РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 апреля 2025 года г.Королев

Королёвский городской суд Московской области в составе:

судьи Касьянова В.Н.

при секретаре Колпаковой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-346/25 по исковому заявлению АКБ «Инвестбанк» (ОАО) в лице конкурсного управляющего - ГК «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1, ФИО4, ФИО5 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

АКБ «Инвестбанк» (ОАО) в лице конкурсного управляющего - ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5, в котором просит:

- признать недействительными сделками: договор дарения от 27.12.2014, заключённый между ФИО2 и ФИО3, договор купли-продажи от 06.08.2020, заключённый между ФИО3 и ФИО1 и договор купли-продажи от 08.12.2021, заключенный между ФИО1 и ФИО4 в отношении помещение по адресу: <адрес>, кад. №;

- признать недействительными сделками: договор дарения от 27.12.2014, заключённый между ФИО2 и ФИО3 и договор купли-продажи от 10.12.2021, заключённый между ФИО3 и ФИО4 в отношении 6/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>., кад. №;

- признать недействительными сделками: договор дарения от 27.12.2014, заключённый между ФИО2 и ФИО3 и договор купли-продажи от 20.05.2022, заключённый между ФИО3 и ФИО5 в отношении 1/186 доли в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: <адрес> кад. №;

- применить последствия недействительности сделок в виде восстановления права собственности ФИО2 на: помещение по адресу: <адрес>, мкр-н Болшево, <адрес>, кад. №, 6/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>., кад. №; 1/186 долю в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: <адрес>, пом 01, кад. №.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что приказом Банка России у кредитной организации АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) с 16.09.2014 отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация по управлению кредитной организацией. Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.10.2014 АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него крыто конкурсное производство сроком на один год, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2019 по делу № А40-155329/14 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО), в том числе ФИО2, производство по установлению размера субсидиарной ответственности приостановлено до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами. Конкурсному управляющему Банка в ходе конкурсного производства стало известно о совершении ФИО2 действий, направленных на вывод активов в целях избежания обращения на них взыскания по результатам привлечения к гражданско-правовой ответственности, а именно совершение им указанных в иске сделках по отчуждению принадлежавших ФИО2 объектов недвижимого имущества. Ввиду недобросовестного поведения ответчиков, выразившегося в лишении Банка возможности удовлетворения требований за счет имущества ФИО2 путем заключения вышеуказанных договоров дарения, Банку как кредитору ФИО2 причинен ущерб. Законный интерес Банка состоит в возможности получения такого возмещения с целью последующего максимального и пропорционального удовлетворения требований кредиторов Банка. Вышеизложенные обстоятельства дают основания полагать, что заключенные договоры совершены с целью вывода активов ответчика и являются недействительными сделками на основании ст. 10, 168, 170, 209 ГК РФ.

Производство по делу в отношении ответчиков ФИО2 и ФИО3 было прекращено в связи со смертью указанных лиц до принятия настоящего иска к производству суда.

В судебном заседании

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из содержания п. 1 ст. 166 ГК РФ следует, что, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из материалов дела следует, что приказом Банка России у кредитной организации АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) с 16.09.2014 отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация по управлению кредитной организацией.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.10.2014 АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него крыто конкурсное производство сроком на один год, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2019 по делу № А40-155329/14 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО), в том числе ФИО2, производство по установлению размера субсидиарной ответственности приостановлено до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Как установлено судом, ФИО2 до 27 декабря 2014 года принадлежали на праве собственности следующие объекты надвижимости: помещение по адресу: <адрес>, кад. №; 6/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>., кад. №; 1/186 доля в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: <адрес>, пом 01, кад. №.

На основании договора дарения от 27 декабря 2014 года, ФИО2 подарил ФИО3 помещение по адресу: <адрес>, мкр-н Болшево, <адрес>, кад. №. Впоследствии, на основании договора купли-продажи от 06 августа 2020 года ФИО3 продал данный объект недвижимости ФИО1 Далее, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продала данный объект недвижимости ФИО4

На основании договора дарения от 27 декабря 2014 года, ФИО2 подарил ФИО3 6/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>., кад. №. Впоследствии, на основании договора купли-продажи от 10 декабря 2021 г. ФИО3 продал данный объект недвижимости ФИО4

На основании договора дарения от 27 декабря 2014 года, ФИО2 подарил ФИО3 1/186 долю в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: <адрес>, пом 01, кад. №. Впоследствии, на основании договора купли-продажи от 20 мая 2020 г. ФИО3 продал данный объект недвижимости ФИО5

21 мая 2020 года умер ответчик ФИО2, наследственного дела к имуществу ФИО2 не открывалось.

08 июня 2023 года умер ответчик ФИО3

Как было указано, истец ссылается на недействительность приведенных сделок дарения, как совершенных вследствие недобросовестного поведения участников сделок, с целью вывода активов ФИО2, во избежание обращения на них взыскания по результатам привлечения к гражданско-правовой ответственности.

В соответствии с презумпцией добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также в соответствии с общим принципом доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Приведенная выше норма ст.168 ГК РФ возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Как было указано, оспариваемые сделки были совершены ФИО2 27 декабря 2014 года.

При этом истец, как на обстоятельства, свидетельствующее о злоупотреблении правом со стороны ФИО2 и на наличие у участников сделок противоправного интереса при их совершении, и существовавшие на период заключения данных сделок, ссылается только на факты отзыва у кредитной организации АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) лицензии на осуществление банковских операций приказом Банка России с 16 сентября 2014 г., и на принятие Арбитражным судом города Москвы 28 октября 2014 г. решения о признании АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него конкурсного производства.

