Решение по делу № 2-794/2022 от 12.12.2022 - о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда <обезличено> супруга в результате <обезличено> случая на производстве.

4

Дело № 2-794/2022

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<данные изъяты> городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Параевой С.В.,

при помощнике судьи Миллер О.А.,

с участием помощника прокурора г. <данные изъяты> ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. <данные изъяты> <адрес> 12 декабря 2022 года

гражданское дело по иску ФИО3 к Акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда <данные изъяты> супруга в результате <данные изъяты> случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском, просит взыскать с АО «Угольная компания «Северный Кузбасс» в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 600 000 рублей.

Требования обоснованы тем, что с ФИО1 она состояла в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, с которым проживали совместно по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ супруг был принят на работу <данные изъяты> на шахту «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ после окончания второй смены супруг выходил из дежурной автомашины, поскольку участок посадочной площадки возле административно бытового комбината шахты был обледеневший, не был очищен от наледи, муж поскользнулся и упал на спину, травмировав <данные изъяты>.

После многочисленных медицинских обследований, в том числе, в <данные изъяты> и реабилитации <данные изъяты> в <адрес>, супругу был выставлен окончательный <данные изъяты>: <данные изъяты>

По заключению <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с производственной <данные изъяты> была установлена утрата <данные изъяты>%, определена <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ утрата трудоспособности определена в <данные изъяты>.

Физическое состояние мужа ухудшалось с каждым годом, в программе реабилитации <данные изъяты> ему назначалось большое количество лекарственных средств, супруг мог ходить только с помощью трости. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был уволен с шахты по состоянию здоровья. ДД.ММ.ГГГГ супруг <данные изъяты>.

В течение 7 лет ее супруг испытывал постоянные физические страдания, вызванные <данные изъяты>. <данные изъяты>.

Медико - социальная экспертиза то устанавливала проценты утраты профессиональной трудоспособности супругу, то снижала, а затем вообще не определила процент утраты. Длительные, многочисленные судебные заседания изматывали супруга, влияли на его <данные изъяты> состояние, свои переживания он держал в себе, отчего емустановилось всё хуже. Необходимость постоянного ухода за супругом внесла изменения в ее жизнь, в 2003 году она вынуждена была уволиться с работы, чтобы ухаживать за супругом, сопровождать в больницу, покупать <данные изъяты>. Она не могла вести активную общественную жизнь. Случившаяся с супругом трагедия является тяжелейшим событием в ее жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, вызванные тяжелой производственной <данные изъяты> близкого и родного ему человека, который постоянно требовал к себе пристального внимания и постоянного ухода с ее стороны, заботы. Она постоянно испытывала <данные изъяты> и переживания из-за случившегося, была лишена возможности вести обычный нормальный образ жизни, у нее был нарушен быт в связи с физическим состоянием супруга, изменилось качество жизни, в семье нарушились <данные изъяты> отношения, она сама периодически впадала в <данные изъяты>. Полагает, что преждевременный уход из жизни супруга - в 53 года, связан с его болезнью, полученной им в результате производственной <данные изъяты>, которая подтверждена актом № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, составленном ответчиком.

В обоснование своих требований ссылается на пункт 1 статьи 150, п. 1 ст. 151, ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

В судебном заседании истец ФИО3 на исковых требованиях настаивала, полностью поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО3 - адвокат Харибутова Г.С., действующая на основании соглашения, также поддержала исковые требования в полном объеме, считает заявленную истцом ко взысканию сумму компенсации морального вреда обоснованной, просит учесть, что грубая неосторожность в действиях ФИО1 Актом о несчастном случае не установлена, при этом, данным Актом установлено, что причиной <данные изъяты> случая на производстве явилось наличие обледеневшего участка посадочной площадки у АБК шахты вследствие чего, ФИО1 поскользнулся и упал, получив производственную <данные изъяты>.

