Решение по делу № 2-1034/2025 от 11.03.2025 - о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора ипотеки, признании обременения в виде ипотеки отсутствующим.

Дело №

УИД 58RS0027-01-2024-001525-46

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 марта 2025 года г.Пенза

Октябрьский районный суд города Пензы

в составе председательствующего судьи Аргаткиной Н.Н.

при секретаре судебного заседания Львовой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора ипотеки, признании обременения в виде ипотеки отсутствующим,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратилась с исковым заявлением к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, в котором указала, что ей на праве собственности на основании справки ...» от 24.12.2016 г. принадлежала квартира по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, право собственности зарегистрировано в органе, осуществляющем государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Пензенской области, о чем в Едином государственном реестре права на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись № от 29.12.2016г. Данную квартиру истец приобрела вместе с мужем - ФИО4 путем выплаты паевых взносов за квартиру в ...», членом которого она является, где они зарегистрированы и постоянно проживают с 1983 года, данное жилое помещение для них является единственным постоянным местом жительства. В январе - феврале 2022 года ее дочь, ФИО2 уговорила ее оформить спорную квартиру на неё, чтобы никто больше не мог претендовать на данное наследственное имущество после их с супругом смерти. Так как, между Надеждой и её сестрой состоялась договоренность о выплате ей за долю данной квартиры денежной компенсации. Поэтому договор дарения фактически прикрывал завещание (наследственный договор), по которому ФИО2 перешло имущество в случае смерти родителей, при этом по дарению ей бы не пришлось оформлять у нотариуса необходимые документы для вступления в права наследства и нести расходы от стоимости имущества. В связи с чем, 09 февраля 2022 года она с ответчицей, ФИО2 оформили договор дарения квартиры по адресу: <адрес> передали его на регистрацию в отделение МФЦ г.Пензы. Фактически никаких действий, предусматривающих передачу в квартиры от дарителя к одаряемой не предпринималось, ФИО1 оставалась проживать с мужем в квартире, нести бремя содержания жилого помещения (оплачивают коммунальные услуги и т.п.), в котором до настоящего времени зарегистрированы и проживают, другого жилья не имеют, правоустанавливающие документы и ключи находятся только у них. В связи с чем, с их стороны отсутствовало волеизъявление на прекращение права собственности в отношении спорного жилого помещения. Однако, в декабре 2023 года истцу стало известно, что ФИО2 и её муж, ФИО7 стали жертвами мошенников, денежные среде переданные им были получены по договорам займа, и она должна крупную сумму денег ФИО5, а квартира теперь у него в залоге. По данному поводу дочь и зять обратились в правоохранительные органы, где проводится соответствующая проверка. Поскольку при заключении указанного договора действительная воля истца была направлена на достижение иных правовых последствий: передачу одаряемой квартиры после смерти (завещание или наследственный договор), то договор дарения являлся притворной сделкой.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. 168, 170, 572 ГК РФ просила суд признать договор дарения квартиры, общей площадью 61 кв.м, кадастровый №, находящейся по адресу: <адрес> от 09 февраля 2022 года, недействительным (ничтожны), применить последствия недействительности сделки, в виде прекращения права собственности на квартиру ФИО2

В ходе рассмотрения дела по ходатайству представителя истца ФИО1 – ФИО6, действующей на основании доверенности, к участию в деле в качестве соответчика был привлечен ФИО3

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о слушании дела извещена надлежаще, причину неявки суду не сообщила.

