Судья Ляднова Э.В. УИД 57RS0026-01-2023-000016-76

Дело № 33-2582/2023, №2-446/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 сентября 2023 г. город Орёл

Судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда в составе:

председательствующего Корневой М.А.

судей Хомяковой М.Е., Золотухина А.П.,

при секретаре Юдиной Е.А.

в открытом судебном заседании рассмотрела гражданское дело по иску ФИО1 к ГУП Орловской области «Дорожная служба» о возмещении ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Орловского районного суда Орловской области от <дата>, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 о возмещении ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия отказано.

Заслушав доклад судьи Хомяковой М.Е., выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГУП Орловской области «Дорожная служба» о возмещении ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование исковых требований указывал, что <дата> в 09 часов 20 минут на 26 км + 670 м автодороги Нарышкино-Сосково произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля МАЗДА-3, государственный регистрационный номер №.

Врио начальника ОГИБДД МО МВД РФ «Сосковский» было вынесено определение, которым в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 было отказано на основании ст. 24.5 КоАП РФ.

С целью определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля ФИО1 обратился в ИП ФИО5, согласно заключению которого, стоимость восстановительного ремонта автомобиля МАЗДА-3, государственный регистрационный номер № составила <...>. Стоимость услуг по оценке составила <...>.

Считает, что имеются основания полагать, что дорожно-транспортное происшествие произошло по причине ненадлежащего содержания и обслуживания дороги ответчиком.

По изложенным основаниям просил взыскать с ГУП Орловской области «Дорожная служба» в пользу ФИО1 сумму материального ущерба в размере <...>, расходы по проведению оценки в размере <...>, расходы по оплате госпошлины в размере <...>.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО8 уточнил заявленные исковые требования, пояснив, что отсутствие должной информации о состоянии проезжей части и дорожных знаков, предупреждающих об опасности, в виду отсутствия предусмотренной «ГОСТ Р 52290-2004. Национальный стандарт Российской Федерации. Технические средства организации дорожного движения. Знаки дорожные. Общие технические требования» привело к возникновению опасности для движения и, впоследствии, к дорожно-транспортному происшествию, в котором степень вины ФИО1 и ГУП Орловской области «Дорожная служба» составляет 50 % х 50%.

С учетом уточнения иска просил взыскать с ответчика ГУП Орловской области «Дорожная служба» в пользу ФИО1 причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия ущерб в размере половины стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере <...>, взыскать с ответчика 50 % уплаченной истцом госпошлины в размере <...>, а также расходы по проведению оценки в размере <...>.

Представитель ответчика ГУП Орловской области «Дорожная служба» по доверенности ФИО6 возражала против удовлетворения иска, полагая, что отсутствует совокупность юридически фактов, необходимых для взыскания убытков по заявленным требованиям. Кроме того, настаивала на том, что именно несоблюдение водителем автомобиля МАЗДА-3, регистрационный знак №, Правил дорожного движения РФ, состоит в причинно-следственной связи с фактом произошедшей аварии, в связи с чем, иск удовлетворению не подлежит в полном объеме.

Рассмотрев возникший спор, суд постановил обжалуемое решение.

ФИО1 не согласился с решением суда, в своей апелляционной жалобе просит его отменить как незаконное и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.

Считает, несмотря на то, что экспертом были установлены несоответствия действий водителя требованиям Правил дорожного движения РФ, очевидно, что вина в дорожно-транспортном происшествии не презюмируется, как вина одной стороны, а бывает и обоюдной, о чем указывал Первый кассационный суд общей юрисдикции в судебных актах.

Ссылается на то, что допрошенный в судебной заседании суда первой инстанции эксперт пояснил, что в его компетенцию не входит разрешение вопроса о влиянии на развитие дорожной ситуации, приведшей к дорожно-транспортному происшествию наличие или отсутствие знаков 1.11.1, 1.11.2 «Опасный поворот», и для ответа на этот вопрос необходимо проведение экспертизы иного вида.

Приводит доводы о том, что суд первой инстанции не устранил возникшие сомнения в правильности, полноте и обоснованности экспертного заключения и не назначил повторную экспертизу.

Полагает, что в нарушение требований процессуального закона, суд не привлёк к участию в деле КУ ОО «Госзаказчик», который, по пояснениям ответчика и занимался установкой дорожных знаков 1.11.1, 1.11.2 «Опасный поворот» в районе 26км+670м автодороги Нарышкино-Сосково.

Обращает внимание на то, что в настоящее время предупреждающий дорожный знак на спорном участке дороги установлен, следовательно, таковая необходимость, в соответствии с требованиями законодательства о безопасности дорожного движения, имела место и ранее. Данному обстоятельству судом оценка не дана.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия считает, что оснований для отмены решения суда не имеется, поскольку судом первой инстанции при разрешении спора правильно применены нормы материального и процессуального права, определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда в решении мотивированы.

Положения ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных законоположений следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Таким образом, ответственность за причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия вред возлагается только при наличии всех перечисленных выше условий.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил.

В п. 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации разъяснено, что опасность для движения - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Пунктом 1.5 (абз.1) Правил установлено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы е создавать опасности для движения и не причинять вред.

Пунктом 9.9 Правил дорожного движения РФ запрещается движение транспортных средств по разделительным полосам, обочинам.

Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (ст. 10.1 Правил дорожного движения РФ).

Материалами дела подтверждается и установлено судом, что <дата> в 09 часов 20 минут на 26 км + 670 м автодороги Нарышкино-Сосково произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля МАЗДА-3, государственный регистрационный номер №, водителем которого являлся ФИО1, в результате чего транспортное средство получило механические повреждения.

Определением Врио начальника ОГИБДД МО МВД России «Сосковское» от <дата> в возбуждении дела об административном правонарушение в отношении ФИО1 отказано в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Как следует из данного определения, водитель ФИО1 не выбрал безопасной скорости движения, не справился с управлением и допустил съезд в правый по ходе движения кювет, в результате транспортное средство получило механические повреждения.

Согласно досудебной оценки стоимость восстановительного ремонта автомобиля МАЗДА-3, государственный регистрационный номер № составляет <...>

Установлено, что ФИО1 не согласился с определением должностного ОГИБДД МО МВД России «Сосковский», которое обжаловал в суд по тем основаниям, что в определении высказано суждение о нарушении ФИО1 требований п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, тогда как при прекращении производства по делу об административном правонарушении это не допускается.

Решением судьи Урицкого районного суда Орловской области от <дата> из мотивировочной части определения от <дата> был исключен вывод о том, что ФИО1 не выбрал безопасной скорости, не справился с управлением и допустил съезд в кювет.

В целях проверки доводов сторон, установления возможных причин дорожно-транспортного происшествия, судом первой инстанции была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ФБУ Орловская лаборатория судебной экспертизы Минюста РФ.

Согласно заключению судебной экспертизы, которое поддержал в судебном заседании эксперт ФИО7, в дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля МАЗДА-3, государственный регистрационный знак №, с технической точки зрения, усматриваются несоответствия требованиям пунктов 1.5 (абз.1), 9.9, 10.1 (абз.1) Правил дорожного движения РФ, состоящих в причинной связи с фактом ДТП.

С технической точки зрения это значит, что водителю автомобиля МАЗДА-3 необходимо было выбрать такую скорость и применять такие приемы управления, которые позволяли бы ему сохранять контроль за траекторий движения своего транспортного средства, в частности позволяли бы двигаться по своей (правой стороне проезжей части), не допуская выезда на правую обочину, движение по которым запрещено, и далее за ее пределы, тем самым не создавать опасность и не причинять вреда.

Дальность общей видимости это расстояние от передней части транспортного средства, на котором с места водителя четко различаются элементы дороги на пути движения, ориентирование по которым позволяет вести транспортное средство по соответствующей полосе.

Поворот автодороги с экспертной точки зрения не является препятствием, которое водитель не может заблаговременно обнаружить, тем более в светлое время суток.

Следуя со скоростью, выбранной по условиям видимости дороги, водитель может быть подготовлен к изменениям дорожных условий (поворотам, уклонам и т.д.).

Движение с максимально разрешенной скоростью вне населенного пункта -90 км/ч, регламентированной требованиями п. 10.3 ПДД РФ, само по себе не может способствовать возникновению заноса транспортного средства при прохождении поворота дороги радиусом 200 м, как на сухом, так и на мокром асфальте. Следовательно, в отсутствие иных факторов, способствующих заносу, сам факт заноса автомобиля на таком участке автодороги, может свидетельствовать о превышении водителем предельно-допустимого значения скорости движения и (или) неправильными приемами управления (резкое воздействие на рулевое колесо и угол поворота рулевого колеса не соответствует радиусу поворота и т.д.). На мокром асфальтовом покрытии при прохождении поворота водитель должен двигаться со скоростью мене максимально разрешенной вне населенного пункта.

Экспертом сделан вывод о том, что в рассматриваемой дорожной обстановке сам факт съезда автомобиля МАЗДА-3 в кювет при прохождении поворота дороги, свидетельствует о том, что в действиях водителя с технической точки зрения усматриваются несоответствия требованиям п. 1.5, 9.9, 10.1 (абз.1 ) ПДД РФ как для ситуации, что съезд в кювет произошел вследствие заноса автомобиля, так и для ситуации, что съезд автомобиля в кювет произошел при движении в режиме свободного качения колеса без потери управляемости.

В данной дорожной обстановке водитель автомобиля МАЗДА-3, государственный регистрационный знак №, осуществляя движение со скоростью, отвечающей требованиям видимости в направлении движения, либо условиям возникновения заноса/потере управляемости, и (или) применяя такие приемы управления (плавные воздействия на рулевое колесо с его поворотом на угол, соответствующий радиусу поворота дороги и такой же плавной корректировкой угла при прохождении поворота), которые позволили бы ему сохранить контроль над траекторией движения своего транспортного средства - позволили бы двигаться по своей (правой) стороне проезжей части, не допуская выезда на обочину и далее в кювет, то есть путем полного и своевременного выполнения требований пунктов 1.5 (абз.1), 9.9, 10.1 (абз.1) Правил дорожного движения РФ, водитель автомобиля МАЗДА-3, государственный регистрационный знак № имел возможность исключить возникшую опасную ситуацию (съезд в кювет).

Дорожный знак 1.11.1 и 1.11.2 «Опасный поворот» предупреждает о закруглении малого радиуса или ограниченной видимостью, при этом, не несет в себе информации о фактическом величине радиуса поворота либо конкретной видимости, а также протяженности данного поворота. Водитель при движении на повороте выбирает скорость своего движения и приемы управления исходя из фактических дорожных условий, определяемых им при движении, состояния транспортного средства и груза.

Каких-либо иных факторов, непосредственно способствующих как возможному заносу автомобиля МАЗДА-3, так и потере им управляемости (въезд в выбоину, область наноса (наслоений) вещества на проезжей части с низким коэффициентом сцепления или иной дефект покрытия проезжей части автодороги, неисправное техническое состояние ТС и т.д.), в представленных материалах дела не имеется.

Суд обоснованно принял в качестве доказательства указанное заключение, поскольку выводы, содержащиеся в нем, экспертом аргументированы и не противоречивы относительно юридически значимых обстоятельств, с применением норм права и действующих методик в данной области деятельности, эксперт обладает достаточной квалификацией в исследуемой области знаний, предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Истцом не представлено аргументированных доводов, которые могли бы вызвать сомнение в объективности экспертного заключения.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, оценив представленные по делу доказательства в совокупности и установив отсутствие вины и причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями в виде причинения повреждения автомобиля ФИО1, придя к выводу о том, что причиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия являются действия водителя МАЗДА-3, которые напрямую связаны с созданием опасной дорожной ситуации, в результате которой произошло дорожно-транспортное происшествие и причинен ущерб транспортному средству истца, оставил иск без удовлетворения.

Судебная коллегия не находит оснований усомниться в правильности сделанных судом выводов, которые соответствуют фактическим обстоятельствам по делу и нормам права, регулирующим спорные правоотношения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о наличии противоречий в экспертном заключении, судебная коллегия находит заключение судебной экспертизы, в совокупности с иными имеющимися по делу доказательствами, мотивированным, основанным на научном методе оценки, логичным, последовательным, соответствующим требованиям действующего законодательства, составленным экспертом, имеющим высшее профессиональное образование, необходимую квалификацию, стаж экспертной работы 10 лет, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В ходе исследования экспертом использовались общепринятые методики, выводы эксперта основаны на всесторонней оценке обстоятельств, материалов дела. Экспертное заключения в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в его распоряжение материалов, указывает на применение методов исследований.

Оснований для сомнений в правильности и объективности проведенной по делу судебной экспертизы судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы о несогласии с заключением судебной экспертизы, не свидетельствуют об ошибочности выводов суда.

При этом истец в суде первой инстанции не заявлял ходатайство о проведении повторной или дополнительной экспертизы. Не было заявлено таких ходатайств и в суде апелляционной инстанции.

Доводы жалобы о том, что причиненный истцу ущерб явился следствием неисполнения ответчиком своих обязанностей по надлежащему содержанию автомобильной дороги, судебная коллегия считает несостоятельными.

В суде апелляционной инстанции эксперт ФИО7 полностью поддержал свое заключение, также пояснив, что в действиях водителя автомобиля МАЗДА-3 усматриваются несоответствия требованиям пунктов 1.5 (абз.1), 9.9, 10.1 (абз.1) Правил дорожного движения РФ, состоящих в причинной связи с фактом ДТП. Наличие либо отсутствие знака 1.11.1 и 1.11.2 «Опасный поворот» на выводы экспертизы не повлияло бы.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, не было привлечено КУ ОО «Госзаказчик» не являются основанием для отмены решения суда, поскольку не повлияли на правильность разрешения дела по существу. Кроме того, данное обстоятельство прав истца не нарушает.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат ссылок на какие-либо новые обстоятельства, неисследованные судом, по сути, направлены на переоценку выводов суда, для которой оснований не имеется.

Разрешая спорные правоотношения, суд правильно установил обстоятельства, имеющие существенное значение для дела. Выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании доводов сторон и представленных доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах обжалуемое решение принято с правильным применением и толкованием норм материального и процессуального права. Оснований для отмены или изменения судебного постановления по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орловского районного суда Орловской области от <дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен <дата>

Председательствующий

Судьи