Дело № 33-7251/2023
№ 2-1133/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Оренбург 27 сентября 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:
председательствующего судьи Судак О.Н.,
судей областного суда Рафиковой О.В., Жуковой О.С.,
при секретаре Лоблевской Н.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Оренбурга от 19 июля 2023 года по гражданскому делу по иску Российского Союза Автостраховщиков к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса.
Заслушав доклад судьи Судак О.Н., судебная коллегия
установила:
Российский союз автостраховщиков (далее – РСА) обратился в суд с вышеуказанным иском, просил взыскать с ответчика сумму страхового возмещения в размере 192 500 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 5 050 рублей.
В обоснование исковых требований РСА указано, что 15 октября 2019 года произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля Шевроле Лачетти, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 и автомобиля Ауди А7, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 Виновным в дорожно-транспортном происшествии признан ФИО1 Потерпевший ФИО3 обратился в страховую компанию АО СК «Чулпан», где застрахована его гражданская ответственность, ему выплачено страховое возмещение в размере 192 500 рублей. Ответственность виновного в ДТП ФИО1 застрахована в АО СК «Сибирский Спас». 30 марта 2019 года АО СК «Сибирский Спас» исключено из соглашения о ПВУ и 23 декабря 2019 года РСА было принято решение о выплате на счет АО СК «Чулпан» компенсационной выплаты в размере 192 500 рублей. В результате проверки АИС ОСАГО полиса ФИО1 установлено, что по нему застрахована гражданская ответственность иного владельца транспортного средства, а полис не найден. Таким образом, гражданская ответственность владельца автомобиля Шевроле Лачетти на момент ДТП застрахована не была, что является основанием для предъявления к нему регрессных требований.
Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные исковые требования, привлечены АО СК «Согаз», ФИО3 и ФИО4.
Решением Центрального районного суда г. Оренбурга от 19 июля 2023 года исковые требования РСА удовлетворены. Суд
постановил:
взыскать с ФИО1 в пользу РСА сумму ущерба в сумме 192 500 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 5 050 рублей, всего 197 550 рублей.
В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, вынести новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель истца РСА, ответчик ФИО5, третьи лица АО СК «Согаз», ФИО3, ФИО4, АНО «СОДФУ», АО СК «Чулпан», извещенные надлежащим образом, не явились.
Руководствуясь положениями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся лиц.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 15 октября 2019 года по (адрес) произошло ДТП с участием автомобиля Шевроле Лачетти, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 и автомобиля Ауди А7, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО3
В результате ДТП транспортное средство Ауди А7, государственный регистрационный знак <***> получило механические повреждения.
Виновным в дорожно-транспортном происшествии признан ФИО1
Вина водителя подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от 15 октября 2019 года, которым установлено нарушение последним п.13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации и привлечение его к административной ответственности по ч.1 ст.12.15 КоАП РФ к административному наказанию в виде штрафа.
Согласно материалам административного дела, при разбирательстве дела ФИО1 предъявил сотрудникам ГИБДД полис, согласно которому ответственность владельца транспортного средства Шевроле Лачетти, государственный регистрационный знак № застрахована в АО СК «Сибирский Спас» на основании полиса № Также из постановления о правонарушении и дополнения к схеме места совершения правонарушения следует, что собственником транспортного средства Шевроле Лачетти, государственный регистрационный знак № являлся ФИО4.
Потерпевший ФИО3 обратился в страховую компанию АО СК «Чулпан», где застрахована его гражданская ответственность, 17 декабря 2019 года в рамках прямого возмещения ущерба выплачено страховое возмещение в размере 192 500 рублей на основании платежного поручения № от 17 декабря 2019 года.
30 марта 2019 года АО СК «Сибирский Спас» исключено из соглашения о ПВУ и 23 декабря 2019 года РСА было принято решение о выплате на счет АО СК «Чулпан» компенсационной выплаты в размере 192 500 рублей на основании заявления АО СК «Чулпан».
Согласно сведениям автоматизированной информационной системы обязательного страхования (АИС) по полису, заявленному ФИО1 № МММ № при ДТП, застрахована гражданская ответственность иного транспортного средства и иного владельца (ФИО6), а полис с номером № не подлежал использованию для заключения договора ОСАГО.
Согласно информации с сайта РСА автомобиль Шевроле Лачетти, г/н № был застрахован в АО «СОГАЗ» на основании полиса № № с 01 февраля 2018 года, и на момент ДТП 14 октября 2019 года полис прекратил свое действие. Страхователем транспортного средства являлся Р**** ФИО2.
Из ответа ГИБДД на запрос суда следует, что в период с 02 февраля 2018 года по 07 октября 2020 года автомобиль Шевроле Лачетти, государственный регистрационный знак №, принадлежал на праве собственности ФИО4.
Согласно информации, полученной из РСА, бланк полиса ОСАГО № МММ №, на наличие которого ссылается ответчик, был отгружен МТ «Гознак» - ФГУП «Гознак» страховой компании АО СК «Сибирский Спас» 11 июля 2018 года. Однако, указанный бланк полиса ОСАГО, в установленном порядке, был заявлен АО СК «Сибирский Спас» как утраченный 24 мая 2019 года.
Акт об утрате полиса МММ № АО СК «Сибирский Спас» за май 2019 года датирован 14 июня 2019 года.
Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 931, 935, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», исходил из того, что на момент дорожно- транспортного происшествия риск наступления гражданской ответственности при эксплуатации ФИО1 автомобиля Шевроле лачетти г/н № не был застрахован, в связи с чем, в данном случае РСА, осуществивший страховое возмещение имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу, пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований, взыскал с ответчика в порядке регресса сумму страхового возмещения в размере 192 500 рублей, а также в соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскал расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 050 рублей.
Суд апелляционной инстанции полагает, что выводы судов отвечают требованиям законодательства, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, которые были оценены в совокупности и взаимосвязи, в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Основания и мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к таким выводам, а также доказательства, принятые судом во внимание, подробно приведены в мотивировочной части решения суда, и оснований считать их неправильными не имеется.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1081 Гражданского Кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
В соответствии с пунктом 6 статьи 14.1 Закона об ОСАГО в случае исключения страховщика, застраховавшего гражданскую ответственность лица, причинившего вред, из соглашения о прямом возмещении убытков или принятия арбитражным судом решения о признании такого страховщика банкротом и об открытии конкурсного производства в соответствии с законодательством о несостоятельности (банкротстве) либо в случае отзыва у него лицензии на осуществление страховой деятельности страховщик, осуществивший прямое возмещение убытков, вправе требовать у профессионального объединения страховщиков осуществления компенсационной выплаты в размере, установленном соглашением о прямом возмещении убытков в соответствии со статьей 26.1 данного федерального закона.
Подпунктом «д» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО предусмотрено, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере произведенной потерпевшему страховой выплаты, если указанное лицо не включено в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (при заключении договора обязательного страхования с условием использования транспортного средства только указанными в договоре обязательного страхования водителями).
В силу статьи 15 Закона об ОСАГО обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств путем заключения со страховщиками договоров обязательного страхования, в которых указываются транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована.
Договор обязательного страхования заключается в отношении владельца транспортного средства, лиц, указанных им в договоре обязательного страхования, или в отношении неограниченного числа лиц, допущенных владельцем к управлению транспортным средством в соответствии с условиями договора обязательного страхования, а также иных лиц, использующих транспортное средство на законном основании (пункт 2).
В соответствии с пунктом 7 статьи 15 названного Закона заключение договора обязательного страхования подтверждается предоставлением страховщиком страхователю страхового полиса обязательного страхования с присвоенным уникальным номером, оформленного по выбору страхователя на бумажном носителе или в виде электронного документа в соответствии с пунктом 7.2 настоящей статьи.
Бланки страховых полисов обязательного страхования с присвоенными уникальными номерами являются документами строгой отчетности, учет которых осуществляется в соответствии с требованиями, предусмотренными подпунктом "п" пункта 1 статьи 26 настоящего Федерального закона.
Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" страховой полис является документом, подтверждающим заключение договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, пока не доказано иное.
При возникновении спора заключение договора обязательного страхования может быть подтверждено сведениями, представленными профессиональным объединением страховщиков, о заключении договора обязательного страхования, содержащимися в автоматизированной информационной системе обязательного страхования, и другими доказательствами (пункт 7.2 статьи 15, пункт 3 статьи 30 Закона об ОСАГО).
Сообщение профессионального объединения страховщиков об отсутствии в автоматизированной информационной системе обязательного страхования данных о страховом полисе само по себе не является безусловным доказательством отсутствия договора страхования и должно оцениваться наряду с другими доказательствами (статья 67 ГПК РФ и статья 71 АПК РФ).
Исходя из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что при возникновении спорных вопросов о заключении договора ОСАГО и сроке страхования существенное значение имеет именно страховой полис, выданный страховщиком страхователю, и содержащиеся в нем условия договора.
Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика о том, что истцом не доказан факт утраты страхового полиса, РСА представлен отчет формы 1-РСА «Сведения об утраченных, украденных, испорченных и уничтоженных бланках страховых полисов обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» за май 2019 года, среди которых числится бланк полиса № № от 11 июля 2017 года, отгруженный страховой компании АО СК «Сибирский Спас».
В связи с чем, судом верно сделан вывод о том, что на дату ДТП 15 октября 2019 года полис № № имел статус «утрачен», сведения внесены 24 мая 2019 года, то есть до даты наступления страхового случая.
Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, именно ответчиком не представлен сам страховой полис МММ №, в соответствии с которым собственник транспортного средства ФИО4 застраховал гражданскую ответственность на период с 08 марта 2019 года по 07 марта 2020 года, а также, не подтвердил, что он, как водитель транспортного средства, был допущен до его управления и был включен в полис страхования при его наличии.
Судебная коллегия также отклоняет доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что действия АО СК «Чулпан» по выплате страхового возмещения в пользу потерпевшего в порядке прямого урегулирования подтверждают действие страхового полиса №, поскольку действиями АО СК «Чулпан» не подтверждаются обстоятельства включения ФИО1 в полис страхования.
Материалы дела не содержат доказательств, что АО СК «Чулпан» производило выплату страхового возмещения потерпевшему по полису ОСАГО, где ответчик был бы указан как допущенный к управлению транспортным средством.
Таким образом, вывод суда об отсутствии доказательств включения ответчика в полис ОСАГО, сделан не только на основании сведений, представленных профессиональным объединением страховщиков, которые сами по себе не являются безусловным доказательством неисполнения обязанности по заключению договора страхования, а на основании надлежащей оценки совокупности других доказательств по делу.
Доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию стороны ответчика, сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными.
Нарушений норм материального права, а также норм процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному рассмотрению дела, судом не допущено.
С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что решение суда отвечает требованиям закона, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Центрального районного суда г. Оренбурга от 19 июля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 04 октября 2023 года.