Решение по делу № 02-3096/2023 от 06.06.2023 - о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, изменении даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании незаконным и отмене приказа о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

06 июня 2023 года адрес

Лефортовский районный суд адрес

в составе председательствующего судьи Федюниной С.В.,

при секретаре судебного заседания фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3096/2023 (УИД77RS0014-02-2022-000443-29) по иску ФИО1 к федеральному автономному учреждению «Центральный институт авиационного моторостроения им. фио» о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, изменении даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании незаконным и отмене приказа о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

первоначально истец обратился в суд к ответчику с иском о признании незаконными приказов, восстановлении на работе, взыскании денежных средств, ссылаясь на то, что между сторонами заключен срочный трудовой договор от 24.01.2019, истец принят на должность инженера сектора «Прочностная надежность деталей и узлов двигателей, изготовленных с помощью аддитивных и гибридных технологий» отдела «Конструкционная прочность сплавов» отделения «Динамика и прочность авиационных деталей». Истцу установлена пятидневная рабочая неделя и 4-х часовой рабочий день, однако между сторонами также было подписано соглашение, согласно которому истец должен был являться на работу в свободное от учебы в аспирантуре время, в том числе в выходные дни, часть работы выполнялась истцом удаленно. Приказом от 16.11.2021 №161106/к трудовой договор с истцом расторгнут на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с совершением прогула. Увольнение истец полагает незаконным, поскольку прогула не совершал, работал в согласованное с работодателем время. Также истец полагает, что ему незаконно был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы.

Решением Лефортовского районного суда адрес от 11.04.2022 в удовлетворении иска было отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 25.10.2022 решение Лефортовского районного суда адрес от 11.04.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба фио без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 14.03.2023 решение Лефортовского районного суда адрес от 11.04.2022 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 25.10.2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Из вышеуказанного определения следует, что суду следовало установить следующие обстоятельства, имеющие значение для дела: где именно находилось рабочее место фио; был ли ФИО1 (работник) фактически допущен с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя к выполнению определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя - дистанционно, и с какого времени; выполнял ли ФИО1 определенную его трудовым договором трудовую функцию вне места нахождения работодателя, в том числе во вмененные работодателем как прогулы дни; допустил ли ФИО1 (с учетом его доводов о дистанционном выполнении по согласованию с работодателем своих трудовых обязанностей, а также нахождении на очном обучении в аспирантуре) прогул, то есть отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в заявленные работодателем дни; проверялись ли работодателем на предмет уважительности причины отсутствия фио на рабочем месте, приведенные им в данных работодателю объяснениях от 16.11.2021. Суды оставили без правовой оценки приводимые в обоснование иска доводы фио о том, что с момента трудоустройства он по договоренности с работодателем выходил на работу в свободное от учебы в очной аспирантуре время, часть работы выполнял удаленно, и на протяжении всего времени работы каких-либо претензий на данный счет ему от работодателя не поступало, более того, ему производилась выплата надбавки за интенсивность и высокие результаты труда; в своем объяснении работодателю истец также указал, что в дни, вмененные как прогулы, он выполнял работу удаленно. Работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Суду следовало установить также такие имеющие значение для дела обстоятельства, как: учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения тяжесть совершенного работником (ФИО1) проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение фио и его отношение к труду, предложить ответчику представить соответствующие доказательства.

После отмены решения суда, истец изменил исковые требования, просил признать незаконным и отменить приказ от 16.11.2021 № 161106/к об увольнении фио, изменить дату увольнения 16.11.2021 на дату вынесения решения, изменить формулировку увольнения на увольнение по собственному желанию, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула, начиная с 17.11.2021 по день вынесения решения, признать незаконными и отменить приказ о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, взыскать с ответчика заработную плату за период с 12.11.2021 по 15.11.2021, компенсацию морального вреда в размере сумма, указав, что не намерен сохранять трудовые отношения с ответчиком.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, реализовал свое право на участие через представителей по доверенностям – фио, фио, которые в судебное заседание явились, заявленные уточненные требования поддержали в полном объеме, просили иск удовлетворить.

Представитель ответчика по доверенности фио в судебное заседание явилась, против удовлетворения заявленных требований возражала по доводам, указанным в письменном отзыве на иск.

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, с учетом требований ст. 56 ГПК РФ и по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.

Согласно части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим кодексом.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части первая - шестая данной статьи).

