Дело № 12-287/23

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

28 июля 2023 года г.Хабаровск

Судья Центрального районного суда г.Хабаровска Сидоров Я.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, по жалобе ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца <адрес> зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, на постановление мирового судьи судебного района «<адрес>» на судебном участке № от ДД.ММ.ГГГГ,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного района «<адрес>» на судебном участке № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подвергнут наказанию в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортным средством на срок один год шесть месяцев за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ.

Данным постановлением ФИО1 признан виновным в нарушении требований п.2.7 Правил дорожного движения (далее по тексту – ПДД, Правила), а именно в том, что ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов в районе <адрес> управлял транспортным средством «Тойота Королла Аксио», государственный регистрационный знак № в состоянии опьянения. При этом его действия не содержат уголовно-наказуемого деяния.

Полагая незаконным привлечение к административной ответственности, ФИО1 обратился в суд с жалобой об отмене вынесенного постановления. В обоснование указал, что процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения была проведена сотрудниками ДПС с нарушениями законодательства. Так, первое освидетельствование на состояние алкогольного опьянения было проведено на улице без понятых и видеозаписи. Алкотектер показал значение 0,191 мг/л алкоголя в выдыхаемом воздухе. После этого ему уже было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения в патрульном автомобиле с участием понятых. На момент составления протокола об административном правонарушении, протокол о задержании транспортного средства еще составлен не был, в то время как на него имеется ссылка. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что данный протокол является недопустимым доказательством. Видеозапись представлена не в полном объеме, местами видео размыто. Там, где сотрудники ДПС нарушают административный регламент, отсутствует звук. Допрошенная в судебном заседании мирового судьи в качестве свидетеля понятая ФИО3 не подтвердила ни одного визуального признака нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения. Очевидцем управления Сидоровым транспортным средством она не являлась. При задержании транспортного средства она не присутствовала. Процессуальные документы, составленные с ее участием, она не читала, а подписала их, доверившись сотрудникам ГИБДД,

В судебном заседании ФИО1 и его защитник Суслопарова М.А. в полном объеме поддержали изложенные в жалобе доводы. Дополнительно указали, что видеозапись из патрульного автомобиля прерывается, примерно, на 2 минуты в период с 14 часов 02 минут до 14 часов 04 минут. Именно в это время сотрудники ДПС предлагали Сидорову пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения без участия понятых. Откуда инспектор ДПС взял пакет с мундштуком, в последующем использованным при освидетельствовании, на видеозаписи не видно. Ни один из понятых, допрошенных в последующем в качестве свидетелей, не пояснил, когда им были разъяснены права, предусмотренные ст.25.7 КоАП РФ, и разъяснялись ли они вообще. Оба пояснили, что данных обстоятельств не помнят. На видеозаписи отчетливо видно, что протокол задержания транспортного средства составляется уже после составления протокола об административном правонарушении.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО2, принимавший участие в качестве понятого при составлении в отношении ФИО1 процессуальных документов и его освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения, подтвердил изложенные в протоколе об отстранении от управления транспортным средством и акте освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения обстоятельства. Дополнительно пояснил, что в указанные в данных документах время и месте был приглашен сотрудником ГИБДД для участия в освидетельствовании ФИО1 на состояние алкогольного опьянения. Сотрудник разъяснил ему обстоятельства совершенного правонарушения и цель проведения освидетельствования. Его и другую понятую сотрудники ДПС пригласили в салон патрульного автомобиля, где на переднем пассажирском сидении уже находился Сидоров. Они сели на заднее пассажирское сидение. Сидоров вел себя спокойно, агрессии и волнения не высказывал. Ничего не отрицал, в том числе факта употребления алкоголя. В их присутствии инспектор продемонстрировал свидетельство о поверке алкотектера. Показал сам прибор, его номер. После этого он извлек упакованный мундштук, который раскрыл у них на глазах. После этого он предложил Сидорову продуть его, что он и сделал. При этом он за процедурой следил тщательно, чтобы не было нарушений. Если бы таковые были, он непременно бы указал на них. Процедура освидетельствования прошла без замечаний. Затем они подписали протокол и акт. Каких-либо замечаний и заявлений у них не возникло. Оснований не доверять содержанию составленных документов, у него не имелось, поскольку все происходило в его присутствии. Сидоров результат освидетельствования не оспаривал, но был им удивлен. Когда именно инспектор разъяснил ему права понятого, точно не помнит.

