2-673/2026
УИД 22RS0013-01-2025-006894-50
Мотивированное решение изготовлено 21.01.2026
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
19 января 2026 года г. Бийск, Алтайский край
Бийский городской суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Константиновой Ю.А.,
при секретаре Сафронове А.С.,
с участием помощника прокурора г. Бийска Сухомесова М.В.
истцов – ФИО1, ФИО2, представителя истцов – ФИО18,
представителя ответчика ФИО12
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Бийский завод железобетонных изделий» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Бийский завод железобетонных изделий» (далее по тексту - ООО «БЗЖБИ») о компенсации морального вреда в размере по 2500000 руб. каждому. В обоснование заявленных требований указывают на то, что ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась матерью истцов. ДД.ММ.ГГГГ им стало известно, что на работе с нею произошел несчастный случай, в результате которого она умерла. По данному факту, ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по г. Бийску СУ СК РФ по Алтайскому краю возбуждено уголовное дело, из которого истцам стало об обстоятельствах несчастного случая.
ФИО9, приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ, принята на должность штукатура-маляра в ООО «БЗЖБИ».
ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 15 час. 00 мин. до 16 час. 00 мин., более точное время следствием не установлено. Штукатуры-маляры ООО «БЗЖБИ» ФИО10 и ФИО9 при выполнении штукатурно-малярных работ находились в опасной зоне падения свай мостовых С14-35Т7. В указанный период времени, в пролете № цеха № формовочного, расположенного на территории ООО «БЗЖБИ», по адресу: <адрес>, при неустановленных обстоятельствах, произошло падения указанных выше свай на ФИО10 и ФИО9 В результате падения Свай мостовых С14-35Т7 на ФИО9, ей были причинены следующие телесные повреждения: тупая травма грудной клетки: кровоподтек правой молочной железы (1); тупая травма таза: разгибательные переломы правой лобковой и правой седалищной костей (по1); кровоизлияние в ткани таза в области переломов (1); тупая травма конечностей: открытые переломы - левой бедренной кости /диафиза/ в нижней трети (1), правой малоберцовой кости в средней трети (1); кровоизлияния в мягкие ткани в области переломов (по1); размозжение мягких тканей с их расслоением и скоплением крови (внутритканевые гематомы) - правого бедра (1300мл.), правой голени (280мл.), левого бедра (860мл.); ушибленно-рваные раны - левого бедра (1), правой голени (1); кровоподтеки - правого плеча (1), правого бедра (1), правой голени (1), левого бедра и голени (1). Вышеописанные повреждения входят в единый комплекс сочетанной травмы, полученной при сдавлении, и в своей совокупности привели к развитию опасного для жизни состояния - "травматический шок", причинив ТЯЖКИЙ вред здоровью, по признаку опасности для жизни и состоят в причинной связи с наступлением смерти.
Смерть ФИО9 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 30 минут в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Бийск» по адресу: <...>, вследствие сочетанной травмы грудной клетки, таза, конечностей с переломами костей скелета, размозжением тканей конечностей, что осложнилось развитием травматического шока.
Следствием установлено, что генеральным директором ООО «БЗЖБИ» ФИО19 и мастером цеха № 2 формовочного ФИО20 нарушены требования охраны труда и промышленной безопасности опасных производственных объектов. Данные нарушения находятся в прямой причинно-следственной связи с производственной травмой и наступлением смерти матери истцов. При этом ФИО19 и ФИО20 в силу своего профессионального опыта, квалификации, занимаемой должности, субъективно и объективно имели возможность организовать проведение инструктажа по охране труда на рабочем месте, а также выполнение подчиненными им сотрудниками погрузочно-разгрузочных работ, то есть работ повышенной опасности, определив зону опасных работ, оценив риски и определив мероприятия для безопасного проведения работ, соответствие квалификации исполнителей порученной работе. Должностные лица предвидели возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти матери истцом, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывали на предотвращение этих последствий. В настоящее время уголовное дело в отношении указанных должностных лиц находится на рассмотрении в Бийском городском суде Алтайского края. Полагают, что на ответчика как на работодателя должных лиц возлагается обязанность по компенсации морального вреда.
