Решение по делу № 2-366/2025 от 11.06.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, расходов по возмездному договору за оказание юридических услуг в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, судебных расходов.

Дело №2-366/2025

УИД 42RS0020-01-2024-000062-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Осинники 29 мая 2025 года

Осинниковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Бычкова С.А., при секретаре Иващенко Г.И., с участием старшего помощника прокурора г.Осинники Алимцевой Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, расходов по возмездному договору за оказание юридических услуг в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации, в котором с учётом уточнения требований просил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причинённого в результате незаконного уголовного преследования в размере 36 194 684,00 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 1 150 000,00 руб., в том числе компенсацию по возмездному договору за оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ в размере 800 000 рублей, а также компенсацию по возмездному договору за оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ в размере 350 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ судебной коллегией по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции постановлено апелляционное определение, которым коллегия

определила:

приговор Кемеровского областного суда с участием коллегии присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 в части гражданского иска отменить. Гражданские иски ФИО6, ФИО7 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда оставить без рассмотрения. В остальном приговор Кемеровского областного суда с участием коллегии присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшего ФИО6 - без удовлетворения.

Приговор Кемеровского областного суда с участием коллегии присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ вступил в законную силу, за ФИО1 (далее истец) признано право на реабилитацию.

Все это время с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а именно <данные изъяты> истец был ограничен в своих правах, а именно:

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец содержался под стражей <данные изъяты>;

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а именно <данные изъяты> был ограничен в своих правах, так как вторым судом была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В связи со вторым судебным процессом и ограничением (подписка о невыезде) истец не мог устроиться на работу, не мог достойно содержать семью.

Действиями (бездействием) государственной власти истцу в результате незаконно предъявленного обвинения, длительного судебного процесса, длительного нахождения в статусе обвиняемого, содержания под стражей в СИЗО 2 г.Новокузнецка был причинен моральный вред, который истец оценивает в размере 36 194 684,00 рублей.

Степень физических и нравственных страданий истца увеличивали следующие обстоятельства. Длительное содержание под стражей в бесчеловечных и унижающих достоинство условиях. Истец содержался в камерах № в СИЗО 2 г.Новокузнецка, в камерах № не было спальных мест и приходилось спать поочередно. Санузел находился прямо в камере, не отделен от жилого пространства кирпичной стеной, а лишь занавеской. Унитаз мылся редко и был зловонным. Обеденный стол находился в непосредственной близости от санузла. Камеры не проветривались, в связи с чем, летом и зимой в камерах было душно, не было отсекателей, лишь по просьбе режимного рабочего открывалась кормушка на <данные изъяты> минут, для того чтобы запустить кислород в камеру. Горячей воды в камерах не было, в связи с чем, истец пользовался лишь кипятильником. Принять душ заключенные имели возможность лишь один раз в неделю. Электрический свет в камере не выключался, было запрещено выключать свет в ночное время, если завешивали или выкручивали лампочку, тогда в камеру забегали ДПНСИ (дежурный помощник начальника СИЗО) в касках, масках, бронежилетах, с резиновыми дубинками и деревянными молотками и избивали заключенных, в том числе и истца. Прогулки на воздухе были максимум один час в день три раза в неделю. Бывало и такое, что оставляли на прогулке в мороз до - <данные изъяты>, истец простывал и часто болел. Перевозка истца из СИЗО 2 на предварительное следствие и в суд осуществлялась в переполненных автомобилях, в них не был обеспечен доступ естественного света и свежего воздуха. Первые четыре месяца истец не имел квалифицированной медицинской помощи, связанной с <данные изъяты>, мучительно, с физическими и нравственными страданиями. За время нахождения под стражей <данные изъяты>. <данные изъяты>

Таким образом, условия содержания истца в СИЗО 2 г.Новокузнецка не отвечали стандартным правилам обращения с заключенными, принятыми первым конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные экономическим и социальным советом ООН.

Неоднократное незаконное и необоснованное продление срока содержания под стражей истца по мотивам лишь одной тяжести обвинения.

Истец не давал поводов следствию и суду, что может скрыться от следствия и суда, будет заниматься преступной деятельностью, намерен помешать установлению истины по делу.

Альтернативные меры пресечения вполне могли бы обеспечить явку истца на следствие и в суд.

В постановлениях о продлении срока содержания под стражей, суд использовал общие фразы и стереотипные формулировки, не рассматривая возможность избрания альтернативной обеспечительной меры, что подтвердило в дальнейшем освобождение из под стражи в зале суда, после первого приговора и избрания меры пресечения по второму уголовному процессу об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Длительность уголовного судопроизводства сверх разумного срока и длительность содержания под стражей причиняли истцу физические и нравственные страдания.

Отсутствовало справедливое досудебное следствие со стороны обвинения. Отсутствие надлежащего расследования по жалобе истца в прокуратуру на неправомерные действия оперативных работников, в ответе прокуратуры был формальный ответ.

Истец считает, что при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать практику Европейского Суда, а также ст. 53 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или должностных лиц.

С учетом изложенного истец полагает, что за <данные изъяты> следует взыскать компенсацию морального вреда с РФ в размере 35000.00 (тридцать пять тысяч) рублей, а всего 21 525 000.00 рублей (<данные изъяты> За ограничение свободы в количестве <данные изъяты> взыскать компенсацию морального вреда с РФ в размере 11717,00 руб. за 1 день, всего 14 669 684,00 руб. <данные изъяты> Всего взыскать с РФ компенсацию морального вреда в размере 36 194 684,00 руб.

15.08.2019 между истцом и юристом ФИО2 (далее Поверенный) был заключен возмездный договор по оказанию юридической помощи, в соответствии с которым истец должен оплатить в последующем ФИО2 800000.00 (восемьсот тысяч) рублей. Согласно договору, Поверенный привлек к участию в дело адвоката Карпачева Леонида Петровича и совместно с последним участвовал в судебном процессе в качестве помощника адвоката.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО2 заключен возмездный договор на сумму 350000.00 (триста пятьдесят тысяч) рублей по обеспечению представительства истца по делу по иску о взыскании компенсации морального вреда.

ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Следственное управление следственного комитета РФ по Кемеровской области-Кузбасса, Прокуратура Кемеровской области-Кузбасса.

В судебном заседании истец ФИО1 уточнённые исковые требования поддержал в полном объёме, также поддержал имеющиеся в материалах дела письменные пояснения, дополнительные пояснения, аналогичные доводам искового заявления (л.д.167-171, л.д.213-214, л.д.222-223 том 2). Суду пояснил, что сам факт его содержания под стражей, запрет на звонки семье, то, что он не мог слышать близких, отсутствие опровержения о его незаконном содержании под стражей со стороны следственных органов доставляло ему глубокие нравственные страдания и переживания. Он не мог устроиться на работу ввиду того, что ему была ограничена свобода передвижения при избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Его не брали на работу, когда он говорил работодателю, что находится под следствием и у него идут судебные разбирательства. Документов об обращении за трудоустройством в период уголовного преследования у него нет. Его <данные изъяты> обращалась в полицию с заявлением по поводу хищений из их дома, его <данные изъяты> никто не слушал, заявление о совершении хищений не принимали. Сам он после освобождения из мест лишения свободы в органы полиции с заявлением о хищении имущества из его дома не обращался, так как не видит в этом смысла. В период своего содержания под стражей в СИЗО -2 г.Новокузнецка он не обращался с жалобами на условия содержания под стражей, так боялся за свое здоровье. Он обращался с жалобами на состояние здоровья, но заявления у него не принимали. В камерах №, № СИЗО-2 г.Новокузнецка приходилось спать по очереди, сколько дней приходилось спать по очереди, сказать не может, всего в камере № он находился полгода. Во всех камерах санузел убирался редко. Уборка была возложена на самих лиц, содержащихся в камере. В камерах летом всегда было душно и невыносимо от жары, зимой температура достигала <данные изъяты> градусов, было сильное потоотделение, приходилось белье стирать и сушить в камере, отчего в камерах была сильная влажность. <данные изъяты>

В судебном заседании представитель истца - ФИО2, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, уточнённые исковые требования поддержал в полном объёме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

В судебном заседании представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области ФИО3, действующая на основании доверенности, уточнённые исковые требования считает необоснованными. Пояснила, что моральный вред истцу может быть компенсирован, но сторона должна доказать обстоятельства, на которые ссылается. Истцом не представлено доказательств причинённых страданий и перенесённого им морального вреда. У истца имеется право на возмещение вреда, однако, следует учитывать, что мера пресечения применялась к истцу ввиду необходимости. Поддержала представленные в материалы дела письменные объяснения, согласно которым конкретных доказательств, свидетельствующих о тяжести перенесенных ФИО1 страданий в указанные им периоды, не представлено. Сам факт вынесения судебного акта о прекращении уголовного преследования в отношении истца не является надлежащим доказательством причинённого морального вреда. Признание за истцом права на реабилитацию свидетельствует лишь о наличии у него права на непосредственное возмещение имущественного вреда, устранение последствий нравственных страданий при условии, что таковой вред действительно имел место быть. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в минимальной степени ограничивает права и свободы гражданина. Истцом не представлено конкретных доказательств наличия у него индивидуальных особенностей, на основании которых можно утверждать о том, что сложившаяся ситуация действительно отразилась в сознании истца, причинив ему нравственные страдания. В удовлетворении исковых требований просила отказать (л.д.139-140 том 2). В дополнительно представленных письменных объяснениях на уточнённое исковое заявление представитель ответчика пояснила, что не согласна с исковыми требованиями. Истец в уточнённом исковом заявлении определил, что за один день его нахождения под арестом следует взыскать 35000 руб., за один день нахождения под подпиской о невыезде 11771 руб., при этом истцом не указано, почему именно эти, а не другие суммы должны быть использованы при расчёте компенсации морального вреда. В своём уточнённом исковом заявлении истец уточняет сумму требований, не приводит расчёт суммы и методики, по которым он произведён. Представленный истцом расчёт не имеет под собой законных оснований и не может приниматься при вынесении решения. Моральный вред истцом не доказан. Пояснения истца в судебных заседаниях не подтверждают тяжести перенесённых им страданий, о которых он заявляет, являются его субъективным мнением, не подтвержденным свидетельскими показаниями и документами в деле. Требования истца о взыскании расходов по оплате услуг представителя, понесённых при рассмотрении уголовного дела в размере 800 000 руб., не могут быть рассмотрены в рамках гражданского дела о взыскании компенсации морального вреда. Требования ФИО1 о взыскании расходов на оплату услуг представителя в рамках настоящего гражданского дела заявлены в нарушение ч.1 ст.100 ГПК РФ. В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации, просит отказать в полном объёме, в связи с недоказанностью фактов причинения истцу морального вреда и несения им судебных расходов по оплате услуг представителя (л.д.238-239 том 2).

В судебном заседании представитель прокуратуры Кемеровской области - старший помощник прокурора г.Осинники Алимцева Н.В., действующая на основании доверенности, полагала, что требования истца ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

В судебное заседание представитель третьего лица - Следственного управления следственного комитета РФ по Кемеровской области - Кузбассу не явился, извещён надлежащим образом. Из представленных письменных возражений на исковые требования усматривается, что исковые требования считает не подлежащими удовлетворению. Решения о возбуждении всех уголовных дел, впоследствии соединённых в одно производство, в отношении ФИО1 (№ по ч.2 ст.167 УК РФ, № по ч.2 ст.318 УК РФ, № по ст.317 УК РФ) принимались при наличии законных поводов и оснований, то есть являются законными и обоснованными, поскольку в установленном законом порядке не отменялись, незаконными не признавались. Установленная на момент возбуждения уголовных дел объективная картина деяний, причастность ФИО1 к их совершению, послужили основанием для уголовного преследования ФИО1 Признак незаконности действий (бездействия) органа предварительного следствия не доказан в части оспаривания законности возбуждения уголовного дела и законности действий и решений следователя, руководителя следственного органа, принятых в ходе предварительного следствия. Должностные лица следственного управления в ходе расследования данного уголовного дела действовали в рамках и пределах представленных законом полномочий. Исковые требования ФИО1 не подтверждены документальными сведениями, в которых бы содержались данные, указывающие на объективное ухудшение морально-физиологического состояния истца. Размер заявленного истцом требования компенсации морального вреда является необоснованно завышенным и способным послужить для истца источником обогащения. Истцом не доказан ни один из элементов деликтного правонарушения (незаконность действий государственного органа, наличие вреда и причинно-следственной связи), что исключает право истца на возмещение морального вреда в денежной форме. Требования об оплате услуг юриста в размере 1 150 000 руб. не подлежат рассмотрению по существу, подлежат прекращению, поскольку должны рассматриваться в порядке УПК России, что должно быть точно указано, в том числе, в резолютивной части решения суда первой инстанции. Просит в удовлетворении иска отказать в полном объёме, производство по делу в части требований оплаты услуг защитника по уголовному делу в размере 1 150 000 руб. прекратить по основаниям ст.220 ГПК РФ (л.д.242-246 том 2).

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения истца, представителя истца, представителя ответчика, заключение старшего помощника прокурора г.Осинники Алимцевой Н.В., допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статьёй 53 Конституции Российской Федерации к числу гарантированных Конституцией прав граждан отнесено право на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно части 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причинённый юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счёт казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счёт казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объёме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с пунктом 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причинённый лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьёй 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют лица, по уголовным делам которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5, 6 части 1 статьи 24, пунктами 4 - 6 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, и некоторые другие лица.

Согласно статье 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Как следует из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (далее Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17), с учётом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (отсутствие события преступления; отсутствие в деянии состава преступления; отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ; отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 2 и 2.1 части 1 статьи 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 13 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17, с учётом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объёме (в том числе с учётом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ (л.д.91 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан по подозрению в совершении данного преступления в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ (л.д.92 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, что не оспаривалось в судебном заседании.

15.08.2019 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 318 УК РФ (л.д.93 том 1).

16.08.2019 постановлением Новокузнецкого районного суда Кемеровской области в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (л.д. 123-123а том 1).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Новокузнецкого районного суда продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 1 (один) месяц, всего до 2 месяцев 29 дней, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (л.д.124-125 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Новокузнецкого районного суда Кемеровской области продлен срок содержания ФИО1 под стражей на 1 (один) месяц 28 суток, всего до 4 месяцев 27 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 126-127 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Новокузнецкого районного суда Кемеровской области продлен срок содержания ФИО1 под стражей на 1 (один) месяц 2 суток, всего до 6 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 128-129 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Новокузнецкого районного суда Кемеровской области продлен срок содержания ФИО1 под стражей на 28 суток, всего до 6 месяцев 28 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 130-131 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ (л.д. 94 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № и уголовное № соединены в одно производство, соединённому уголовному делу присвоен № (л.д.95 том 1).

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование в отношении ФИО1 по ч. 2 ст. 167 УК РФ было прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ, то есть в связи с примирением сторон (л.д.96 том 1).

04.02.2020 ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ (л.д. 97-98 том 1) и ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по данному обвинению направлено в суд (л.д.99 том 1).

В ходе рассмотрения дела в суде срок содержания ФИО1 под стражей продлевался постановлениями Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 101-103 том 1).

Постановлением Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был освобожден из-под стражи в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей вердикта о его невиновности (л.д. 104 том 1).

14.04.2021 приговором Кемеровского областного суда ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ, за отсутствием в его деянии состава преступления (л.д. 105-106 том 1). За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ данный приговор был отменен, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение (л.д. 107-109 том 1).

Постановлением Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 110 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 была отменена (л.д.111 том 1).

Приговором Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был оправдан в совершении преступления, предусмотренного ст.317 УК РФ, в соответствии с п.п.3, 4 ч.2 ст.302 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления, в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта. За ФИО1 признано право на реабилитацию. В удовлетворении исковых требований ФИО6, ФИО7 к ФИО1 о возмещении вреда отказано (л.д. 112-113 том 1).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ данный приговор в части оправдания ФИО1 оставлен без изменения (л.д. 114-115 том 1).

Постановлением Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ постановлено: требования ФИО1 о возмещении в порядке реабилитации имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в возмещение имущественного вреда, причинённого в результате уголовного преследования: возмещение заработной платы, которой он лишился в результате уголовного преследования, в сумме 596 312 рублей 66 копеек.

В остальной части требований ФИО1 о возмещении в порядке реабилитации имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, отказать.

Требования ФИО1 о компенсации морального вреда, причинённого уголовным преследованием, оставить без рассмотрения.

Данным постановлением судом установлено, что до избрания меры пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 был трудоустроен в <данные изъяты> Также установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ никаких мер процессуального принуждения в отношении ФИО1 не применялось (л.д.116-119 том 1).

Апелляционным постановлением Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ постановление Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, представителя Министерства Финансов РФ ФИО4 без удовлетворения (л.д.62-64 том 1).

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу о наличии основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 данного Кодекса.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011г. № 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинён вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учётом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учётом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причинённый в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, может проявляться, например, в его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, ином дискомфортном состоянии. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности) (пункт 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Согласно пункту 37 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред, причинённый гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

Моральный вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (пункт 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учётом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

При определении размера компенсации суд учитывает, что истцу ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления, он являлся подозреваемым, обвиняемым и подсудимым по уголовному делу, в его отношении применялись такие меры пресечения, как подписка о невыезде и надлежащем поведении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> так и заключение под стражу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> С момента возбуждения уголовного дела до даты постановления оправдательного приговора в отношении ФИО1 истекло <данные изъяты> ФИО1 незаконно содержался под стражей.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно ст.57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Копии документов, представленных в суд лицом, участвующим в деле, направляются или вручаются им другим лицам, участвующим в деле, если у них эти документы отсутствуют, в том числе в случае подачи в суд искового заявления и приложенных к нему документов в электронном виде. Суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

При разрешении исковых требований суд исходит из того, что решения о возбуждении уголовных дел, впоследствии соединённых в одно производство в отношении ФИО1 № по ч.2 ст.167 УК РФ, № по ч.2 ст.318 УК РФ, № по ст.317 УК РФ) в установленном законом порядке не отменялись, незаконными не признавались и послужили основанием для дальнейшего уголовного преследования ФИО1 В связи с привлечением к уголовной ответственности и избранием меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также избранием меры пресечения в виде заключения под стражу истец переживал постоянный стресс и испытывал психологический дискомфорт. Вместе с тем, заявляя о том, что в период действия меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении истцу была ограничена свобода передвижения и нанесён ущерб его деловой репутации, оказано негативное влияние на отношение к нему окружающих, вследствие чего он не мог устроиться на работу, истцом не представлено соответствующих документов о попытках последнего трудоустроиться в период его уголовного преследования. Напротив, из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО11 следует, что в период уголовного преследования ФИО1 он предлагал последнему помощь в трудоустройстве, однако, ФИО1 его помощью не воспользовался, так как переживал за то, что того могут «закрыть». Материалы дела не содержат доказательств, и таковых стороной истца суду не предоставлено, того, что в период действия в отношении ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, он был ограничен в свободе передвижения, ведении прежнего образа жизни, осуществлении трудовой деятельности. Доказательств обращения истца к следователю с ходатайством о разрешении покинуть постоянное или временное место жительства, в удовлетворении которого отказано, в материалы дела также не представлено. Из изложенного следует вывод, что истец в период действия в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не был лишен возможности передвижения, ведения прежнего образа жизни, осуществления трудовой деятельности, полноценного общения с близкими членами своей семьи, друзьями и родственниками.

Также при разрешении исковых требований суд учитывает тяжесть предъявленного органом предварительного следствия ФИО1 обвинения, характер избранной в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, длительность применения такой принудительной меры как заключение под стражу в отношении истца.

В целях определения размера компенсации морального вреда и оценки доводов истца о бесчеловечных, унижающих честь и достоинство условиях его содержания под стражей, вследствие чего у него, в том числе <данные изъяты>, судом был направлен запрос в ФКУ СИЗО-2 г.Новокузнецка ГУФСИН России по Кемеровской области – Кузбассу. Из полученного ответа на запрос суда из ФКУ СИЗО-2 г.Новокузнецка следует, что ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-2 ДД.ММ.ГГГГ из ИВС г.Новокузнецка. ДД.ММ.ГГГГ при поступлении в учреждение осмотрен дежурным медицинским работником, жалоб на момент осмотра не предъявлял. Сотрудниками службы конвоирования была представлена копия медицинской врачебной справки из ГАУЗ КО «НГКБ №» от ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>

Изложенное выше позволяет суду установить, что в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-2 г.Новокузнецка истец за медицинской помощью обращался только по поступлении в следственный изолятор, сведений об иных попытках обращения за медицинской помощью, в том числе и <данные изъяты>, суду не представлено. Доказательств того, что в период нахождения под стражей у истца ухудшилось состояние здоровья, суду не представлено, соответствующие медицинские справки, заключения экспертиз об ухудшении состояния здоровья вследствие условий содержания под стражей, суду не представлены. Доводы истца о том, что он был лишен возможности общаться с родственниками в период его нахождения в СИЗО-2 г.Новокузнецка, судом отвергаются по мотиву того, что истец не обращался в администрацию СИЗО-2 с заявлениями о предоставлении ему телефонных звонков и свиданий с родственниками, что следует из указанных выше письменных доказательств.

Принимая во внимание установленные судом фактические обстоятельства, с возникновением которых истец связывает своё право на возмещение ему компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не представлены суду конкретные физические и нравственные страдания, которые он претерпевал в период ограничения ему свободы и содержания под стражей, обосновывающие заявленный им размер компенсации морального вреда. Кроме того, приводя в исковом заявлении расчёт размера компенсации морального вреда, согласно которому за один день содержания под стражей следует взыскать <данные изъяты> руб., а за один день нахождения под подпиской о невыезде и надлежащем поведении следует взыскать <данные изъяты> руб., истцом не представлено доказательств того, на основании каких именно нормативных документов и методик им произведён подобный расчёт компенсации морального вреда. Представленный истцом расчёт размера компенсации морального вреда не позволяет суду установить действительный размер причинённого истцу морального вреда, поскольку понятие морального вреда по своей сути является оценочной категорией и подлежит оценке с учётом установленных фактических обстоятельств по делу, тяжести причинённого морального вреда, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, анализируя вышеизложенные фактические обстоятельства, принимая во внимание установленные факты незаконного привлечения истца к уголовной ответственности по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, незаконного применения к нему в качестве мер пресечения заключения под стражу и подписки о невыезде, и как следствие незаконного, длительного ограничения конституционного права в виде свободного передвижения, изменения привычного образа его жизни, наличия дискомфорта, эмоциональных страданий и переживаний, а также факты нарушения других нематериальных благ, таких как честь, достоинство, доброе имя, с учётом того, что вследствие нахождения под стражей истец был лишен возможности оказывать помощь своей семье, сохранить семейные отношения с <данные изъяты>, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд считает возможным определить к взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 рублей, что, с учётом установленных по делу обстоятельств, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению нарушенных в результате незаконного уголовного преследования прав истца. Разрешая исковые требования подобным образом, суд исходит из того, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы реабилитированному лицу максимально возмещался причинённый моральный вред и чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, не допускала неосновательного обогащения потерпевшего. В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере суд считает необходимым отказать.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесённые сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

При разрешении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации по возмездному договору за оказание юридической помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующему.

Согласно имеющегося в материалах настоящего гражданского дела оригинала расписки от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 оплачены услуги за юридическую помощь, оказанную ФИО2 согласно возмездным договорам №, № в сумме 1 150 000 руб. в полном объёме (л.д.190 том 2).

По возмездному договору за оказание юридической помощи № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (далее - доверитель) и юристом ФИО2 (далее - поверенный) был заключен возмездный договор по оказанию юридической помощи, в соответствии с которым истец должен оплатить ФИО2 800 000 (восемьсот тысяч) рублей после завершения судебного процесса и окончания судебного следствия (л.д.188 том 2).

В соответствии с п.1 данного договора, поверенный принимает на себя обязательства по предоставлению доверителю в качестве защитника по уголовному делу адвоката Карпачёва Леонида Петровича и совместному участию с Карпачёвым Л.П. в уголовном процессе по защите доверителя в качестве помощника адвоката.

В соответствии с главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации порядок реабилитации, возмещения убытков и судебных расходов реабилитированному регламентируется действующими нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение, в том числе, сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» в соответствии с положениями статей 135 и 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке.

На основании пункта 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если заявление подлежит рассмотрению в порядке конституционного или уголовного судопроизводства, производства по делам об административных правонарушениях либо не подлежит рассмотрению в судах; заявление предъявлено в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица государственным органом, органом местного самоуправления, организацией или гражданином, которым настоящим Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такое право; в заявлении, поданном от своего имени, оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы или законные интересы заявителя.

Согласно статье 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если имеются основания, предусмотренные пунктом 1 части первой статьи 134 настоящего Кодекса.

Поскольку вопросы, связанные с требованиями о взыскании расходов, которые понесены реабилитированным лицом непосредственно в ходе уголовного преследования, так и расходы, понесенные им в целях устранения последствий незаконного или необоснованного уголовного преследования, включая затраты на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов реабилитации, подлежат рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства, производство по требованиям истца о взыскании судебных расходов по возмездному договору за оказание юридических услуг в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, подлежит прекращению.

Таким образом, суд полагает необходимым производство в части требований ФИО1 о взыскании сумм, выплаченных по возмездному договору № от ДД.ММ.ГГГГ за оказание юридических услуг в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, прекратить.

Также, согласно возмездному договору за оказание юридической помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО1 (доверитель) и ФИО2 (поверенный), поверенный принял на себя обязательства представительства доверителя по делу по иску реабилитированного о взыскании компенсации материального и морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности, содержание под стражей, долгий судебный процесс. Доверитель обязуется выплатить поверенному вознаграждение за ведение дела в размере 350 000 рублей после постановления решения в пользу доверителя (л.д.189 том 2).

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, связь между понесёнными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием, необходимость данных расходов. Недоказанность указанных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 декабря 2004 г. № 454-О, следует, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

При разрешении исковых требований ФИО1 по возмещению ему издержек на оплату услуг представителя по настоящему гражданскому делу суд учитывает объём оказанных ФИО2 истцу юридических услуг и их качество, в том числе участие представителя истца в четырёх судебных заседаниях (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), также суд учитывает то, что судебные заседания неоднократно откладывались по ходатайству истца и его представителя для вызова свидетелей, для предоставления расчётов, при этом явка свидетелей к следующему судебному заседанию стороной истца не была обеспечена, также суд учитывает и то, что акт приёма оказанных услуг с подробным описанием количества и вида составленных процессуальных документов, указанием количества судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца, с указанием затраченного времени на их выполнение, в материалы дела истцом не представлен.

С учётом изложенного, а также требований разумности и справедливости, суд определяет размер подлежащих взысканию расходов за услуги представителя в размере 20 000 руб., отказав в удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании расходов за услуги представителя в гражданском деле за их необоснованностью и чрезмерным размером.

С учётом изложенного, исковые требования истца ФИО1 суд находит подлежащими частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 (один миллион двести тысяч) рублей, отказав во взыскании компенсации морального вреда в большем размере.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, <данные изъяты> судебные расходы за участие представителя в гражданском деле в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей, отказав во взыскании судебных расходов в большем размере.

Производство по исковым требованиям ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании расходов по возмездному договору за оказание юридических услуг в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, прекратить.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Осинниковский городской суд Кемеровской области.

Мотивированное решение изготовлено 11 июня 2025 года.

Судья С.А. Бычков