Дело № 2-997/2022 года

42RS0014-01-2022-001261-52

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 октября 2022 года г. Мыски

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Куковинца Н.Ю. при секретаре Верхоланцевой Е.А., с участием помощника прокурора г. Мыски Ивановой Е.Ю.., истца ФИО2, его представителя ФИО3, действующего на основании определения суда о допуске к участию в деле, представителя ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО4 действующей на основании доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс», о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в связи с профессиональным заболеванием, согласно которому просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в свою пользу:

- компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием – <данные изъяты> в размере 513145 рублей 06 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.

В обоснование требований истец указал, что в период работы в ПАО «Южный Кузбасс» у него развилось профессиональное заболевание в виде: <данные изъяты>, о чем составлен акт о случае профессионального заболевания № от 19.01.2016г..

<данные изъяты>. В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссией № от 17.05.2016 г. степень вины ПАО «Южный Кузбасс» составляет 100 %.

В соответствии с приказом № № от 06.06.2016г. ответчик в счет компенсации морального вреда выплатил истцу в связи с установленным профзаболеванием 286854 рубля 94 копейки.

Истец считает, что выплаченная сумма не соответствует требованиям разумности и справедливости, установленным положениями ст. 1101 ГК РФ, считает ее явно заниженной.

В соответствии с п. 17 акта о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: на протяжении трудовой деятельности в профессиях помощника машиниста экскаватора и машиниста экскаватора подвергался воздействию статических и динамических физических нагрузок, при несовершенстве технологического процесса, отсутствия безопасных режимов труда и отдыха.

В соответствии с п. 18 акта о случае профессионального заболевания причиной профессионального заболевания истца послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса.

В соответствии с п. 19 акта о случае профессионального заболевания вины ФИО2 в развитии профессионального заболевания не установлено.

В связи с установленным профессиональным заболеванием истец испытывает нравственные и физические страдания, <данные изъяты>.

По утрам истец часто испытывает <данные изъяты>

Кроме того истец ощущает <данные изъяты>. <данные изъяты>.

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего истцу показаны лекарственные препараты <данные изъяты> в год и санаторно-курортное лечение <данные изъяты> профиля 1 раз в год.

Истец полагает, что сумма компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием: <данные изъяты>, с учетом вины ПАО «Южный Кузбасс» в размере 100% должна составить 800 000 рублей, а учитывая добровольно выплаченные денежные средства работодателем компенсацию определяет в размере 513145 рублей 06 копеек.

В ходе рассмотрения дела истцом понесены расходы на оплату услуг представителя: составление искового заявления, представление интересов в суде.

За предоставленные услуги он оплатил представителю 10 000 рублей, что подтверждается договором на оказание юридических услуг и квитанцией.

С учетом изложенного, ссылаясь на нормы Конституции Российской Федерации (часть 2 статьи 7) (часть 3 статьи 37), (часть 2 статьи 41), (часть 1 статьи 46), а также нормы Трудового кодекса Российской Федерации (ст. 237 ТК РФ) просит удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

В судебном заседании истец ФИО2, а также его представитель ФИО3, действующий на основании заявления о допуске, на заявленных требованиях настаивали. Доводы, изложенные в исковом заявлении поддержали в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО4, действующая на основании доверенности от 06.09.2021 года явилась и возражала относительно заявленных требований, представила суду письменные возражения согласно которым указала, что ПАО «Южный Кузбасс» с доводами, изложенными в исковом заявлении истца не согласно, считает исковые требования в части не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

В части компенсации морального вреда в заявленной истцом сумме представитель ответчика указывает, что пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (п. 1.4 ФОС).

Согласно п. 1.5. ФОС положения Соглашения являются обязательными при заключении коллективных договоров (соглашений), а также при разрешении коллективных и индивидуальных трудовых споров.

Пунктом 5.4. ФОС определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении.

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2016 годы, который пролонгирован до 01.01.2020 г. и на 2020-2022 годы, установлено, что в случае установления впервые Работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации) (п. 10.2.2. Коллективного договора).

