78RS0002-01-2022-012476-93

Дело № 2–3194/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2023 года Санкт-Петербург

Выборгский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Глазачевой С.Ю.

с участием адвоката Осадчего Е.В., действующего в интересах ответчика на основании ордера,

при секретаре Воробьевой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Выборгского районного суда Санкт-Петербурга гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО5 о признании договора дарения ? доли недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

03.10.2022 истец обратился в Выборгский районный суд г. Санкт-Петербурга с вышеназванным иском к ответчику, просил:

признать недействительным договор от 08.12.2016 дарения ? доли жилой площади в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, на бланке №, между ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО5, <данные изъяты>;

применить последствия недействительности сделки – прекратить право собственности ФИО5 на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, общей площадью 67,3 кв.м, назначение – жилое помещение, кадастровый №, расположенную на втором этаже жилого дома (свидетельство о государственной регистрации права № от 15.12.2016);

истребовать у ответчика украденные у истца подлинный договор от 08.12.2016 дарения ? доли жилого помещения и квитанций об оплате жилого помещения за 2020–2022 гг.;

применить меры по обеспечению иска – наложить арест на квартиру по адресу: <адрес>, и запретить регистрационные действия в отношении указанного жилого помещения.

В обоснование своих требований указано: 08.12.2016 истец подарил ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ? долю в квартире по вышеуказанному адресу, договор дарения истец был вынужден заключить в результате обмана и предоставления недостоверных заверений об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора дарения; кроме того, в кабинете нотариуса, в присутствии нотариуса истцу ответчик и ее отец гарантировали пожизненное содержание и право пользования квартирой; 16.08.2022 ответчик позвонила истцу, сообщила, что сменила замки в квартире, и не пустит истца в квартиру; вместе с тем, истец в квартире по адресу: <адрес>, никогда не проживал, но оплачивал коммунальные платежи; истец пояснил, что постоянно проживал и был зарегистрирован по адресу: <адрес>, в доме также был заменен замок, оставшиеся личные вещи истца, были частично возвращены последнему в присутствии ФИО1 и ФИО2; истец настаивает, что квартира была подарена с пороком воли; 20.09.2022 истцу случайно стало известно, что квартира выставлена на продажу; срок исковой давности истец исчисляет с 16.08.2022; полагая свои права нарушенными, истец обратилась за судебной защитой.

22.11.2022 определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга применены обеспечительные меры в виде ареста ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Истец ФИО4 и представитель истца – адвокат Гаврилова И.С., в суд явились; на удовлетворении иска настаивали, обстоятельства, изложенные в обоснование требований.

Ответчик ФИО5, надлежащим образом извещенная о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явилась; реализовала процессуальное право на участие в деле своего представителя адвоката Осадчего Е.В., действующего на основании ордера, последний в судебное заседание явился поддержал заявление о применении срока исковой давности.

Третьи лица Управление Росреестра по Санкт-Петербургу и нотариус нотариального округа Санкт-Петербург ФИО6, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, ходатайств и возражений суду не представили.

Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу была представлена письменная правовая позиция, согласно которой переход права собственности на спорную квартиру был произведен на основании надлежащих правоустанавливающих документов, которые на момент осуществления регистрационных действий не были оспорены и признаны недействительными в установленном законом порядке. Управление спорной квартирой не владеет, не пользуется, не состоит и не состояло в гражданско – правовых отношениях с истцом, и не имеет самостоятельного правового интереса в данном деле. Вместе с тем, Управлением отмечено, что истцом не заявлено требование о возврате имущества. Кроме того, содержится просьба о рассмотрении дела без участия представителя Управления.

Суд в порядке ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте слушания дела.

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей ФИО7 №1, ФИО7 №2, ФИО7 №3, ФИО7 №4, ФИО7 №5, изучив материалы дела, проанализировав и оценив собранные по делу доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, учитывая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Так, в соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.

В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу указанной нормы права сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть оспорена в связи с тем, что в результате действий одной из сторон по ее совершению имело место волеизъявление, не соответствующее действительной воле стороны, возникли иные последствия, нежели те, которые эта сторона имела в виду.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Судом установлено, и материалами дела подтверждается, что с 10.12.2003 ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., являлись сособственниками квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, по ? доле каждому.

ФИО4 и ФИО3 были зарегистрированы по указанному адресу с ДД.ММ.ГГГГ.

08.12.2016 ФИО4 и ФИО3 подарили принадлежащие им доли ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на день заключения договора одаряемая была несовершеннолетней, и действовала с согласия своего отца ФИО7 №2

Со слов ФИО4 в указанной квартире он никогда не проживал.

15.12.2016 Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу был зарегистрирован переход права собственности на вышеуказанную квартиру за ФИО5

Исходя из положений вышеуказанных правовых норм значимыми обстоятельствами, имеющими значение по делу, для вывода о состоявшемся договоре дарения являются не только письменное оформление договора, но и факт передачи и принятия дара, должна быть выяснена действительная воля стороны с учетом цели договора.

Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки сложилась вследствие заблуждения, поэтому сделка влечет иные правовые последствия, нежели те, которые он в действительности имел в виду, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он бы не совершил, если бы не заблуждался.

В суде были допрошены свидетели ФИО7 №1, ФИО7 №2, ФИО7 №3, ФИО7 №4, ФИО7 №5, которые дали пояснения относительно состояния и поведения истца в момент подписания договора дарения.

Так свидетель ФИО7 №4 (сестра умершей ФИО3) пояснила, что истец добровольно и безвозмездно подарил ? в спорной квартире ответчику, семья была дружной. обратила внимание на то, что истец жил за счет средств ее сестры.