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. N 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. N 1793-О, от 24 июня 2014 г. N 1288-О, от 23 июня 2015 г. N 1243-О, от 26 января 2017 N 33-О и др.).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

В силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной. Суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (абзацы первый, второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

По смыслу приведенных нормативных положений трудового законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если увольнение работника произведено работодателем без соблюдения этих принципов юридической ответственности, то такое увольнение не может быть признано правомерным.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном объеме причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, между сторонами заключен срочный трудовой договор от 24.01.2019 №3966-ТД, истец принят на должность инженера сектора «Прочностная надежность деталей и узлов двигателей, изготовленных с помощью аддитивных и гибридных технологий» отдела «Конструкционная прочность сплавов» отделения «Динамика и прочность авиационных деталей».

Согласно п. 4.1.3 трудового договора истцу установлена пятидневная рабочая неделя с 4-х часовым рабочим днем, с двумя выходными в субботу и воскресенье. Время начала рабочего дня – 8:30, без перерыва для отдыха и питания. В силу п. 4.1.2 трудового договора причиной сокращения рабочего времени является то, что истец является аспирантом очной формы обучения. Согласно дополнительному соглашению от 01.03.2021 к трудовому договору рабочее место истца определено по адресу: адрес.

К трудовому договору было заключено Дополнительное соглашение от 01.03.2021 и Дополнительное соглашение от 12.03.2021, в документах было определено, что рабочее место истца расположено по адресу: адрес, и указано рабочее место № 69/09.01.2019.

В материалах дела имеются документы, свидетельствующие об организации истцу стационарного рабочего места, расположенного по адресу Работодателя: адрес, рабочее место № 69/09.01.2019 (состав оборудования, перечень основных технических средств и систем, входящих в состав АРМ) (л.д.236-246 (225-235) т.1).

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика указывает, что Работодатель не передавал истцу оборудование для дистанционной работы. Работодатель не предоставлял истцу удаленный доступ к корпоративным ресурсам (доступ к порталу ЦИАМ и информации на нем, доступ ко всем базам) для выполнения им трудовой функции, определенной трудовым договором. Истец не писал заявление о переводе на дистанционную работу с указанием адреса, по которому будет осуществляться дистанционная работа и указанием контактов, по которым с ним можно связаться. Заявление о переводе на дистанционную работу с визой его непосредственного руководителя фио и ответственного за корпорацию дистанционных работников в отделе фио на обозрение суду не было представлено. Истец не направлял работодателю ни почтовым отправлением, ни через канцелярию работодателя Уведомление о смене адреса его рабочего места, по которому им будет выполняться дистанционная работа. Рабочие вопросы решались истцом через электронную переписку не с предоставленного ему работодателем адреса корпоративной электронной почты, а с адреса личной электронной почты. Рабочие материалы, результаты выполненных работ и отчеты о выполненной работе истец передал ответчику не через рабочую систему работодателя, а направлял посредством приложения «WhatsApp» с личного номера телефона телефон и с использованием личной электронной почты на личный номер и +79035402286 и электронную почту фио Дополнительное соглашение к Трудовому договору с истцом о переводе его на дистанционную работу не заключалось. Ответчик представил заявление истца от 29.05.2020 о переводе на дистанционную работу, приказ № 290504/к от 29.05.2020 о переводе на режим дистанционной работы работников на период с 01.06.2020 по 30.06.2020 – это документы, оформленные в соответствии с п.6.2 Положения, и которые являются доказательством, что на 01.06.2020 между истцом и ответчиком не существовало каких-либо договоренностей, предусматривающих у истца удаленный режим работы; опровергающим утверждение истца, что с момента приема на работу (01.02.2019) и до дня увольнения (16.11.2021) у него был удаленный режим работы, установленный Соглашением, подписанным со стороны ответчика заместителем генерального директора фио При наличии данного Соглашения, у ответчика не возникла бы необходимость переводить истца на дистанционную работу в период с 01.06.2020 по 30.06.2020.

Допрошенная в судебном заседании фио пояснила, что работает начальником сектора ФГУП «ЦИАМ им. фио», истец работал у ответчика в качестве инженера. Истец учился в магистратуре в Германии, после чего в рамках программы он три года должен был отработать на одном из предприятий РФ, истец попал на работу на предприятие (к ответчику). Истец еще поступил в аспирантуру, они пошли ему на встречу, вместо полного рабочего дня взяли истца на полставки. Истец должен был работать пять дней в неделю, по четыре часа, начиная с 8.30. Истец обязан был ежедневно посещать рабочее место. Договоренности о том, что истец будет выполнять работу дистанционно не было. У истца не предусматривался свободный график посещения рабочего места. Истец перестал посещать рабочее место с весны 2021. Истец учился в аспирантуре и у него были обязанности там по учебе. Он должен был сообщать, что у него семинары, доклады, а также у него были бытовые проблемы, когда истец делал ремонт в квартире, ждал слесарей. Она не сообщала руководству о том, что истец не посещает рабочее место. Она писала истцу многочисленные письма, напоминания, старалась довести информацию до истца и не сообщала руководству, что он посещает работу. Служебную записку от 16.11.2021 с просьбой применить дисциплинарное взыскание истцу она писала. Она направляла истцу 01.11.2021 замечание, присланное от заказчика в рамках договора адрес. У них был с ними договор, который они выполняли. В соответствии с данным договором они за 20 дней после окончания должны были направить заказчику все их документы. После чего 27 числа у них состоялось совещание по ВКС с заказчиком, на котором решались вопросы, однако истец на этом совещании не присутствовал, хотя все участники договора присутствовали, на это есть протокол ВСК. А 01.11.2021 от заказчика поступило сообщение о том, чтобы провести небольшие правки в работе. Она 02.11.2021 направила истцу сообщение о том, что есть замечания, замечания были формальные, там нужно было кратко написать заголовки документа, который был ранее представлен, что он 02.11.2021 сделал, но она послала ему сообщение о том, что он не внимательно читает о том, что хочет заказчик. Тогда истец в этот же день 02.11.2021 в этот документ добавил четверть листика ссылки на эти пункты. Последние переговоры с истцом были 02.11.2021, в соответствии с перепиской. Истец по техническому заданию с заказчиком адрес выполнил небольшую часть работы, порядка 10 % работы. И работа истца не представляет никакой ценности, ее можно было вообще не включать в отчет, но поскольку истец хоть что-то делал, его часть была включена в данный отчет. Работа истца не удовлетворяла требования технического уровня. Весной 2021, когда истец перестал отвечать на ее письма и вопросы, или если и отвечал, то не сразу, а через несколько дней, она поняла, что работа по госконтракту под угрозой, поэтому она пригласила фио, чтобы он выполнил эту работу. Когда фио только входил в действия, вникал, что нужно делать, они взаимодействовали с истцом, но дальше, с лета фио выполнял работу самостоятельно. фио выполнил всю работу. Работа фио удовлетворяла требования технического задания. Работа фио вошла в отчет в полном объеме. Составлялись акты об отсутствии истца на рабочем месте 08.11.2021, 09.11.2021, 10.11.2021, она была на работе и в конце каждого из этих дней были составлены акты. С истцом у нее никаких конфликтных ситуаций не было, наоборот она всячески помогала ему, старалась его заинтересовать и поощрить. Когда приходили премии, она старалась его включить в премии. Вопрос об увольнении возник только 16.11.2021 потому, что уже переполнилась «чаша терпения», уже надо было сдавать работу по контракту, а не сдача работы по госзаказу, тем более, что данная работа являлась большой работой всего института, работа находилась под угрозой срыва, а истец перестал отвечать на все замечания. К истцу относилась лояльно, так как понимала, что он учится, что у него аспирантура, что ему надо делать доклады, старалась закрывать глаза, но работу они должны были сдать и никого не интересовало какие у кого проблемы, поэтому она попросила фио взяться за эту работу, потому что он каждый день ходит на работу и на него можно положиться. Есть переписка, подтверждающая, что она (свидетель) просила истца выйти на работу. Работа истца не составляет никакой ценности, вся работа была произведена фио, а работу истца можно было вообще не включать в отчет.

Допрошенный в судебном заседании свидетель фио пояснил, что к нему весной 2021 обратилась фио в связи с контрактом по договору с адрес. Суть проблемы состояла в том, что есть контракт с адрес, до сдачи этой работы оставалось мало времени и возникли сомнения в том, что данная работа может быть выполнены в срок, что все может сорваться. И ему поручили выполнение этой работы. Он с истцом взаимодействовал, на первых порах довольно плотно, но потом ближе к концу ближе к августу, он стал понимать, что то, что делает и предлагает истец по работе вряд ли будет отвечать требованиям задания, и он сам стал выполнять задание. На момент сдачи работы он не работал с истцом, к тому времени он понял всю концепцию и сам выполнял задание. Он выполнил задание в полном объеме, все три пункта были выполнены. Часть работы истца была включена в отчет, она содержала один пункт. Он присутствовал на сдаче работы, истец не присутствовал. Его (свидетеля) рабочее место не находилось рядом с рабочим местом истца. Истец сидел на два эта выше. По количеству страниц 10 % работы истца, по содержанию работы его (свидетеля) часть занимала всю работу.

Суд доверяет показаниям свидетелей, поскольку их показания согласуются с материалами дела, даны лицами, лично не заинтересованными в исходе дела.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что часть работы истца выполнялась удаленно, с последующим предоставлением результатов работы работодателю. Задания по работе поступали либо на вотцап, либо на электронную почту истца. На протяжении всего периода исполнения трудовых обязанностей ответчик претензий по поводу режима работы не имел, к дисциплинарной ответственности ранее истца не привлекал, материально поощрял премиями.

Суд предлагал представителям истца представить доказательства, подтверждающие работу истца дистанционно, работу истца в дни прогулов (8,9,10,11 ноября), однако таких доказательств представлено не было, при этом представители сослались на переписку истца по электронной личной почте и вотцап.

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика указывает, что в марте 2021 истцу было поручено задание на выполнение работы в полном объеме (по Договору № 8702-300 СЧ НИОКР «ШИФР ПД-35 Авиадвигатель», это было его единственное задание с марта 2021 по дату увольнения. Со слов его непосредственного руководителя, фио, истец с мая 2021 перестал посещать рабочее место. В течение периода с апреля по сентябрь 2021, несмотря на постоянные напоминания и запросы с ее стороны о ходе выполнения работы, практически никаких продвижений в выполнении работы не было.

Из протокола осмотра письменных доказательств от 18.04.2023, составленным нотариусом адрес фио следует, что истец переписывался с фио посредством приложения «WhatsApp», в переписке 27.09.2021 истец указывает: «Вы были правы, у меня нет никаких результатов, чтобы можно было оформить полноценный отчет» (это написано самим истцом после 7 месяцев работы и за месяц до сдачи работ заказчику), 05.10.2021 «Я сегодня до вечера не смогу быть доступным для общения (сон и учеба)», фио 14.10.2021 указывает: «Добрый день. Отправила тебе вопросы и замечания по последнему варианту отчета. Опять сделал не все и небрежно. Методику не доделал. Приезжай немедленно и делай все здесь. Больше идти тебе на встречу не буду.».

Анализируя переписку, зафиксированную в протоколе осмотра письменных доказательств, суд отмечает, что в переписке обсуждаются рабочие вопросы, фио постоянно требовала от истца, чтобы он приехал в офис и работал там, из переписки не усматривается, что истец работал по своему графику работы, поскольку, с его слов, данный режим предусматривал посещение рабочего места и работу в выходные дни, что истцу был установлен режим дистанционной работы и, что истец работал дистанционно, переписка велась ими в 2021, в тот период, когда со слов фио истец перестал посещать рабочее место.

Доводы представителя истца о том, что истец не привлекался ранее к дисциплинарной ответственности не могут являться основанием для удовлетворения иска.

Ответчик представил в материалы дела Положение «Организация дистанционной работы во ФГУП «ЦИАМ им. фио», утвержденное Приказом от 24.09.2020 № 526, которое является локальным нормативным актом постоянного действия.

Согласно данного Положения, дистанционная работа устанавливается:

1) по соглашению Сторон и является обязательным условием трудового договора;

2) в случае, установления дистанционной работы в процессе трудовой деятельности, дистанционная работа должна быть оформлена в виде письменного соглашения Сторон к трудовому договору;

3) в случае возникновения форс-мажорных обстоятельств, Работодатель имеет право по своей инициативе в упрощенном порядке устанавливать режим временной или комбинированной дистанционной работы. Данный порядок предусматривает издание локального нормативного акта (приказа) с установлением списков работников, переводимых с их согласия на временную и комбинированную дистанционную работу, а также порядок организации временной или комбинированной дистанционной работы (п.6.2 Положения).

