Ленинский районный суд г. Махачкалы

Судья Чоракаев Т.Э.

Дело № 2-381/2023

УИД 05RS0031-01-2022-011809-54

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 июля 2023 года, № 33-5245/2023, г. Махачкала

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего Сатыбалова С.К.,

судей Шабровой А.А. и Акимовой Л.Н.,

при секретаре судебного заседания Дибировой М.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО1 о признании договора дарения притворной сделкой, применении к ней правил договора купли-продажи и переводе прав и обязанностей покупателя, по апелляционной жалобе истца ФИО3 на решение Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата>

Заслушав доклад судьи ФИО17, судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 и ФИО1 о признании договора дарения от <дата> 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с к/н 05:40:000075:2729 и жилой дом по адресу: г. Махачкала, СНТ «Искра», <адрес>, заключенного между ФИО4 (даритель) и ФИО1 (одаряемая) недействительным по основанию притворности сделки, признанию указанного договора дарения договором купли-продажи, переводе прав и обязанностей покупателя по данному договору на истицу ФИО3

В обоснование иска указывает, что на основании решения Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата> она и ответчик ФИО4 являлись долевыми собственниками (по 1/2) жилого дома по адресу: г. Махачкала, СНТ «Искра», <адрес>, и земельного участка, на котором этот жилой дом расположен, с к/н 05:40:000075:2729. Ей стало известно, что <дата> между ФИО4 (даритель) и ФИО1 (одаряемая) заключён договор дарения 1/2 доли в праве собственности. Между тем, истица как долевой собственник имущества, в силу ст. 250 ГК РФ, имеет преимущественное право покупки второй доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок. <дата> истица направляла ответчику по почте предложение выкупить его долю за 1250000,00 руб. Такое предложение также повторно направлялось ответчику, ответ на данное предложение не поступил. Заключенный ответчиками договор дарения, по мнению истицы, является притворной сделкой, за которой в действительности скрывается договор купли-продажи. Данная сделка заключена в форме дарения исключительно с целью лишить истицу преимущественного права выкупа доли в долевой собственности.

Решением Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата> постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании договора дарения от <дата> 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с к/н 05:40:000075:2729 и жилой дом по адресу: г. Махачкала, снт «Искра», <адрес>, заключенного между ФИО4 (даритель) и ФИО2 (одаряемая) недействительным по основанию притворности сделки, признанию указанного договора дарения договором купли-продажи, переводе прав и обязанностей покупателя по данному договору на истицу ФИО3 – отказать».

Определением Ленинского районного суда <адрес> от <дата> исправлена ошибка во вводной, описательной, мотивировочной и резолютивной частях решения Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата>, указано вместо неправильной даты оспариваемого договора дарения <дата> правильная дата договора дарения – <дата>.

В апелляционной жалобе истец ФИО3 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное.

В обоснование апелляционной жалобы указывает, что ФИО4 и ФИО1 заключили договор дарения, не имея на это право, так как она имеет преимущественное право выкупа, но не смогла выкупить долю своего дома по причине оформления указанного договора дарения, который считает мнимой сделкой. ФИО4 скрыл проведение сделки дарения, заведомо зная, что истец будет против ее совершения. Суд не принял во внимание, что согласно реестровому делу доли участка и дома выделены не были, на основании чего совершить договор дарения не представляется возможным. Кроме того, указывает, что в отношении представителя ответчика ФИО1 ФИО13 в настоящее время рассматривается уголовное делу по факту мошенничества.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО1 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО3, представитель ФИО16 доводы апелляционной жалобы поддержали.

Ответчики ФИО4 и ФИО1, будучи надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание не явились, представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие. Представитель ответчика ФИО1 ФИО13, действующий на основании доверенности, полагал решение суда законным и обоснованным, возражал против апелляционной жалобы ФИО3

Судебная коллегия на основании ч. 1 ст. 327 и ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения ФИО3, представителей ФИО16 и ФИО13, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 и ответчик ФИО4 (бывшие супруги) на основании решения Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата> являлись долевыми сособственниками (по 1/2) жилого дома по адресу: г. Махачкала, СНТ «Искра», <адрес>, кадастровый №, и земельного участка, кадастровый №.

<дата> между ответчиком ФИО4 (даритель) и ответчицей ФИО1 (одаряемая) заключён договор дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на указанные земельный участок и жилой дом по адресу: г. Махачкала, СНТ «Искра», <адрес>.

Право собственности ФИО1 на подаренную долю жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: г. Махачкала, СНТ «Искра», <адрес>, зарегистрировано в установленном законом порядке <дата>.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО3 указывала, что договор дарения, заключенный между ФИО4 и ФИО1, является притворной сделкой по основаниям ст. 170 ГК РФ. Она сама имела намерение выкупить принадлежащую ФИО4 долю за указанную в его письме цену в размере 1250000,00 рублей, однако последний в нарушение ст. 250 ГК РФ от заключения сделки уклонился, в связи с чем, она была лишена возможности воспользоваться преимущественным правом покупки.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемый договор заключен ответчиками по обоюдному согласию, соответствует требованиям ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, доказательств, свидетельствующих о том, что договор дарения прикрывал сделку по купле-продаже доли квартиры, представлено не было.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 572 ГК РФ при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

Согласно п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 данной статьи).

В силу п. 1 ст. 246 Гражданского кодекса РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

Участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего Кодекса (п. 2).

В соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 250 Гражданского кодекса РФ при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.

Продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее (абзац первый п. 2).

Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков (абзац второй п. 2).

При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя (п. 3).

Таким образом, вышеперечисленные правовые нормы при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу устанавливают для остальных участников долевой собственности преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении и одновременно возлагает на продавца доли обязанность известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее.

Иных обязанностей Гражданский кодекс на участников долевой собственности при продаже одним из них своей доли не возлагает, предусмотрев в абзаце втором части 2 статьи 250 упомянутого кодекса право продавца, если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца со дня извещения, продать свою долю любому лицу, а в случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанного срока.

Особенности извещения участников долевой собственности о намерении продавца доли в праве общей собственности продать свою долю постороннему лицу могут быть установлены федеральным законом.

Обращаясь в суд с иском и требуя признать вышеназванный договор дарения от <дата> недействительным ФИО3 ссылалась на то, что указанный договор является притворной сделкой, поскольку, по ее мнению, прикрывает договор купли-продажи, заключенный с нарушением ее права преимущественной покупки спорной доли жилого дома и земельного участка, в связи с чем просила перевести на нее права и обязанности покупателя.

Между тем надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о нарушении ее права преимущественной покупки спорной доли, а также о том, что договор дарения прикрывал сделку по купле-продаже доли жилого дома и земельного участка, истцом ФИО3 представлено не было и в материалах дела таковых не имеется.

В силу вышеприведенных норм п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством для разрешения возникшего между сторонами спора являлось выяснение вопроса, повлечет ли восстановление нарушенного права истца удовлетворение требования о признании договора дарения притворной сделкой и признание ее договором купли-продажи спорной доли недвижимого имущества.

Судом установлено и не оспаривалось ФИО3, что <дата> ФИО4 направил в ее адрес извещение о своем намерении продать принадлежащую ему долю в праве общей долевой с ФИО3 собственности за 1250000,00 рублей, предложив ФИО3 реализовать предоставленное ей право преимущественной покупки (л.д. 23-26 т. 1).

Истец ФИО3 не отрицала получение данного извещения, в иске указала, что получила извещение ФИО4 в конце февраля 2019 года и <дата> направила ему ответ-согласие на приобретение доли за предложенную цену в размере 1250000,00 рублей (л.д. 28, 30-31 т. 1).

Также ответ-согласие повторно было направлено в мае 2019 года.

В подтверждение направления согласия представлены почтовые уведомления (л.д. 29, 32).

<дата> между ФИО4 и ФИО1 был заключен договор дарения 1/2 доли в жилом доме и земельном участке, расположенных по адресу: г. Махачкала, садовое товарищество «искра», <адрес>, то есть по истечении месяца с момента получения ФИО3 его извещения.

Следовательно, обязанность по извещению истца, которая имела преимущественное право покупки отчуждаемой доли, была ответчиком ФИО14 соблюдена.

Истец ФИО3, ссылаясь на то, что оспариваемый договор дарения является притворной сделкой, прикрывающей договор купли-продажи доли, не представила суду надлежащих доказательств, свидетельствующих о притворности договора дарения, наличии встречного обязательства по договору дарения, направленности воли сторон на создание иных правоотношений, а также нарушений требований закона или других правовых актов при заключении договора дарения.

В силу действующего законодательства, никаких ограничений на дарение невыделенной доли лицу, не являющемуся участником общей долевой собственности на земельный участок, не имеется.

При таких обстоятельствах ФИО3 не является лицом, преимущественное право покупки которого нарушено оспариваемой сделкой, а признание договора дарения недействительным не повлекло бы за собой восстановление предполагаемого нарушенного права истца.

Довод апеллянта о том, что ей предпринимались действия по фактическому приобретению продаваемой доли путем переговоров с ответчиком по телефону, и направлением писем, не может быть принят судебной коллегией во внимание ввиду следующего.

Как установлено п. 1 и 2 ст. 327 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник вправе внести причитающиеся с него деньги или ценные бумаги в депозит нотариуса, а в случаях, установленных законом, в депозит суда - если обязательство не может быть исполнено должником вследствие:

1) отсутствия кредитора или лица, уполномоченного им принять исполнение, в месте, где обязательство должно быть исполнено;

2) недееспособности кредитора и отсутствия у него представителя;

3) очевидного отсутствия определенности по поводу того, кто является кредитором по обязательству, в частности в связи со спором по этому поводу между кредитором и другими лицами;

4) уклонения кредитора от принятия исполнения или иной просрочки с его стороны.

Внесение денежной суммы или ценных бумаг в депозит нотариуса или суда считается исполнением обязательства.

Нотариус или суд, в депозит которого внесены деньги или ценные бумаги, извещает об этом кредитора.

По смыслу положений ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации, установленный указанной нормой права месячный срок дается участнику долевой собственности на приобретение продаваемой доли, а не на выражение согласия на ее приобретение.

Достоверно зная о стоимости спорного имущества (1250000,00 руб.), в случае уклонения ответчика от совершения действий, предусмотренных ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец не лишена была права исполнить свои обязательства по внесению денежных средств за спорную долю путем внесения указанной денежной суммы в депозит нотариуса, что, в силу положений ст. 327 ГК РФ считалось бы надлежащим исполнением обязательства.

При этом, как следует из материалов дела, истец в течение месяца после извещения ответчиком о продаже спорной доли в недвижимом имуществе конкретных действий, направленных на ее приобретение не предпринимала и доказательств обратного ни в суде первой, ни апелляционной инстанции не представила.

Сторонами не отрицалось, что, несмотря на согласие истца ФИО3 выкупить долю, ни одна сторона реальных шагов к заключению сделки не предприняла. Стороны не составили письменный договор, не согласовали дату заключения договора, дату передачи на регистрацию, стороны между собой никак не общались, вопросы детали сделки, передачи денежных средств не обсуждали.

Ссылки ФИО3 на то, что представитель ответчика ФИО13 является родственником ФИО15 и привлекался по фактам мошенничества, являются несостоятельными, поскольку о притворности договора дарения не свидетельствуют.

Замечания на протокол ФИО3 судом разрешены и удостоверены определением суда от <дата>, пояснения о том, что о договоре дарения истец узнала в июле 2022 года, отражены в протоколе судебного заседания от <дата> (л.д. 115-116 т. 1).

Помимо изложенного, судебная коллегия обращает внимание на то, что в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 5 п. 1.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 4 (ред. от <дата>) "О некоторых вопросах практики рассмотрения судами споров, возникающих между участниками общей собственности на жилой дом", при разрешении споров, возникающих в связи с осуществлением участником долевой собственности преимущественного права покупки доли имущества при предъявлении такого иска истец обязан внести по аналогии с п. 1 ст. 96 ГПК РФ на банковский счет управления (отдела) Судебного департамента в соответствующем субъекте Российской Федерации уплаченную покупателем за дом сумму, сборы и пошлины, а также другие суммы, подлежащие выплате покупателю в возмещение понесенных им при покупке дома необходимых расходов.

Однако ФИО3 при предъявлении иска о переводе на нее прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи, соответствующие денежные средства на банковский счет управления (отдела) Судебного департамента в Республике Дагестан не внесла, доказательств своей платежеспособности не представила.

С учетом приведенных норм материального права, а также установленных обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности судебного решения и несостоятельности доводов апелляционной жалобы.

Доводы апелляционной жалобы не содержат каких-либо новых обстоятельств, которые опровергали выводы судебного решения, направлены на иную оценку собранных по делу доказательств, не влияют на правильность принятого судом решения, в связи с чем, не могут служить основанием к отмене решения суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено <дата>