Решение по делу № 2-341/2023 от 21.09.2023 - о взыскании невыплаченной заработной платы за вынужденный простой, невыплаченных сумм премиального вознаграждения, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда.

Дело № 2-341/2023 (66RS0048-01-2022-002347-18)

Мотивированное решение изготовлено 21.09.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ревда Свердловской области 14 сентября 2023 года

Ревдинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего Захаренкова А.А.

при ведении протоколирования секретарем Лушагиной Н.Ю.,

с участием истца ФИО6, его представителя ФИО7, действующей на основании доверенности, представителя ответчика акционерного общества «Среднеуральский медеплавильный завод» ФИО8, действующей на основании доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к акционерному обществу «Среднеуральский медеплавильный завод» о взыскании невыплаченной заработной платы за вынужденный простой, невыплаченных сумм премиального вознаграждения, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском о взыскании невыплаченной заработной платы за вынужденный простой, невыплаченных сумм премиального вознаграждения, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда к акционерному обществу «Среднеуральский медеплавильный завод» (далее – АО «СУМЗ»).

В ходе рассмотрения гражданского дела исковые требования ФИО6 неоднократно уточнялись и изменялись.

В окончательном варианте требований истец просил взыскать свою пользу с АО «СУМЗ» невыплаченную заработную плату за вынужденный простой по вине работодателя в общей сумме 244 050,04 рублей за период с 30.10.2021 по 08.07.2022 (в части взыскания за день 30.06.2022 в сумме 3 112,16 рублей - прохождение медосмотра оставить без исполнения); невыплаченные премии: за апрель 2021 года и декабрь 2021 года (код премии 022) в общей сумме 8 405,16 рублей, за результаты производственно-хозяйственной деятельности за 2021 год в размере 16 825 рублей, за июль 2022 года (код премии 217) в общей сумме 19 000 рублей; проценты (денежную компенсацию) за задержку выплаты заработной платы и премий (вознаграждений) в общей сумме 40 822,14 рублей с 14.05.2021 по 17.08.2023 (день судебного разбирательства) с последующим начислением по день фактической уплаты задолженности; компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей (т. 2 л.д. 180-184).

В обоснование исковых требований указано, что ФИО6 занимает должность слесаря-ремонтника 5 разряда обогатительной фабрики АО «СУМЗ». В нарушение трудовых прав ФИО6 АО «СУМЗ» отстранило работника с 30.10.2021 по 25.11.2021 на основании приказа № 1294 от 29.10.2021 о выводе на самоизоляцию сотрудников старше 60 лет с 30.10.2021 (произведена оплата в размере 2/3 тарифной ставки); с 28.12.2021 по 08.07.2022 на основании приказа № 1632 от 16.12.2021 о прохождении обязательной вакцинации и отстранении от работы с 28.12.2021 при отказе от вакцинации работников старше 60 лет (оплата не производилась, за исключением отпуска в период с 03.03.2022 по 31.03.2022). В период с 30.10.2021 по 25.11.2021 ФИО6 не подлежал обязательной вакцинации по эпидемическим показаниям. Отстраняя ФИО6 от исполнения трудовых обязанностей 30.10.2021, АО «СУМЗ» не могло отстранить истца от работы в связи с отказом от вакцинации ранее 15.12.2021, то есть не ранее даты, установленной главным Государственным санитарным врачом по Свердловской области для проведения профилактической прививки вторым компонентом вакцины. Таким образом, в период с 30.10.2021 по 25.11.2021 ФИО6 был отстранен от работы по инициативе работодателя незаконно, в связи с чем, ему в указанный период полагается полная заработная плата, а не 2/3 тарифной ставки. С 30.10.2021 по 07.11.2021 действовал Указ Президента Российской Федерации от 20.10.2021 № 595 «Об установлении на территории Российской Федерации нерабочих дней в октябре - ноябре 2021 г.» - с сохранением за работниками заработной платы, однако в указанный период АО «СУМЗ» выплатило ФИО6 2/3 тарифной ставки вместо полного заработка.

Относительно периода с 28.12.2021 по 08.07.2022 истец указывает, что работа на обогатительной фабрике слесарем-ремонтником 5 разряда не относится к перечню работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 15.07.1999 № 825. ФИО6 в рассматриваемый период не являлся носителем возбудителей инфекционных заболеваний и не мог быть источником их распространения. Поскольку АО «СУМЗ» не является организацией, чья деятельность попадает в перечень п. 1 Постановления Управления Роспотребнадзора по Свердловской области от 14.10.2021 № 05-24/2 «О проведении профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) отдельным категориям (группам) граждан в Свердловской области в 2021 г. по эпидемическим показаниям», то период с 28.12.2021 по 08.07.2022, в течение которого ФИО6 не выполнял свои трудовую функцию, считается временем простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, с оплатой этого времени простоя в соответствии с частью 2 статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации. Также истец приводит доводы о том, что согласно Указу Губернатора Свердловской области от 10.03.2022 самоизоляция на дому для лиц, достигших возраста 60 лет, носила лишь рекомендательный характер, а постановлением Государственного врача Российской Федерации от 20.06.2022 № 18 были сняты все действующие ограничения. Истец указывает на отсутствие необходимости прохождения вакцинации от COVID-19, выражает свое несогласие «в испытаниях вакцины», «медицинских опытах».

Помимо этого, 30.06.2022 ФИО6 проходил медицинскую комиссию, по заключению которой он признан годным к работе, однако данный день также не был оплачен АО «СУМЗ».

Кроме того, ФИО6 полагает, что работодатель необоснованно не выплатил в необходимом объеме истцу премии: за апрель 2021 года и декабрь 2021 года (ежемесячное допремирование, код премии - 022), за результаты производственно-хозяйственной деятельности по итогам 2021 года, за июль 2022 года (за 6 месяцев 2022 года, код премии - 217), указывая, что выплата премии в объемах, указанных истцом в расчетах к иску, и в равных размерах с другими работниками, является обязанностью ответчика.

В судебном заседании истец ФИО6 и его представитель ФИО7 заявленные требования в их окончательном варианте поддержали, просили удовлетворить иск по основаниям, которые в нем изложены.

Представитель ответчика АО «СУМЗ» ФИО8 в судебном заседании просила суд в иске ФИО6 отказать по доводам письменных возражений (т. 1 л.д. 135-138, т. 2 л.д. 96, 144-148, 227), согласно которым на основании п. 10 Указа Губернатора Свердловской области № 100-УГ от 18.03.2020 (в редакции Указа Губернатора Свердловской области № 616-УГ от 27.10.2021) жители Свердловской области в возрасте 60 лет и старше обязаны обеспечить самоизоляцию на дому, за исключением: отдельных работников (пп. 1): имеющих QR-код (пп. 2); имеющих прививки от коронавирусной инфекции (пп. 3); другие случаи (пп. 4). На просьбу работодателя о предоставлении документов о медицинском отводе или других медицинских документов, или QR-кода ФИО6 ответил отказом. В связи с чем, ответчиком был издан приказ по предприятию № 1294 от 29.10.2022 о выводе на самоизоляцию с 30.10.2021 работников старше 60 лет, в том числе, ФИО6 Истец был отстранен от работы с 30.10.2021 по 25.11.2021. В этот период работнику начислялась оплата в размере 2/3 тарифа с учетом количества часов, установленных в графике работы. Приказом № 1419 от 23.11.2021 действие приказа № 1294 от 29.10.2022 отменено. В целях реализации указания Главного государственного санитарного врача по Свердловской области о проведении профилактических прививок по эпидемиологическим показаниям ответчиком был издан приказ № 1532 от 16.12.2021 «Об отстранении от работы с 28.12.2021 работников в возрасте 60 лет и старше, которые не вакцинированы и не предоставили подтверждающие документы, освобождающие от обязательной вакцинации в соответствии с Постановлением от 14.10.2021 № 05-24-/2. На предприятии созданы условия для прохождения вакцинации против коронавирусной инфекции. Также истцу было предложено пройти вакцинацию 22.12.2021 на территории предприятия или в иной день в срок до 27.12.2021 в других пунктах вакцинации населения. ФИО6 17.12.2021 подписал отказ от вакцинации. В связи со спецификой работы ФИО6 не может выполнять трудовую деятельность дистанционно, не может быть временно переведен работодателем на дистанционную работу. На основании ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации истец с 28.12.2021 по 08.07.2022 был отстранен от работы без сохранения заработной платы. В период отстранения истца от работы с 28.12.2021 по 08.07.2022 заработная плата истцу не начислялась, в связи с чем, основания для производства выплат за период нетрудоспособности отсутствуют. 30.06.2023 истцу в связи с прохождением медосмотра 30.06.2022 была ответчиком выплачена сумма в размере среднего заработка, который составил 3112, 16 руб., а также компенсация за задержку данной выплаты в размере 558,11 руб.

Выплата премий является правом, а не обязанностью работодателя, ее выплата в обязательном порядке не предусмотрена ни трудовым договором, ни локальными актами работодателя. Заявленные истцом к взысканию денежные средства относятся к стимулирующим выплатам, не входят в состав обязательной части заработной платы. Доводы истца о том, что в апреле 2021 года он был лишен премии за отказ от вакцинации, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела: за апрель 2021 года, декабрь 2021 года, июль 2022 года ФИО6 начислена премия по показателям премирования в полном объеме. Согласно приказам № 1560 от 23.12.2021, № 829 от 14.07.2022 работникам ответчика по результатам производственно-хозяйственной деятельности было выплачено вознаграждение, минимальный размер которого локальному акту (Положению о вознаграждении П 24-41-17-2018) составляет 1000 рублей. Дополнительная премия не начислялась на основании мнения руководителя цеха (код оплаты 022). Личный вклад ФИО6 в выполнение производственной программы либо иные заслуги по сравнению с другими работниками отсутствовали. Кроме того, требования истца о взыскании сумм допремирования за апрель 2021 года удовлетворению не подлежат в связи с пропуском срока на обращение в суд с данным требованием.

Протокольным определением суда от 28.02.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена Государственная инспекция труда в Свердловской области.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Свердловской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежащим образом, в том числе с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (т. 2 л.д. 65), просил рассмотреть гражданское дело в свое отсутствие (т. 2 л.д. 66).

Информация о движении дела размещалась в публичном доступе на сайте Ревдинского городского суда Свердловской области в сети Интернет (т. 2 л.д. 238).

Учитывая, что реализация участниками гражданского судопроизводства своих прав не должна нарушать права других лиц на разрешение спора в разумные сроки, а также, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, надлежащее извещение участников судебного разбирательства, суд считает возможным рассмотреть настоящее дело по имеющимся в деле доказательствам в отсутствие не явившегося третьего лица.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации, гарантировано Конституцией Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное существование человека для него самого и его семьи.

На основании трудового договора от 01.08.2005, с учетом дополнительных соглашений к нему, истец ФИО6 состоит с ответчиком в трудовых отношениях, занимая должность слесаря-ремонтника 5 разряда отделения измельчения и флотации механослужбы обогатительной фабрики АО «СУМЗ» (т. 1 л.д. 141-147).

Согласно приказу ответчика № 1294 «Об отстранении от работы» от 29.10.2021, с 30.10.2021 выведены на самоизоляцию до особого распоряжения работники ответчика в возрасте 60 лет, в том числе истец ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с сохранением 2/3 тарифа. Согласно п. 3 приказа его действие прекращается в случае получения QR-кода либо при вакцинации первым компонентом двухкомпонентной вакцины (т. 2 л.д. 24). Исходя из материалов дела и пояснений сторон, с данным приказом истец ознакомлен 29.10.2021 (т. 2 л.д. 25).

Приказом работодателя от 23.11.2021 № 1419 приказ № 1294 «Об отстранении от работы» от 29.10.2021 отменен, с 24.11.2021 истцу разрешено выйти на работу (т. 2 л.д. 26).

16.12.2021 ответчиком на основании ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации, Указа Губернатора Свердловской области от 18.03.2020 № 100-УГ «О введении на территории Свердловской области режима повышенной готовности и принятии дополнительных мер по защите населения от новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)», Постановления Управления Роспотребнадзора по Свердловской области от 14.10.2021 № 05-24/2 (с учетом изменений, внесенных Постановлением Управления Роспотребнадзора по Свердловской области от 26.11.2021 N 05-24/4) издан приказ № 1592 «Об отстранении от работы», согласно которому заместителю директора по общим вопросам и персоналу АО «СУМЗ» предписано организовать проведение профилактических прививок от COVID-19 в отношении работников в возрасте 60 лет и старше, в том числе истца. Указано на необходимость явки данных работников 22.12.2021 в здравпункт для проведения вакцинации от COVID-19, а в случае неявки в здравпункт предприятия – пройти вакцинацию самостоятельно в срок до 27.12.2021, к 27.12.2021 представить сертификат о вакцинации от COVID-19 либо иной документ, подтверждающий прохождение такой вакцинации, при наличии противопоказаний к указанной прививке представить справку, подтверждающую наличие медицинского отвода от вакцинации. При отказе от прохождения вакцинации без уважительных причин представить письменный отказ. С 28.12.2021 отстранить от работы без сохранения заработной платы работников в возрасте 60 лет и старше, указанных в п. 1 приказа. Действие приказа прекращается в отношении данных работников в случае предоставления сертификата о вакцинации от COVID-19 либо иного документа, подтверждающего прохождение такой вакцинации; предоставления информации о перенесенном заболевании, вызванном COVID-19 сроком менее 6 месяцев; получения прививки против гриппа (срок вакцинации от COVID-19 исчисляется с учетом интервала не менее 1 месяца между прививками); наличия противопоказаний к профилактической прививке от COVID-19 (т. 2 л.д. 28). С данным приказом истец ознакомлен 17.12.2021 (т. 2 л.д. 29).

17.12.2021 истец направил в адрес работодателя заявление о том, что отказывается проходить вакцинацию от COVID-19 (т. 2 л.д. 30).

Из пояснений истца следует, что истец никогда не проходил вакцинацию от COVID-19, указывая на отсутствие такой необходимости, свое несогласие участвовать «в испытаниях вакцины», «медицинских опытах».

По обращению работника ответчика ФИО1, который также был отстранен от работы приказом работодателя № от 16.12.2021 как работник, достигший возраста 60 лет, Государственной инспекцией труда в Свердловской области проведена проверка (от 04.02.2022 № 66/7-169-22-ОБ/12-2430-И/57-257). По результатам проверки указано, что отстранение работников от работы производится в соответствии с требованиями трудового законодательства, признаков нарушения трудового законодательства не выявлено, при этом принято во внимание, что ФИО1 не вакцинирован против COVID-19 и не имеет подтверждающих документов об освобождении от прививки (т. 2 л.д. 78-80).

На аналогичные обстоятельства в отношении ФИО6 ответчик сослался в ответе от 22.06.2022 № 22-6/377 на запрос Государственной инспекцией труда в Свердловской области (т. 1 л.д. 67-68).

Поскольку истцом дан отказ от вакцинации, а документы о медицинских противопоказаниях или информации о перенесенном заболевании, вызванном COVID-19, сроком менее 6 месяцев не предоставлены работодателю, с учетом того, что по характеру трудовой функции работников (слесарь-ремонтник) организация дистанционного режима работы невозможна, ФИО6 отстранен от работы без сохранения заработной платы.

08.07.2022 работодателем издан приказ № 818, согласно которому с 09.07.2022 работники, отстраненные от работы приказом от 16.12.2021 № 1532, вновь допущены к работе в связи изданием постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации № 18 о приостановлении ряда мер ограничительного характера, а также в связи со снижением уровня заболеваемости коронавирусной инфекцией (т. 2 л.д. 31).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении организации-ответчика, основным видом деятельности предприятия является производство меди, одними из дополнительных видов деятельности производство электроэнергии тепловыми электростанциями, в том числе деятельность по обеспечению работоспособности электростанций; передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям; распределение электроэнергии; производство пара и горячей воды (тепловой энергии); производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными; передача пара и горячей воды (тепловой энергии); распределение пара и горячей воды (тепловой энергии); обеспечение работоспособности котельных и тепловых сетей (т. 2 л.д. 117-127). На данные виды деятельности указано и в уставе АО «СУМЗ» (т.2 л.д. 128-134).

В ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации установлен перечень оснований, в соответствии с которым работодатель обязан отстранить работника от работы, при этом с учетом абз. 8 ч. 1 ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации, приведенный перечень исчерпывающим не является, отстранение работника от работы возможно в других случаях, предусмотренных указанным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено указанным Кодексом, другими федеральными законами.

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных указанным Кодексом или иными федеральными законами (ч. 3 ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения как одного из основных условий реализации конституционных прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду регулируется Федеральным законом от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

Согласно п. 2 ст. 2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» полномочиями в названной сфере общественных отношений обладают наряду с Российской Федерацией и субъекты Российской Федерации, расходным обязательством которых является осуществление мер по предупреждению эпидемий и ликвидации их последствий и которые вправе осуществлять в названной сфере правовое регулирование.

В соответствии со ст. 1 Федеральным законом от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» санитарно-эпидемиологические требования - обязательные требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц и граждан, используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств, несоблюдение которых создает угрозу жизни или здоровью человека, угрозу возникновения и распространения заболеваний и которые устанавливаются государственными санитарно-эпидемиологическими правилами и гигиеническими нормативами.

Согласно абз. 2, 4 п. 1 ст. 2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» санитарно-эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается, в том числе посредством профилактики заболеваний в соответствии с санитарно-эпидемиологической обстановкой и прогнозом ее изменения; выполнения санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и обязательного соблюдения гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарных правил как составной части осуществляемой ими деятельности.

В силу ст. 11 Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» органы государственной власти субъектов Российской Федерации уполномочены принимать в соответствии с федеральными законами законы и иные нормативные правовые акты в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций межмуниципального и регионального характера и устанавливать обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (пункт 1).

На основании пп. «в», «г» п. 4 Правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02.04.2020 № 417, во исполнение ст. 10 указанного закона, при угрозе возникновения или возникновении чрезвычайной ситуации гражданам запрещается осуществлять действия, создающие угрозу собственной безопасности, жизни и здоровью, а также действия, создающие угрозу безопасности, жизни, здоровью, санитарно-эпидемиологическому благополучию иных лиц, находящихся на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации.

Статья 10 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» возлагает на граждан обязанность выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц и не осуществлять действия, влекущие за собой нарушение прав других граждан на охрану здоровья и благоприятную среду обитания.

В свою очередь, индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных и бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализации населению (ст. 11 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).

Статьей 29 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» установлено, что в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемиологические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по проведению профилактических прививок (пункт 1).

Санитарно-противоэпидемиологические (профилактические) мероприятия проводятся в обязательном порядке гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами в соответствии с осуществляемой ими деятельностью, а также в случаях, предусмотренных п. 2 ст. 50 указанного Федерального закона (пункт 3).

Согласно ст. 35 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» профилактические прививки проводятся гражданам в соответствии с законодательством Российской Федерации для предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний.

Федеральный закон от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, предоставляющих опасность для окружающих, предоставляет главным государственным санитарным врачам полномочия, в том числе давать гражданам и юридическим лицам обязательные для исполнения предписания о проведении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий (абз. 4 п. 2 ст. 50 указанного закона), выносить мотивированные постановления о проведении профилактических прививок гражданам или отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям (абз. 5 пп. 6 п. 2 ст. 51).

Согласно абз. 4 п. 2 ст. 5 Федерального закона от 17.09.1998 № 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» отсутствие профилактических прививок влечет отказ в приеме граждан на работы или отстранение граждан от работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями.

Перечень работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок, устанавливается уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.07.1999 № 825 утвержден Перечень работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 17.09.1998 № 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» профилактические прививки по эпидемическим показаниям проводятся гражданам при угрозе возникновения инфекционных болезней, перечень которых устанавливает федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения (пункт 1). Решения о проведении профилактических прививок по эпидемическим показаниям принимают главный государственный санитарный врач Российской Федерации, главные государственные санитарные врачи субъектов Российской Федерации (пункт 2). Календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям, сроки проведения профилактических прививок и категории граждан, подлежащих обязательной вакцинации, утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения (пункт 3).

Календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям утвержден приказом Минздрава России от 21.03.2014 № 125н и действовал до 30.12.2021, после чего вступил в силу приказ Минздрава России от 06.12.2021 № 1122н.

Приказом Минздрава России от 09.12.2020 № 1307н в календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям внесена прививка против коронавирусной инфекции, вызываемой вирусом SARS-CoV-2.

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 03.02.2021 № 47н «О внесении изменения в календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям, утвержденный приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 21.03.2021 № 125н» в календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям, утвержденном приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 21.03.2014 № 125н внесены изменения в части позиции, касающейся вакцинации против новой коронавирусной инфекции. Она изложена в следующей редакции:

К приоритету 1-го уровня относятся: лица в возрасте 60 лет и старше; взрослые, работающие по отдельным профессиям и должностям: работники медицинских, образовательных организаций, организаций социального обслуживания и многофункциональных центров; лица, проживающие в организациях социального обслуживания; лица с хроническими заболеваниями, в том числе с заболеваниями бронхолегочной системы, сердечно-сосудистыми заболеваниями, сахарным диабетом и ожирением; граждане, проживающие в городах с численностью населения 1 млн и более.

К приоритету 2-го уровня относятся: взрослые, работающие по отдельным профессиям и должностям: работники организаций транспорта и энергетики, сотрудники правоохранительных органов, государственных контрольных органов в пунктах пропуска через государственную границу; лица, работающие вахтовым методом; волонтеры; военнослужащие; работники организаций сферы предоставления услуг.

К приоритету 3-го уровня относятся: государственные гражданские и муниципальные служащие; обучающиеся в профессиональных образовательных организациях и образовательных организациях высшего образования старше 18 лет; лица, подлежащие призыву на военную службу.

Решение о проведении профилактических прививок по эпидемическим показаниям (в виде мотивированных постановлений о проведении профилактических прививок гражданам или отдельным группам граждан) принимают Главный государственный санитарный врач Российской Федерации, главные государственные санитарные врачи субъектов Российской Федерации при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих (пп. 6 п. 1 ст. 51 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ и п. 2 ст. 10 Федерального закона от 17.09.1998 № 157-ФЗ).

Во исполнение указанных нормативных актов Главным санитарным врачом Свердловской области было издано Постановление от 01.10.2021 № 05-24/1 «О проведении профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) отдельным категориям (группам) граждан в Свердловской области в 2021 г. по эпидемическим показаниям», а в последующем издано Постановление Управления Роспотребнадзора по Свердловской области от 14.10.2021 № 05-24/2 «О проведении профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) отдельным категориям (группам) граждан в Свердловской области в 2021 г. по эпидемическим показаниям (взамен Постановления о проведении профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) отдельным категориям (группам) граждан в Свердловской области в 2021 году по эпидемическим показаниям от 01.10.2021 № 05-24/1)».

Согласно п. 1.1.5 Постановления Управления Роспотребнадзора по Свердловской области от 14.10.2021 № 05-24/2 установлена обязанность обеспечить проведение профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) гражданам в возрасте от 18 лет и старше, подлежащим обязательной вакцинации по эпидемическим показаниям работающим на основании трудового договора, гражданско-правового договора в организациях, у индивидуальных предпринимателей, осуществляющих деятельность в сфере энергетики; предоставления жилищно-коммунальных услуг; деятельности в области культуры и развлечений (цирк, дворцы, клубы и дома культуры), деятельности домов и баз отдыха.

Датой рождения истца является ДД.ММ.ГГГГ. На момент отстранения от работы истцу было более 60 лет.

В силу п. 1.3 Постановления Управления Роспотребнадзора по Свердловской области от 14.10.2021 № 05-24/2 установлено проведение профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) лицам в возрасте 60 лет и старше.

Исходя из системного толкования вышеуказанных норм материального права, а также фактических обстоятельств дела (возраст и должность истца, характер деятельности предприятия), отстранение истца от работы по указанным выше основаниям с 30.10.2021 по 24.11.2021 с оплатой 2/3 тарифа, а с 28.12.2021 по 08.07.2022 без оплаты труда, осуществлено ответчиком без нарушения требований законодательства.

Доводы истца о том, что согласно Указу Губернатора Свердловской области от 10.03.2022 самоизоляция на дому для лиц, достигших возраста 60 лет, носила лишь рекомендательный характер, а постановлением Государственного врача Российской Федерации от 20.06.2022 № 18 были сняты все действующие ограничения, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку они основаны на неверном толковании истцом норм материального права.

Указом Губернатора Свердловской области от 18.03.2020 № 100-УГ «О введении на территории Свердловской области режима повышенной готовности и принятии дополнительных мер по защите населения от новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)» 03.06.2022 внесены изменения в ранее действующие нормативные акты, регулирующие меры по защите населения от новой коронавирусной инфекции, однако меры по вакцинации не отменены.

Кроме того на территории Свердловской области в юридически значимый период действовало Постановление Управления Роспотребнадзора по Свердловской области от 14.10.2021 № 05-24/2 «О проведении профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) отдельным категориям (группам) граждан в Свердловской области в 2021 году по эпидемическим показаниям (взамен Постановления о проведении профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) отдельным категориям (группам) граждан в Свердловской области в 2021 году по эпидемическим показаниям от 01.10.2021 № 05-24/1)».

Предложение работнику представить медицинские документы, являющиеся основанием для освобождения работника от вакцинирования, соответствует указанным выше нормативным положениям и прав истца не нарушает, поскольку истец вправе представить или не представить такие документы работодателю.

Действующее законодательство, устанавливающее требования к мерам по защите от новой коронавирусной инфекции, не дифференцирует работников по признаку характера и особенностей рабочего места, условий труда.

Учитывая, что документы, подтверждающие факт вакцинации либо наличия медицинских противопоказаний к вакцинации, а также документы о перенесенной болезни COVID-19 истцом работодателю в течение всего периода отстранения от работы не предоставлены, суд полагает, что ответчиком на законных основаниях приказами № 1294 от 29.10.2021, № 1592 от 16.12.2021 истец отстранялся от работы и продолжал быть отстраненным до 09.07.2022.

С учетом изложенного, оснований для взыскания с ответчика денежных средств за период отстранения с 30.10.2021 по 08.07.2022 у суда не имеется.

Также истец указывает, что работодателем ему не был оплачен больничный в период с 28.12.2021 по 06.01.2022 (больничный лист с 26.12.2021 по 06.01.2022 в т. 2 л.д. 114), при этом исходя из пояснений истца, ответчиком ему были оплачены дни 26.12.2021 и 27.12.2021.

В силу положений п. 2 ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» пособие по временной нетрудоспособности не назначается застрахованному лицу, в частности за период отстранения от работы в соответствии с законодательством Российской Федерации, если за этот период не начисляется заработная плата.

С учетом того, что с 28.12.2021 по 08.07.2022 истец был обоснованно отстранен ответчиком от работы, заработная плата ему не начислялась, требования ФИО6 об оплате больничного листа в период с 28.12.2021 по 06.01.2022 также не основаны на законе.

Главой 21 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что условия оплаты труда каждого конкретного работника, включая размер тарифной ставки или должностного оклада, надбавки, доплаты, поощрительные выплаты, определяются в трудовом договоре.

В силу ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

В силу ст. 132 Трудового кодекса Российской Федерации запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда.

Согласно п. 6.1 трудового договора с истцом (т. 1 л.д. 141) за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается тарифная ставка за 1 час работы.

В соответствии с п. 6.3. трудового договора в целях усиления материальной заинтересованности работников в повышении эффективности производства и качества работы, усиления связи оплаты труда с конечными производственными и финансовыми результатами работы предприятия на работника распространяется положение об оплате труда и премирования цеха.

Единовременные премиальные вознаграждения выплачиваются в размерах, предусмотренных локальными нормативными актами и системными положениями об оплате труда (п. 6.4. трудового договора).

В обоснование заявленных требований ФИО6 указывает, что в связи с дискриминацией по причине отказа истца от прохождения вакцинации от коронавирусной инфекции ответчиком ему были не выплачены (не доплачены) суммы премиального вознаграждения за апрель 2021 года и декабрь 2021 года по кодам 022 (допремирование) и 217 (по итогам работы за 2021 год и первое полугодие 2022 года).

В судебных заседаниях истец утверждал об идентичных показателях его работы по отношению к другим слесарям-ремонтникам обогатительной фабрики.

В силу ч. 1 ст. 129, ст. 191 Трудового кодекса Российской Федерации премия является выплатой стимулирующего характера, определение конкретного размера премии относится к исключительной компетенции работодателя.

Поскольку премирование носит стимулирующий характер и является правом, а не обязанностью работодателя, с учетом положений ст. 8 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель вправе самостоятельно определять критерии и порядок выплаты премии на основании изданного им локального нормативного акта.

Исходя из расчетных листков ФИО6 дополнительная премия (вид оплаты 022 в расчетных листках) за апрель 2021 года истцу не начислялась, в декабре 2021 года - составила 103,15 руб. (т. 1 л.д. 149, 157).

Из материалов дела видно, что штатная численность слесарей-ремонтников (дежурных) отделения измельчения и флотации обогатительной фабрики АО «СУМЗ» в юридически значимый период составляла 4 единицы (т. 2 л.д. 135, 136).

Оплата труда истца в апреле 2021 года осуществлялась на основании Положения об оплате труда работников обогатительной фабрики, утвержденного 10.05.2016, с которым ФИО6 был ознакомлен 17.05.2016 (далее также - Положение от 10.05.2016, т. 1 л.д. 230-239).

Согласно п. 2.1 указанного Положения от 10.05.2016 фонд оплаты труда по цеху формируется по нормативам, рассчитанным в зависимости от переработки сырья в условных ценах (шлаки отвальные - текущие, техногенные и продукты МПЦ) по формуле:

ФЗП = (Нб * Пб)+(Нд *Пд), где

Нб - базовый норматив образования ФЗП за переработку сырья, руб.;

Пб - базовая переработка сырья в условных ценах, тыс. руб.:

Нд - норматив образования ФЗП за переработку сырья, руб.;

Пд - дополнительная переработка сырья, тыс. руб.

Согласно п. 3.1 Положения от 10.05.2016 вид оплаты 022 не входит в постоянную часть ФЗП. Остальная часть образует Фонд премиального вознаграждения (ФПВ), который выплачивается работникам цеха согласно разделу № 5 Положения.

Пунктом 5.3 Положения от 10.05.2016 установлено, что дополнительный премиальный фонд подразделения образуется за счет разницы между сформированным ФЗП по нормативу в зависимости от объема выпуска товарной продукции по цеху и образованной постоянной частью фонда заработной платы согласно п. 2.5, а также премиальное вознаграждение в размере, установленном положением об оплате труда с учетом выполнения показателей премирования.

ФПВ доп. = ФЗП норм. – (ФЗП пост.+ ФПВ полож.), где

ФПВ доп. – дополнительный премиальный фонд;

ФЗП норм. – фонд заработной платы по нормативу;

ФЗП пост. – постоянная часть фонда заработной платы;

ФПВ полож. – премиальное вознаграждение по положению.

При распределении дополнительного премиального вознаграждения (дораспределения, допремирования) приоритет отдается работникам, отработавшим полную норму рабочего времени за месяц.

Дополнительный премиальный фонд распределяется следующим образом: начальник цеха, на основании мнения цеховых руководителей, определяет коэффициенты дораспределения с учетом вклада работников в выполнение производственной программы согласно следующим показателям: увеличение межремонтного цикла на «закрепленном» оборудовании; выполнение дополнительных работ, выданных сверх задания мастером или начальником цеха, в течение месяца; отсутствие простоев оборудования, механизмов, автомобилей, аварий, потерь сырья и материалов; соблюдение культуры производства на рабочем месте; соблюдение правил внутреннего трудового распорядка; снижение расходов сырья, материалов, энергоресурсов; активное участие в непроизводственной сфере деятельности цеха; увеличение объема работ; выполнение обязанностей отсутствующего работника; выполнение особо сложных работ и работ, не входящих в трудовые обязанности; совмещение профессий; выполнение работ более высокой квалификации; выполнение работ, требующих уникальных знаний, навыков и опыта; выполнение работ сверхурочно; выполнение работ в выходные дни; повышение квалификации, обучение смежным профессиям, своевременное и грамотное ведение технологического процесса, улучшение качественных показателей.

Коэффициент дораспределедения применяетеся к окладу (часовой ставке) увеличенному на индексации. Коэффициент дораспределения утверждается распоряжением по цеху и согласуется с начальником ООТиЗ и главным инженером.

При выполнении работником трудовых обязанностей в полном объеме руководитель подразделения, на основании мнения цеховых руководителей, вправе не начислять дораспределение.

Аналогичное регулирование закреплено в Положении об оплате труда работников обогатительной фабрики АО «СУМЗ», утвержденном 15.06.2021, с которым истец также ознакомлен (т. 1 л.д. 240-251).

Из материалов дела усматривается, что в апреле 2021 года слесари-ремонтники обогатительной фабрики АО «СУМЗ» ФИО2, ФИО3, ФИО4 выполняли дополнительные работы, выданные сверх задания мастером (например, выполнение дополнительных обязанностей машиниста крана - у ФИО2, работа электрогазосварщиком, замена стяжного болта – ФИО3, выполнение дополнительных обязанностей машиниста крана, проведение максимального ремонта песковых насосов - у ФИО2), кроме того, ФИО2 выполнял обязанности отсутствующего работника ФИО5; в декабре 2021 года слесари-ремонтники ФИО5, ФИО3, ФИО4 выполняли дополнительные работы, выданные сверх задания мастером: работа электрогазосварщиком – у ФИО5 и ФИО3, выполнение дополнительных обязанностей машиниста крана – у ФИО4, проведение максимального ремонта песковых насосов – у всех троих, что подтверждается сравнительной таблицей, табелями учета рабочего времени за апрель 2021 года и декабрь 2021 года, графиком перефутеровки шаровых мельниц МШЦ в 2021 году, служебными записками начальника отделения измельчения и флотации за апрель 2021 года и декабрь 2021 года, распоряжением по установлению коэффициента допремирования работникам, задействованным на разгрузке ксантогената в декабре 2021 года, выписками по ремонтам песковых насосов за апрель 2021 года и декабрь 2021 года (т. 2 л.д. 97-105).

В свою очередь личный вклад ФИО6 в выполнение производственной программы либо иные заслуги отсутствовали, обратное суду не доказано.

Таким образом, в Положениях об оплате труда отсутствуют нормы о том, что дополнительное премиальное распределение (дораспределение, допремирование) является обязательной частью заработной платы и гарантированной выплатой.

В связи с изложенным, распоряжениями заместителя начальника обогатительной фабрики от 07.05.2021 и начальника обогатительной фабрики от 10.01.2022 (т. 2 л.д. 106, 107) были установлены размеры допремирования за апрель 2021 года и декабрь 2021 года слесарям-ремонтникам обогатительной фабрики АО «СУМЗ»: в апреле 2021 сумма дораспределения у ФИО3 – 4 693 руб. (коэффициент дораспределения – 0,24), у ФИО2 – 4 067 руб. (коэффициент дораспределения – 0,24), у ФИО4 – 3 014 руб. (коэффициент дораспределения – 0,289), у ФИО6 – 0 (в связи с отсутствием дополнительного вклада в производственную программу коэффициент дораспределения - 0), в декабре 2021 года - у ФИО3 – 5 851 руб. (коэффициент дораспределения – 0,24), у ФИО5 – 5 557 руб. (коэффициент дораспределения – 0,24), у ФИО4 – 5 955 руб. (коэффициент дораспределения – 0,24), у ФИО6 – 103 руб. (коэффициент дораспределения – 0,005).

Сумма допремирования состоит из произведения тарифной части (количество отработанных часов умножается на установленный тариф) и коэффициента допремирования.

Оценивая доводы истца о дискриминации со стороны работодателя, суд учитывает, что у других слесарей-ремонтников коэффициент дораспределения, и, соответственно, размер дополнительной премии выше, чем у ФИО6

В соответствии с ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации Работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

На основании п. 5.9.1 Коллективного договора АО «СУМЗ» (т. 2 л.д. 1-11) первая выплата заработной платы (аванс) производится 28 числа расчетного месяца за отработанное время в первой половине расчетного месяца. Вторая выплата (окончательный расчет) производится 13 числа месяца, следующего за расчетным.

Учитывая, что заработная плата за апрель 2021 года была выплачена истцу 13.05.2021, при этом допремирование ему не было выплачено, он был вправе обратиться в суд в течение одного года с указанной даты, то есть, до 13.05.2022. Исковое заявление подано 29.12.2022, соответственно, в части требований о взыскании суммы допремирования за апрель 2021 года истцом пропущен срок на обращение в суд, о восстановлении которого он не просил, оснований для восстановления данного срока судом в данном случае не усматривается.

Также истцом заявлены требования о взыскании с ответчика премий (код премий 217 в расчетных листках) за результаты производственно-хозяйственной деятельности за 2021 год в размере 16 825 рублей, за июль 2022 года (за первое полугодие 2022 года) в общей сумме 19 000 рублей.

В целях дополнительной мотивации к повышению производительности труда, достижению высоких результатов финансово-хозяйственной деятельности организации в АО «СУМЗ» 22.06.2018 утверждено Положение о вознаграждении по результатам деятельности (т. 2 л.д. 17-19). С данным Положением истец ознакомлен 28.06.2018 (т. 2 л.д. 20).

Согласно п. 2.1 указанного Положения от 22.06.2018 обязательными условиями выплаты вознаграждения являются: выполнение плана по чистой прибыли (без учета курсовой разницы), выполнение контрольного показателя по численности.

Расчет суммы вознаграждения по предприятию и структурным подразделениям осуществляет отдел организации труда и заработной платы (п. 2.7 Положения от 22.06.2018).

В соответствии с разделом 3 Положения от 22.06.2018 утвержденная сумма вознаграждения по результатам деятельности за год распределяется директором предприятия и выплачивается работникам за результаты производственно-хозяйственной деятельности (ПХД) текущего года и стаж работы на предприятии.

Распределение вознаграждения в структурном подразделении между работниками осуществляется с учетом трудового вклада работников в общие результаты деятельности подразделения, степени выполнения плановых заданий по объему производства и производительности труда, соблюдения производственной и трудовой дисциплины, отработанного времени.

Исходя из пояснений истца, премия за выслугу лет за спорные периоды ему ответчиком была выплачена в установленный срок, к взысканию не предъявляется.

Согласно разделу 4 Положения от 22.06.2018 право на вознаграждение за результаты производственно-хозяйственной деятельности имеют все работники предприятия, с учетом отработанного времени за отчетный период и с учетом п. 4.8.4 (минимальный стаж работы на предприятии) и п. 4.8.5. (отсутствие нарушений).

В соответствии с п. 4.9. Положения от 22.06.2018 на основании приказа о выплате вознаграждения руководители подразделений оформляют распоряжения по подразделению на работников с указанием сумм вознаграждения.

Приказами директора АО «СУМЗ» от 23.12.2021 № 1560 «О вознаграждении за результаты ПХД за 2021 год» (т. 2 л.д. 21-22) и от 14.07.2022 № 829 «О вознаграждении за результаты ПХД за 1 полугодие 2022 года» (т. 2 л.д. 23) в целях повышения эффективности усиления материальной заинтересованности в конечных результатах решено произвести выплату соответствующего вознаграждения работникам предприятия. Минимальный размер выплаты вознаграждения составил 1000 руб. (по приказу от 14.07.2022 – 1000 рублей с учетом районного коэффициента). Руководителям структурных подразделений предписано распоряжением по подразделению определить конкретных работников, внесших наибольший вклад в достижение положительных производственно-экономических показателей работы предприятия и сумму вознаграждения, подлежащего выплате данным работникам.

Из материалов дела следует, что в мае 2021 года ФИО6 были нарушены требования безопасности труда – п. 2.2 инструкции № 44-01-2020 по охране труда обогатительной фабрики (приказ от 04.06.2021 № 416 в т. 2 на л.д. 108).

Распоряжениями начальника обогатительной фабрики АО «СУМЗ» от 24.12.2021 № 1004, от 14.07.2022 № 515 (т. 2 л.д. 110, 229-230) определено премировать работников по итогам работы предприятия за 2021 год и первое полугодие 2022 года, соответственно (код 217), в том числе, ФИО6 на 1 000,01 руб. (по итогам работы за 2021 год) и на 1 150 руб. (за первое полугодие 2022 года с учетом районного коэффициента), что не нарушает базовые размеры, установленные приказами директора АО «СУМЗ» от 23.12.2021 № 1560 и от 14.07.2022 № 829. Для ФИО3, ФИО5 указанный вид премии за 2021 год с учетом районного коэффициента определен в размере 17 825 руб., для ФИО4 – в размере 1000,01 руб., за первое полугодие 2022 года у ФИО3, ФИО5, ФИО4 по 24 150 руб.

Согласно расчетным листкам ФИО6 при выплатах премиального вознаграждения был удержан НДФЛ в размере 13 % (расчетный листок за декабрь 2021 года в т. 1 л.д. 157, расчетный листок за июль 2022 года в т. 1 л.д. 164). Таким образом, по коду 217 за 2021 год истцу выплачена премия в размере 869,57 руб., за первое полугодие 2022 года – 1 000 руб.

В части начисления премии за 2021 год ответчиком также представлена служебная записка начальника обогатительной фабрики АО «СУМЗ» (т. 2 л.д. 169), согласно которой разница в распределении указанного вознаграждения истцу и дежурным слесарям-ремонтникам 5 разряда ФИО3 и ФИО5 обусловлена разным количеством отработанного времени (отстранение от работы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ), а также различным вкладом работников в достижение положительных производственно-экономических показателей работы предприятия, выполнением различного объема работ, в том числе по смежным профессиям с учетом квалификации и качества выполняемых работ, в течении 2021 года: ФИО3 и ФИО5 за период 2021 года неоднократно привлекались к выполнению дополнительных работ в качестве электрогазосварщика для выполнения сварочных работ (копии удостоверения и свидетельства о профессии электрогазосварщика в т. 2 на л.д. 170, 171); в апреле и декабре 2021 года привлекались к дополнительным работам при разгрузочно-погрузочных работах при приемке бутилового ксантогената калия; привлекались к дополнительным работам по культуре производства при подготовке территории подразделения к празднованию Праздника Весны и Труда и Дня металлурга в 2021 году. В связи с тем, что согласно номенклатуре дел обогатительной фабрики (т. 2 л.д. 172-173) не предусмотрено хранение документов о составе и объеме работ, подлежащих выполнению слесарями-ремонтниками при получении сменного задания, документы, подтверждающие привлечение ФИО3 и ФИО5 к работам, описанным выше, сохранились частично.

При разрешении требований истца о взыскании премии за результаты производственно-хозяйственной деятельности в первом полугодии 2022 года работодателем также было учтено, что ФИО6 был отстранен от работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть на все первое полугодие 2022 года, по результатам работы в котором осуществлялась выплата спорного премиального вознаграждения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что допремирование (код 022) и премии по итогам работы предприятия за год и полугодие (код 217) являются дополнительными стимулирующими выплатами (переменной частью заработной платы), осуществляемыми в соответствии с результатами индивидуальной оценки работодателем труда каждого работника и его личного вклада в обеспечение выполнения задач АО «СУМЗ», начисление которых работнику является правом, а не обязанностью ответчика.

Доказательств того, что спорные виды премии являлись гарантированными систематическими выплатами, в размерах, указанных истцом, не представлено.

Учитывая, что выплата спорных сумм являлась правом работодателя, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований у суда не имеется.

Пояснения истца о выполнении им необходимых индивидуальных показателей работы для начисления спорной премии, идентичных с показателями других слесарей-ремонтников обогатительной фабрики, отклоняются судом, поскольку они не нашли свое подтверждение письменными доказательствами, имеющимися в деле.

Обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований сомневаться в объективности представленных ответчиком письменных доказательств, свидетельствующих о недостижении истцом в работе определенных критериев не имеется, поскольку ответчиком документы представлены систематизировано, они соответствуют требованиям относимости, допустимости и достоверности и не опровергнуты никакими другими доказательствами. Представленные истцом копии таблиц о работе с оборудованием (т. 2 л.д. 206-215) не могут быть приняты судом во внимание, поскольку не позволяют достоверным образом сделать вывод о работах, произведенных непосредственно истцом, о дополнительном вкладе истца в производственную программу, о влиянии таких работ на размеры премиального вознаграждения в спорные периоды, осуществить сравнение с производственными показателями других слесарей-ремонтников, при этом суд учитывает, что на указанных копиях истцом самостоятельно выполнен ряд записей, а подлинник документа, содержащего данные таблицы, суду представлен не был. Исходя из пояснений представителя ответчика, работникам АО «СУМЗ» запрещено снимать копии с подобных документов и выносить их за территорию предприятия.

Между тем, в соответствии с представленными ответчиком суду доказательствами, реальный факт дискриминации в отношении истца в связи с отказом от вакцинации в части невыплаты ему премии не установлен, поскольку определение для истца размеров премиального вознаграждения было обусловлено недостижением истцом определенных показателей работы и, напротив, выполнением этих показателей другими работниками обогатительной фабрики.

Отсутствие факта дискриминационных действий со стороны работодателя в отношении истца по причине невыполнения вакцинации косвенным образом подтверждается регулярной выплатой базовой премии (код 201) в периоды, когда истец не был отстранен от работы, что ФИО6 не оспаривалось.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО6 о взыскании невыплаченных сумм премиального вознаграждения ввиду отсутствия оснований для их выплаты по причине недостижения истцом определенных показателей работы.

Ранее ФИО6 в иске также указывал на нарушение своих трудовых прав в части неоплаты работодателем дня прохождения им медицинского осмотра – 30.06.2022 (т. 2 л.д. 53).

На время прохождения медицинского осмотра за работниками, обязанными в соответствии с настоящим Кодексом проходить такой осмотр, сохраняется средний заработок по месту работы (ст. 185 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ответчиком факт прохождения работником 30.06.2022 медицинского осмотра не оспаривался, до рассмотрения дела по существу истцу в добровольном порядке 30.06.2023 ответчиком выплачена заработная плата за 30.06.2022 в размере 3112,16 руб., а также компенсация за задержку выплаты указанной суммы в размере 558,11 руб. (т. 2 л.д. 150-151). В судебном заседании истец получение вышеуказанных сумм не оспаривал и пояснил, что в настоящее время претензий к работодателю по вопросу взыскания заработной платы за день прохождения медицинского осмотра (30.06.2022) и процентов за задержку выплаты данной суммы (ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации) он не имеет. Таким образом, оснований для взыскания в пользу истца данных сумм суд не усматривает.

Согласно абз. 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд в силу ст. ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Таким образом, действия ответчика по невыплате в установленный законный срок истцу среднего заработка за день прохождения медицинского осмотра повлекли за собой нарушение трудовых прав работника и как следствие причинение ему душевных страданий, наступление которых презюмируется, и не требует дополнительного доказывания. При этом, указанная сумма была выплачена работодателем ФИО6 лишь после обращения работника с иском в суд, в период рассмотрения гражданского дела.

Суд принимает во внимание, что в связи с невыплатой в установленный законный срок истцу среднего заработка за день прохождения медицинского осмотра ФИО9 причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях в виде переживаний по поводу несвоевременного получения денежных средств (со слов стороны истца он испытал стресс, ему необходимы были денежные средства для оплаты насущных потребностей). Исходя из принципа разумности и справедливости, учитывая размеры неполученной суммы, степень страданий работника, тот факт, что каких-либо тяжких последствий для работника в связи с действиями работодателя не наступило, суд считает возможным взыскать с ответчика сумму компенсации морального вреда в размере 1 000 рублей.

С учетом того, что оснований для удовлетворения иных основных требований истца (о взыскании денежных средств за вынужденный простой и невыплаченных премий) у суда не имеется, то вытекающие из них требования о взыскании процентов за задержку выплат и компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

В ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указано, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В силу ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции и мировыми судьями, подлежит зачислению в бюджет муниципального района, то есть должна взыскиваться не в доход федерального бюджета, а в доход местного бюджета.

Таким образом, с АО «СУМЗ» подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в размере 300 рублей за удовлетворение требований истца неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к акционерному обществу «Среднеуральский медеплавильный завод» о взыскании невыплаченной заработной платы за вынужденный простой, невыплаченных сумм премиального вознаграждения, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО6 с акционерного общества «Среднеуральский медеплавильный завод» компенсацию морального вреда в размере 1 000 (одна тысяча) рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО6 отказать.

Взыскать в доход местного бюджета с акционерного общества «Среднеуральский медеплавильный завод» государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ревдинский городской суд Свердловской области.

Судья: А.А. Захаренков