До момента смерти истцы проживали с матерью втроем. Мама для них была единственным родным и близким человеком. ФИО11, с ними никогда не проживал, в их воспитании не участвовал, у него имелась другая семья, поэтому близких, доверительных отношений с отцом у них никогда не было.
После смерти матери истцы стали проживать с отцом, который к тому времени был тяжело болен, так как был диагностирован рак последней стадии, спустя два месяца после смерти матери, ДД.ММ.ГГГГ, отец умер.
В настоящее время истцы проживают вдвоем, в квартире, которая осталась им после смерти матери и тяжело переживают ее смерть. Иных близких родственников у них нет. До настоящего времени они испытывают невероятно глубокое чувство невосполнимой утраты самого близкого им человека – мамы. Особые моральные страдания испытывают, вспоминая обстоятельства смерти матери, которые стали им известны в ходе предварительного расследования, понимая, сколько нестерпимой боли и мучений ей пришлось испытать перед смертью.
ФИО1 в судебном заседании пояснила, что о том, что произошло с их мамой, они узнали ДД.ММ.ГГГГ, позвонили по телефону, ответила ее сестра - Даша, она услышала, что Даша плачет, после этого, с нею (ФИО1) случилась истерика. Им позвонили с завода, секретарь, сказала, что их маму везут на операцию. Они с сестрой очень надеялись, что мама выживает. О подробностях случившегося он узнали уже после того, каких мама умерла. Об обстоятельствах ее смерти им стало известно их акта, видела в материалах уголовного дела, ей известно, что сваи неправильно подцепили и они «свалились». После того, как они узнали, что произошел несчастный случай, они позвонили мачехе, которая им сказала, чтобы они переезжали к ним с отцом. Их отец в это время был после инсульта, у него был рак, он вроде бы их узнавал, но не все понимал. Через день им мачеха сказала, что их мама умерла, они с сестрой морально к этому уже готовились, так как ДД.ММ.ГГГГ они с сестрой приезжали в ЦГБ, им пояснили, что состояние очень тяжелое, но делают все возможное. После смерти мамы она не понимала, что с ними будет дальше, так как знали, что их папа тоже вскоре умрет. До случившегося они проживали втроем: с мамой и сестрой. Отец с ними жил до ее 6–летия, затем направлял алименты, звонил только на праздники, более с ним общения не было. Отец умер в ноябре 2024 года. Бабушка по линии матери тоже умерла. В настоящее время близких родственников у них нет, с детьми отца отношения не поддерживают, так как поссорились с мачехой. С мачехой ссора произошла из-за того, что она отдала им не все деньги, из 100000 рублей, она отдала им только 70000 руб. До ссоры они отношения поддерживали. До гибели мамы, отношения были нейтральными. Бабушка по линии отца с ними не общается, она жива, но «лежачая», за нею ухаживает сиделка. С мамой они были в очень близких отношениях, у них была традиция – на выходных готовить что-нибудь всем совместно. Хотели съездить на море, эта была мечта их мамы, которую они хотели осуществить. В настоящее время, несмотря на то, что прошло более года, им очень тяжело морально, мама часто снится, ее очень не хватает. После смерти их мамы им выплатили 100000 руб., зарплату мамы за отработанное время страховые выплаты, какие суммы она не помнит. К заводу о выплате иных выплат они не обращались, так как не знали об этом. Она подписала мировое соглашение с заводов. Ей известно, что мачеха постоянно была на «телефоне» с заводом, им с сестрой ничего не говорили. С завода позвонили, сказали, что нужно подписать «бумаги», она не понимала содержание документа, так как приехали для подписания этого мирового соглашения через неделю после случившегося. Так как сестра была несовершеннолетняя, за нее подписывал отец. 100000 рублей поступили ей на счет, так как сестра была несовершеннолетняя, за что были эти деньги, она не знает, так как эту сумму они не просили. Размер компенсации морального вреда им помогли определить.