Заслушав участвующих лиц, изучив доводы, изложенные в жалобе, исследовав материалы дела об административном правонарушении, судья приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст.30.7 КоАП РФ, основанием для отмены постановления по делу об административном правонарушении является: существенное нарушение процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, если это не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело; наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных ст.ст.2.9, 24.5 КоАП РФ, а также недоказанность обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Частью 1 ст.12.8 КоАП РФ установлена административная ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Как установлено ст.15 Конституции РФ, любое лицо должно соблюдать Конституцию РФ и законы, следовательно – установленные законом обязанности.

Вступая в общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения, лицо должно знать о существовании обязанностей, отдельно установленных для каждого вида правоотношений и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для соблюдения требований закона.

В силу ч.1 ст.7 Конвенции ООН «О дорожном движении», принятой 08.11.1968, ратифицированной Президиумом Верховного Совета СССР 29.04.1974 и вступившей в силу 21.05.1977, пользователи дорог должны вести себя таким образом, чтобы не создавать опасности или препятствий для движения, не подвергать опасности людей и не причинять ущерба государственному, общественному или частному имуществу.

Поскольку эксплуатация транспортных средств связана с повышенной опасностью для окружающих, Федеральным законом от 30.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» с целью охраны жизни, здоровья и имущества граждан, защиты их прав и законных интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий и снижения тяжести их последствий предусмотрены отдельные ограничения свободы использования транспортных средств их владельцами во время дорожного движения.

Охрана жизни и здоровья лиц, участвующих в дорожном движении, не является личным делом водителей транспортных средств, поскольку федеральным законодательством предусмотрено, что в ряде случаев гарантирует охрану жизни и здоровья граждан государство.

Медицинскому освидетельствованию подлежат водители транспортных средств, в отношении которых согласно критериям, установленным Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации, имеются достаточные основания полагать, что они находятся в состоянии опьянения.

В соответствии с пунктом 1.3 ПДД, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах, предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

На основании пункта 2.7 Правил дорожного движения, водителю запрещено управлять транспортным средством в состоянии опьянения, а также передавать управление транспортным средством лицам, находящимся в состоянии опьянения, и лицам, не имеющим при себе водительского удостоверения на право управления транспортным средством.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 в 14 часов ДД.ММ.ГГГГ был отстранен от управления транспортным средством «Тойота Королла Аксио», государственный регистрационный знак № в районе <адрес>, о чем в 14 часов 05 минут ДД.ММ.ГГГГ с участием понятых ФИО3 и ФИО2 составлен протокол <адрес>. Причиной его отстранения от управления транспортным средством послужило наличие признаков опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица. В этом же протоколе указано, что понятым разъяснены их права, предусмотренные ст.25.7 КоАП РФ.

Как следует из Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2006 № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», требование о направлении водителя на медицинское освидетельствование является законным, если у должностного лица, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортных средств, имелись достаточные основания полагать, что лицо, управляющее транспортным средством, находится в состоянии опьянения. О наличии признаков опьянения, в частности, могут свидетельствовать характер движения данного транспортного средства, внешний вид водителя, его поведение, запах алкоголя, показания индикаторной трубки «контроль трезвости». Основания, по которым должностное лицо пришло к выводу о нахождении водителя в состоянии опьянения, должны быть отражены в протоколе об административном правонарушении.

В связи с имеющимися признаками алкогольного опьянения, старшим инспектором ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> старшим лейтенантом полиции ФИО7 было предложено ФИО1 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. Об этом ДД.ММ.ГГГГ составлен акт <адрес>. В этом же акте указаны признак опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица. По результатам исследования прибором Алкотектор «PRO 100 touch-K», заводской №, в 14 часов 09 минут ДД.ММ.ГГГГ в выдыхаемом ФИО1 воздухе установлено наличие этилового спирта в количестве 0,191 мг/л при погрешности прибора 0,020 мг/л. С результатами освидетельствования ФИО1 согласился, о чем указал собственноручно. Данные обстоятельства подтверждены подписями понятых.

Просмотренной в заседании суда апелляционной инстанции видеозаписью указанные в протоколе об отстранении транспортным средством и акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения обстоятельства нашли свое объективное и достоверное подтверждение.

Пунктом 2.7 Правил дорожного движения запрещено водителю управлять транспортным средством в состоянии опьянения, а также передавать управление транспортным средством лицам, находящимся в состоянии опьянения, и лицам, не имеющим при себе водительского удостоверения на право управления транспортным средством.

В 14 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ тем же должностным лицом в отношении ФИО1 составлен протокол № об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, согласно которому он ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов в районе <адрес> управлял транспортным средством «Тойота Королла Аксио», государственный регистрационный знак № в состоянии опьянения, чем нарушил пункт 2.7 ПДД. Данные действия не содержат уголовно-наказуемого деяния.

При составлении протокола об административном правонарушении, ФИО1 собственноручно указал следующее: «Выпивал накануне вечером ДД.ММ.ГГГГ».

В связи установленным состоянием алкогольного опьянения, транспортное средство «Тойота Королла Аксио», государственный регистрационный знак № было задержано и передано для транспортировки и помещения на специализированную стоянку ФИО5 Об этом инспектором ДПС ФИО7 в 14 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ составлен протокол №, копия которого в соответствии с ч.7 ст.27.13 КоАП РФ, вручена ФИО1 На основании ч.8 ст.27.13 КоАП РФ понятые при производстве данного процессуального действия не участвовали, так как применялась видеозапись, которая была просмотрена в судебном заседании. При этом каких-либо замечаний, возражений и заявлений в ходе производства задержания транспортного средства либо по его окончании, в том числе по последовательности и времени составления протокола, у ФИО1 не возникло.

В соответствии со ст.1.5 КоАП РФ, лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Статьей 26.2 КоАП РФ определен круг доказательств, с помощью которых устанавливаются обстоятельства, подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении. К их числу законодателем отнесены протоколы об административном правонарушении, иные протоколы, объяснения лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показания свидетелей и т.д.

Устанавливая вину ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, мировой судья обоснованно исходил из имеющихся в материалах дела доказательств: протокола об отстранении от управления транспортным средством № от ДД.ММ.ГГГГ; акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения № от ДД.ММ.ГГГГ и квитанции к прибору Алкотектор «PRO 100 touch-K», заводской №; протокола <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ; протокола о задержании транспортного № от ДД.ММ.ГГГГ; видеозаписи из патрульного автомобиля, отражающей обстоятельства проведения освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и оформление административного материала; копии свидетельства о поверке средства измерения Алкотектор «PRO 100 touch-K», заводской №; показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей: ФИО6, ФИО7 и ФИО3; рапорта инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ и карточки операций с водительским удостоверением ФИО1

Протоколы по делу об административном правонарушении и акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, на основании которых мировой судья пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, составлены в строгом соответствии с требованиями действующего законодательства, уполномоченным на то должностным лицом.

Все вышеперечисленные доказательства отвечают требованиям ст.26.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях, предъявляемым к доказательствам, и оценены мировым судьей при рассмотрении дела с учетом положений ст.26.11 КоАП РФ.

Установив данные обстоятельства, мировой судья обоснованно привлек ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, предусматривающей наказание за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

В заседании суда апелляционной инстанции вина ФИО1 в совершении указанного административного правонарушения также нашла свое объективное и достоверное подтверждение. При этом суд апелляционной инстанции в качестве доказательства принимает показания свидетеля ФИО2, подтвердившего изложенные в протоколе об отстранении от управления транспортным средством и акте освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения обстоятельства.

Данное доказательство также отвечает требованиям ст.26.2 КоАП РФ об относимости, допустимости, достаточности и достоверности.

Документов, позволяющих усомниться в правомерности действий инспекторов ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> ФИО6 и ФИО7, свидетельствующих об их предвзятости и заинтересованности в результатах рассмотрения дела, в судебное заседание не предоставлено. Таких обстоятельств не усматривается и судом апелляционной инстанции, поскольку указанными лицами не совершено каких-либо дискредитирующих противоправных действий, позволяющих усомниться в законности их требований и действий.

Оснований для оговора вышеуказанными должностными лицами ФИО1 в судебном заседании не установлено.

Довод стороны защиты о том, что инспектор ДПС оказывал на ФИО1 психологическое воздействие, препятствуя ему реализовать возможность пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в специализированном учреждении, а также о том, что в период с 14 часов 02 минут до 14 часов 04 минут ДД.ММ.ГГГГ сотрудники ГИБДД склоняли его пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения без участия понятых и даже сделали это на улице, своего объективного и достоверного подтверждения не нашли, так как противоречат содержанию видеозаписи, обоснованно признанной мировым судьей, относимым, допустимым и достоверным доказательством, а также содержанию составленных процессуальных документов, в которых нет никаких замечаний и заявлений по указанным обстоятельствам, и показаниям свидетелей, данным в судебных заседаниях первой и апелляционной инстанции.

Утверждение о том, что понятым не были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.25.7 КоАП РФ, отвергается как несостоятельный, поскольку оно опровергается содержанием протокола об отстранении от управления транспортным средством и показаниями самих понятых, которые данный факт не отрицали.

Составление протокола о задержании транспортного средства после составления в отношении водителя протокола об административном правонарушении не противоречит требованиям ст.27.13 Кодекса РФ об административных правонарушениях. Более того, данный протокол действительно составлен спустя 5 минут после составления протокола об административном правонарушении, то есть в 14 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ. Между тем, указание в протоколе об административном правонарушении приложения к нему протокола о задержании транспортного средства не имеет принципиального юридического значения и никоим образом не влияет на законность составления обоих протоколов.