Порядок и размер выплаты устанавливается в соответствии с Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» (п. 10.2.7. Коллективного договора).

Выплата носит заявительный характер.

Во исполнение перечисленных норм, личных заявлений истца, подписанных между истцом и ответчиком соглашений ответчик добровольно выплатил: приказом № от 06.06.2016 компенсацию в счет возмещения морального вреда в сумме 286854 рубля 94 копейки.

Считает, поскольку истец не возражал против размера выплаченной компенсации в рамках Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, компенсация была достаточна и соразмерна физическим и нравственным страданиям истца, отвечает требованиям разумности и справедливости, а потому оснований для довзыскания не имеется.

Кроме того заявленный размер компенсации морального вреда представитель ответчика считает завышенным и не отвечающим требованиям разумности и справедливости.

В части расходов на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей указывает, что расходы в заявленном размере являются завышенными, не соответствуют сложности дела и размеру расходов, взыскиваемых судами при удовлетворении подобных исковых требований.

В судебном заседании помощник прокурора города Мыски Иванова Е.Ю. дала свое заключение, согласно которому полагала возможным, с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, требований разумности и справедливости частично удовлетворить заявленные требования.

Заслушав истца, его представителя, свидетеля, изучив материалы дела, суд пришел к выводу о необходимости частичного удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

В силу ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013- 2016 годы, Соглашением, действующим на период с 01.07.2016 по 31.03.2019 года, положением о порядке выплат и компенсации работникам, в случае причинения вреда жизни (здоровью) работника при исполнении им трудовых обязанностей регламентировано, что в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Указанным выше соглашением, заключенным между работниками и Профсоюзами предусмотрено, что в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере двадцати процентов среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ). Выплата компенсации морального вреда является единовременной и производится Работодателем один раз при обращении Работника к Работодателю в случае установлении ему впервые размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности.

Выплата компенсации осуществляется Работодателем в заявительном порядке, т.е. по письменному заявлению Работника с предоставлением им всех подтверждающих утрату (снижение) профессиональной трудоспособности документов.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель, руководствуясь п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2019 - 2021 годы несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей, установленной медицинской экспертизой.

Работодатель осуществляет компенсацию исходя их степени вины только данного конкретного Работодателя, осуществляющего выплаты, и только за тот период времени, когда Работник состоял в трудовых отношениях с данным Работодателем.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере двадцати процентов среднемесячного заработка работника за последний год работы у данного работодателя, предшествующий моменту установления впервые работнику размера (степени) утраты (снижения) профтрудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из ФСС РФ).

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 г. № 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Согласно ст. 8 ч. 2 п. 3 ФЗ РФ № 125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 года в качестве гарантии трудовых прав застрахованных лиц, предусмотрено возмещение им морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием причинителем вреда, каким по настоящему делу является ответчик.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых ему был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, находящегося в трудоспособном возрасте, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Судом установлено: что согласно трудовой книжке ДД.ММ.ГГГГ истец принят <данные изъяты> в ОАО «Разрез Сибиргинский» ОАО Угольная компания «Южный Кузбасс».

Согласно записям в трудовой книжке ОАО «Разрез Сибиргинский» реорганизовано в форме присоединения к ОАО «Угольная Компания «Южный Кузбасс», затем Филиал ОАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» Управление по открытой добычи угля переименовано в филиал ПАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» Управление по открытой добыче угля.

ДД.ММ.ГГГГ года истец уволен в связи с отсутствием работы необходимой в связи с медицинским заключением (л.д. 13-14).

В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессии <данные изъяты> у истца возникло профессиональное заболевание.

ДД.ММ.ГГГГ по результатам медицинского обследования истцу впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты> Истец направлен в бюро медико-социальной экспертизы. Вины работника не установлено, о чем составлен акт о случае профессионального заболевания (л.д. 5-6).

В связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ на основании акта от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена утрата трудоспособности в размере <данные изъяты>, о чем выдана справка № № (л.д. 11).

Наличие профессионального заболевания у истца в виде радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) шейного уровня, корешков С6, С7 справа, нарушение функции позвоночника 1-2 (первой-второй) степени подтверждено и выписками из медицинской карты истца (л.д. 15, 16, 17).

Заключением врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ определена степень вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием: разрез «Сибиргинский» - 30,9%, АО «Сибирга» - 8, 5 %, ОАО «Разрез «Сибиргинский» - 29,7%, филиал ОАО «Южный Кузбасс» - «Разрез «Сибиргинский» - 5,2%, Филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Управление по открытой добыче угля – 25,7% (л.д. 21).

Представителем ответчика не оспаривался факт правопреемства обязательств перечисленных предприятий ПАО «Южный Кузбасс».

В связи с установленным профессиональным заболеванием истцу составлена программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (л.д. 12).

Приказом по Междуреченскому филиалу № ГУ КРОФСС РФ №-В в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности по случаю профессионального заболевания истцу назначена единовременная выплата в размере 35256 рублей 74 копейки (л.д. 20)

Приказом ПАО «Южный Кузбасс» № № от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ истцу была выплачена компенсация морального вреда за 30% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию в размере 286854 рубля 94 копейки (л.д. 47).

Между тем, истец считает, что выплаченные суммы по соглашению в рамках Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности не соответствуют степени его физических и нравственных страданий.

Из выписки из амбулаторной карты, следует, что после установления ему профессионального заболевания в виде радикулопатии (компрессионно-ишемический синдром) шейного уровня, корешков С6, С7 справа, истец систематично обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения. Так же отмечается прогрессирование заболеваний с усилением, нарастанием сопутствующих им синдромов (л.д.15, 16, 17, 40-42).

Опрошенная в судебном заседании свидетель ФИО1 суду пояснила, что в связи с длительной трудовой деятельностью на предприятии ответчика истец испытывает <данные изъяты>

Из содержания положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. Указанная правовая позиция нашла отражение в Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2016 № 6-ПВ16.

При определении размера компенсации морального вреда, суд руководствуется принципами разумности и справедливости, учитывает представленные истцом доказательства.

Суд соглашается с доводами истца о том, что размер компенсации морального вреда, выплаченной ответчиком в размере 286854 рубля 94 копейки по установленному профессиональному заболеванию не соответствуют степени его физических и нравственных страданий, и не достаточен для компенсации морального вреда, причиненного работодателем своему работнику.

Ссылка ответчика на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор не может умалять права истца на полное возмещение вреда.

Суд, оценивая в совокупности все доказательства по делу, приходит к выводу, что в счет возмещения морального вреда необходимо довзыскать с ответчика по заболеванию <данные изъяты> 300000 рублей.

Суд считает, что общая сумма морального вреда, выплаченная добровольно в размере 286854 рубля 94 копейки и 300000 рублей по заболеванию <данные изъяты> будут соответствовать балансу интересов сторон, и будет является достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий.

В части взыскания судебных расходов в порядке ст. 98 ГПК РФ суд с учетом работы проведенной представителем истца, количества судебных заседаний, а также категории дела и сложившейся судебной практикой по делам указанной категории, считает необходимым взыскать с ответчика расходы в заявленном размере – 10 000 рублей, что подтверждается договором на оказании услуг (л.д. 24-25) и квитанцией (л.д. 23).

При этом суд находит необоснованными доводы ответчика о завышенном размере услуг представителя, полагая, что они заявлены истцом в адекватном размере, в том числе и с учетом рекомендованных минимальных ставок вознаграждений утвержденных решением совета Адвокатской палатой Кемеровской области.

На основании ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина на основании ст. 103 ГП КРФ, 333.19 НК РФ в сумме 300 рублей в доход местного бюджета.

На основании изложенного выше, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» ОГРН № в пользу ФИО2 паспорт серия № компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием:

<данные изъяты> в размере 300000 (триста тысяч) рублей;

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» ОГРН № в пользу ФИО2 паспорт серия № расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» ОГРН № в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Кемеровского областного суда через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 20.10.2022 года.

Судья Куковинец Н.Ю.