УИД: 31RS0022-01-2024-002175-06 № 2-53/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июля 2025 года гор. Белгород

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Василенко В.В.,

при секретаре Сидоренко И.В.,

с участием истца, его представителя ФИО8, представителя ответчика ФИО9, помощника прокурора г. Белгорода Рыбниковой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 (<данные изъяты>) к ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» (<данные изъяты>) о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО10 обратился в суд с иском, в котором, ссылаясь на причинение ему нравственных и физических страданий, вследствие смерти его отца ФИО1, просит взыскать с ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб., убытки в размере <данные изъяты> руб.

В обоснование сослался на то, что ДД.ММ.ГГГГ в результате некачественно оказанной медицинской помощи ФИО1, который в результате пожара получил <данные изъяты>, наступила его смерть. Медицинская помощь оказывалась бригадой скорой помощи ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» под руководством врача ФИО11 По мнению истца, смерть его отца наступила в результате <данные изъяты>. Проведенные медицинские манипуляции и мероприятия: <данные изъяты> были неэффективными. При этом, в нарушение пункта 2 Стандарта скорой медицинской помощи при отравлениях окисью углерода, другими газами, дымами и парами ФИО12 не осуществлялась <данные изъяты>

Истец и его представитель в судебном заседании поддержали заявленные требования.

Представитель ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» ФИО9 возражала против удовлетворения иска.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО11 в судебное заседание не явился. О времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковое заявление не подлежит удовлетворению, приходит к следующему выводу.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 является отцом ФИО10, о чем свидетельствует свидетельство о рождении (т. 1 л.д. 81).

ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства ФИО1 возник пожар, в результате которого последнему потребовалась скорая медицинская помощь.

ДД.ММ.ГГГГ для оказания медицинской помощи ФИО1 была вызвана бригада скорой медицинской помощи ОГБУЗ «ССМП Белгородской области».

На место вызова бригада скорой медицинской помощи под руководством врача ФИО11 прибыла в ДД.ММ.ГГГГ. Потерпевший был осмотрен, после чего ему проводились следующие медицинские манипуляции и мероприятия: <данные изъяты>. Несмотря на оказанную медицинскую помощь, ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ.

По результатам оценки качества медицинской помощи, оказанной ФИО1, экспертом ФИО2 подготовлено заключение, согласно которому при оказании медицинской помощи в ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» не установлено каких-либо нарушений.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 323-ФЗ.

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Минздравом России 24.12.2012 утвержден Стандарт скорой медицинской помощи при отравлениях окисью углерода, другими газами, дымами и парами № 1393н, который действовали на момент оказания медицинской помощи ФИО1

В соответствии с этими стандартом больным оказываются следующие медицинские услуги для лечения заболевания, состояния и контроля за лечением: внутримышечное введение лекарственных препаратов, интубация трахеи, установка воздуховода, ингаляторное введение лекарственных препаратов и кислорода, катетеризация подключичной и других центральных вен, катетеризация кубитальной и других периферических вен, внутривенное введение лекарственных препаратов, отсасывание слизи из носа, кониотомия, искусственная вентиляция легких, массаж сердца.

На момент оказания медицинской помощи ФИО1 Минздравом России не были одобрены клинические рекомендации при отравлениях окисью углерода.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО10 усматривается, что основанием для его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда послужило ненадлежащее и несвоевременное оказание медицинской помощи его отцу ФИО1, приведшее, по мнению истца, к его смерти.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 ГК РФ, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу (п. 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация – ответчик по настоящему делу - должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО10 в связи со смертью ФИО1 (его отца), медицинская помощь которому ДД.ММ.ГГГГ была оказана, как утверждает истец, ненадлежащим образом.

Прежде всего необходимо отметить, что в материалы настоящего дела представлен лишь электронный дубликат карты № № вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, который заполнен лишь частично. Бумажный вариант данной карты, заполненный изначально бригадой скорой медицинской помощи, уничтожен путем сожжения, так как карты вызова скорой медицинской помощи хранятся 1 год. Данная информация отражена в заключении эксперта ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № № В судебном заседании свидетель ФИО4 также подтвердил, что ему для проведения оценки качества медицинской помощи, оказанной ФИО1, предоставлялся бумажный вариант карты № №, содержащий всю необходимую информацию для проведения его исследования.

