УИД 73RS0021-01-2025-000510-43
Дело № 2-1-430/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 ноября 2025 года г. Сенгилей
Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в составе:
судьи Кузнецовой М.С.
при секретарях судебного заседания Никулиной Т.Н., Нечепуренко И.Г.
а также с участием представителя истца – ФИО1, представителя ответчика – ФИО2, третьего лица ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в Сенгилеевский районный суд Ульяновской области с иском в интересах ФИО4 к МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований, с учетом дополнения, указала, что решением Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № были частично удовлетворены исковые требования ФИО4 к МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области о предоставлении жилья в замен непригодного для проживания. Суд обязал МУ администрацию МО «<адрес>» <адрес> представить ФИО4 по договору социального найма благоустроенное жилое помещение, отвечающее санитарным и техническим нормам и требованиям, общей площадью не менее 64,53 кв.м, взамен ранее занимаемого жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>,3. В удовлетворении остальной части исковых требований было отказано. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. Во исполнение решения суда МУ администрация МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области представила ФИО4 по договору социального найма благоустроенное жилое помещение, отвечающее санитарным и техническим нормам и требованиям. Поскольку МУ администрация МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области в добровольном порядке не предоставила ФИО4 благоустроенное жилое помещение, чем нарушила права ФИО4, то она была вынуждена обратиться за защитой своих прав с исковым заявлением в суд об обязании предоставить ей такое помещение. Своими незаконными действиями МУ администрация МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области нарушила права ФИО4, в результате чего ей был причинен моральный вред, который она оценивает в сумме 100 000 руб. ФИО4 были причинены душевные страдания, которые выразились в переживаниях, разочаровании и обиды остаться без пригодного для проживания и благоустроенного жилья, необходимости доказывать свою правоту, оббивая пороги государственных органов, искать представителей, поскольку здоровье и юридическая безграмотность не позволяют делать все самостоятельно. Для восстановления нарушенных прав ей пришлось обратиться к юристу и понести финансовые расходы на оплату юридических услуг по защите своих прав в судебном порядке, а также к дочери.
Кроме того, действиями администрации по не предоставлению ФИО4 по договору социального найма благоустроенного жилого помещения, отвечающего санитарным и техническим нормам были нарушены имущественные права ФИО4, а вследствие этого были также нарушены ее неимущественные права: право на спокойную жизнь на пенсии, унижены честь и достоинство, причинены душевные страдания, переживания, разочарования и обиды остаться без пригодного для проживания и благоустроенного жилья. В силу возраста и состояния здоровья сама ФИО4 не могла оспаривать незаконные действия администрации. Таким образом, пришлось оформить доверенность на дочь ФИО3 и ФИО1, которые действовали в ее интересах и обращались в различные ведомства и инстанции для восстановления нарушенных прав истца. Истец и представители были постоянно на связи. Обо всех действиях ответчика, заявлениях, жалобах, запросах истцу было известно. В связи с этим она сильно переживала, боялась, что доказать правду не удастся и она с семьей останется без жилья. Нарушение неимущественных прав произошло с ДД.ММ.ГГГГ, с даты передачи квартиры в муниципальную собственность района. С указанной даты никаких претензий со стороны администрации к ФИО4 по поводу незаконной перепланировки квартиры не имелось. Паспортизация и техническая документация должна была производиться администрацией за ее счет как собственника муниципального имущества, однако администрацией такая документация не оформлялась по неизвестным истцу причинам. Ответчик не мог не знать, что истец проживает в переоборудованной квартире, однако на протяжении всего владения имуществом никаких действий по узаконению изменений не совершалось либо предъявления претензий к жильцам не предъявлялось. Этот же вопрос не встал и в период постановки на очередь в качестве лиц, подлежащих переселению, он якобы встал лишь в конце 2024 года. С 1992 года капитальный ремонт дома не проводился администрацией, хотя дом в его проведении нуждался, конструкция крыши дома была обрушена, что впоследствии и привело к аварийности жилья и создало угрозу жизни для людей, которые не могли в нем проживать, опасаясь за свою жизнь. В связи с нахождением квартиры в аварийном состоянии, угрожающем жизни и здоровью ФИО4, она с семьей была вынуждена длительное время снимать жилье и в итоге переехать в другое место жительства к своим родственникам в <адрес>. Представители администрации указывали, что договора социального найма