Судья – Будилова О.В.
Дело № 33 – 7426/2023
Суд первой инстанции дело № 2-1129/2023
УИД 59RS0004-01-2022-007758-66
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Казанцевой Е.С.
судей Заривчацкой Т.А., Бабиновой Н.А.
при секретарях Басимовой Н.М., Ландышевой М.Н.
с участием прокурора Кузнецовой С.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании в г.Перми 25.07.2023 гражданское дело по апелляционной жалобе ГБУК «Пермский государственный ордена Трудового Красного Знамени академический театр оперы и балета им. П.И.Чайковского» на решение Ленинского районного суда г.Перми от 10.14.2023.
Заслушав доклад судьи Бабиновой Н.А., пояснения представителя ответчика ФИО1, настаивавшего на доводах жалобы, истца ФИО2, его представителя ФИО3, изучив материалы дела, судебная коллегия
установила:
ФИО2 обратился в суд с иском к ГКБУК «Пермский театр оперы и балета им. П.И. Чайковского» о признании недействительным (незаконным) акта о состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте от 09.11.2022, восстановлении на работе в должности машиниста сцены (бригадира) высокой квалификации, признании незаконной и аннулировании записи в трудовой книжке о расторжении трудового договора по подпункту «б» п.6 ч. 1 ст.81 Трудового кодекса РФ (появление работника на работе в состоянии алкогольного опьянения); взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 01.12.2022 по день восстановления на работе; компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.
В обоснование требований указано, что 01.09.2009 истец принят на работу в ГКБУК «Пермский театр оперы и балеты им. П.И.Чайковского» на должность машиниста сцены машинно-декорационного цеха. В период работы нареканий в его адрес относительно исполнения должностных обязанностей от руководства не поступало, взысканий за нарушение трудовой дисциплины не имел. С 30.11.2022 он был уволен на основании пп. «б» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ согласно приказа №1492л. Увольнение считает незаконным, поскольку у ответчика отсутствовало предусмотренное законом основание для увольнения. 09.11.2022 с 10-00 час. до 15-00 час. он работал с бригадой на сцене; с 15-00 час. до 15-30 час. ходил в ТЮЗ с коллегой из г.Санкт-Петербурга за клеевым пистолетом, затем до 16-30 час. производил погрузку декораций на улице. В 16-35 час. почувствовал себя плохо, была слабость, все тело ломило. Он находился на работе в трезвом состоянии, с небольшой температурой, першило горло, в связи с чем принимал пертуссин. В связи с ухудшением состояния решил сходить в аптеку за таблетками (парацетамолом), в коридоре встретил ШЛ., которая обратила внимание на его плохое состояние, после чего он ушел в аптеку. В аптеке ему стало хуже в 17-30 час., позвонил второму бригадиру машинисту сцены МД. и сообщил, что плохо себя чувствует, пойдет домой, отлежится, на что МД. ответил, что работы пока нет. Его увольнение произведено на основании подложных документов, в действительности истец в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте не находился, медицинское освидетельствование не проводилось. Его не отстраняли от работы, приказа об отстранении работника в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного опьянения ответчиком не издавалось, на медицинское освидетельствование не направлялся, штатного медицинского работника не вызывали. Акт о нахождении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 09.11.2022 составлялся в его отсутствие, комиссия на основании приказа ответчиком не создавалась, вывод о его состоянии сделан ШЛ. на основании субъективного мнения. Он о составлении акта от 09.11.2022 узнал 24.11.2022, когда работодатель затребовал письменные объяснения. Указанными неправомерными действиями ответчика ему причинен моральный вред, выразившийся в глубоких переживаниях, связанных с невозможностью трудиться, обеспечивать материально своего несовершеннолетнего ребенка.
Определением от 10.04.2023 исковые требования ФИО2 к ГКБУК «Пермский театр оперы и балеты им. П.И.Чайковского» о взыскании заработка за время вынужденного прогула выделены в отдельное производство.
Судом постановлено решение от 10.04.2023, которым признано увольнение ФИО2 от 30.11.2022 незаконным, приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 30.11.2022 отменен, ФИО2 восстановлен в должности машиниста сцены (бригадира) высокой квалификации машинно-декорационного цеха государственного краевого бюджетного учреждения культуры «Пермский театр оперы и балета им.П.И. Чайковского» с 01.12.2022. В части восстановления на работе решение приведено к немедленному исполнению. С государственного краевого бюджетного учреждения культуры «Пермский государственный ордена Трудового Красного Знамени академический театр оперы и балета им.П.И. Чайковского» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 20000 рублей, а также в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 руб.