В судебном заседании истец ФИО2 по факту того, как ей стало известно о смерти матери, дала аналогичные пояснения, дополнительно пояснила, что в 2024 голу через неделю после смерти их мамы, приехала женщина, ее (ФИО2) отправили в другую комнату, в связи с чем, о чем был разговор, она не знает. Их папа в тот период времени еще понимал речь, мог читать, ходить и сидеть, но не мог разговаривать. Ей известно, что им на двоих с сестрой поступил один миллион рублей, сейчас она понимает, что это моральный вред. Эту сумму, наверное, определила их мачеха, так как она была постоянно на связи с заводом. В настоящее время с мачехой не общаются, так как после того, как с карты сняли сто тысяч рублей, мачеха им не отдала всю эту сумму, а только семьдесят тысяч рублей. После смерти мамы она поддерживала сестру, несмотря на то, что младшая, так как она сильнее, чем ФИО4, которая более эмоциональная, она тяжелее переживает смерть мамы. Но у нее (ФИО2) больше внутренние переживания, которые она не показывает на людях. После смерти у нее были мысли о суициде, так как родственников у них с сестрой больше нет, не было смысла жизни, об этих мыслях она ни с кем не делилась. Но потом они поговорили с сестрой и решили, что нужно жить дальше. После смерти мамы им позвонила мамина подруга – ФИО3, которая им начала помогать как физически, материально, так и эмоционально. Помогает им уже в течение года, пояснила, что они с мамой дружили более 40 лет, и что они ей как дети. Этот год, после смерти мамы, они прожили очень тяжело, мама ей снится, ее очень не хватает. ФИО10 виделись, так как их мама общалась со Светой, которая погибла сразу. ФИО10 ездили на кладбище, он им помогал купить ковер. Похоронами мамы занималась их мачеха, оплачивал завод. Кроме этого, завод выплатил им сумму на погребение, а также страховые выплаты и заработную плату их мамы, деньги они снимали с карты мамы.
Представитель истцов – ФИО18, действующая в судебном заседании на основании ордера, пояснила, что заявленные исковые требования поддерживает по основаниям указанным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что факт смерти ФИО9 подтвержден документами, смерть произошла на производстве, что подтверждается актом о несчастном случае. В соответствии с п.п. 20,21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный работников при исполнении трудовых обязанностей, подлежит компенсации работодателем. Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении него уголовного дела и уголовного преследования не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работников при исполнении им трудовых, служебных, должностных обязанностей. В связи с чем, работодатель несет обязанность по возмещению третьи лицам вреда, в том числе морального, причиненного его работником при исполнении им служебных, должностных обязанностей. Размер компенсации морального вреда ими определен в размере 2500000 руб. каждому из истцов, поскольку погибла близкий родственник истцов – мама, на момент смерти одной из истцом не было еще 18 лет, второй только исполнилось восемнадцать лет. Кроме этого, гибель матери сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие детей, рассматривается как наиболее сильное переживание, влекущее состояние субъективного эмоционального расстройства, которое препятствует социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. Истцы до сих пор не могут смириться со смертью самого близкого для них человека – мамы, испытывают глубокое чувство невосполнимой утраты. То обстоятельно, что истцы после смерти их мамы не обращались в поликлинику, к врачам, не влияет на то, что они пережили глубокие эмоциональные переживания, в силу молодого возраста не обратились в медицинские учреждения.
Представитель ответчика ООО «БЗЖБИ» ФИО12, действующая на основании доверенности, пояснила, что с исковыми требованиями истцов ответчик не согласен, к материалам дела приобщен отзыв на исковое заявление. Дополнительно в судебном заседании пояснила, что Соглашение о мировом соглашении истцами не оспорено, денежная сумма им была выплачена добровольно ответчиком, подписи в соглашении ставили добровольно. Кроме того, истцам было перечислено сто тысяч рублей, кроме этого в адрес ИП ФИО13 оплачено 60850 руб. за проведение похорон ФИО9 Истцы более ни за какой помощью в адрес завода не обращались. В настоящее время вина по уголовному делу не установлена, то есть истцы пытаются обогатиться за счет ответчика. Выплаченные истцам 100000 рублей- это материальная помощь, в платежном поручении ошибочно указано о перечислении зарплаты в указанной сумме. Кроме этого, истцам выплачено пособие на погребение в размере 9625 руб. Сумма по оплате компенсации морального вреда согласовывалась генеральным директором и сторонами.