спорной квартиры у них нет. Действительно органом власти был утерян пакет документов истца, подтверждающий право на переселение, следовательно, администрацией был нарушен порядок хранения документации, была утеря документов. Ответчик переложил ответственность за переселение на истца, что является незаконным и необоснованным. Таким образом, имело место быть незаконное требование дубликатов утерянных документов. В ходе суда после многочисленных жалоб представителя истца в различные инстанции документы нашлись. При обращении ФИО4 с исковым заявлением в суд о предоставлении ей жилья взамен непригодного для проживания у администрации появились необходимые для предоставления ей жилья документы, таким образом, администрация затягивала время, вела себя недобросовестно и халатно относилась к фактически имеющимся в ее распоряжении «утерянных» документов. Считает, что ответственность за неправильное хранение документов полностью лежит на администрации. Таким образом, со стороны ответчика было недобросовестное поведение в отношении истицы, повлекшие нравственные страдания пожилой женщины. Незаконные действия администрации подтверждены имеющимся решением Сенгилеевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №. ФИО4 полагается компенсация морального вреда изначально в связи с нарушением ее прав, поскольку факт нарушения имущественных прав ФИО4 был установлен вынесенным решением суда. Также администрацией не представлено в материалы дела и не подтверждено, что ФИО4 предлагались какие-либо иные квартиры взамен непригодного жилья для проживания, и что она отказывалась от них, а все выводы и доводы администрации по поводу предложения ФИО4 других квартир взамен непригодной для проживания квартиры, являются голословными и не подтвержденными. Предложение поступило однажды в ходе суда и в отношении иной квартиры, нежели той, которая была фактически предоставлена. По имеющимся документам администрация должна была предоставить ФИО4 квартиру соответствующей площади взамен непригодной для проживания. Квартира ФИО4 действительно была объединена из двух квартир № 2 и № 3 и переделана в трехкомнатную квартиру, при этом подтверждающих документов у нее не имеется. На момент проведения переустройства квартиры согласие бралось у собственника квартиры, то есть психоневрологического интерната. По какой причине данные документы не сохранились, истице неизвестно, так как обязанность по ведению и хранению документации в отношении ведомственного жилья не входило в ее компетенцию. Однако отсутствие претензий со стороны психоневрологического интерната, Новослободского сельского поселения, а позже и ответчика по настоящему делу, а также нахождение в реестре муниципальной собственности МО «Сенгилеевский район» уже объединенной квартиры подтверждает законность перепланировки. В реестре муниципальной собственности указанная трехкомнатная квартира площадью 64,53 кв.м числилась как объединенная квартира, состоящая из двух квартир № и №, и была передана администрации по акту приема-передачи № от ДД.ММ.ГГГГ от администрации МО «Новослободское сельское поселение».
Просит взыскать с МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.
Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО3, ФИО5, ФИО6
В судебное заседание истец ФИО4, третьи лица ФИО5, ФИО6, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явились.
Судом в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотрено дело в отсутствие не явившихся лиц.
В судебном заседании представитель истца – по доверенности ФИО1 на исковых требованиях настаивала, доводы, изложенные в исковом заявлении и дополнительных письменных пояснениях, поддержала.
В судебном заседании представитель ответчика – по доверенности ФИО2 с исковыми требованиями не согласился, поддержал доводы, изложены в отзыве на исковое заявление, а именно указал, что между истцом и ответчиком сложились имущественные отношения, не имеется оснований полагать, что действиями ответчика нарушено личное неимущественное право истца на жилище, а также истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.
В судебном заседании до перерыва третье лицо ФИО3 исковые требования поддержала.
Выслушав представителя истца, представителя ответчика, третье лицо, допросив свидетелей, а также исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела и установлено судом, вступившим в законную силу решением Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу № исковые требования ФИО4 к МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области удовлетворены частично. Возложена на МУ администрацию МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области обязанность предоставить ФИО4 по договору социального найма благоустроенное жилое помещение, отвечающее санитарным и техническим нормам и требованиям, общей площадью не менее 64,53 кв.м, взамен ранее занимаемого жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, 3. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
В приведенном выше решении суда установлены следующие обстоятельства.
ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирована и проживала в квартире по адресу: <адрес>. В указанном жилом помещении также зарегистрированы и проживали супруг истца - ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ, сын истца - ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ, а также была зарегистрирована и проживала дочь истца – ФИО3 (ранее ФИО7) Т.Е. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ между МУ администрацией МО «Новослободское сельское поселение» <адрес> и ФИО4 был заключен типовой договор социального найма жилого помещения №, по условиям которого истцу и членам ее семьи было передано в бессрочное владение и пользование изолированное жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности, общей площадью 64,53 кв.м, по адресу: <адрес>, 3, для проживания в нем.
Согласно реестру муниципального жилого фонда, предоставленного по договорам социального найма в МО «Новослободское сельское поселение» Сенгилеевского района, спорная квартира является муниципальной и была передана ФИО4 по договору социального найма № 75 от 16.11.2007.
ДД.ММ.ГГГГ указанная выше квартира была передана от МУ администрации МО «Новослободское сельское поселение» Сенгилеевского района Ульяновской области к МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области, что подтверждается актом о приеме-передаче здания № от ДД.ММ.ГГГГ. В данном акте также указано о том, что <адрес> была объединена с квартирой №.
ДД.ММ.ГГГГ на основании заключения межведомственной комиссии при МУ администрации МО «Сенгилеевский район» многоквартирный дом по адресу: <адрес> был признан аварийным и непригодным для постоянного проживания.
В связи с этим истец и члены ее семьи были вынуждены выехать из квартиры.
В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Учитывая изложенное, указанные выше обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего гражданского дела.
Кроме того, суд при принятии решения по данному делу учитывает следующее.
На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
По тем же правилам возмещается и причиненный гражданину моральный вред.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно абз. 3 п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм ст. 1069 и п. 2 ст. 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.
Таким образом, моральный вред компенсируется лишь в случае его причинения гражданину незаконными действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В других случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ первоначально обратилась в МУ администрацию МО «Сенгилеевский район» с заявлением, в котором просила переселить ее и ее семью из аварийного жилья, находящегося по адресу: <адрес>, 3, в новый дом в <адрес> в соответствии с реализацией областной адресной программы «Переселение граждан, проживающих на территории Ульяновской области» из многоквартирных домов, признанных до ДД.ММ.ГГГГ аварийными и подлежащими сносу или реконструкции в связи с физическим износом в процессе их эксплуатации, в 2022-2023 годах»; в связи с этим истица была поставлена на учет как лицо, подлежащее переселению из аварийного жилья (л.д. 92).
Впоследствии представитель ФИО4 – по доверенности ФИО3 неоднократно обращалась в МУ администрацию МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области с заявлениями о предоставлении истице квартиры взамен непригодной. В ответ на указанные заявления, обращения, жалобы работники администрации требовали представить подписанный истицей договор социального найма непригодного для проживания жилого помещения (л.д. 48-52, 93, 104-105).
Как следует из ч. 4 ст. 15 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее -ЖК РФ), жилое помещение может быть признано непригодным для проживания, многоквартирный дом может быть признан аварийным и подлежащим сносу или реконструкции по основаниям и в порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации. В многоквартирном доме, признанном аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, все жилые помещения являются непригодными для проживания.
В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» к вопросам местного значения городского поселения относятся: обеспечение проживающих в поселении и нуждающихся в жилых помещениях малоимущих граждан жилыми помещениями, организация строительства и содержания муниципального жилищного фонда, создание условий для жилищного строительства, осуществление муниципального жилищного контроля, а также иных полномочий органов местного самоуправления в соответствии с жилищным законодательством.
Согласно разделу 1 Постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом», орган местного самоуправления создает в установленном им порядке комиссию для оценки жилых помещений жилищного фонда Российской Федерации, многоквартирных домов, находящихся в федеральной собственности, муниципального жилищного фонда и частного жилищного фонда, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 7(1) настоящего Положения. В состав комиссии включаются представители этого органа местного самоуправления. Председателем комиссии назначается должностное лицо указанного органа местного самоуправления.
В силу пункта 49 указанного постановления, на основании полученного заключения соответствующий федеральный орган исполнительной власти, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации, орган местного самоуправления в течение 30 календарных дней со дня получения заключения, а в случае обследования жилых помещений, получивших повреждения в результате чрезвычайной ситуации, - в течение 10 календарных дней со дня получения заключения принимает в установленном им порядке решение, предусмотренное абзацем седьмым пункта 7 настоящего Положения, и издает распоряжение с указанием о дальнейшем использовании помещения, сроках отселения физических и юридических лиц в случае признания дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции или о признании необходимости проведения ремонтно-восстановительных работ.