С решением суда от 10.04.2023 не согласился ответчик, указав в апелляционной жалобе на его незаконность и необоснованность, ссылаясь на то, что судом первой инстанции неправильно определены юридически значимые обстоятельства, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Также апеллянтом указано, что представителем ответчика в ходе рассмотрения дела было заявлено ходатайство о вызове и допросе свидетелей ШЛ., ГС., ПА., которые могли дать пояснения по обстоятельствам дела, однако судом данное ходатайство было отклонено, чем нарушено право на защиту. Судом в основу решения были положены показания свидетелей только со стороны истца, не дана оценка действиям истца 09.11.2022, свидетельствующих о его намерениях скрыть состояние алкогольного опьянения. Просит решение отменить, принять новое об отказе в удовлетворении требований.
В письменных возражениях истец, прокуратура Ленинского района г.Перми просят оставить решение без изменения.
Проверив материалы дела в пределах доводов жалобы, возражений в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
В соответствии с подпунктом «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации-работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.
В соответствии со статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.
За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.
В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обязанность доказать наличие законного основания увольнения по инициативе работодателя и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
В соответствии с частью 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он бы совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (пункт 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, с 01.09.2009 истец и ответчик состоят в трудовых отношениях в соответствии с трудовым договором от 01.09.2009 (с последующими дополнительными соглашениями к трудовому договору); с 01.09.2015 истец работает в должности машинист сцены (бригадир) высокой квалификации машинно-декорационного цеха. Пунктом 2.2 трудового договора установлено место работы: <...>.
В соответствии с п.2.9.1, п.2.9.2 дополнительного соглашения от 15.11.2018 к трудовому договору работнику устанавливается ненормированный рабочий день, шестидневная рабочая неделя.
Согласно п.3 должностной инструкции машиниста сцены (бригадира) высокой квалификации машинно-декорационного цеха от 19.04.2019, с которой истец ознакомлен 31.05.2019, машинист сцены (бригадир) непосредственно подчинен начальнику машинно-декорационного цеха.
Согласно приказу (распоряжению) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 30.11.2022 №1492л ФИО4 уволен 30.11.2022 на основании пп.б п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление работника на работе в состоянии алкогольного опьянения.
Основанием для увольнения послужил акт о нахождении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 09.11.2022, служебная записка старшего специалиста в области охраны труда ШЛ. от 10.11.2022, служебная записка начальника машинно-декорационного цеха ПА., требование письменного объяснения от 16.11.2022.
С приказом об увольнении истец ознакомлен, выразил несогласие с приказом. Истец не отрицает, что датой ознакомления является 30.11.2022.
Из содержания акта о нахождении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 09.11.2022 следует, что данный акт составлен старшим специалистом в области охраны труда ШЛ. в присутствии технического директора ТС., заведующего художественно-постановочной частью по эксплуатации текущего репертуара ГО. Подписан данный акт ШЛ., ТС. и руководителем службы безопасности ГС.
Согласно данному акту последний составлен в том, что 09.11.2022 в 16-45 час. машинист сцены (бригадир) высокой квалификации ФИО2 в общем коридоре кабинета охраны труда (141) и комнаты машиниста сцены (142) появился в состоянии алкогольного опьянения. Факт нахождения в указанном состоянии указывали следующие признаки: сильный стойкий запах алкоголя в парах выдыхаемого воздуха; пошатывание при ходьбе с быстрыми поворотами; расширенные зрачки. Свое состояние алкогольного опьянения ФИО2 объяснил следующим: объяснения не представил, молча ушел с места обнаружения и покинул театр, ознакомить с актом не удалось.
Начальник машинно-декорационного цеха ПА. в служебной записке (без даты) в адрес генерального директора учреждения указал, что 09.11.2022 во время рабочей смены к нему подошла специалист охраны труда ШЛ. и сообщила, что видела машиниста сцены высокой квалификации ФИО5 в состоянии алкогольного опьянения. В связи с этим он попытался найти ФИО2, чтобы пригласить его на медицинское освидетельствование и в дальнейшем отстранить от работы. В театре его найти не удалось, на работе он отсутствовал.
Согласно служебной записке старшего специалиста в области охраны труда ШЛ. от 10.11.2022 в адрес генерального директора учреждения ею в присутствии двух свидетелей: технического директора ТС. и руководителя службы безопасности ГС. 09.11.2022 был составлен акт о нахождении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения машиниста сцены (бригадира) высокой квалификации ФИО2 Факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте самим актированным не комментировался, так как ФИО2 молча ушел с места его обнаружения. В дальнейшем найти ФИО2 в театре не удалось, по этой причине направить его на медицинское освидетельствование не получилось.