В силу ч. 2 ст. 58 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в Российской Федерации проводится несколько видов медицинских экспертиз, в том числе, судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы.

Судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы проводятся в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной судебно-экспертной деятельности (ч. 1 ст. 62 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Согласно п. 4 Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 г. № 346н, основаниями для осуществления судебно-медицинских экспертиз являются определение суда, постановление судьи, дознавателя или следователя.

Только в ходе судебно-медицинской экспертизы возможно установление причинной связи между ухудшением состояния здоровья человека, приведшим в дальнейшем к смерти, и дефектом оказания медицинской помощи со стороны лечебного учреждения.

Суду представлено заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы, выполненной экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомого ложного заключения, ФИО3 Отдела особо сложных экспертиз на основании постановления следователя по ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ № №.

В медицинском свидетельстве о смерти ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ серии <данные изъяты> № № не определена первоначальная причина его смерти (пп. в п. 19), установлены лишь состояние, непосредственно приведшее к смерти, и внешняя причина смерти. В качестве состояния, непосредственно приведшего к его смерти, указано: <данные изъяты>, а в качестве внешней причины смерти: <данные изъяты>

В заключении экспертов казенного учреждения ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № № указано, что смерть ФИО1 наступила вследствие <данные изъяты>

Вывод основан следующими данными: обстоятельствами дела: ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> произошло возгорание электропроводки, в ходе тушения пожара в бессознательном состоянии сотрудниками МЧС обнаружен ФИО1 В <данные изъяты> была вызвана скорая медицинская помощь. В период времени с <данные изъяты> потерпевшему оказана скорая медицинская помощь, далее констатирована биологическая смерть, о чем свидетельствуют данные электронного дубликата карты СМП № №; результатами экспертизы трупа ФИО1., а также результатов проведенных лабораторных исследований, судебно-гистологической экспертизы: <данные изъяты>. (заключение судебно-химического исследования № № от ДД.ММ.ГГГГ); <данные изъяты>

<данные изъяты>

Эксперты не смогли оценить качество оказания медицинской помощи по представленным материалам, поскольку в электронном дубликате карты СМП от ДД.ММ.ГГГГ № № отсутствуют данные о характере мероприятий по оказанию медицинской помощи прибывшей на место происшествия бригадой СМП.

По имеющимся данным эксперты отметили, что имело место своевременное оказание медицинекой помощи ФИО1: по данным электронного дубликата карты от ДД.ММ.ГГГГ № № время приема вызова ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с <данные изъяты> пострадавшему оказана <данные изъяты>, которая не привела к положительному эффекту.

Следует отметить, что транспортировка и дальнейшая госпитализация пациента следует после выведения из терминального состояния, восстановления сердечной деятельности и достижения стабилизации состояния пациента, которые в данном случае не достигнуты, пациент скончался в процессе оказания догоспитальной медицинской помощи.

Согласно Методическим указаниям № 2000/104 по оказанию сердечно-легочной реанимации, утв. Минздравом РФ 22.06.2000 сердечно-легочную реанимацию необходимо проводить незамедлительно на месте, показаниями к доведению сердечно-легочной реанимации является отсутствие сознания, дыхания, пульса на сонных артериях, расширенные зрачки, отсутствие реакции зрачков на свет. У ФИО1 имелись показания к проведению <данные изъяты> (из обстоятельств дела). Реанимационные мероприятия прекращают, если все действия по оживлению, проводимые своевременно, методически правильно, в полном объеме, не приводят к восстановлению сердечной деятельности в течение не менее 30 мин. и при этом наблюдаются признаки наступления биологической смерти, что произошло в данном случае: оказание медицинской помощи прекращены при констатации биологической смерти ДД.ММ.ГГГГ.

Ответить на вопрос о том, имелся ли шанс развития благоприятного исхода, в том числе при правильном оказании медицинской помощи, эксперты не смогли ввиду особенностей токсического действия угарного газа на организм человека, прежде всего угнетения функций головного мозга, которые являются необратимыми и приводят к смерти, даже при оказании своевременной специализированной медицинской помощи в условиях реанимационного отделения.

В заключении также отмечено, что наступление смерти ФИО1 обусловлено <данные изъяты> вследствие произошедшего пожара. Все мероприятия по оказанию медицинской помощи бригадой СМП ДД.ММ.ГГГГ в период времени <данные изъяты> не имеют прямой причинной связи с наступлением смерти пострадавшего.

Определением Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза по материалам гражданского дела, проведение которой поручено экспертам ФИО6.

Согласно выводам, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № №, смерть ФИО1 наступила вследствие <данные изъяты>, что подтверждается: <данные изъяты>

В заключении специалиста № № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что смерть ФИО1 наступила в результате <данные изъяты>.

Стоит отметить, что в начальных стадиях отравления обнаруживают преобладание психосенсорных нарушений, а при уровне карбоксигемоглобина 38,00 ±1,82% (данные клинических рекомендаций РФ 2018-2020 г. «Токсическое действие окиси углерода») развивается угнетение сознания до сопора. В токсикогенную стадию отравления окисью углерода отмечаются психосенсорные расстройства в виде головной боли, головокружения, тошноты, рвоты, шума в ушах, мерцания в глазах, чувства слабости и страха, жажды. Таким образом, <данные изъяты>.

<данные изъяты>

Однозначно оценить качество оказания медицинской помощи медицинскими сотрудниками ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» эксперты по предоставленным на исследование материалам не смогли, поскольку в электронном дубликате карты вызова скорой помощи № № отсутствуют достаточные данные, характеризующие объем оказываемой помощи. В разделе оказанной помощи, имеется лаконичная запись манипуляции: <данные изъяты>

По данным электронного дубликата карты вызова скорой помощи № № известно, что медицинская помощь ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ была оказана своевременно. Время приема вызова <данные изъяты>., время передачи вызова <данные изъяты>, время выезда на вызов <данные изъяты>, время прибытия на место вызова <данные изъяты>

Эксперты в своих выводах также отметили, что <данные изъяты>. В то же время, совокупность имеющихся у ФИО1 <данные изъяты> формирует крайне неблагоприятный фон, практически исключающий благоприятный исход при любом уровне оказания медицинской помощи с соблюдением всех возможных методов лечения, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 24.12.2012 № 1393н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при отравлениях окисью углерода, другими газами, дымами и парами».

При установлении причины смерти ФИО1 комиссия экспертов указала, что поскольку наступление его смерти обусловлено <данные изъяты>, оказанная скорая медицинская помощь ДД.ММ.ГГГГ не состоит в причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду на основании п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Выводы экспертов ФИО6 не опровергли утверждение стороны истца о наличии дефектов при оказании медицинской помощи ФИО1, при этом исключено наличие вины у ответчика в наступлении неблагоприятного последствия в виде смерти потерпевшего.

Более того, судом при рассмотрении дела была назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза по материалам гражданского дела, производство которой поручено экспертам ФИО7.

Вышеуказанные эксперты в заключении от ДД.ММ.ГГГГ № № указали, что смерть ФИО1 наступила в результате <данные изъяты>

Эксперты ФИО7 также не смогли оценить соответствие оказанной медицинской помощи порядкам оказаниям медицинской помощи, стандартам медицинской помощи и клиническим рекомендациям (протоколам лечения), поскольку в копии карты вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № № не указан её объём.

В заключении отмечено, <данные изъяты>.

<данные изъяты>

Эксперты проводившие дополнительную экспертизу также указали, что прямой причинной связи между оказанием медицинской помощи ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» и смертью ФИО1 не имеется, поскольку основным в наступлении смерти явилось <данные изъяты>, а не действия медицинских работников. <данные изъяты> - смерть констатирована через <данные изъяты> после поступления вызова на станцию скорой медицинской помощи.

Выводы всех вышеприведённых экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности за подготовку заведомо ложного заключения, принимаются судом за основу, поскольку они мотивированы, не противоречат другим материалам дела, при исследовании эксперты использовали всю медицинскую документацию ФИО1

В экспертном заключении ФИО7 отсутствуют какие-либо неясности и противоречия, несмотря на утверждения представителя истца об обратном, которые бы являлись основанием для назначения новой дополнительной экспертизы.

В составлении экспертного заключения ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ № № принимали участие эксперты одной специальности, данная экспертиза являлась комиссионной.

Все судебные эксперты, подготовившие заключения по результатам судебно-медицинской экспертизы, имеющиеся в материалах настоящего дела, пришли к выводу, что смерть ФИО1 наступила вследствие <данные изъяты>, которая не состоит в причинно-следственной связи с действиями сотрудников ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» по оказанию ему медицинской помощи.

Однако представленные суду экспертные исследования не опровергли презумпцию вины ответчика в некачественном оказании медицинской помощи ФИО1, в том числе по заполнению медицинской документации.

В результате некачественного оказания отцу истца медицинской помощи сотрудниками ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» было нарушено личное неимущественное право ФИО10 на семейную жизнь, что повлекло причинение ему нравственных страданий (морального вреда).

Исходя из характера причиненных истцу нравственных страданий, вызванных переживаниями за близкого родственника, принципов разумности и справедливости, суд считает обоснованным и соразмерным степени нравственных страданий ФИО10 размер компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб. В материалы дела потерпевшим не представлено достаточного количества доказательств близких отношений с умершим для возможности взыскания компенсации морального вреда в заявленном в иске размере, как об этом указано в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26.01.2010 № 1.

Требование истца о взыскании убытков в размере <данные изъяты> руб. не подлежит удовлетворению, поскольку не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих обоснованность этих требований.

В установленном ст. 173 ГПК РФ порядке сторона истца не заявила об отказе от вышеуказанных требований.

Действующее гражданско-процессуальное законодательство не предусматривает возможности не поддержания каких-либо требований, суд не рассматривает заявленное исковое требование только в случае отказа стороны от него в установленном порядке.

Вышеуказанные действия стороны истца, направленные на нерассмотрение судом части его требований, подпадают под разъяснения, содержащиеся в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» от 21.01.2016 № 1, согласно которым уменьшение истцом размера исковых требований в результате получения при рассмотрении дела доказательств явной необоснованности этого размера может быть признано судом злоупотреблением процессуальными правами и повлечь отказ в признании понесенных истцом судебных издержек необходимыми полностью или в части (часть 1 статьи 35 ГПК РФ, части 6, 7 статьи 45 КАС РФ) либо возложение на истца понесенных ответчиком судебных издержек (статья 111 АПК РФ).

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Определениями Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначались судебные экспертизы, расходы по проведению которых возлагались на ФИО10

За производство экспертиз истец заплатил <данные изъяты> руб., что подтверждается платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ № № и от ДД.ММ.ГГГГ № №.

Расходы на экспертизу были необходимы для установления обоснованности заявленных требований, в связи с чем они подлежат возмещению ответчиком с учетом количества удовлетворенных требований.

Судом не удовлетворено требование истца о взыскании убытков, при этом требование о взыскании компенсации удовлетворено. К требованию о взыскании компенсации морального вреда не применимо правильно о пропорциональном взыскании судебных расходов, поскольку это требование является неимущественным.

При таких обстоятельствах требования ФИО10 удовлетворены на <данные изъяты> %, в связи с чем ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» обязано возвестить истцу расходы на проведение судебных экспертиз в размере <данные изъяты> руб.

Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ).

С ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере <данные изъяты> руб., поскольку требование ФИО10 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворено.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО10 (<данные изъяты>) к ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» (<данные изъяты>) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» в пользу ФИО10 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб., расходы на проведение судебной экспертизы в размере <данные изъяты> руб.

В остальной части исковых требований ФИО10 отказать.

Обязать ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» выплатить государственную пошлину в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере <данные изъяты> руб.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд через Свердловский районный суд города Белгорода в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы.

Судья – подпись.

Мотивированное решение изготовлено 28.07.2025.