УИД 38RS0035-01-2024-006686-62

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 февраля 2025 г. г. Иркутск

Октябрьский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Шадриной Г.О., при секретаре судебного заседания Жиргалове А.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-498/2025 по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда, взыскании убытков, судебных расходов по уплате государственной пошлины,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Октябрьский районный суд г. Иркутска с исковым заявлением к ФИО3 о компенсации морального вреда, взыскании убытков, судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В обоснование исковых требований истец указала, что по приговору мирового судьи судебного участка № Свердловского района г. Иркутска от 27.04.2024 ФИО2 оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления (уголовное дело №).

Истец указывает, что в ходе рассмотрения в суде первой и апелляционной инстанции в качестве защитника подсудимой принимала участие ФИО9 на основании договора, заключенного с ФИО2 Оплата по указанному договору составила 50 000 рублей.

Кроме того, в связи с длительным рассмотрением уголовного дела истцу был причинен моральный вред, выразившийся в постоянных переживаниях, стрессе и как следствие ухудшение здоровья, что подтверждается медицинскими документами.

Истец просит суд взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, убытки в виде судебных издержек в размере 50 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, причины неявки не известны.

Суд полагает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие неявившихся лиц в соответствии ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ).

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела №, суд к следующему.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с ч. 1 ст. 20 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ) в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно ч.2 ст.20 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 частью первой и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, а в суде апелляционной инстанции - до удаления суда апелляционной инстанции в совещательную комнату для вынесения решения по делу.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что на основании заявления ФИО3 возбуждено уголовное дело в порядке частного обвинения в отношении ФИО2, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ).

Как следует из приговора мирового судьи судебного участка № № Свердловского района г. Иркутска от 01.02.2024, в вечернее время 17.11.2022 ФИО2, председатель Автогаражного кооператива №, находясь в помещении правления Автогаражного кооператива № по адресу Адрес, в присутствии члена кооператива ФИО6, обвинила ФИО3 в хищении имущества, а именно кражи песко-гравийной смеси, слива дизельного топлива с припаркованных авто, секатора и тепловой пушки, без указания времени и способа хищения, чего ФИО3 не совершал.

Приговором мирового судьи судебного участка № № Свердловского района г. Иркутска от 01.02.2024 ФИО2 оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием состава преступления, по п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Апелляционным постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от 03.05.2024 приговор мирового судьи судебного участка № № Свердловского района г. Иркутска от 01.02.2024 в отношении ФИО2 оставлен без изменения, апелляционная жалоба частного обвинителя ФИО3, без удовлетворения.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец ФИО2 указала, что в результате действий ответчика ей причинен моральный вред, а также понесены расходы на представителя с целью получения защиты в рамках судебного разбирательства по делу частного обвинения.

Частью 1 ст. 133 УПК РФ предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

В силу ч. 9 ст.132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу. При прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон процессуальные издержки взыскиваются с одной или обеих сторон.

При этом в статье 131 названного кодекса расходы лица, в отношении которого имело место обращение в порядке частного обвинения, на юридическую помощь и специалиста в качестве судебных издержек не указаны.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 02.07.2013 № 1057-О «По жалобе гражданина ФИО7 на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации» подчеркнул, что отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве прямого указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием.

В названном определении указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со статьей 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются статьей 1064 названного кодекса.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2013 № 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б.Т. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на представителя), а также компенсации морального вреда. Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28.05.2009 № 643-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Статью 1064 ГК РФ, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 указанного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 1). Иными словами, истолкование статьи 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше определении от 02.07.2013 № 1059-О, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3).

Из изложенного следует, что реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное привело бы к невозможности реализации права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков (аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного суда Российской Федерации № 13-КГ22-2-К2 от 17.05.2022, №8-КГ23-1-К2 от 23.05.2023).

Вместе с тем, неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя в полном объеме.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Уголовное преследование впоследствии оправданного подсудимого по уголовному делу частного обвинения не может быть основанием для взыскания с частного обвинителя убытков в виде расходов на оплату услуг представителя обвиняемого без исследования и установления юридически значимых обстоятельств, связанных со злоупотреблением правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения или добросовестным заблуждением.

При этом требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 этого же кодекса.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Применительно к ст. 1064 ГК РФ на истце лежит обязанность доказать, что им понесены расходы на представителя по уголовному делу, размер этих расходов, а также то, что имеется причинно-следственная связь между понесенными истцом расходами и действиями частного обвинителя ФИО3, вина которого в причинении ущерба предполагается. С другой стороны на ответчике лежит обязанность доказать отсутствие своей вины и наличие обстоятельств, которые закон связывает с уменьшением или освобождением от ответственности.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В обоснование заявленных требований о возмещении имущественного ущерба истцом представлен договор об оказании юридических услуг от 02.10.2023, заключенный между ФИО2 «Заказчик» с одной стороны и ФИО9 «Исполнитель» с другой стороны, по условиям которого Исполнитель по заданию Заказчика обязуется оказать комплекс юридических, консультационных, представительских и иных услуг по ведению уголовного дела на судебном участке №№ Свердловского района г. Иркутска в отношении ФИО2 по ч.1 ст.128.1 УК РФ по заявлению частного обвинителя ФИО3 В рамках настоящего договора Исполнитель обязался осуществлять следующие действия: изучить предоставленные Заказчиком документы (материалы дела) и проинформировать его о возможных вариантах разрешения спорного вопроса; подготовить и подать возражения на заявление, подготовить правовую позицию по делу, а также необходимые документы в обоснование доводов, осуществить представление интересов Заказчика в суде (п. 2.1. договора). Вознаграждение за оказываемые услуги по настоящему договору составляет 50 000 рублей.

Согласно расписке ФИО9 получила от ФИО2 денежные средства в размере 50 000 рублей по договору оказания юридических услуг от 02.10.2023.

Таким образом, для защиты своих интересов в ходе расследования уголовного дела ФИО2 понесены расходы на оплату услуг представителя в сумме 50 000 рублей.

Из материалов уголовного дела № усматривается, что постановлением мирового судьи судебного участка № № Свердловского района г. Иркутска от 21.11.2023 по ходатайству подсудимой ФИО2 в качестве защитника к участию в судебном заседании по уголовному делу частного обвинения допущена ФИО9

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 3 статьи 1083 ГК РФ суд вправе уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Возражений относительно размера имущественного вреда, выразившегося в несении расходов на оказание юридической помощи от ответчика не поступило.

Разрешая заявленные требования на основании вышеизложенных норм материального права, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд учитывает то, что возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. Использование данного способа защиты права ответчиком не является противоправным, так как, направляя мировому судье в порядке частного обвинения заявление, ФИО3 реализовал свое конституционное право на обращение в органы, которые в силу закона обязаны разрешать такие заявления, имел намерения защитить свои интересы, не преследовал цели необоснованного привлечения ФИО2 к уголовной ответственности и не имел намерений причинить ей вред, данные, свидетельствующие о злоупотреблении ответчиком предусмотренным ст. 22 УПК РФ правом на обращение в суд с заявлением в порядке частного обвинения, а также об изложении им в заявлении заведомо ложных данных с целью причинить истцу какой-либо вред, отсутствуют.

Принимая во внимание представленные истцом доказательства в обоснование размера понесенных убытков в виде расходов на оплату услуг представителя, количество судебных заседаний по уголовному делу, в которых принимала участие представитель ФИО2 – ФИО9, объем реально полученной истцом правовой помощи юриста, обстоятельства дела, сложность рассматриваемого дела (дело небольшой тяжести), причины отложения судебных заседаний, учитывая, что ответчик ФИО3 реализовывал свое конституционное право на обращение в государственные органы и судебную защиту, суд считает заявленную истцом сумму в размере 50 000 рублей завышенной и с учетом требований разумности и справедливости, полагает возможным определить размер имущественного вреда, подлежащий возмещению истцу, в сумме 30 000 рублей.

При этом суд учитывает, что рекомендации по вопросам определения размера вознаграждения защитника, утвержденные решением Адвокатской Палаты Иркутской области 21.02.2017, о чем указывает истец в своем исковом заявлении, носят рекомендательный характер, и не являются императивной нормой права, утверждающей минимальный размер вознаграждения.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права.

Под нравственными страданиями, в частности понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, переживания в связи с утратой родственников (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежных средствах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого возмещения за перенесенные нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из длительности уголовного преследования, характера, предъявленного истцу обвинения, отсутствия достаточных и достоверных доказательств того, что уголовное преследование повлекло ухудшение состояния здоровья истца ФИО2, ухудшение условий ее жизни, учитывая фактические обстоятельства дела и представленные доказательства, характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, реализацию ответчиком ФИО3 своего конституционного права на обращение в государственные органы и судебную защиту, а также требований разумности и справедливости, суд считает заявленный истцом размер компенсации чрезмерно завышенным и приходит к выводу о взыскании в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей. При этом суд учитывает, что относимых доказательств, подтверждающих, что причиной заболевания истца – астмы, явилось именно уголовное преследование по делу частного обвинения, суду не представлено. Из материалов уголовного дела следует, что при установлении личности ФИО2 пояснила суду о наличии у нее заболевания - астмы.

Суд полагает, что данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, исходя из конкретных обстоятельств причинения вреда в данном случае.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

По правилам п. 10 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются, в том числе: истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, в том числе по вопросам восстановления прав и свобод.

Исходя из изложенного, уплаченная истцом при подаче искового заявления государственная пошлина в размере 3 500 рублей подлежит возврату.

По правилам статьи 333.40 ГПК РФ заявление о возврате излишне уплаченной (взысканной) суммы государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах, подается плательщиком государственной пошлины в налоговый орган по месту нахождения суда, в котором рассматривалось дело.

К заявлению о возврате излишне уплаченной (взысканной) суммы государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, прилагаются решения, определения или справки судов об обстоятельствах, являющихся основанием для полного или частичного возврата излишне уплаченной (взысканной) суммы государственной пошлины, а также подлинные платежные документы в случае, если государственная пошлина подлежит возврату в полном размере, а в случае, если она подлежит возврату частично, - копии указанных платежных документов.

Заявление о возврате излишне уплаченной (взысканной) суммы государственной пошлины может быть подано в течение трех лет со дня уплаты указанной суммы.

В силу требований с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно п. 1 ст. 333.19 НК РФ государственная пошлина в размере 1 100 рублей подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда, взыскании убытков, судебных расходов по уплате государственной пошлины, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, Дата г.р. (паспорт №(, в пользу ФИО2, Дата г.р. (паспорт №), расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании расходов по оплате услуг представителя, компенсации морального вреда в большем размере, отказать.

Возвратить ФИО2, Дата г.р. (паспорт №), государственную пошлину в размере 3 500 руб.

Взыскать с ФИО3, Дата г.р. (паспорт №), в доход муниципального образования город Иркутск государственную пошлину в размере 1 100 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Г.О. Шадрина

Мотивированное решение суда составлено 12.03.2025.