Судья Кузнецова Н.М. УИД:26RS0003-01-2023-001994-16
№ 33-3-7816/2023
№ 2-2152/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
27 сентября 2023 года город Ставрополь
Резолютивная часть определения оглашена 27 сентября 2023 года.
Полный текст определения изготовлен 28 сентября 2023 года.
Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:
председательствующего судьи Осиповой И.Г.,
судей Куцурова П.О., Свечниковой Н.Г.,
при секретаре Ушакове Н.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки,
по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Октябрьского районного суда города Ставрополя Ставропольского края от 21 июня 2023 года,
заслушав доклад судьи Куцурова П.О.,
УСТАНОВИЛ
А:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки.
В обоснование заявленных требований указала, что ранее ей на праве собственности принадлежали жилой дом и земельный участок, расположенные по <адрес> <адрес> <адрес>.
31 мая 2017 года она ошибочно заключила со своей дочерью Г.В.ВБ. договор дарения, хотя в действительности имела намерение оформить на нее завещание.
Учитывая то, что ее волеизъявление не было направлено на дарение указанных объектов недвижимости в собственность ответчика, оспариваемая сделка является недействительной по основанию ее заключения под влиянием заблуждения.
С учетом указанных обстоятельств просила суд признать договор дарения домовладения с кадастровым номером № и земельного участка под ним с кадастровым номером №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком, недействительным, применить последствия недействительности сделки путем возвращения квартиры ей в собственность и исключении из ЕГРН записи о регистрации за ответчиком права собственности.
Обжалуемым решением Октябрьского районного суда города Ставрополя Ставропольского края от 21 июня 2023 года в удовлетворении иска Г.Ф.ВБ. отказано в полном объеме.
В апелляционной жалобе ФИО1, считая указанное решение незаконным, необоснованным, просила его отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении иска.
Указывает, что, отказывая в удовлетворении иска суд первой инстанции оставил без внимания тот факт, что после заключения сделки, спорные объекты ответчику фактически переданы не были и до настоящего времени находятся в ее пользовании.
Оставил суд без внимания и тот факт, что она в силу возраста заблуждалась относительно природы сделки, поскольку в действительности имела намерение оформить на ответчика завещание, а не дарить ей свое единственное жилье.
Отказывая в удовлетворении иска суд указал, что договор дарения от 01 мая 2017 года в материалы дела не представлен, а потому оснований для признания его действительным не имеется.
Действительно, в исковом заявлении она указала, что договор дарения был заключен 01 мая 2017 года, однако это являлось технической ошибкой, поскольку договор был заключен 31 мая 2017 года.
Между тем, суд первой инстанции в нарушении закона не предложил ей исправить данную ошибку и разрешил спор по существу, указав, что договор от 01мая 2017 года в материалы дела не приставлен.
Также суд необоснованно оставил без внимания, что ответчик признала иск и не возражала против его удовлетворения.
Возражения относительно доводов апелляционной жалобы в суд апелляционной инстанции не поступали.
В судебное заседание лица участвующие в деле не явились, о месте и времени, рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причины неявки не известны, ходатайств о рассмотрении дела их отсутствие в суда также не поступало.
Информация о рассмотрении дела в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" размещена на официальном сайте Ставропольского краевого суда в сети Интернет /http://kraevoy.stv.sudrf.ru/.
В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.
Исследовав представленные материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллеги пришла к убеждению о том, что оснований для его отмены либо изменения не имеется.
Так, частью 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.
В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4)нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Таких нарушений норм материального и процессуального права судом первой инстанции допущено не было.
Судом первой инстанции установлены все юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, к спорным правоотношениям применен материальный закон, подлежащий применению. Нарушений требований гражданского процессуального законодательства, которые могли бы послужить безусловным основанием для отмены постановленного решения, судебной коллегией не установлено.