В судебном заседании в качестве свидетеля был допрошен Свидетель №1, который пояснил, что его ФИО9 знал много лет, она работала с его женой – ФИО10, которая также погибла ДД.ММ.ГГГГ. Изначально они работали в Горбольнице № штукатурами-малярами, затем пошли работать на завод БЗЖБИ. ФИО9 приходила к ним в гости. На ЗЖБИ они трудоустроились в 2024 году, работали штукатурами – малярами, то есть по своим специальностям. ДД.ММ.ГГГГ ему поступил звонок, сказали, что его жену придавило железобетонным изделием, ФИО6 увезли в ЦГБ. Они приехал на завод, где директор завода ФИО19 ему посоветовал не ходить в цех, не смотреть. Затем он узнал, что ФИО6 умерла в больнице. Ему было известно, что у ФИО6 было две дочери, имена их он не помнит. После похорон, дней через 20, он увидел дочерей ФИО6, с ними была какая-то женщина, которая представилась – ФИО5, подруга ФИО6, она пояснила, что она помогает девочкам, так как близких родственников у них нет. Он также предложил им свою помощь, затем пару раз свозил на кладбище, могила его жены и ФИО6 рядом, затем свозил их, они купили ковер. Дочери ФИО6 в тот период времени были как будто в прострации, они совсем молодые, им по 17 и 18 лет было на тот период времени, поэтому им, что говорили делать, то они и делали. Девочкам нужны была моральная поддержка, До смерти ФИО6 полностью их содержала. После ее смерти, ФИО5 помогала им в бытовых условиях, учила их готовить. Работодатель его жены и ФИО6, пока они все были в шоковом состоянии от произошедшего, выписал им по 500 тысяч рублей, эту сумму работодатель определил самостоятельно. Кто именно ему звонил с завода, он не помнит, но пояснили, что положена выплата. Затем он подписал какое-то соглашение, но его эмоциональное состояние не позволило ему сориентироваться, так как все эти события произошли в течение месяца после случившегося. Полагает, что 500 тысяч рублей не достаточны, так как произошла потеря близкого человека. Им также подано исковое заявление, заявлена сумма в размере 1500000 руб., которую посоветовал адвокат.
Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора ФИО8, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению в разумных пределах, при определении размера компенсации морального вреда просил суд учитывать все установленные по делу обстоятельства, суд приходит к следующим выводам.
Согласно положениям Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).
В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (часть 2 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и девятый части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 8 статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
В соответствии с ч.2 ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч.1 ст.212 Трудового кодекса РФ).
В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Статьей 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.
Как следует из материалов дела и не оспаривается участниками процесса, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ осуществляла трудовую деятельность в ООО «БЗЖБИ» по трудовому договору № в административно-хозяйственном отделе на должности штукатура-маляра.
Согласно акту № о несчастном случае на производстве, утвержденного генеральным директором ООО «БЮЗЖБИ» ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 и ФИО10 прибыли на работу в Общество с ограниченной ответственностью «Бийский завод железобетонных изделий» к 8 ч.00 мин. и приступили к своим обязанностям, в которые входит, согласно должностной инструкции штукатура - маляра п.2.1: «Покрытие поверхностей простой или улучшенной штукатуркой, ремонт штукатурки, уход за штукатуркой», согласно п.2.2: «Сплошное выравнивание поверхностей». Согласно должностной инструкции п.1.4, штукатур-маляр входит в подчинение начальнику подразделения, которым является мастер цеха ФИО20 Согласно п.4.2 должностной инструкции мастера формовочного цеха ФИО20 в мастера формовочного цеха, в соответствии с которым мастер цеха обязан формировать бригады (их количественный и профессионально-квалификационный состав), мастер формовочного цеха ФИО20 сформировала бригаду, в состав которой вошли штукатуры-маляры ФИО10 и ФИО9 Штукатур-маляры ФИО10 и ФИО9 выполняли работы по ремонту железобетонной сваи (14 м) в помещении цеха № (формовочный), третий пролет, северная сторона. Параллельно свае, с которой производились ремонтные работы, на площадке находился штабель железобетонных изделий из трех железобетонных свай (14 м). Около 15 часов 25 минут произошло падение указанного штабеля железобетонных изделий из трех железобетонных свай на штукатур-маляров ФИО10 и ФИО9
Лица, допустившие требования охраны труда: ФИО20 – мастер цеха ООО «БЗЖБ», не обеспечил требования технологического процесса работниками, выразившееся в неисполнении требований при проведении погрузо-разгрузочных работ штабелей железобетонных свай, чем нарушены требования ст.214 ТК РФ, ФИО15- начальник формовочного цеха ООО «БЗЖБИ», не обеспечил достаточный контроль за состоянием условий труда на рабочих местах, за соблюдением выполнений погрузо-разгрузочных работ, чем нарушены ст. 214 ТК РФ; ФИО16 – специалист по охране ООО «БЗЖБИ», не обеспечил функционирование системы управления охраной труда, выразившееся в необеспечении функционирования системы управления охраной труда, направленной на сохранение здоровья работников в процессе их трудовой деятельности, чем нарушена ст. 214, 217 ТК РФ.
Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ трупа ФИО9 следует, что в результате падения Свай мостовых С14-35Т7 на ФИО9, ей были причинены следующие телесные повреждения: тупая травма грудной клетки: кровоподтек правой молочной железы (1); тупая травма таза: разгибательные переломы правой лобковой и правой седалищной костей (по1); кровоизлияние в ткани таза в области переломов (1); тупая травма конечностей: открытые переломы - левой бедренной кости /диафиза/ в нижней трети (1), правой малоберцовой кости в средней трети (1); кровоизлияния в мягкие ткани в области переломов (по1); размозжение мягких тканей с их расслоением и скоплением крови (внутритканевые гематомы) - правого бедра (1300мл.), правой голени (280мл.), левого бедра (860мл.); ушибленно-рваные раны - левого бедра (1), правой голени (1); кровоподтеки - правого плеча (1), правого бедра (1), правой голени (1), левого бедра и голени (1). Вышеописанные повреждения входят в единый комплекс сочетанной травмы, полученной при сдавлении, и в своей совокупности привели к развитию опасного для жизни состояния - "травматический шок", причинив ТЯЖКИЙ вред здоровью, по признаку опасности для жизни и состоят в причинной связи с наступлением смерти.
Смерть ФИО9 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 30 минут в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Бийск» по адресу: <...>, вследствие сочетанной травмы грудной клетки, таза, конечностей с переломами костей скелета, размозжением тканей конечностей, что осложнилось развитием травматического шока.
Согласно свидетельству о смерти серии № №, выданного ДД.ММ.ГГГГ Бийским отделом ЗАГС управления юстиции Алтайского края, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ.
Таким образом, материалами дела подтверждается, что причиной несчастного случая явилась нарушение работодателем ФИО9 – ООО «БЗЖБИ» требований охраны труда, в том числе: не обеспечение требований технологического процесса работниками, выразившееся в неисполнении требований при проведении погрузо-разгрузочных работ штабелей железобетонных свай, не обеспечение достаточного контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, за соблюдением выполнений погрузо-разгрузочных работ, необеспечение функционирования системы управления охраной труда.
Истцы ФИО1, ФИО2 являются дочерьми ФИО9., что подтверждается представленными стороной истцов свидетельствами о рождении.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ, ООО «БЗЖБИ», расположен по адресу: <...>.
На основании части 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).
