Дело № 2-27/2023
УИД 35RS0010-01-2022-006703-21
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
город Вологда 16 февраля 2023 года
Вологодский городской суд Вологодской области в составе:
председательствующего судьи Папушиной Г.А.,
с участием помощника прокурора города Вологда Коркина Д.А.,
при секретаре Бабушкиной А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Альфа», обществу с ограниченной ответственностью «Дентамед», обществу с ограниченной ответственностью «Дента Сервис» о защите прав потребителей и компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Альфа» (далее- ООО «Альфа») о защите прав потребителей и компенсации морального вреда.
В обоснование требований указала, что 09 декабря 2020 года между ней и ООО «Альфа» был заключен договор возмездного оказания услуг. Предметом договора являлась установка двух имплантатов Суперлайн. Цена договора составила 39 000 рублей. После установки имплантатов в области удаленного зуба № и прохождения реабилитационного периода, необходимо было установить коронки на имплантаты, но в дальнейшем лечении ей было отказано, поскольку в клинике не имелось необходимого специалиста. Поскольку ООО «Альфа» не исполнило свои обязательства по договору, то истцом в адрес ответчика 14 октября 2021 года была направлена претензия. ФИО1 были возвращены денежные средства в размере 39 000 рублей. Дальнейшее лечение ФИО1 проходила в обществе с ограниченной ответственностью «ДентаМед», где ей был поставлен диагноз: <данные изъяты>. Стоимость услуг составила 22 900 рублей. Реабилитационный период составил более одного месяца, в этот период истец не могла нормально есть, принимала таблетки.
Полагая, что ей были оказаны услуги ненадлежащего качества, просит взыскать с ООО «Альфа» расходы на лечение в размере 23 900 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, неустойку за период с 15 марта 2022 года по 20 апреля 2022 года в размере 26 529 рублей, штраф.
Определением суда от 14 июня 2022 года, внесенным в протокол предварительного судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3
Определением суда от 21 июля 2022 года, внесенным в протокол предварительного судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5, в качестве соответчиков ООО «Дента Мед» и ООО «Дента Сервис».
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, просила удовлетворить. С заключением экспертизы не согласна. Пояснила, что имплантат установлен, поставлена коронка.
В судебном заседание представитель ответчика ООО «Альфа» по доверенности ФИО6 с исковыми требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать. С заключением экспертизы согласилась, которая не установила дефектов в оказании медицинской помощи.
Представитель ответчик ООО «ДентаМед» - директор ФИО7 возражала против удовлетворения исковых требований, просила отказать. Пояснила, что проведенная судебная экспертиза точно и ясно ответила на все поставленные вопросы. Согласно данной экспертизы медицинская помощь оказана истцу надлежащего качества.
Ответчик ООО «Дента Сервис» о дате и времени рассмотрения дела извещен, своего представителя в судебное заседание не направил.
В судебное заседание третьи лица ФИО3, ФИО2, ФИО5, ФИО4 не явились, о дате и времени проведения рассмотрения дела извещены.
Ранее в судебном заседании третье лицо ФИО2 пояснил, что устанавливал 2 имплантат истцу на 34, 36 зуб. Установка имплантата с отклонениями допускается, <данные изъяты>. Наращивание костной ткани не было необходимым. Если имплантат стоит неправильно, он должен был быть удален. Атрофия может быть физиологическая, не является дефектом оказания помощи. Манипуляция по дальнейшему лечению истца соответствует протоколу лечения. Через 3, 5 месяца после того, как произошла детализация имплантата кость сформировалась ниже, чем предполагалось. Ось имплантата нельзя поменять после того, как он установлен в кость. Врач-ортопед посчитал состоятельным имплантат, поэтому и поставил коронку.
Суд, заслушав стороны, заключение помощника прокурора г. Вологды, полагавшего в удовлетворении исковых требований отказать, изучив материалы дела, подлинные медицинские документы, приходит к следующему.