В судебном заседанием заседании установлено и подтверждается материалами дела, что на основании акта приемки в эксплуатацию законченного строительством индивидуального жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, записи в ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ №, решения Ставропольского городского совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ и записи в ЕГРН №, ФИО1 являлась собственником домовладения с кадастровым номером № и земельного участка под ним с кадастровым номером №, расположенных по <адрес> <адрес> <адрес>.
31 мая 2017 года между ФИО1 /дарителем/ и ФИО2 /одаряемой/ был заключен договор дарения, по условиям которого в собственность одаряемой переходят указанные выше объекты.
07 июня 2017 года на основании заявлений ФИО1 и Г.В.ВБ., адресованных Управлению Росреестра по Ставропольскому краю был зарегистрирован переход права собственности, о чем в ЕГРН были внесены соответствующие записи о регистрации № и № соответственно.
Из договора дарения следует, что на момент его заключения в жилом доме, зарегистрированы ФИО1 и ФИО3
Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, и руководствуясь положениями статей 166, 167, 178, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации пришел к выводу, что оснований для констатации факта заблуждения истца относительно природы заключенной ею сделки в ходе судебного заседания установлено не было и таких доказательств истцом не представило, а потому заявленные требования удовлетворению не подлежали. Оснований не согласиться с таким выводом судебная коллегия не находит.
Так, согласно статьям 1 и 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В силу положений статьи 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и развивающего ее содержания пункта 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "Оприменении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей /например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки/.
Таким образом, сделкой признается правомерное юридическое действие одного или нескольких дееспособных субъектов гражданских /имущественных/ прав, совершенное в установленной законом или их соглашением форме, соответствующее подлинной воле субъектов и приводящее к правовым последствиям /установлению, изменению или прекращению гражданских прав и обязанностей/.
В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона /даритель/ безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне /одаряемому/ вещь в собственность либо имущественное право /требование/ к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В качестве основания для признания оспариваемой сделки недействительной как совершенной под влиянием заблуждения, истец указала, что она не знала о том, что заключает договор дарения, так как полагала, что оформляет завещание.
Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрена группа оспариваемых сделок, недействительность которых связывается с отсутствием или неправильным формированием внутренней воли лица, совершившего сделку.
Так, согласно статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел /пункт 1/.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку /пункт 2/.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной /пункт 3/.
Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.
Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон /пункт 5/.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств /пункт 6/.
Таким образом, сторона сделки может ее оспорить по причине заблуждения имевшего место на момент ее заключения, если, не будучи под влиянием заблуждения вызванного ее собственным грубым неосмотрительным поведением, она не заключила бы договор, о чем друга другая сторона знала или могла знать и эта другая сторона: 1) способствовала возникновению заблуждения /в том числе неосторожно/ либо 2) способствовала заключению договора под влиянием заблуждения путем бездействия, противоречащего требованиям о добросовестности и честном поведении, хотя знала или, как можно разумно предполагать, могла знать о том, что противная сторона находится под влиянием заблуждения.
При этом из содержания пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что бремя доказывания обстоятельств существенности заблуждения лежит на истце.
По смыслу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания есть необходимость совершения комплекса действий по доказыванию, определяемая не выбором или усмотрением субъекта доказывания, а угрозой наступления неблагоприятных последствий в случае их невыполнения. При этом обязанность по доказыванию исполняется исключительно путем реализации процессуальных прав.
Вместе с тем, истцом в условиях состязательности процесса не предоставлено ни одного допустимого доказательства, подтверждающего, что она заключила оспариваемый договор под влиянием существенного заблуждения, спровоцированного действиями ответчиком ФИО2, и которой было очевидно известно или должно было быть известно, что она находится под влиянием существенного заблуждения, поскольку желала оформить завещание, а заключила договор дарения.
Более того, совершенно обычно выглядит ситуация, когда родитель желает при жизни распорядиться своим имуществом путем его дарения детям.
В этой связи считать, что ответчик ФИО2 имела возможность разумно предположить и тем самым распознать, что ее мать находится под влиянием заблуждения при заключении сделки, по мнению судебной коллегии, нет оснований.
Из оснований иска и объяснений истца также не следует, что ответчик какими-либо своими действиями либо недобросовестным бездействием вводила истца в заблуждение при заключении оспариваемой сделки.
Напротив, как указала истец ФИО1, она сама в силу возраста и юридической неграмотности допустила ошибку заключив договор дарения вместо завещания.
Более того, из материалов дела следует, что 31 мая 2017 года ФИО1 совместно с ФИО2 обратилась в МФЦ в городе Ставрополе в Октябрьском районе, представила названный договор для регистрации перехода права собственности на спорные объекты от нее к ответчику, написав соответствующее заявление.
Из текста заявления следует, что она подтверждает, что сведения, указанные в заявлении о регистрации перехода права, являются достоверными, при совершении сделок с объектом недвижимости соблюдены установленные законом требования. В заявлении истец также указала, что в браке не состоит.
В этой связи судебная коллегия заключает, что истец, собственноручно подписывая оспариваемый договор, лично представляя его в составе пакета документов в МФЦ для регистрации перехода права и собственноручно подписывая заявление о такой регистрации, не могла не понимать, что в действительности ею заключается договор дарения, а не завещание.
Согласно объяснениям ответчика, данным в ходе судебного заседания, договор дарения был составлен в МФЦ, при этом изначально истец решила подарить спорные объекты, а потом передумала.
В силу пунктов 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
С учетом указанных обстоятельств судебная коллегия отмечает, что среднестатистический участник гражданского оборота, проявляющий при реализации своих прав добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность при обстоятельствах заключения сделки, приведенных истцом, не мог не понимать, какую в действительности сделку он совершает.
В этой связи судебная коллегия заключает, что нахождение истца в момент заключения оспариваемой сделки под влиянием заблуждения явилось следствием ее собственной грубой неосторожности и такое заблуждение не могло быть распознано ответчиком.
При таких обстоятельствах доводы автора апелляционной жалобы о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной основаны на неправильном толковании норм материального права, а потому подлежат отклонению.
Вместе с тем, то обстоятельство, что ответчик признала иск и не возражала против его удовлетворения, обосновано судом было проигнорировано, поскольку данное обстоятельство не является основанием для признания оспариваемой сделки недействительной по основанию ее заключения под влиянием ее заблуждения.
Так, пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом /оспоримая сделка/ либо независимо от такого признания /ничтожная сделка/.
Это означает, что каждый состав сделки имеет свой собственный субстрат /основания/ для признания ее недействительной, наличие или отсутствие которого подлежит установлению судом в состязательном процессе на основании представленных сторонами доказательств.
По этой причине отсутствие доказательств, подтверждающих наличие наличия необходимого набора элементов для признания сделки недействительной, не может быть восполнено волеизъявлением стороны в споре путем признания иска о признании ее недействительной.
Иными словами, гражданское законодательство не допускает возможность признания сделки недействительной волеизъявлением ее сторон либо одной из сторон.
Поскольку истец ФИО1 не справилась с бременем доказывания необходимого для констатации сделки недействительной состава, то признание ответчиком иска никак не могло повлиять на принятие судом решения об отказе удовлетворении заявленных требований.
При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для удовлетворения иска, которые суд оставил без внимания и оценки, подлежат отклонению, как несоответствующие фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.
Также подлежат отклонению и доводы апелляционной жалобы о том, что суд не приостановил производство по делу ввиду того, что она находилась на стационарном лечении, поскольку на момент рассмотрения дела такой информацией суд не обладал и соответствующих ходатайств от участников процесса ему не поступало.
Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм материального права, повторяют позицию ее автора, высказанную в суде первой инстанции, были предметом его оценки и обоснованно отклонены, а потому как не содержащие иных существенных нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение постановленного судом решения, подлежат отклонению.
С учетом указанных обстоятельств обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
Решение Октябрьского районного суда города Ставрополя Ставропольского края от 21 июня 2023 года – оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.
Председательствующий:
Судьи: