Дело № 2-1815/2022 27 июня 2022 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Мазневой Т.А.

при секретаре Войницком А.Д.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску САО «РЕСО-Гарантия» к ФИО1 о возмещении ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец первоначально обратился во Всеволожский городской суд Ленинградской области с настоящим иском, в обоснование заявленных требо-ваний указав, что 25.05.2020 года в результате дорожно-транспортного происшествия было повреждено застрахованное САО "РЕСО-Гарантия" по полису № транспортное средство MERCEDES GLC, VIN №. Согласно справке ГИБДД виновником этого дорожно-транспортного происшествия признан ФИО1, управлявший транспортным средством FORD MONDEO, регистрационный номер №. Указанное ДТП было признано САО «РЕСО-Гарантия» страховым случаем, с наступлением которого возникла обязанность страховщика произвести выплату страхового возмещения. Размер возмещенного САО «РЕСО-Гарантия» ущерба составил 3 408 013,84 руб. Сумма материального ущерба за вычетом переданных страховщику годных остатков транспортного средства в размере 1995000,00 рублей составляет 1 413 013,84 рублей. Истец указал, что в рамках заявленного спора им иск предъявлен не к страховщику по ОСАГО, а как потерпевшим к непосредственному причинителю вреда.

Поскольку сумма причиненного ущерба (1413013,84 руб.) превышает установленный Законом об ОСАГО лимит ответственности страховщика в части причинения вреда имуществу одного потерпевшего (400 000,00 руб.), разница между фактическим ущербом и страховым возмещением на основании ст.1072 ГК РФ должна быть выплачена лицом, причинившим вред, т.е. ответчиком.

Ссылаясь на указанные обстоятельства истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу сумму ущерба в размере 951125,54 руб., сумму уплаченной госпошлины в размере 12712,00 руб.

Определением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 13.12.2021 года дело по иску САО «РЕСО-Гарантия» передано по подсудности в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга по месту ДТП.

Истец в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, в иске заявил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Ответчик в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом.

Представитель ответчика адвокат в порядке ст. 50 ГПК РФ ФИО2, действующая на основании ордера, в судебное заседание явилась, в иске просила отказать.

Суд, определив рассматривать дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке, предусмотренном ст. 167 ГПК РФ, выслушав адвоката, исследовав добытые по делу доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

Пунктом 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, за-страховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 указано, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31.05.2005 N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответ-ствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 N 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действи-тельный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соот-ветствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном пп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негатив-ных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Рос-сийской Федерации от 11 июля 2019 г. N 1838-О по запросу Норильского го-родского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16.1 ст. 12 Федерального закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пунктами 15, 15.1 и 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (п. п. 3 и 4 ст. 1, п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Изложенное соответствует разъяснениям, данным в п. 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 г.).

Из материалов дела следует, что25.05.2020 года около 00 часов 05 минут произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля MERCEDES GLC, VIN №, государственный номерной знак № под управлением водителя и автомобиля FORD MONDEO, регистрационный номер № под управлением ФИО1, что следует их копии приговора Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 06.07.2021 года по уголовному делу №1-140/2021, которым ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ.

На момент вышеуказанного ДТП автомобиль MERCEDES GLC, VIN № был застрахован у истца по полису №.

Истец указал, что признал случай страховым и произвел выплату страхового возмещения на сумму 3408013,84 рубля, что подтверждается представленными в дело копиями платежных поручений.

Также истец указал, что сумма материального ущерба за вычетом переданных страховщику годных остатков транспортного средства в размере 1995000,00 рублей составляет 1 413 013,84 рублей.

Разницу между определённым размером ущерба и возмещения, полагающего по полису ОСАГО со страховой компании причинителя вреда истец просит взыскать в свою пользу, а всего сумму 1013013,84 рубля.

На основании п. 1 ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного стра-хования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

При этом пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Из приведенных норм права следует, что право требования в порядке суброгации переходит к страховщику от страхователя и является производным от того, которое потерпевший приобретает вследствие причинения ему вреда. Поэтому перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между потерпевшим и лицом, ответственным за убытки.

Разрешая заявленные исковые требования, суд, руководствуясь положениями ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что разницу между фактическим ущербом, определенном без учета износа заменяемых узлов и деталей, и страховым возмещением должен возместить виновник дорожно-транспортного происшествия ФИО1

При таком положении, при не оспоренном ответчиком размере ущерба, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО1 в пользу истца в счет возмещения ущерба разницу между определенным размером ущерба и страховым возмещением по ОСАГО, с учетом заявленных истцом требований, а именно в сумме 1013013,84 рублей.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО1 в пользу истца подлежит взысканию госпошлина, оплаченная при подаче иска в суд.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО1 в пользу САО «РЕСО-Гарантия» в счет возмещения ущерба 1013013,84 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 13266 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в те-чение месяца со дня его изготовления путем подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 15.07.2022 года