Установлено и следует из материалов дела, что 09 декабря 2020 года между ООО «Альфа» и ФИО1 заключен договор на оказание стоматологических услуг, по условиям которого исполнитель обязан предоставить заказчику стоматологические услуги с применением имплантатов «Суперлайн» в соответствии с планом обследования и лечения, а заказчик обязался своевременно оплатить их стоимость.
По условиям договора стоимость услуг составила 19 500 рублей за 1 имплантат.
09 декабря 2020 года ФИО1 услуга была оплачена в полном объеме в размере 39 000 рублей.
19 ноября 2021 года и 24 ноября 2021 года ФИО1 была осмотрена врачом-стоматологом-хирургом в БУЗ ВО «Вологодская городская стоматологическая поликлиника», в результате которого установлено, что имплантат 34 зуба – костная ткань визуализируется только на 1/3 его длины, ось имплантата 34 зуба отклонена дистально.
13 декабря 2021 года между ООО «ДентаМед» и ФИО1 заключен договор оказания стоматологических услуг, по условиям которого исполнитель обязуется поручить врачу ФИО5 осуществить в оговоренное с заказчиком время собеседование и осмотр заказчика, лечение. Стоимость услуг составила 22 900 рублей. ФИО1 произвела оплату за лечение в размере 23 900 рублей, что подтверждается кассовыми чеками.
Согласно справке от 13 декабря 2021 года ФИО1 поставлен диагноз: <данные изъяты>
14 ноября 2021 года ФИО1 обратилась в ООО «Альфа» с претензией, в которой просила возместить вред, причиненный здоровью, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
13 декабря 2021 года ФИО1 выплачено возмещение в размере 39 000 рублей, что подтверждается расходным кассовым ордером от 13 декабря 2021 года.
14 марта 2022 года ФИО1 в адрес ООО «Альфа» направлена претензия с требованиями возмещение расходов за лечение в размере 23 900 рублей.
Письмом от 17 марта 2022 года ООО «Альфа» отказало в возмещение расходов на лечение, ссылаясь на то, что имплантат установлен и не удален, находится в рабочем состоянии, который прижился в костной ткани и не мешает работе прикуса.
С целью установления некачественной медицинской услуги по установке имплантата определением суда от 24 октября 2022 года назначена судебная стоматологическая экспертиза, проведение которой поручено АНО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки».
Согласно заключению экспертов № от 13 января 2023 года представленные материалы не содержат достаточно объективных сведений, свидетельствующих о наличии дефектов в оказанной медицинской стоматологической услуги при имплантации 34 зуба в ООО «Альфа» 09 декабря 2021 года.
Дальнейшее лечение (оперативное вмешательство), а именно костная пластика, выполненная 13 декабря 2021 года на уровне, очевидно дентального имплантата 34, не противоречит действующим нормам и стандартам, хотя о ее целесообразности представленная первичная медицинская документация судить не позволяет, но ее выполнение подчеркивает, что дентальный имплантат, установленный 09 декабря 2020 года в область отсутствующего 34 зуба – остеоинтегрирован (то есть произошло закономерное вживление имплантата в костную ткань хирургическим путем).
Представленные материалы не содержат сведений, свидетельствующих о наличии дефектов в оказанной медицинской стоматологической услуги при имплантации 34 зуба в ООО «Альфа» 09 декабря 2021 года. Учитывая, что имплантат, установленный в область 34 зуба остеоинтегрирован, воспалительные осложнения отсутствовали, в этой связи нет каких-либо оснований для утверждения о причинении вреда здоровью пациентке ФИО1
Экспертная комиссия не вывила достаточных объективных сведений, указывающих на наступление неблагоприятных последствий для здоровья и истца в связи с оказанием («недостатками») медицинской помощи в ООО «Альфа».
При этом из исследовательской части заключения экспертов следует, что анализ записей в ООО «ДентаМед» не позволяет оценить объективность оголения тела имплантата, так как врачом при объективном осмотре это не указано, а имеются сведения лишь об узком альвеолярном гребне в области отсутствующего 45, а также сведения о сформированной манжете. Нет клинических данных о том, что тело дентального имплантата вне костной ткани на 1/3 его верхней части.
По имеющимся рентгеновским данным: прицельные снимки, диски и распечатки КТДТ, не определяют признаки разрежения костной таки в области дентальных имплантатов, что подтверждает их остеоинтеграцию. В области установленного имплантата в позицию зуба 34 мог наблюдаться дефицит вестибулярной костной поддержки, что может являться следствием атрофии костной ткани после удаления зуба 35. Говорить о том, что это является дефектов оказания медицинской помощи нет достаточных оснований ввиду отсутствия в медицинской карте пациента стоматологической клиникой ООО «ДентаМед» клинической картины, характеризующей внешний вид в полости рта, а также во время операции. Недостаток костной ткани в области имплантата вследствие ее атрофии может быть компенсирован большим объемом мягких тканей.
Объективных данных за утрату костной ткани альвеолярной части нижней челюсти в верхней 1/3 наружной компактной пластинки в области имплантата в позиции 34 не представлено. Также нет сведений о наличии воспалительного процесса в этой области, который мог бы привести к утрате костной ткани. Выполнение операции костной пластики 13 декабря 2021 года позволяет считать, что данная коррекция костной ткани может выполняться только при наличии остеоинтеграции имплантата (то есть его приживлении), что свидетельствует об успешности приживления дентального имплантата. Следует отметить, что у всех пациентов происходит физиологическая атрофия костной ткани, в том числе альвеолярного отростка (части) челюстей, которая в зависимости от индивидуальных особенностей и обще здоровья пациента, его вредностей, может происходить с различной скоростью, в том числе, после удаления зубов.
Атрофия костной ткани альвеолярной части нижней челюсти вестибулярно на 1/3 верхней части тела дентального имплантата, установленного в позиции 34 зуба (не подтверждена клиническими данными и данными других объективных методов), достоверно не связана с воспалительными осложнениями дентальной имплантации (мукозит, периимплантит), а если и имелась, то ее возникновение обусловливалось физиологической (возрастной, постэкстракционной) атрофией костной ткани.
Оснований сомневаться в выводах заключения экспертов у суда не имеется, поскольку экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отвечает требованиям относимости и допустимости, экспертиза проведена с соблюдением норм гражданско-процессуального законодательства, эксперты предупреждались об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение, имеют необходимый стаж работы для проведения данного рода экспертизы. Экспертами проведено подробное изучение материалов дела, медицинских документов и рентгеновских снимков, в заключении содержатся ответы на вопросы, имеющие значение для разрешения дела по существу; экспертное заключение обоснованно, аргументировано с научной точки зрения.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В данном случае ответчиками не было допущено недостатков при оказании медицинской помощи истцу, в связи с чем вина ответчика в наступлении неблагоприятных последствий для истца не доказана. В этой связи, суд не усматривает оснований для возложения на ответчиков обязанности по компенсации морального вреда.
Поскольку факт наличия дефектов в оказании медицинской услуги и причинения ответчиками истцу вреда здоровью не доказан, не подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании убытков в виде расходов на лечение, неустойки и штрафа в рамках Закона о защите прав потребителей.
Исходя из того, что полная стоимость судебной экспертизы составила 120 000 рублей а ФИО1 на депозит Управления Судебного департамента в Вологодской области внесено лишь 75 000 рублей, согласно статей 96, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает, что с истца в пользу АНО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» подлежат взысканию расходы за проведение судебной экспертизы в размере 45 000 рублей.
Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
ФИО1 в удовлетворении исковых требований отказать.
Взыскать со ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №, <данные изъяты>, в пользу Автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» ИНН <***> расходы за проведение судебной экспертизы в размере 45 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение одного месяца со дня вынесения мотивированного решения.
Судья Г.А.Папушина
Мотивированное решение изготовлено 27.02.2023.