Представитель ответчика АО «УК «Северный Кузбасс» ФИО4, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком 3 года, исковые требования не признал, считает, что оснований для их удовлетворения не имеется, также полагает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих нуждаемость ее супруга в оказании ему посторонней помощи в связи с полученной <данные изъяты> на производстве, поскольку программой реабилитации посторонний и бытовой уход, а также сопровождение ему не были показаны. Также просит учесть, что согласно акта о <данные изъяты> случае на производстве только ФИО1 являлся лицом, допустившим нарушение п. 29 инструкции для подземных рабочих. Кроме того, просит учесть, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 лично участвовал в судебном заседании, давал пояснения, самостоятельно передвигался без посторонней помощи, был полностью дееспособным.

Заслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Судом установлено, ФИО3 состояла в зарегистрированном браке с ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ, с которым проживала совместно по адресу: <адрес>, <адрес>, что следует из пояснений истца в судебном заседании, подтверждается справкой ООО «<данные изъяты>» (л.д. 41), не оспаривается представителем ответчика.

ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с <данные изъяты>», работал в должности <данные изъяты>, уволен по состоянию здоровья по ст. 81 п. 3а ТК РФ, что подтверждается копией трудовой книжки (л.д. 10-14).

Согласно Акта о <данные изъяты> случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ после второй смены ФИО1 при выходе из дежурной автомашины поскользнулся, упал на спину, в результате чего, получил <данные изъяты>. Причиной несчастного случая явился обледеневший участок посадочной площадки у АБК шахты, личная невнимательность горнорабочего очистного забоя ФИО1 Лицом, допустившим нарушение государственных нормативных требований по охране труда, указан: горнорабочий очистного забоя ФИО1, который допустил нарушение п. 29 инструкции для подземных рабочих (л.д.15-16).

Из пояснений представителя ответчика в судебном заседании установлено, что вышеуказанный Акт ФИО1 не оспаривался. Доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Согласно заключению клинико-экспертной комиссии <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выставлен <данные изъяты>: <данные изъяты> (л.д. 36).

Согласно заключению <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с <данные изъяты> <данные изъяты> установлена утрата профессиональной трудоспособности 60% с ДД.ММ.ГГГГ сроком до ДД.ММ.ГГГГ, а затем при освидетельствовании утрата профтрудоспособности установлена 30% на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выводов заочной медико-социальной экспертизы Федерального <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО1 уже в первые годы после производственной <данные изъяты> были выявлены выраженные изменениях всех отделов <данные изъяты>, клиническому проявлению которых способствовала полученная на работе <данные изъяты>. Таким образом, определяется прямая причинная связь между имевшей место производственной <данные изъяты> 2001 года и <данные изъяты>, приведшему к необходимости признания ФИО1 <данные изъяты>. ФИО1 не может выполнять профессиональные обязанности горнорабочего, т.к. в этой профессии имеются противопоказанные для его <данные изъяты> факторы, однако, может выполнять доступные виды труда, используя имеющиеся у него знания и умения. Согласно Постановления Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ п. 25 «в» ФИО1 могут быть установлены 40% утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год ( л.д. 35).

Согласно Программы реабилитации от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с производственной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ показано медикаментозное и санаторно – курортное лечение, посторонний, специальный медицинский и бытовой уход не показан, противопоказаны все вредные и опасные виды труда, вынужденная поза, наклоны туловища, ходьба, может работать в специально созданных условиях с укороченным рабочим днем ( л.д.33).

Заключением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ утрата трудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлена 40%, а с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ - 80% ( л.д. 27-28,29-30).

Согласно заключению <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена <данные изъяты> в связи с трудовым увечьем, показан труд в специально созданных условиях ( л.д. 23-24).

Из Программы реабилитации от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО1 в связи с производственной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ показано медикаментозное и санаторно – курортное лечение, посторонний, специальный медицинский и бытовой уход не показан, противопоказаны все вредные и опасные виды труда, вынужденная поза, наклоны туловища, ходьба, может работать в специально созданных условиях с укороченным рабочим днем ( л.д.34).

Согласно заключения <данные изъяты> о т ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено 80% профессиональной трудоспособности в связи с <данные изъяты> на производстве от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 21-22).

ДД.ММ.ГГГГ супруг ФИО3 – ФИО1 умер, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 42).

Согласно п. 1.1 Устава Акционерное общество «Угольная компания «Северный Кузбасс создано в результате реорганизации в форме слияния и является правопреемником следующих юридических лиц: Открытого акционерного общества «Шахта «Березовская»; Открытого акционерного общества «Шахта Первомайская»; Открытого акционерного общества «Северокузбасское погрузочно-транспортное управление».

Общество является правопреемником всех прав и обязанностей реорганизованных в форме слияния ОАО «Шахта «Березовская», ОАО «Шахта Первомайская», ОАО «Северокузбасское ПТУ» в соответствии с передаточными актами, утвержденными общими собраниями акционеров.

Из Коллективного договора ОАО «Шахта Первомайская» на 2004-2006 г.г. установлено, что каких-либо выплат в связи с <данные изъяты> случаем на производстве работника его родственникам не предусмотрено.

Согласно представленной истцом копии трудовой книжки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работала в <данные изъяты> в должности бухгалтера, уволена по собственному желанию, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала страховым агентом в <данные изъяты>», уволена по собственному желанию, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала старшим бухгалтером в <данные изъяты>».

Из показаний свидетеля ФИО7 в судебном заседании установлено, что она является дочерью истца, ФИО1 являлся ее отцом, который умер ДД.ММ.ГГГГ. В 2001 году с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он повредил <данные изъяты>, длительное время находился на <данные изъяты>, в последствии у него стали отказывать часть <данные изъяты>, ее мать ФИО3 постоянно оказывала ему помощь, помогал одеваться, обуваться, сопровождала его в больницу, на комиссию, часто не могла спать ночью, поскольку отца мучали сильные <данные изъяты>, она вынуждена была уволиться с работы из <данные изъяты>, чтобы осуществлять уход за отцом, морально и физически ей было тяжело, она сильно переживала из-за состояния здоровья отца. Считает, что отец умер из-за <данные изъяты>.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что с истцом знакома и находится в дружеских отношениях с 1971 года, ее супруга ФИО1 знала с момента их свадьбы, с 1996 г. и до настоящего времени она тесно общается с истцом, ей известно, что ее супруг ФИО1 работал на ш. Первомайская и <данные изъяты>, повредил <данные изъяты>, его мучали <данные изъяты> <данные изъяты>, ночами не спал и истец вместе с ним, помогала ему, давала <данные изъяты>, до получения им <данные изъяты> они вели активный образ жизни, оба работали, ФИО1 полностью обеспечивал семью, после <данные изъяты> их жизнь изменилась, истец не могла вести активный образ жизни, поскольку необходимо было ухаживать за супругом, она вынуждена была уволиться с работы из <данные изъяты>, иногда у нее случались <данные изъяты> срывы.

Разрешая заявленные ФИО3 исковые требования, суд считает их подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической <данные изъяты>, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с <данные изъяты>, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вредаопределяется судомв зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Анализируя собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, изложенные выше, а также учитывая требования вышеприведенного закона, суд считает, что истцом обоснованно заявлены исковые требования к АО «Угольная компания «Северный Кузбасс» о взыскании в ее пользу компенсации морального вреда в связи с полученной ее супругом ФИО1 04.04.20021 <данные изъяты> на производстве в результате <данные изъяты> случая, поскольку она испытывала нравственные страдания в связи с состоянием здоровья ее супруга после полученной <данные изъяты>, наличием у него <данные изъяты>, необходимости лечения, проявления ему большей заботы и внимания, невозможности семьи вести обычный образ жизни, постоянного беспокойства за состояние здоровья супруга, нахождение периодически в состоянии <данные изъяты> из-за последствий его <данные изъяты>, вынужденности терпеть <данные изъяты> и неуравновешенность супруга в связи с возникшим у него после <данные изъяты>, наступлением инвалидности и потерей здоровья.

Вышеизложенные обстоятельства также подтверждаются и показаниями вышеуказанных свидетелей, которые в данной части сомнений у суда не вызывают, поскольку согласуются с пояснениями истца в судебном заседании и исследованными выше письменными доказательствами.

Вместе с тем, вопреки доводам истца и ее представителя, а также свидетеля <данные изъяты> доказательств, подтверждающих, что причиной смерти ФИО1 явилось его <данные изъяты>, полученное в результате производственной <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, в материалах дела не имеется, стороной истца в ходе рассмотрения дела суду не представлено.

Суд также не может принять во внимание доводы истца и ее представителя, а также показания свидетелей <данные изъяты> о том, что ФИО1 после полученной <данные изъяты> нуждался в постоянном уходе и сопровождении, поскольку они опровергаются программами реабилитации, из которых установлено, что вышеуказанных показаний ему не устанавливалось.

Также вопреки доводам истца и ее представителя, а также показаниям вышеуказанных свидетелей в судебном заседании не нашли достоверного подтверждения доводы истца о том, что она была вынуждена уволиться с работы в 2003 г. в связи с необходимостью осуществления ею постоянного ухода за супругом, поскольку согласно копии трудовой книжки истец после увольнения из <данные изъяты> в период с 2003 по 2005 г. была постоянно трудоустроена, каких-либо доказательств, что она работала неполный рабочий день либо не работала в связи с состоянием здоровья супруга в ходе рассмотрения дела ею не представлено, в материалах дела не имеется.

Однако вышеуказанные обстоятельства не свидетельствуют о необоснованности заявленных истцом исковых требований, учитывая совокупность иных установленных и изложенных выше обстоятельств, подтверждающих причинение истцу нравственных страданий в связи с полученной ее супругом <данные изъяты> на производстве и ее последствиями, которые являются основанием для компенсации истцу морального вреда ответчиком АО «Угольная компания «Северный Кузбасс».

Вместе с тем, заявленная истцом ко взысканию сумма компенсации морального вреда в размере 600000 рублей является явно завышенной.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, изложенных выше, в связи с полученной ее супругом <данные изъяты> на производстве, обстоятельства и причины <данные изъяты> случая, произошедшего с ФИО1 на производстве, период получения им <данные изъяты>, процент утраты его трудоспособности и установление ему <данные изъяты>, его нуждаемость в периодическом лечении, отсутствие в его действиях грубой неосторожности при травмировании, а также индивидуальные особенности истца, ее возраст на момент <данные изъяты> супруга, истечение длительного периода времени после вышеуказанных событий, связанных с травмированием ФИО1, период причинения вышеуказанных нравственных страданий истцу (до ДД.ММ.ГГГГ), и принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца ФИО3 в размере 80000 рублей.

В остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с полученной ее супругом <данные изъяты> в результате несчастного случая на производстве, ФИО3 должно быть отказано.

При этом, вопреки доводам представителя ответчика установление согласно Акту о <данные изъяты> случае на производстве в действиях ФИО1 личной невнимательности и нарушения п. 29 инструкции по охране труа для подземных рабочих не свидетельствует о необоснованности заявленных истцом исковых требований, учитывая, что причиной <данные изъяты> случая согласно вышеуказанного Акта явился обледеневший участок посадочной площадки у АБК шахты, а также принимая во внимание, что грубой неосторожности в действиях ФИО1 данным Актом не установлено.

Поскольку истец при подаче настоящего иска в суд освобожден от уплаты государственной пошлины в силу закона, в соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением здоровья супругу в результате <данные изъяты> случая на производстве, удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс» <данные изъяты> в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, паспорт <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в связи с причинением здоровья ее супругу ФИО1 в результате несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, в размере 80000 (восемьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска о взыскании с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением здоровья супругу в результате несчастного случая на производстве, отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в <данные изъяты> областной суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий: С.В. Параева

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.