В соответствии с п. 12, 14, 15, 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 15 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Из материалов настоящего дела следует, что в соответствии с Актом о расследовании группового несчастного случая (форма №) от ДД.ММ.ГГГГ, Актом № о несчастном случае на производстве факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего не установлено, напротив установлены причины несчастного случая, выразившиеся в нарушении технологического процесса, необеспечении контроля со стороны специалистов подразделения за ходом выполнения работ, а также недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, следовательно, в произошедшем несчастном случае на производстве установлена полностью вина работодателя.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном выражении, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
В психологии понятие «моральный вред» трактуется как психологическая травма, т.е. негативные эмоциональные переживания, психические нарушения, расстройства в деятельности внутренних органов: форма страданий (отрицательные эмоциональные переживания) - эмоциональные, физические, нравственные страдания; форма нарушения физического и психического здоровья - неадекватность реакции на внешнее воздействие, негармоничное развитие, изменение социальной адаптации, психогенные изменения, физические изменения; субъективные переживания - негативное эмоционально окрашенное состояние и явление, представленное в сознании, форма активности, осознанное отношение к действительности; душевная боль - переживание отрицательных эмоций, переживание нереализации определенных потребностей; форма эмоционального реагирования - изменения в психических процессах, психических состояниях, психических свойствах.
Психическая травма - это жизненное событие (ситуация), затрагивающее значимые стороны существования человека и приводящее к глубоким психологическим переживаниям.
Страдание - это эмоции в виде отрицательных переживаний человека, глубоко затрагивающих его личные структуры, психику, здоровье, самочувствие, настроение, сигнализирующие человеку о воздействии на него неблагоприятных факторов, а также как собственно процесс неприятных переживаний человеком (субъектом) воздействующих на него негативных факторов физического, социального (нравственного, морального) характера.
Задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание. Суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Исходя из анализа и оценки фактических обстоятельств причинения вреда, вины причинителя вреда, вследствие необеспечения безопасных условий труда и отсутствии вины работника, нарушении родственных связей, в результате которых истцы переживают утрату самого близкого и родного для них человека – мамы, лишившись ее опеки и поддержки в очень молодом для них возрасте, одна из истцов на дату несчастного случая была несовершеннолетней, второй за несколько дней до указанных событий, исполнилось 18 лет, лишились материальной поддержки и опоры в дальнейшей жизни, которая у них по сути, только начиналась, близкие семейные взаимоотношения, степень привязанности существовавшей между ними, отсутствие иных близких родственников, им причинены нравственные страдания, душевные переживания. Внезапная трагическая смерть близкого родственника является огромной трагедией.
Данная травма является невосполнимой, поэтому нравственные страдания истцы продолжают испытывать до настоящего времени.
Вместе с тем, суд определяет размер компенсации морального вреда исключительно за перенесенные нравственные страдания в связи со смертью близкого родственника, факт причинения истцам физических страданий в ходе судебного разбирательства не установлен и не подтвержден доказательствами.
При определении размера денежной компенсации, подлежащей взысканию в пользу истцов, суд принимает во внимание обстоятельства причинения смерти ФИО9 при исполнении ею трудовых обязанностей, а также необеспечение работодателем безопасных условий труда.
С учетом приведенных выше обстоятельств, степени и характера нравственных страданий, перенесенных истцами, а также требований разумности и справедливости, суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика в пользу каждого из истцов в размере 1200000 руб.
Оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда в большем объеме суд не усматривает.
Кроме того, судом учитывается, что ООО «БЗЖБИ» компенсировало истцам в досудебном порядке компенсацию морального вреда в размере по 500000 руб. каждому.
Таким образом, с ООО «БЗЖБИ» в пользу истцов ФИО1, ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере по 700000 руб. в пользу каждого, с учетом ранее выплаченной в добровольном порядке компенсации в размере по 500000 руб. каждому.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Таким образом, учитывая, что истцы были освобождены от уплаты государственной пошлины при обращении с настоящим иском, суд взыскивает с ответчика ООО «БЗЖБИ» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бийский завод железобетонных изделий» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) 700 000 рублей в счет компенсации морального вреда.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бийский завод железобетонных изделий» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) 700 000 рублей в счет компенсации морального вреда.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бийский завод железобетонных изделий» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход муниципального образования городского округа г. Бийск Алтайский край государственную пошлину в размере 3000 руб.
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение одного месяца со дня составления решения в окончательной форме.
Судья Константинова Ю.А.