Согласно пункту 50 указанного постановления в случае признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу договоры найма и аренды жилых помещений расторгаются в соответствии с законодательством.
Договоры на жилые помещения, признанные непригодными для проживания, могут быть расторгнуты по требованию любой из сторон договора в судебном порядке в соответствии с законодательством.
Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства по делу нашел свое подтверждение факт незаконных действий МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области, выразившихся в составлении указанных выше ответов на заявления представителя истца, в которых на истицу была возложена обязанность представить подписанный ею договор социального найма жилого помещения, а также факт незаконного бездействия ответчика, выразившегося в длительном не предоставлении истцу нового жилого помещения взамен непригодного для проживания жилья, что привело к нарушению прав и законных интересов истца.
В силу ч. 1 ст. 1 ЖК РФ, жилищное законодательство исходит из необходимости обеспечить безопасность жилища. Доступными праву средствами оно должно способствовать тому, чтобы жилье находилось в состоянии, не угрожающем жизни и здоровью граждан.
Согласно ч. 6 ст. 2 ЖК РФ, органы государственной власти и органы местного самоуправления должны обеспечивать контроль за соответствием жилых помещений установленным санитарным и техническим правилам и нормам.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, право каждого на жилище, как оно закреплено Конституцией Российской Федерации и предусмотрено нормами международного права, опирается на выраженный в предписаниях статей 2, 17 - 19 и 21 Конституции Российской Федерации принцип, в силу которого человек является высшей ценностью и ничто не может служить основанием для умаления его достоинства как субъекта гражданского общества, чьи права и свободы во всей их полноте находятся под защитой Конституции Российской Федерации, а следовательно, исключается отношение к нему лишь как к объекту внешнего воздействия.
Таким образом, жилое помещение должно быть пригодным для его использования в целях постоянного проживания граждан, при этом факт реализации жилищных прав не должен быть обусловлен обстоятельствами, создающими угрозу для жизни и здоровья человека.
В данном случае фактом совершения ответчиком указанных незаконных действий нарушены личные неимущественные права истца на благоустроенное жилое помещение. Тем самым истцу причинены нравственные страдания.
Нарушение ответчиком указанного конституционного права истца, причинило ФИО4 нравственные страдания, что является достаточным основанием для возложения на ответчика обязанности денежной компенсации морального вреда.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
По смыслу приведенного правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степени вины нарушителя, а также с учетом иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, требований разумности и справедливости.
Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание факт незаконных действий ответчика, степень допущенных ответчиком нарушений, руководствуясь предусмотренными законом критериями определения размера компенсации, всеми заслуживающими внимания обстоятельствами, в том числе того обстоятельства, что ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ стала собственником новой квартиры, расположенной по адресу: Российская Федерация, <адрес>, г.<адрес>, принимая во внимание требования разумности и справедливости, степень и характер понесенных истцом страданий с учетом ее индивидуальных особенностей, в том числе возраста и состояния здоровья, и приходит к выводу об определении размера денежной компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей.
Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
В силу в абз. 2 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетных системы Российской Федерации», в случае удовлетворения иска к публично-правовому образованию о возмещении вреда, взыскиваемого за счет казны публично-правового образования, исполнение обязанности по возмещению судебных расходов также осуществляется за счет казны публично-правового образования, то есть по правилам ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации.
Учитывая то, что МУ администрация МО «Сенгилеевский район» Ульяновкой области является исполнительно-распорядительным органом, наделенным полномочиями по решению вопросов местного значения, в том числе по реализации полномочий органов местного самоуправления в сфере жилищного законодательства, включая обеспечение условий для осуществления гражданами права на жилище и его безопасность, ответственность по возмещению вреда подлежит возложению на МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области в лице администрации района.
При таких обстоятельствах исковые требования ФИО4 к МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично.
Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО4 к МУ администрации МО «Сенгилеевский район» Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с муниципального учреждения администрации муниципального образования «Сенгилеевский район» Ульяновской области (ИНН № ОГРН №) в пользу ФИО4 (паспорт № компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда – с 4 декабря 2025 года.
Судья М.С. Кузнецова