24.11.2022 работодателем у истца истребованы письменные объяснения по поводу нахождения на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения 09.11.2022.
Согласно объяснениям ФИО2 от 24.11.2022 он находился на рабочем месте 09.11.2022 в трезвом состоянии, с небольшой температурой.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля МД. показал, что работает в ГКБУК «Пермский театр оперы и балеты им. П.И.Чайковского» в должности машинист сцены (бригадир), ранее работал вместе со ФИО2 (вторым бригадиром). 09.11.2022 до 15-00 час. они вместе работали на сцене, затем истец ходил в Театр юного зрителя вместе с коллегой из г.Санкт-Петербурга, после чего на улице грузили декорации. Во время погрузки декораций, он уходил на сцену, где к нему подошла ШЛ. и спросила, где находится ФИО2 Он ответил, что ФИО5 на улице занимается погрузкой декораций, после чего ШЛ. ушла. После этого 09.11.2022 более никто о ФИО2 не спрашивал. После окончания погрузки декораций ФИО2 сказал, что пойдет в аптеку и ушел. Через некоторое время, около 17-00 час., ФИО2 позвонил ему по телефону и сказал, что плохо себя чувствует и пойдет домой, попросил это передать ПА. - начальнику машинно-декорационного цеха. Он через некоторое время встретил ПА. в театре и сообщил ему лично, что ФИО2 отпросился по состоянию здоровья. Так как в этот день больше не было никакой работы, через непродолжительное время работников бригады отпустили с работы. 09.11.2022. ФИО2 в его присутствии алкоголь не употреблял, у ФИО2 не было каких-либо признаков алкогольного опьянения. У него нет номера телефона ПА., так как последний никому не дает свой номер телефона. Полагает, что и у истца тоже не было номера телефона ПА. Через некоторое время он узнал, что в отношении ФИО2 составлен акт о том, что ФИО2 09.11.2022 был в состоянии алкогольного опьянения.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ТВ. показал, что работает в ГКБУК «Пермский театр оперы и балеты им. П.И.Чайковского» в должности машинист сцены, ранее работал вместе со ФИО2 (бригадиром). 09.11.2022 работали вместе, в течение рабочего дня ФИО2 жаловался на недомогание, у него был кашель. Примерно до 15 час. работали на сцене, затем истец ходил в Театр юного зрителя, после чего на улице грузили декорации. ФИО2 сказал, что сходит в аптеку и ушел, более на работу 09.11.2022 не возвращался. Около 17 час. они закончили погрузку, другой работы не было, посидели всей бригадой в комнате и примерно через полчаса всех работников бригады отпустили с работы, так как другой работы 09.11.2022 не было. 09.11.2022 у него об истце никто не спрашивал, ФИО2 никто не разыскивал. Истец или другие лица в его присутствии алкоголь не употребляли, 09.11.2022 у ФИО2 не было каких-либо признаков алкогольного опьянения.
Установив фактические обстоятельства дела, оценив в соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований увольнения ФИО2 с занимаемой должности 30.11.2022 на основании пп.«б» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации и о нарушении работодателем трудовых прав истца в связи с указанным увольнением, в связи с чем принял решение о его восстановлении на работе в занимаемой должности.
При этом суд отметил, что медицинское заключение о наличии у истца алкогольного опьянения отсутствует, ФИО2 не направлялся работодателем на медицинское освидетельствование.
Суд критически отнесся к представленному ответчиком в качестве единственного доказательства акт о нахождении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 09.11.2022, придя к выводу, что данный акт объективно и достаточно не подтверждает нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения 09.11.2022, поскольку данный акт фактически составлен старшим специалистом в области охраны труда ШЛ. и вывод о нахождении ФИО2 в алкогольном опьянении сделан исключительно на основании единоличного субъективного мнения указанного лица.
Также суд указал, что данный акт составлен с нарушением требований приказа Роструда от 13.05.2022 № 123 «Об утверждении Руководства по соблюдению обязательных требований трудового законодательства» (действовавшего в спорный период времени), поскольку ответчиком комиссия не создавалась, приказ о составе комиссии, должности работников, включенных в ее состав, а также целях, сроках действия и полномочиях комиссии учреждением не издавался.
Вместе с тем, согласно указанному приказу Роструда от 13.05.2022 №123 в процессе работы комиссия должна провести мероприятия, необходимые для выяснения всех обстоятельств события, и оформить (задокументировать) доказательства появления работника в состоянии опьянения. Следует подробно описать все выявленные у работника признаки опьянения (запах алкоголя изо рта, нарушения речи, неустойчивость позы, изменение цвета кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке), зафиксировать показания свидетелей и работников-очевидцев.
