Решение по делу № 2-1505/2022 от 20.02.2023 - о трудоустройстве, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда.

УИД – 31RS0004-01-2022-002723-60 2-170/2023 (2-1505/2022)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 февраля 2023 года г. Валуйки

Валуйский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Шелайкина В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Гридневой Е.В.,

с участием старшего помощника Валуйского межрайонного прокурора Седых Н.П., истца ФИО10, представителя истца по ордеру адвоката Магомедова Р.М., представителя ответчика МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области, по ордеру адвоката Ласунова А.В., представителя ответчика Управления образования администрации Валуйского городского округа по доверенности ФИО11

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области, Управлению образования администрации Валуйского городского округа Белгородской области об установления факта трудовых отношений, обязании внести запись в трудовую книжку о трудоустройстве, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО10 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, в котором просила установить факт трудовых отношений с МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области в период с 02.03.2020 г. по настоящее время в должности уборщика служебных помещений с окладом 15964,42 руб.; обязать МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области внести запись в трудовую книжку о трудоустройстве, взыскать с Управления образования администрации Валуйского городского округа заработную плату за период с 02.03.2020 г. по день рассмотрения дела, компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб., а также судебные расходы, понесенные на оплату услуг адвоката в размере 15000 руб.

В обоснование заявленных требований ФИО10 указала, что с 02.03.2020 г. она была допущена к выполнению трудовых обязанностей без оформления трудового договора у ответчика МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области в должности уборщика служебных помещений, выполняла порученные работы. С 26.10.2022 г. указанный ответчик не допускает ее к работе. Заработная плата начислялась за выполненные работы Управлением образования администрации Валуйского городского округа (как распорядителем денежных средств) другому лицу - ФИО1 Действиями ответчиков ей причинены физические и нравственные страдания, унижена ее честь и достоинство, вследствие чего она осталась без средств к существованию.

От представителя ответчика МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области, поступило возражение на иск, в котором он иск не признает, изложил, что истец вводит суд в заблуждение, поскольку с 02.03.2020 в МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области в должности уборщика служебных помещений работала ее свекровь ФИО1, которая уволена с 26.10.2022 г. по собственному желанию. Истец в указанной должности работала по трудовому договору до марта 2020 г. По договоренности с ФИО1 (в связи с плохим самочувствием) и одобрения ответчика, истец иногда (примерно 5-6 раз в год) приходила убирать помещения, не претендуя на оплату труда.

Истец ФИО10 и её представитель Магомедов Р.М. уточненные исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области, заявленные требования не признал по доводам, изложенным в письменном возражении на иск.

Представитель ответчика Управлением образования администрации Валуйского городского округа, иск не признала.

Суд, с учетом положения ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным истцом доказательствам, с учетом заключения старшего помощника прокурора, давшей заключение об отсутствие нарушений со стороны ответчиков, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу ч. 1,3 ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Статья 16 ТК РФ, предусматривает, что к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 N 597-О-О).

Статьей 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 61 ТК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью первой ст. 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, ч.2 ст. 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Согласно ч.1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), конкретизирующей ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов ст. 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

По настоящему делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований истца и регулирующих спорные отношения норм материального права являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между истцом и ответчиком о личном выполнении истцом работы по должности уборщика служебных помещений; была ли допущен истец к выполнению указанной работы директором МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области; выполняла ли истец работу в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялась ли она действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; выплачивалась ли ей заработная плата.

В ходе судебного разбирательства, на основании представленных доказательств, установлено, что МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области (далее - МУДО «ДЭБЦ») является бюджетным муниципальным учреждением, дополнительного образования, с видом деятельности – детский эколого-биологический центр. Учредителем является муниципальное образование – Валуйский городской округ, функции и полномочия учреждения осуществляет администрации Валуйского городского округа, отдельные функции и полномочия осуществляет управление образования администрации Валуйского городского округа. Учреждение самостоятельно в организации и осуществлении образовательного процесса, подборе и расстановке кадров, директор в пределах своей компетенции издает приказы, распоряжения, осуществляет прием на работу и увольнение с работы, утверждает штатное расписание, ставки заработной платы, должностные оклады, надбавки и доплаты к ним (Т1, л.д. 32-35,236-260).

Согласно положению, об управлении образования администрации Валуйского городского округа, размещённому на официальном сайте http://valobr.ru/about/Pologhenie/, Управление образования администрации Валуйского городского округа (далее - Управление) является отраслевым органом администрации Валуйского городского округа, непосредственно организующим исполнение полномочий администрации Валуйского городского округа по решению вопросов местного значения в сфере образования и осуществляющим управление в сфере образования на территории Валуйского городского округа. Управлению подведомственны муниципальные образовательные организации дошкольного, общего и дополнительного образования Валуйского городского округа. Управление является распорядителем бюджетных средств Валуйского городского округа по отрасли «Образование».

Согласно штатного расписания МУДО «ДЭБЦ» за 2020-2022 гг., в учреждении имеется штатная единица – уборщик служебных помещений (Т1, л.д. 25-26).

Истец ФИО10 с 01.07.2019 г. по 14.02.2020 г. работала в вышеуказанном учреждении в должности уборщика служебных помещений, с 02.03.2020 г. по 26.10.2022 г. в МУДО «ДЭБЦ» в должности уборщика служебных помещений работала ФИО1, уволены указанные лица были по собственному желанию, что подтверждается приказами (Т1, л.д. 234, 235, 22, 23, 24, 233). Из книги учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним, усматривается, что 14.02.2020 г. трудовая книжка была выдана по роспись ФИО10, а 26.10.2022 г. выдана ФИО1 (Т1, л.д. 27-29).

Из пояснений сторон следует, что ФИО1 приходится ФИО10 свекровью (матерью супруга), проживают указанные лица совместно.

Согласно реестров расчетных счетов для перечисления заработных плат (аванса и зарплаты) работникам МУДО «ДЭБЦ», составленных специалистом Управления, а также платежных поручений за период с января 2020 г. по октябрь 2022 г., усматривается перечисление денежных средств ФИО1 на счет 4081ххх315 (Т1, л.д. 36-218).

Карточками МУДО «ДЭБЦ» на сотрудника ФИО1 за период 2020 г. – 2022 г., подтверждается выплата ей заработной платы (с учетом НДФЛ) в 2020 г.: март – ноябрь – оклад 10553 руб., декабрь - оклад 14546,17 руб.; 2021 г.: январь – декабрь - оклад 13215,31руб.; 2022 г.: январь – декабрь - оклад 15964,42 руб. (Т2, л.д. 14-17).

Заявленные исковые требования ФИО10 основывает на том, что в период с 02.03.2020 г. по 26.10.2022 г. состояла с МУДО «ДЭБЦ» в трудовых отношениях, выполняла трудовые обязанности уборщика служебных помещений, ежедневно, с понедельника по пятницу с 08.00 час. до 17.00 час., трудовые отношения в установленном порядке оформлены не были, заработная плата начислялась и выплачивалась ФИО1 (которая денежными средствами с ней не делилась). С разрешения директора она занималась уборкой помещений, коридора, прилегающей дворовой территории, имела ключ от входной калитки. Вместо свекрови расписывалась в журнале при получении инвентаря и химических средств для уборки; журналах санитарной обработки, технической безопасности.

Исследуя подписи в журналах представленные ответчиком МУДО «ДЭБЦ», суд усматривает, что в «журнале регистрации удостоверений проверки знаний по охране труда работников учреждения» - 09.09.2019 г. расписывалась работавшая на тот момент ФИО10 (Т2, л.д. 75-76); в «журнале учета инструктажей по пожарной безопасности» 01.07.2019 г., 27.12.2019 г., расписывалась ФИО10, 17.06.2020 г. – ФИО1 (с опиской в наименовании должности), 15.12.2020 г., 28.06.2021 г., 27.10.2021 г., 24.06.2022 – ФИО1 (Т2, л.д. 79-87); в «журнале учета присвоения групп 1 по электробезопасности не электротехническому персоналу» - 09.09.2020 г. расписывалась ФИО1 (Т2, л.д. 71-72); в «журнале регистрации вводного инструктажа» - 25.02.2022 г. расписывалась ФИО1 (Т2, л.д. 73-74); в «ведомости выдачи материальных ценностей на нужды учреждения» - в июне 2021 г. расписывалась ФИО1 (Т2, л.д. 77-78); в «журнале выдачи инструкций по охране труда» - 25.02.2022 г. расписывалась ФИО1 (Т2, л.д. 88-114).

Сравнивая подписи ФИО10 и ФИО1, имеющиеся в заявлениях об увольнении и приеме на работу, соответственно, с записями в исследованных выше журналах, суд не может с достоверностью определить подлинность подписей ФИО1 проставленных напротив ее фамилии, поскольку подписи Ксении и Любови схожи между собой. Доказательств с достоверностью подтверждающих факт проставления ФИО10 подписи за ФИО1, суду не предоставлено.

В судебном заседании стороной истца обеспечена явка свидетеля ФИО2 (отца ФИО10), пояснившего, что его дочь работала в МУДО «ДЭБЦ» уборщицей с 2020 г. по 2021 г., он сам довозил ее на работу к 09.00 час., с понедельника по пятницу, суббота, воскресенье, были выходными, на территорию МУДО «ДЭБЦ» он не заходил. Подтвердил, что свекровь дочери ФИО1 фактически там не работала, но зарплата перечислялась на ее (Любы) карту, размер зарплаты подтвердить не смог.

Со стороны ответчика МУДО «ДЭБЦ» была обеспечена явка пяти свидетелей. ФИО3 (директор) пояснила, что ФИО10 работала в их учреждении с 2019 г. по 2020 г. (7 мес.) в должности уборщика служебных помещений, после чего она уволилась, порекомендовав вместо себя на должность свою свекровь ФИО1, которая была принята на работу с 02.03.2020 г., уволена 26.10.2022 г. Были дни, когда ФИО1, из-за плохого самочувствия, просила подменить ее своей невесткой ФИО10, это были редкие случаи, один раз в месяц, либо один раз в квартал, примерно 5-6 раз в год. График работы уборщика предусматривает нахождение на рабочем месте с 08.00 час. до 17.00, но разрешалось производить уборку один раз в день, преимущественно это было в обеденное время, либо вечером. В журналах ФИО10 за ФИО1 никогда не расписывалась, ключей от входной калитки у нее не было, поскольку уборщица самостоятельно, без присутствия основных работников находится в учреждении не имеет права.

Свидетели ФИО4 и ФИО5 (педагоги дополнительного образования), ФИО6 (оператора газовой котельной), подтвердили, что в основном работу уборщика служебных помещений в период с 2020 г. по 2022 г. выполняла ФИО1, в редких случаях (один, два раза в месяц) в связи с плохим самочувствием, ее замещала невестка ФИО10, которая ранее работала уборщицей.

Свидетель ФИО7 (супруг ФИО3), пояснил, что знает ФИО10, так как знает ее отца. Ксения работала уборщицей в МУДО «ДЭБЦ», после увольнения, вместо нее работала ее свекровь ФИО1, которая работала постоянно, Ксения иной раз замещала свекровь.

Опрошенные свидетели ФИО3 и ФИО4, также подтвердили показания данные в ходе следствия по уголовному делу в отношении ФИО10, уточнив их о том, что ФИО10 работала в МУДО «ДЭБЦ» замещая ФИО1 иногда, примерно 1 раз в месяц.

Суд показания свидетелей ФИО2 и ФИО7 относится критически, не принимая их во внимание, поскольку указанные лица, приходясь близкими родственниками истца и директора МУДО «ДЭБЦ», соответственно не могут дать объективных и достоверных показаний об их безусловной осведомленности относительно установления факта наличия постоянных трудовых отношений ФИО10 в спорный период времени.

Показания остальных свидетелей суд допускает в качестве относимых доказательств, которые будут в совокупности оценены судом при принятии решения.

Представитель истца в обосновании факта нахождения истца в постоянных трудовых отношениях с МУДО «ДЭБЦ», ссылается на письменные показания потерпевшей ФИО3 и свидетелей (работников МУДО «ДЭБЦ») ФИО8, ФИО4, ФИО9, данных в ходе расследования уголовного дела «по факту хищения денежных средств, принадлежащих ФИО3, по подозрению в совершении преступления ФИО10, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ». Пояснив, что в письменных пояснениях вышеуказанных лиц, четко прослеживается, что ФИО10 выполняла трудовые обязанности уборщика служебных помещений в период официального трудоустройства ФИО1 (Т2, л.д. 115-127).

Суд, оценивая указанные выше письменные пояснения и показания свидетелей со стороны ответчика при рассмотрении настоящего дела, приходит к выводу, что показания данные свидетелями и потерпевшей, с достоверностью не свидетельствуют о том, что ФИО10 работала в МУДО «ДЭБЦ» на постоянной основе с 02.03.2020 г. по 26.10.2022 г.

Представителем истца заявлено о том, что ФИО1 фактически не могла работать в спорный период времени из-за плохого состояния здоровья, в подтверждении чего он предоставил медицинскую документацию. Из которой усматривается, что ей установлена третья группа инвалидности с 2007 г., бессрочно, с диагнозом инсулинозависимый сахарный диабет, гипертензивная болезнь с преимущественным поражением сердца, без сердечной недостаточности. Пациент посещает врача эндокринолога, которым ведется ее наблюдение и назначение лечения, выписка рецептов для приобретения лекарственных препаратов (Т2, л.д. 32-70).

Вышеуказанный довод представителя истца, опровергается заключение врачебной комиссии № 7 от 02.09.2022 г. выданной ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при прохождении медицинской комиссии для трудоустройства в должности уборщика служебных помещений в МУДО «ДЭБЦ», в котором указано об отсутствие медицинских противопоказаний (Т1, л.д. 31).

Довод представителя истца, о том, что представитель ответчика, ранее в рамках гражданского дела № 74/2023, по иску ФИО1 к МУДО «ДЭБЦ» о восстановлении на работе…, признавал, что ФИО10 работала вместо ФИО1 указывая что «я так и знал, что вы так скажите, она не работала, работала ее сноха, а ФИО1 только числилась» (Т2, л.д. 29), суд находит необоснованным, поскольку фраза представителя ответчика (указанная в протоколе судебного заседания), не свидетельствует достоверно о том, что Ксения работала на постоянной основе в период с 02.03.2020 г. по 26.10.2022 г., вместо Любови.

По ходатайству представителя ответчика МУДО «ДЭБЦ», судом сделан запрос в ОСФР по <адрес> в отношении ФИО10, по факту получения ею пенсии по потере кормильца (супруга). Из полученного ответа, усматривается, что она является получателем страховой пенсии по случаюпотери кормильца (СПК) (Т1, л.д. 230).

Из пояснений адвоката Ласунова А.С. усматривается, что ФИО10, для оформления пенсии по СПК, после смерти супруга, уволилась с должности уборщика служебных помещений в МУДО «ДЭБЦ», условия получения указанной пенсии предусматривают соблюдение требования о том, что получатель не работает. Заявленные требования истца о признании ее трудовых отношений в МУДО «ДЭБЦ» в период с 02.03.2020 г. по 26.10.2022 г., является взаимоисключающими обстоятельствами, которые могут привести к незаконности получения пенсии по СПК.

В соответствии со с п. 2 ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, один из родителей или супруг либо дедушка, бабушка умершего кормильца независимо от возраста и трудоспособности, а также брат, сестра либо ребенок умершего кормильца, достигшие возраста 18 лет, если они заняты уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками умершего кормильца, не достигшими 14 лет и имеющими право на страховую пенсию по случаю потери кормильца в соответствии сп. 1настоящей части, и не работают.

В ходе судебного разбирательства истец не отрицала получение пенсии по СПК, а также то, что в период получения пенсии не имела права быть трудоустроенной и получать доход.

Таким образом, оценивая представленные сторонами доказательства, суд исходил из того, что истцом не доказано о наличии во взаимоотношениях сторон обязательных признаков, характеризующих возникновение трудовых отношений в период с 02.03.2020 г. по 26.10.2022 г., а именно достижение между ФИО10 и МУДО «ДЭБЦ» соглашения о личном выполнении трудовой функции уборщика служебных помещений в интересах постоянно согласно графику работы, под контролем и управлением работодателя; подчинение истца действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, а также возмездный характер трудовых отношений.

Факт возникновения трудовых отношений между сторонами не нашел своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства, что влечет отказ в удовлетворении исковых требованиях об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку и выплаты заработной платы.

В соответствии с положениями ст. 129 ТК РФ заработная плата выплачивается работнику за выполненную работу, в ходе рассмотрения дела установлено, что в спорный период заработную плату получала ФИО1 выполнявшая работу уборщика служебных помещений, истец подтвердила, что полученную заработную плату ФИО1, ей не передавала.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в порядке ст. 237 ТК РФ, суд исходит из того, что основанием такой компенсации являются факты нарушения работодателем трудовых прав работника, неправомерные действия работодателя. Указанные обстоятельства в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения.

Представленные истцом доказательства не подтверждают обстоятельства, на которые она ссылается, в обосновании своих требований.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении искового заявления ФИО10 к МУДО «Детский эколого-биологический центр» города Валуйки Белгородской области, Управлению образования администрации Валуйского городского округа Белгородской области об установления факта трудовых отношений, обязании внести запись в трудовую книжку о трудоустройстве, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Валуйский районный суд.

Судья

<данные изъяты>