В письменных объяснениях представитель истца указывает, что, согласно приказу о приеме на работу № 240111/к истцу было установлено неполное рабочее время (20-часовая рабочая неделя), согласно которому не предусматривалась ежедневная явка на рабочее место, а предусматривался выход на работу в свободное от учебы время, в том числе и в выходные дни; из внутреннего трудового распорядка по соглашению между работником и работодателем может устанавливаться индивидуальный график работы.

Вышеуказанные доводы представителя ответчика основаны на неправильном толковании, поскольку режим работы устанавливается трудовым договором, из приказа о приеме на работу не следует, что не предусматривалась ежедневная явка на рабочее место, а предусматривался выход на работу в свободное от учебы время, в том числе и в выходные дни.

Доводы представителя ответчика о том, что переписка по телефону и электронной почте доказывают выполнение работы в нерабочее время и нерабочие дни, доказывает привлечение к работе дистанционно, что истец привлекался к работе 1, 2, 3 ноября 2021, которые являлись нерабочими, поэтому дни вменяемые как прогулы, были отработаны ранее, работа истцом выполнялась удаленно, несостоятельны, не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания.

Истец ранее указывал, что между сторонами также было подписано соглашение, согласно которому истец должен был являться на работу в свободное от учебы в аспирантуре время, в том числе в выходные дни, часть работы выполнялась истцом удаленно, однако данное соглашение в материалы дела не представлено, иных доказательств изменения определенного трудовым договором режима труда и отдыха истцом не представлено.

Из докладной записки №200-07/200/1П специалиста центра 2000 фио от 16.11.2021 следует, что от начальника сектора 20303 фио поступила жалоба на работника сектора фио, который с мая 2021 года не посещает рабочее место, на телефонные звонки и электронные сообщения отвечает несвоевременно, поручаемую ему работу выполняет не в срок и некачественно.

Из актов об отсутствии истца на рабочем месту №1/11 от 08.11.2021, №2/11 от 09.11.2021, №3/11 от 10.11.2021, №4/11 от 11.11.2021 следует, что истец отсутствовал на рабочем месте в период с 08.11.2021 по 11.11.2021.

16.11.2021 у истца запрошены письменные объяснения причин отсутствия на рабочем месте с 08.11.2021 по 11.11.2021, 16.11.2021 истцом даны письменные объяснения, из которых усматривается, что истцом не оспаривается факт его отсутствия на рабочем месте, он отсутствовал по причине занятости в связи с учебой.

Приказом от 16.11.2021 №161106/к трудовой договор с истцом расторгнут на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с совершением прогула.

Представитель истца заявила о подложности доказательств, просила исключить из числа доказательств служебную записку № 200-07/491 от 16.11.2021, указав, что фио в день издания этой записки на работе не было, истцом в рамках проверки доказательств проведено экспертное исследование, перед экспертом был поставлен следующий вопрос – «Каким способом выполнена подпись от имени фио в графе «Начальник сектора 20303» в служебной записке № 200-07/491 от 16.11.2021?», получен ответ эксперта: «Изображение подписи от имени фио в графе «Начальник сектора 20303» в служебной записке № 200-07/491 от 16.11.2021 выполнена нерукописным способом на знакосинтезирующем печатном устройстве электрографическим способом по типу лазерного принтера с применением такого технического средства, как монтаж».

Из Заключения по результатам служебного расследования ФАУ «ЦИАМ им. фио» от 31.05.2023 следует, что из объяснения фио от 03.05.2023 следует, что в соответствии с приказом от 11.11.2021 № 111104/к она была включена в перечень работников Учреждения, которым был установлен комбинированный дистанционный режим работы. 16.11.2021, работая дистанционно по месту жительства, она собственноручно напечатала на персональном компьютере в программе Word на имя первого заместителя генерального директора Учреждения фио служебную Записку с ходатайством о применении к сотруднику отделения 200 (сектор 20303) инженеру фио дисциплинарного взыскания в виде увольнения в связи с несвоевременным невыполнением последним производственных заданий и систематическом отсутствии на рабочем месте. Служебную записку от 16.11.2021 № 200-07/491 она подготовила лично и подтвердила ее содержание и свою подпись на ней. При этом фио пояснила, что подпись на служебную записку она нанесла путем копирования своей же подписи с другого отсканированного документа, подписанного ею собственноручно, с файла, который находился на ее служебном компьютере. Подписанную указанным способом служебную записку фио в этот же день 16.11.2021 отправила со своей рабочей электронной почты на рабочую электронную почту ответственной за координацию дистанционных работников в отделе фио Комиссия установила, что служебная записка от 16.11.2021 № 200-07/491 подготовлена и направлена по служебной электронной почте Учреждения лично начальником сектора 20303 фио, однако ею не были соблюдены требования о собственноручной подписи служебной записки, установленные Положением, с которым она не была ознакомлена.

Суд, оценивая в совокупности с другими доказательствами служебную записку № 200-07/491 от 16.11.2021, отмечает, что подлог представляет собой внесение в документы заведомо ложных сведений, искажающих его действительное содержание, служебная записка подготовлена фио, подписаны ей, обстоятельства, изложенные в записке фио подтвердила в судебном заседании, будучи допрошенной в качестве свидетеля, считает, что указанное доказательство не может быть исключено из числа доказательств.

Доводы представителя истца о том, что Государственной инспекцией труда в адрес была проведена внеплановая проверка по вопросу нарушения процедуры увольнения, привлечения к дисциплинарной ответственности фио не подтверждают нарушения процедуры увольнения, были выявлены нарушения (уведомление явиться за трудовой книжкой или дать согласие на отправление ее почтой было направлено не в последний рабочий день 16.11.2021, а 18.11.2021).

Таким образом, учитывая, что единственный согласованный сторонами режим работы указан в трудовом договоре, дополнительных соглашениях к трудовому договору, рабочее место договором определено по адресу: адрес, доводы истца о том, что работы выполнялись им удаленно, дистанционно с ведома и по поручению работодателя не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания, факт грубого нарушения истцом трудовых обязанностей, выразившийся в отсутствии на рабочем месте в течение 4 рабочих дней без уважительных причин, нашел свое подтверждение, обучение в аспирантуре не может быть отнесено к уважительной причине отсутствия на рабочем месте в определенное сторонами сокращенное рабочее время, заявления о предоставлении учебного отпуска истец не подавал, порядок увольнения истца ответчиком соблюден, дисциплинарное взыскание применено с учетом тяжести совершенного проступка, обстоятельств его совершения.

Предшествующее ответственное отношение истца к работе не свидетельствует об отсутствии у работодателя права с учетом всех обстоятельств прогула применить дисциплинарное взыскание именно в виде увольнения.

Оценка тяжести совершенного работником дисциплинарного проступка и выбор вида дисциплинарного взыскания, соответствующего тяжести проступка, является компетенцией работодателя.

Суд может удовлетворить требование работника об оспаривании законности его увольнения лишь в случае, если при наложении на него дисциплинарного взыскания не учитывалась тяжесть совершенного им проступка, и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (п. 53 Постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

При рассмотрении настоящего дела вышеуказанных обстоятельств, при которых суд мог бы признать увольнение истца незаконным, не установлено.

Истец также просил признать незаконным и отменить приказ о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, взыскать заработную плату за период с 12.11.2021 по 15.11.2021.

В письменных объяснениях представитель истца указывает, что ответчиком представлено заявление фио от 12.11.2021 о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы 16.11.2021. При этом в конце заявления имеется запись, написанная от руки неизвестного работника, о согласовании на 12 и 15.11.2021 отпуска без сохранения заработной платы в связи с заявлением на увольнение. Между тем, дни отпуска без сохранения заработной платы 12.11.2021 и 15.11.2021 с истцом согласованы не были, заявления на данные дни им написано не было.

В исковом заявлении истцом прямо указывается, что по его поручению фио за него было заполнено заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы в период с 12.11.2021 по 15.11.2021, копия данного заявления представлена ответчиком, поступила именно с почты истца, в связи с чем несостоятельны доводы истца о незаконности предоставления ему отпуска без сохранения заработной платы в период с 12.11.2021 по 15.11.2021 в соответствии с приказом от 12.11.2021 №121114/к и необходимости взыскания с ответчика заработной платы за данный период, поскольку истцом выражено волеизъявление на предоставление данного отпуска, на работе истец в спорный период отсутствовал.

С учетом исследованных доказательств суд приходит к выводу о том, что трудовые права истца работодателем не нарушены, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к федеральному автономному учреждению «Центральный институт авиационного моторостроения им. фио» о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, изменении даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании незаконным и отмене приказа о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Лефортовский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: С.В. Федюнина

Мотивированное решение изготовлено 13 июня 2023 года.

Судья: С.В. Федюнина