Между тем, данные обстоятельства сами по себе не могут свидетельствовать о недобросовестности действий ФИО2 при отчуждении принадлежавшего ему имущества 27 декабря 2014 года.

Так, ФИО2 не являлся ни управляющим органом АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО), ни участником данного юридического лица, а спорное имущество под каким-либо запретом не находилось.

Впоследствии ФИО2 действительно был признан арбитражным судом связанной стороной Банка (конечным бенефициаром), как единственный участник ООО «ЦБТ-консалт», являвшегося акционером АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО), и на этом основании привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО).

Между тем, как было установлено определением Арбитражного суда города Москвы от 07 июня 2019 г. по делу № А40-155329/14-70-183 «Б», которым ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО), заявление кредиторов АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) о привлечении ряда физических лиц, в том числе ФИО2 к субсидиарной ответственности поступило в суд 02 ноября 2017 г.

Более того, определением Арбитражного суда города Москвы от 11 апреля 2018 г. в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) было отказано, и данное определение было оставлено без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 июня 2018 г., а к такой ответственности ФИО2 был привлечен только приведенным выше определением от 07 июня 2019 г.

Таким образом, оспариваемые сделки были совершены задолго (за три года) до обращения кредиторов в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО), и даже после принятия судом к рассмотрению соответствующего заявления наличие оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности и его статус как связанной стороны Банка (конечного бенефициара) не являлись очевидными и были установлены только после отмены судебных постановлений арбитражных судов двух инстанции, которым изначально такие обстоятельства установлены не были.

В этой связи, факт обращения кредиторов АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) 02 ноября 2017 г. и факт привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности определением 07 июня 2019 г. не могут свидетельствуют о наличии у ФИО2 цели вывода активов во избежание обращения на них взыскания по результатам привлечения к гражданско-правовой ответственности при совершении оспариваемых сделок 27 декабря 2014 года.

При таких обстоятельствах, с учетом презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий, суд не находит оснований для признания оспариваемых сделок дарения от 27 декабря 2014 года незаконными, а следовательно и для применения последствий недействительности данных сделок, и впоследствии совершенных сделок со спорным имуществом.

Кроме того, оценивая ходатайство представителя ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, суд исходи из следующего.

В силу ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Поскольку срок предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, начинает течь со дня, когда это лицо узнало о наличии оспариваемой сделки, а финансовый управляющий узнал с момента получения выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости принадлежащие (принадлежащих) Должнику, то срок исковой давности пропущен не был.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу п. 1 ст. 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Как установлено судом, истец ГК «Агентство по страхованию вкладов» являлся конкурсным управляющим основного должника в деле о банкротстве АКБ «Инвестбанк» (ОАО) с 2014 года. Требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) были заявлены в деле о банкротстве 02 ноября 2017 г., к субсидиарной ответственности ФИО2 был привлечен 07 июня 2019 г., и истцу не могло не быть известно о данных обстоятельствах.

При этом, в рамках рассматриваемого арбитражным судом с участием истца дела о банкротстве АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) ставился вопрос о принятии обеспечительных мер к имуществу субсидиарного должника ФИО2 по заявлению конкурсных кредиторов ФИО7, ФИО8, ФИО9 поступившему в Арбитражный суд города Москвы 09 сентября 2020 года. Между тем, определением Арбитражного суда города Москвы от 04 февраля 2021 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 апреля 2021 г., принят отказ от заявления о принятии обеспечительных мер в отношении ФИО2, производство в указанной части было прекращено. Таким образом, вопрос о составе имущественных прав субсидиарных должников АКБ «ИнтрастБанк» (ОАО) ставился перед арбитражным судом в указанный период. Истец, будучи участником процесса, против отказа от обеспечительных мер в отношении имущества ФИО2 не возражал, не обжаловал отказ.

Таким образом, правовые основания у конкурсного управляющего для запроса информации по сделкам отчуждения недвижимого имущества субсидиарного должника, совершенным ФИО2, как физическим лицом, возникли не позднее 07 июня 2019 г., и с данной даты надлежит исчислять срок исковой давности, который истек 08 июня 2022 г.

В данном случае исковое заявление было подано в суд только 06 сентября 2025 г. то есть с пропуском более чем на три года установленного срока, что является самостоятельным основанием для удовлетворения иска.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также принимает во внимание, что последующие сделки по отчуждению спорного имущества ФИО3 ФИО4 и ФИО5 произошли в 2020-2021 г.г., более чем через шесть лет после приобретения ФИО3 данного имущества по договорам дарения, через длительный период времени нахождения имущества в его собственности. Отчуждение имущества произошло по возмездным сделкам и по рыночным ценам, в связи с чем данные приобретатели имущества являются добросовестными. Никаких оснований считать их недобросовестными приобретателями не имеется. Истец имел возможность в течении значительного периода времени оспорить сделки дарения от 27 декабря 2014 года, но не оспаривал их до 2024 года, в результате чего имущество по возмездным сделкам перешло к добросовестным приобретателям, и удовлетворение заваленных требований приведет к лишению указанных лиц права собственности, что не соответствует принципу стабильности гражданских правоотношений.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

АКБ «Инвестбанк» (ОАО) в лице конкурсного управляющего - ГК «Агентство по страхованию вкладов» в удовлетворении исковых требований к ФИО1, ФИО4, ФИО5 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Королёвский городской суд в течение месяца с даты принятия решения суда в окончательной форме.

Судья В.Н. Касьянов

Решение изготовлено в окончательной форме 16.04.2025 г.