При этом в рассматриваемом акте от 09.11.2022 указано, что акт составлен в присутствии технического директора ТС. и заведующего художественно-постановочной частью по эксплуатации текущего репертуара ГО., подписан акт ТС. и руководителем службы безопасности ГС., ГО. акт не подписан, с данным актом истец не ознакомлен.
Кроме того, суд принял во внимание, что ненаправление ответчиком истца на медицинское освидетельствовании в данном случае не связано с какими-либо объективными причинами, поскольку после обнаружения ШЛ. признаков алкогольного опьянения у истца работодатель в дальнейшем никаких мер по фиксированию данного факта не принял, в том числе, не позвонил ФИО2 по телефону, не направил соответствующего работника по месту жительства истца, не получил отказ истца от прохождения медицинского освидетельствования.
Учитывая допущенные ответчиком нарушения, суд пришел к выводу, что данный акт не является допустимым доказательством, а в отсутствие медицинского освидетельствования, подтверждающим факт появления истца на рабочем месте 09.11.2022 в состоянии алкогольного опьянения.
Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на законе и установленных по делу обстоятельствах.
Оценивая доводы жалобы, судебной коллегией были запрошены документы у ответчика, подтверждающие полномочия старшего специалиста в области охраны труда ШЛ. на составление актов, фиксирующих состояние алкогольного опьянения у работников учреждения, решения вопросов, связанных с нарушением дисциплины труда.
Согласно представленной должностной инструкции старшего специалиста в области охраны труда, выписки из Положения о распределении полномочий и обязанностей в Системе управления охраной труда в ГКБУК «Пермский театр оперы и балета им. П.И. Чайковского», которые приняты судебной коллегией в качестве новых доказательств, ШЛ. принимает меры и проводит контроль по устранению нарушений требований охраны труда (п.26 инструкции), подписывает и визирует документы в пределах своей компетенции (п.3 раздела 3 Права), то есть у ШЛ. полномочий на фиксацию состояния опьянения у работников и тем более устанавливать факт опьянения не имелось.
Кроме того, судебная коллегия удовлетворила ходатайство ответчика о допросе в качестве свидетелей ШЛ. и ГС., которые указаны в акте, как лица, зафиксировавшие признаки опьянения у ФИО2 09.11.2022. ТС. допросить не представилось возможным в связи с его увольнением.
Как следует из показаний указанных свидетелей, одномоментно они ФИО2 не видели, совместно акт не составляли. Акт был составлен ШЛ., в последующем его подписал ГС. При этом ГС. кроме признака опьянения, как запах алкоголя в парах выдыхаемого воздуха, иные признаки алкогольного опьянения у ФИО2, такие как, пошатывание при ходьбе с быстрыми поворотами, расширенные зрачки не подтвердил. Время проставления подписи в акте ГС. подтвердить не смог. Как он пояснил, ему показалось, когда ФИО2 проходил через турникет, опахнуло запахом алкоголя. Однако через турникет ФИО2 проходил совместно с ФИО6, работником, командированным для выполнения работ в театре.
Таким образом, судебная коллегия, проверив доводы апелляционной жалобы, допросив свидетелей ШЛ. и ГС., пришла к выводу, что суд правомерно признал недопустимым доказательством подтверждения нахождения 09.11.2022 ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте, поскольку свидетели видели ФИО2 в разное время, подтвердить все признаки алкогольного опьянения, якобы имевшегося у истца в указанный день и перечисленные в акте, не смогли. Работниками, уполномоченными фиксировать факт состояния алкогольного опьянения не являются.
Кроме того, судебная коллегия полагает, что при принятии решения о привлечении ФИО2 к дисциплинарной ответственности, работодатель не учел его предшествующее поведение и отношение к труду, ранее к дисциплинарной ответственности он не привлекался, имеет стаж работы более 10 лет, что также свидетельствует о нарушении ответчиком ном трудового законодательства.
Установив факт нарушения трудовых прав истца, суд, руководствуясь ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к верному выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда, размер которой определил с учетом обстоятельств дела, характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости в сумме 20000 руб.
Также в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд разрешил вопрос о распределении судебных расходов, взыскав с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб., с учетом того, что истец освобожден от несения судебных расходов.
Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Ленинского районного суда г.Перми от 10.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Государственного краевого бюджетного учреждения культуры «Пермский государственный ордена Трудового Красного Знамени академический театр оперы и балета им. П.И.Чайковского» - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи