяты>), специальным устройством для чтения «говорящих книг» на флэш-картах (<данные изъяты>).

ДД.ММ.ГГ ФИО1 уведомлен о постановке на учет по обеспечению техническими средствами реабилитации – креслом-коляской с ручным приводом комнатной (<данные изъяты>), креслом-коляской с ручным приводом прогулочной <данные изъяты>), креслом-стулом с санитарным оснащением (без колес) (<данные изъяты>), специальным устройством для чтения «говорящих книг» на флэш-картах (<данные изъяты>).

Направления *** и *** на получение технических средств реабилитации – кресло-коляска с ручным приводом прогулочной (<данные изъяты> и кресло-коляска с ручным приводом комнатной (<данные изъяты>) были выданы ФИО1 ДД.ММ.ГГ. В направлениях указано, что одним из оснований выдачи направления является государственный контракт от ДД.ММ.ГГ.

Вышеуказанные средства реабилитации были предоставлены по актам от ДД.ММ.ГГ уже после поступления искового заявления в суд, спустя более 5 месяцев после подачи заявления об обеспечении техническими средствами реабилитации.

Направление *** на получение технического средства реабилитации – кресло-стул с санитарным оснащением (без колес) (<данные изъяты>) было выдано ФИО1 ДД.ММ.ГГ. В направлении указано, что одним из оснований выдачи направления является государственный контракт от ДД.ММ.ГГ.

Средство реабилитации было предоставлено по акту от ДД.ММ.ГГ в ходе рассмотрения судом настоящего гражданского дела, то есть спустя более 6 месяцев после подачи заявления.

Каких-либо доказательств о соблюдении сроков, установленных соответствующими Правилами, ответчиком суду не представлено, как и не представлено доказательств своевременного обеспечения ФИО1 техническими средствами реабилитации.

Как следует из ответа, полученного по запросу Алтайского краевого суда из ОСФР по Алтайскому краю, от ДД.ММ.ГГ ***, направление на получение технического средства реабилитации – специального устройства для чтения «говорящих книг» на флэш-картах ФИО1 не выдано в связи с тем, что до настоящего времени не завершена процедура отбора поставщика данных технических средств реабилитации; направление на получение данного технического средства реабилитации будет выдано после завершения данной процедуры и заключения государственного контракта.

Таким образом, в период рассмотрения спора в суде первой инстанции ФИО1 техническое средство реабилитации – специальное устройство для чтения «говорящих книг» на флэш-картах не выдано. Истец свыше 7 месяцев не обеспечен необходимым ему техническим средством реабилитации.

Разрешая спор, суд первой инстанции, исходя из анализа представленных доказательств необеспечения истца средством реабилитации как инвалида первой группы, установив длительность срока непредоставления данного средства, пришел к выводу об обоснованности иска о признании незаконным бездействия ответчика по обеспечению ФИО1 техническим средством реабилитации – специальным устройством для чтения «говорящих книг» на флэш-картах, указав при этом, что восстановление нарушенных прав истца должно быть осуществлено путем предоставления технического средства реабилитации.

Частично удовлетворяя требование о взыскании компенсации морального вреда, суд, учитывая принципы разумности и справедливости, исходил из объема нарушенных прав, длительности необеспечения инвалида техническим средством реабилитации, нарушения ответчиком предусмотренной законом процедуры предоставления технических средств реабилитации, пришел к выводу о том, что на ответчике лежит обязанность по компенсации материальному истцу морального вреда, определив сумму компенсации в размере 5 000 рублей.

Принимая решение об обращении решения в части возложения на ОСФР по Алтайскому краю обязанности обеспечить ФИО1 техническим средством реабилитации к исполнению в течение трех месяцев со дня вступления решения в законную силу, суд первой инстанции исходил из нуждаемости истца в данном средстве реабилитации по жизненным показаниям, учитывал, что длительность периода необеспечения истца средством реабилитации неизбежно влечет ограничение жизнедеятельности инвалида, создавая при этом дополнительные препятствия для его социальной адаптации.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права. Оснований для отмены принятого судебного акта применительно к аргументам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.

Вопреки доводам жалобы, реализация права инвалида на обеспечение техническими средствами реабилитации не может быть поставлена в зависимость от наличия или отсутствия достаточного финансирования расходов на приобретение технических средств реабилитации, а недостаточность поступлений на указанные цели не освобождает ответчика от исполнения возложенной на него законом обязанности по обеспечению инвалидов техническими средствами реабилитации в натуре.

В Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 24 ноября 1995г. №181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» социальная защита инвалидов - система гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества.

Статья 9 Федерального закона от 24 ноября 1995г. №181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» устанавливает, что реабилитация инвалидов - система и процесс полного или частичного восстановления способностей инвалидов к бытовой, общественной, профессиональной и иной деятельности. Абилитация инвалидов - система и процесс формирования отсутствовавших у инвалидов способностей к бытовой, общественной, профессиональной и иной деятельности. Реабилитация и абилитация инвалидов направлены на устранение или возможно более полную компенсацию ограничений жизнедеятельности инвалидов в целях их социальной адаптации, включая достижение ими материальной независимости и интеграцию в общество.

В пункте 2 статьи 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» закреплено, что индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.Государство гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий, получение технических средств и услуг, предусмотренных федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду за счет средств федерального бюджета - статья 10 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации».

Таким образом, исходя из приведенных выше норм материального права в их системной взаимосвязи, можно сделать вывод, что предоставление средств реабилитации, абилитации, направлено на защиту личных неимущественных прав инвалидов для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества, социальную адаптацию, включая достижение ими материальной независимости и интеграцию в общество.

Длительная задержка в предоставлении гарантированных государством средств технической реабилитации повлияла на качество жизни истица, что причинило ему нравственные страдания.

В силу пункта 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с названным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ч. 2 ст. 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (ч. 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч. 2).

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Принимая во внимание, что компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено в связи с неправомерными действиями ответчика, выразившиеся в длительном необеспечении инвалида гарантированными законом и государством техническими средствами реабилитации, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, то нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие общие основания ответственности за причинение вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда, причиненного Фондом.

В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании п. 1 статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Исходя из предназначения социального государства механизм социальной защиты, предусмотренный законодательством, должен позволять наиболее уязвимым категориям граждан получать поддержку, включая материальную, со стороны государства и общества и обеспечивать благоприятные, но не ущемляющие охраняемое государством достоинство личности условия для реализации ими своих прав. Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации инвалидами права на обеспечение техническими средствами реабилитации может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что такое обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, сам факт необеспечения инвалида техническими средствами реабилитации является доказательством того, что инвалиду причинены нравственные и физические страдания, поскольку отсутствие рекомендованных средств реабилитации неизбежно влечет ограничение жизнедеятельности инвалида, создавая при этом дополнительные препятствия для его социальной адаптации. Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, осуществляемое, в том числе, в виде обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

С учетом вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о взыскании с ОСФР по Алтайскому краю в пользу ФИО1 компенсации морального вреда. Ссылка в жалобе на то, что вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципальной образования, является несостоятельной.

Определяя способ и размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями статей 151, 1100, 1101 ГК РФ, обоснованно исходил из того, что в результате бездействия ответчика, выразившегося в длительном непредоставлении установленного программой реабилитации технического средства, нарушены права истца как инвалида, не созданы необходимые для него условия, чем причинены моральные и нравственные страдания, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда в размере 5000 рублей. Определенный судом первой инстанции размер денежной компенсации морального вреда соответствует установленным фактическим обстоятельствам, степени нравственных и физических страданий, требованиям разумности и справедливости. Размер компенсации морального вреда правильно определен судом первой инстанции по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Ответчиком не представлено доказательств невозможности исполнения обязанности по обеспечению истца техническими средствами реабилитации в установленный законом срок, в том числе по причине отсутствия финансирования. Кроме того, как указано выше, не были приняты исчерпывающие предусмотренные законом меры для обеспечения инвалида необходимым средством реабилитации. Вопреки доводам ответчика, запросы о предоставлении ценовой информации не освобождают ответчика от обязанности своевременного размещения извещений в единой информационной системе.

Утверждение об отсутствии финансовых средств по закупке специального устройства для чтения «говорящих книг» на флэш-картах в ДД.ММ.ГГ не может служить основанием для отмены обжалуемого решения суда, поскольку ответчиком не представлено доказательств того, что Фондом принимались меры к уведомлению МСЭ об отсутствии возможности обеспечить инвалида вышеуказанным средством реабилитации, вопрос о возможности замены этого средства реабилитации аналогичным не решался, что в итоге повлекло значительное нарушение сроков на обеспечение ФИО1 необходимым техническим средством реабилитации.

Конституционные принципы приоритета и высшей ценности прав и свобод человека не допускают ставить права и законные интересы инвалидов в зависимость только от управленческих решений уполномоченных на социальное обеспечение органов даже в случае формального соответствия действий последних установленным для них регламентам и иным руководящим документам, поскольку иное противоречит социальной природе и гуманитарной основе государства в целом.

Ссылки в жалобе на своевременность размещения заявок на заключение государственного контракта не умаляют право инвалида на получение в установленный законом срок технических средств реабилитации, необходимых для компенсации или устранения стойких ограничений жизнедеятельности инвалида и не освобождают ответчика от возложенной на него гражданско-правовой ответственности, поскольку названные в жалобе действия Фонда не привели к желаемому результату.

Также коллегия учитывает, что для возложения обязанности выплатить денежную компенсацию морального вреда не требуется совершения умышленных действий, направленных на нарушение прав инвалида. Для освобождения Фонда от выплаты компенсации инвалиду морального вреда, последнему следовало представить суду доказательства того, что физические и (или) нравственные страдания причинены ФИО1 вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого истца, однако такие доказательства суду не представлены.

Судебная коллегия не находит оснований согласиться с доводами жалобы о незаконном обращении к исполнению обжалуемого судебного акта в течение трех месяцев с момента вступления его в законную силу со ссылкой на позицию Верховного Суда Российской Федерации.

Устанавливая ответчику трехмесячный срок для предоставления ФИО1 технического средства реабилитации, судом учтены положения ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также длительное нарушение установленного законом месячного срока обеспечения инвалида техническим средством реабилитации, необходимым ему для обеспечения жизненных потребностей (пункт 5 Правил обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ ***).

При установлении трехмесячного срока судом учтен баланс интересов сторон, механизм предоставления государственной услуги, предполагающий закупку технических средств реабилитации за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета. Учитывая, что с ДД.ММ.ГГ до настоящего времени ответчиком не выдано ФИО1 направление на получение технического средства реабилитации – специального устройства для чтения «говорящих книг» на флэш-картах, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Не предоставляя своевременно специальное устройство для чтения «говорящих книг», ответчик нарушает основные принципы законодательства о социальной защите инвалидов. Кроме того, указанное средство реабилитации необходимо ФИО1 в настоящее время.

Вопреки доводам жалобы, требование об обращении решения к немедленному исполнению судом первой инстанции оставлено без удовлетворения.

Доводы, приведенные ОСФР по Алтайскому краю в апелляционной жалобе, не могут повлечь отмену принятого по делу судебного решения, так как они основаны на неверном толковании норм материального права, являлись предметом проверки суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, при этом выводов суда не опровергают, а сводятся лишь к несогласию с правовой оценкой установленных обстоятельств, что не может служить основанием для отмены состоявшегося по делу судебного акта.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А :

Оставить решение Угловского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ без изменения, апелляционную жалобу ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено ДД.ММ.ГГ.