То обстоятельство, что понятые не являлись очевидцами управления ФИО1 транспортным средством и самостоятельно не удостоверялись в наличии или отсутствии у него признаков опьянения, на что ссылается сторона защиты, не свидетельствует о незаконности его отстранения от управления транспортным средством и проведения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Самостоятельное прохождение ФИО1 в 16 часов 47 минут ДД.ММ.ГГГГ медицинского освидетельствования на состояние опьянения в медицинском учреждении после составления в отношении него протокола <адрес> об административном правонарушении, по результатам которого состояние опьянения у него не установлено, не свидетельствует об отсутствии в его действиях по состоянию на 14 часов ДД.ММ.ГГГГ состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, поскольку между освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения и медицинским освидетельствованием на состояние опьянения, согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ№, прошел значительный интервал времени, составляющий более двух с половиной часов.

Довод стороны защиты о прерывистости видеозаписи, что ставит под сомнение законность ее получения, отвергается как несостоятельный, ввиду того, что он основан на неверном толковании норм процессуального права.

Так, какой-либо обязанности фиксировать должностными лицами ГИБДД событие нарушений ПДД тем или иным участником дорожного движения с помощью технических средств фото- видео фиксации действующим законодательством, а также Административным регламентом исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утвержденным Приказом МВД России от 23.08.2017 № 664, не предусмотрено.

Обязанность применения видеозаписи возлагается на уполномоченных должностных лиц лишь при составлении процессуальных документов в случае отсутствия понятых. В данном конкретном случае понятые присутствовали, поэтому обязательное ведение видеозаписи не требовалось. Имеющаяся в материалах дела видеозапись лишь подтверждает факт проведения освидетельствования ФИО1 и соблюдение данной процедуры.

В связи с изложенным, ссылка стороны защиты на п.23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» лишена оснований.

Так, Верховный Суд России в вышеуказанном пункте разъяснил, что при оценке видеозаписи на предмет ее достоверности и допустимости необходимо учитывать ее непрерывность, полноту (обеспечивающую в том числе визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, аудиофиксацию речи) и последовательность, а также соотносимость с местом и временем совершения административного правонарушения, отраженными в иных собранных по делу доказательствах (статья 26.11 КоАП РФ).

Однако в данном конкретном случае имеющаяся в деле видеозапись является не более чем способом фиксации проведенных сотрудниками ДПС процессуальных действий с участием понятых. Следовательно, в силу ч.2 ст.26.2 КоАП РФ, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 и протокол его отстранения от управления транспортным средством являются самостоятельными доказательствами, отвечающим требованиям об их относимости, допустимости, достаточности и достоверности.

Что касается видеозаписи, она обоснованно принята мировым судьей в качестве доказательства и ее оценка произведена в соответствии со ст.26.11 КоАП РФ, как зафиксировавшей факт проведения вышеуказанных процессуальных действий. Данная видеозапись в полном объеме была просмотрена и проверена на предмет относимости, допустимости и достоверности в заседании суда апелляционной инстанции.

Таким образом, законных оснований для признания каких-либо доказательств, на основании которых мировой судья пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершенном правонарушении, недопустимыми и исключения из объема доказательств по делу, в заседании суда апелляционной инстанции не установлено.

Обстоятельств, исключающих административную ответственность ФИО1, также не имеется.

Порядок, сроки привлечения заявителя к административной ответственности по оспариваемому постановлению соответствуют требованиям КоАП РФ.

Поскольку обстоятельств, смягчающих или отягчающих ответственность ФИО1 не установлено, мировым судьей обоснованно назначено наказание в виде административного штрафа с лишением права управлять транспортным средством в пределах, установленных санкцией ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, с учетом данных о его личности.

При рассмотрении дела об административном правонарушении лицом, в отношении которого ведется производство об административном правонарушении, и его защитником не было представлено доказательств невиновности ФИО1, равно как доказательств, которые не были исследованы в судебном заседании мирового судьи.

При таких обстоятельствах, постановление мирового судьи судебного района «<адрес>» на судебном участке № от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, является законным и обоснованным.

С учетом обстоятельств совершенного ФИО1 правонарушения оснований для признания его малозначительным и применения положений статьи 2.9 КоАП РФ не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.30.6 – 30.7 КоАП РФ,

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного района «<адрес>» на судебном участке № от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1, которым он подвергнут наказанию в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортным средством сроком на 1 год 6 месяцев – оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу с момента его вынесения.

Судья Я.Ю.Сидоров