ФИО7 ФИО7 №5 (мать ответчика) пояснила, что подарить квартиру ее дочери по спорному адресу было решением Б-вых, истца считали отцом и дедушкой, семья была дружной, до момента вступления истца в брак Гавриловой И.С., при совершении сделки свидетель не присутствовала, условия сделки не обсуждались, никаких требований со стороны истца до 2022 г. не поступало, обратила внимание на то, что с 2010 г. истец жил за счет средств ее матери, был на ее иждивении.

ФИО7 ФИО7 №2 (отец ответчика, бывший муж ФИО7 №5) пояснил, что добровольно подарил ? в спорной квартире ответчику, но дарить не хотел, при совершении сделки задавал нотариусу вопросы, опасался остаться без недвижимости, при продаже недвижимости в <адрес>, обязательным условием было «неухудшение жилищных условий» несовершеннолетней ФИО5, представитель органа опеки и попечительства присутствовал при совершении сделки, на истца не оказывалось давления.

ФИО7 ФИО7 №3 по поводу оспариваемой сделки ничего пояснить не смог.

ФИО7 ФИО7 №1 пояснил, что возражал против оспариваемой сделки, пытался отговорить истца, но истец был убежден, что семья его не оставит без жилья.

Показания допрошенных судом свидетелей ФИО7 №1, ФИО7 №3, ФИО7 №4, ФИО7 №5, достаточным достоверным доказательством относительно обстоятельств заключения сторонами договора дарения под влиянием обмана или заблуждения, не могут быть признаны, так как ни один из свидетелей при подписании договора дарения или обсуждении между сторонами возможности его заключения и его условий не присутствовал, обстоятельства совершения сделок по отчуждению имущества знают только со слов сторон.

Единственным присутствовавшим при совершении сделки был свидетель ФИО7 №2 и нотариус ФИО8, из объяснений которых, следует, что истец добровольно и безвозмездно подарил ? в спорной квартире ответчику, к заключению сделки истца не принуждали.

Из пояснений нотариуса ФИО8 также следует, что права и сторонам сделки были разъяснены, было разъяснено право заключить другой договор, также нотариус указала на то, что дарители предварительно посещали орган опеки и попечительства.

Оснований не доверять данным показаниям отсутствуют, обстоятельства, о которых они сообщили суду, известны им из непосредственного общения со сторонами, их показания не содержат противоречий, соответствуют объяснениям ответчика и другими доказательствами не опровергаются.

Утверждение истца о том, что ответчик обещала осуществлять за ним уход и сохранить пожизненное право пользования квартирой и не исполнила его, нельзя отнести к заблуждению или обману, поскольку договор дарения не содержит условий о том, что имущество может быть передано в собственность ответчика при условии оказания такой помощи.

Утверждение истца о том, что спорная квартира является для истца единственным жильем, само по себе не может являться достаточным основанием для признания договора дарения недействительными, поскольку собственник вправе произвести отчуждение своего имущества в виде жилого помещения любому лицу.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае усматривается, что истец, одаривая ФИО5, которую воспитывал с ее рождения, обладал волеизъявлением на безвозмездное отчуждение принадлежащей ему ? доли квартиры, из пояснений данных истцом, усматривается, что он полагал, что его доля останется в семье, и что он понимал последствия заключения такого договора дарения.

Суд, оценивая указанные основания иска, исходил из того, что договор дарения заключенный 08.12.2016, подписан сторонами лично, удостоверен нотариусом, а, следовательно, порока воли дарителя, в том числе под влиянием заблуждения не установлено.

Доказательств обратного, суду не представлено.

Разрешая требование ответчика о применении срока исковой давности, суд исходит из следующего. В соответствии со ст.ст. 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года. Иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки мог быть предъявлен в течение 1 года со дня, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 ГК РФ в редакции, действовавшей на день заключения договора дарения). Поскольку исполнение договора началось до подписания самого договора дарения, как указано в п. 9 (до подписания договора дарения), суд пришел к выводу о том, что оба срока - и трехлетний, и годичный на момент подачи настоящего иска истекли.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что требования о признании сделки недействительной заявлены истцом по истечении срока исковой давности.

Доводы истца о том, что он не имел намерения заключить оспариваемую сделку, противоречат ст. 56 ГПК РФ, поскольку бремя доказывания наличия обстоятельств для признания сделки недействительной возложено на истца, заявляющего соответствующие требования. Сами по себе объяснения истца об обстоятельствах заключения сделки при отсутствии иных относимых и допустимых доказательств исковых требований не могут быть положены в основу законного и обоснованного решения суда.

Несение ответчиком расходов по оплате коммунальных услуг соотносится с положениями жилищного законодательства о несении собственниками таких расходов, независимо от принадлежности им такого помещения на праве собственности на недействительность договора дарения не влияет.

Доводы истца о злоупотреблении правом при заключении оспариваемого договора не нашли своего подтверждения, при этом суд исходил из того, что бремя доказывания недобросовестности поведения ответчика лежит на истце.

Доводы истца о том, что ответчик украл у истца подлинный договор дарения от 08.12.2016 и квитанции по оплате жилого помещения за 2020-2022 гг. не подтверждаются объективными доказательствами (постановление о возбуждении уголовного дела), а потому не имеют юридического значения, не опровергают выводов суда, не содержат обстоятельств, которые нуждались бы в дополнительной проверке, а потому не могут служить основанием для вывода об обоснованности заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО4 в удовлетворении иска к ФИО5 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки - ОТКАЗАТЬ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья С.Ю. Глазачева

Решение суда в окончательной форме принято 30.06.2023.