Представитель истца ФИО1 – ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании уточнила заявленные исковые требования, указала, что между ответчиками ФИО3 и ФИО2 01.09.2022 года был заключен договор ипотеки (залога недвижимого имущества), в обеспечении договора займа от 01.09.2022 года, а именно: предметом ипотеки являлась спорная квартира, принадлежавшая истцу с мужем ФИО4 на праве совместной собственности на основании справки ...» от 24.12.2016г. Данное жилое помещение для супругов З-ных является единственным постоянным местом жительства. В январе - феврале 2022 года ФИО2 уговорила истца оформить спорную квартиру на неё, чтобы никто больше не мог претендовать на данное наследственное имущество после их с супругом смерти. Поэтому договор дарения фактически прикрывал завещание (наследственный договор), по которому ФИО2 перешло бы имущество в случае смерти истца, при этом по дарению ей бы не пришлось оформлять у нотариуса необходимые документы для вступления в права наследства и нести расходы от стоимости имущества. В связи с чем, 09 февраля 2022 года истец и ФИО2 оформили договор дарения квартиры по адресу: <адрес> передали его на регистрацию. Фактически никаких действий, предусматривающих передачу в дар квартиры от дарителя к одаряемой не предпринималось, истец оставались проживать с мужем в квартире, нести бремя содержания жилого помещения (оплачиваем коммунальные услуги и т.п.), в котором до настоящего времени зарегистрированы и проживают, другого жилья не имеют, правоустанавливающие документы и ключи находятся только у них. В связи с чем, с стороны истца отсутствовало волеизъявление на прекращение права собственности в отношении спорного жилого помещения на основании оспариваемого договора. Поскольку при заключении указанного договора действительная воля была направлена на достижение иных правовых последствий: передачу одаряемой квартиры после смерти (завещание или наследственный договор), то договор дарения являлся притворной сделкой. В соответствии с пунктом 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи. Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях, предусмотренных указанным Кодексом. Если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные данным кодексом, другими законами и договором залога. Правила, предусмотренные абзацем вторым названного пункта, не применяются, если вещь, переданная в залог, была утеряна до этого собственником или лицом, которому вещь была передана собственником во владение, либо была похищена у того или другого, либо выбыла из их владения иным путем помимо их воли. В связи с чем, подлежат применению положения абзаца 3 пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку спорная квартира выбыла из владения истца помимо её воли. Поскольку спорное имущество выбыло из владения ФИО1 помимо её воли, добросовестное поведение залогодержателя в силу абзаца 3 пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеет правового значения, о чем также прямо указано в статье 42 ФЗ «Об ипотеке». При этом, ответчику ФИО5 было достоверно известно о том, что спорная квартира была обременена правами третьих лиц, что следовало из текста оспариваемого договора дарения, поэтому с учетом степени заботливости и осмотрительности какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, имел возможность выявить вышеуказанные обстоятельства. В связи с чем, действия Залогодержателя не могут являться добросовестными и не подлежат судебной защите в силу статьи 10 ГК РФ.

На основании изложенного просит суд признать договор дарения квартиры, общей площадью 61 кв.м., кадастровый №, находящейся по адресу: <адрес>, от 09 февраля 2022 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2 недействительным (ничтожны), применить последствия недействительности сделки, в виде прекращения права собственности на квартиру за ФИО2. Возвратить в собственность ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Признать недействительным договор ипотеки (залога недвижимого имущества) от 01.09.2022 г. заключенные между ФИО3 и ФИО2 в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>. Признать обременение в виде ипотеки на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, в пользу залогодержателя ФИО3 на основании договора ипотеки (залога недвижимого имущества) от 01 сентября 2022 г. отсутствующим.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о слушании дела извещена надлежаще, причину неявки суду не сообщила.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8, действующая на основании ордера и доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО1 признала в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежаще, причину неявки суду не сообщил.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО9, действующий на основании ордера, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, полагает, что оснований для признания договора дарения квартиры недействительной сделкой не имеется, также как не имеется оснований для признании недействительным договора об ипотеке. Данный иск подан ФИО1 и признается ФИО2 с целью избежать гражданско-правовой ответственности перед ФИО3, поскольку им подано исковое заявление к ФИО2 о взыскании долга по договору займа и обращении взыскания на заложенное имущество. Кроме того, полагает, что истцом допущен пропуск срока исковой давности для обращения с настоящим иском.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежаще, причину неявки суду не сообщил.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Пензенской области в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежаще, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Положениями ст.168 ГК РФ определено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Из материалов дела следует, что 09.02.2022 года между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого в собственность одаряемого безвозмездно в дар передана квартира с кадастровым номером №, находящаяся по адресу: <адрес>. ФИО2 квартиру от дарителя принимает. Согласно п.7 данного договора, договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора. Договор одновременно является актом приема-передачи.

Как следует из копии дела правоустанавливающих документов на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, 09.02.2022г. истец ФИО1 лично обратилась в Управление Росреестра по Пензенской области с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру от нее к ФИО2 на основании оспариваемого договора дарения. Кроме того, ей также было представлено нотариально удостоверенное согласие супруга ФИО4 от 02.02.2022 года на осуществление ФИО1 дарения указанной квартиры ФИО2

14.02.2022 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области произведена государственная регистрация перехода права собственности к одаряемой в установленном законом порядке.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 01.09.2022г. между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор займа денежных средств, в соответствии с которым ФИО3 передал ФИО2 сумму займа в размере 3 500 000 руб.

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа 01.09.2022г. между ФИО3 и ФИО2 заключен договор ипотеки (залога недвижимого имущества), предметом которого является квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

Как следует из имеющейся в материалах дела выписки из ЕГРН, 06.09.2022г. Управлением Росреестра по Пензенской области произведена государственная регистрация данного обременения.

Согласно ч.2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу ч.1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно положений ч.1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Частью 1 ст. 572 ГК РФ предусмотрено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Как указано в п.87 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

В ходе рассмотрения дела, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истцом не было представлено доказательств, подтверждающих, что при заключении оспариваемого договора дарения, воля сторон была направлена на совершение прикрываемой сделки и стороны в действительности имели в виду завещание, поскольку, завещание является односторонней сделкой, не требующей достижения соглашения между лицом, составляющим завещание, и лицом, в пользу которого составляет завещание, кроме того, при заключении спорного договора стороны по договору достигли соглашения по всем существенным его условиям, договор был подписан сторонами, которые выразили свою волю, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что, оснований для признания сделки притворной не имеется.

Принимая во внимание, что завещание является односторонней сделкой (п. 5 ст. 1118 ГК РФ), определяющей правовую судьбу имущества после открытия наследства, любой договор, предполагающий согласование воли не менее, чем двух сторон, не может рассматриваться в качестве прикрывающей одностороннюю сделку завещания.

Как было указано выше, непосредственно в день заключения договора дарения ФИО1 лично сдала документы на государственную регистрацию перехода права собственности, представив необходимые документы. Таким образом, судом установлена воля дарителя передать имущество в дар своей дочери ФИО2, которая в свою очередь приняла его.

Доводы представителя истца о том, что ФИО2 после заключения договора дарения в квартиру не вселялась, не несла бремя содержания, в квартире зарегистрированы ФИО1 и ФИО4, судом не могут быть приняты во внимание в подтверждение притворности совершенной сделки, поскольку обязанности вселения в жилое помещение у собственника такого помещения нет, при этом фактическое предоставление в пользование квартиры ФИО1 и ФИО4 является правом собственника.

Утверждение истца о том, что сторонами договора дарения не было совершено фактических действий по передаче квартиры суд находит несостоятельным, поскольку данное утверждение опровергается имеющимся в материалах дела договором ипотеки (залога недвижимого имущества), заключенным 01.09.2022 года между ФИО2 (залогодателем) и ФИО3 (залогодержателем), наличие которого свидетельствует о распоряжении ФИО2 принадлежащим ей имуществом (спорной квартирой).

Каких-либо оговорок, возлагающих на одаряемую ФИО2 дополнительных обязанностей в качестве условий перехода к ней права собственности на спорную квартиру, договор дарения не содержит. Предмет договора четко определен, воля дарителя ФИО1 на безвозмездную передачу спорной квартиры ее дочери ФИО2 выражена четко и ясно.

В обоснование своих исковых требований ФИО1 ссылается на то, что оспариваемый ею договор дарения фактически представляет собой завещание, составленное на случай ее смерти. Между тем, доказательств, подтверждающих эти доводы, истицей представлено не было, несмотря на то, что по смыслу статей 166 ГК РФ и 56 ГПК РФ бремя доказывания оснований недействительности сделки возложено именно на истца.

Принимая во внимание, что оспариваемый истицей договор дарения от 09.02.2022 года по форме и содержанию соответствует требованиям закона, оснований для признания его недействительным не имеется.

Признание исковых требований ответчиком ФИО2 не может быть принято судом, поскольку такое признание в данном случае совершено в нарушение части 2 статьи 39 ГПК РФ и ведет к нарушению прав и законных интересов ФИО3 как залогодержателя спорной квартиры.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 353 ГК РФ, в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу залог сохраняется.

Однако из указанного принципа следования имеются исключения, касающиеся, прежде всего, отказа залогодержателю, недобросовестно приобретшему залог, в защите формально принадлежащего ему права. Так, по смыслу ст. 10 и абз. 2 п. 2 ст. 335 ГК РФ недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником (или иным управомоченным на распоряжение лицом), о чем залогодержатель знал или должен был знать.

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 335 ГК РФ право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи. Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях, предусмотренных настоящим кодексом.

Если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные настоящим Кодексом, другими законами и договором залога.

В соответствии с абз. 3 п. 2 ст. 335 ГК РФ правила, предусмотренные абзацем вторым настоящего пункта, не применяются, если вещь, переданная в залог, была утеряна до этого собственником или лицом, которому вещь была передана собственником во владение, либо была похищена у того или другого, либо выбыла из их владения иным путем помимо их воли.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Именно суду подлежит решать добросовестный залогодержатель или нет. При залоге недвижимости в его пользу будет свидетельствовать то, что он полагался на запись о праве собственности залогодателя в ЕГРН (п. 6 ст. 8.1 ГК РФ).

Доказательств того, что принимая спорное имущество в залог, ФИО3 действовал недобросовестно, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, истцом в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах ФИО3 является добросовестным залогодержателем и в силу абз. 2 п. 2 ст. 335 ГК РФ, право залога, принадлежащее добросовестному залогодержателю, подлежит защите.

В силу указанного, на основании абз. 2 п. 2 ст. 335 ГК РФ ФИО2 как собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные Гражданским кодексом, другими законами и договором залога.

При этом, положения абз. 3 п. 2 ст. 335 ГК РФ не применяются, поскольку в данном случае квартира, переданная в залог, не была утеряна до этого собственником или лицом, которому вещь была передана собственником во владение, не была похищена у того или другого, не выбыла из их владения иным путем помимо их воли.

Таким образом, оснований для прекращения залога, определенных ст. 352 ГК РФ судом не установлено.

оскольку договор дарения, заключенный между ФИО1 и ФИО2 недействительным не признан, при этом обстоятельства, перечисленные в абз. 3 п. 2 ст. 335 ГК РФ в судебном заседании не установлены, требования истца о признании недействительным договора ипотеки от 01.09.2022, заключенного между ФИО3 и ФИО2, о признании обременения в виде ипотеки отсутствующим удовлетворению не подлежит.

Представителем ответчика ФИО3 в судебном заседании было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности и применении последствий пропуска срока исковой давности.

В силу ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Поскольку оспариваемый договор дарения заключен истцом и ответчиком ФИО2 09.02.2022, тогда как настоящее исковое заявление подано в суд 18.03.2024г., срок исковой давности истцом не пропущен.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора ипотеки, признании обременения в виде ипотеки отсутствующим.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора ипотеки, признании обременения в виде ипотеки отсутствующим оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд г. Пензы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение изготовлено 13.03.2025 года.

Судья Аргаткина Н.Н.