Дело №
УИД №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«03» апреля 2025 года город Тында
Тындинский районный суд Амурской области в составе:
председательствующего судьи Крегеля А.А.,
при секретаре Донских А.В.,
с участием помощника Тындинского городского прокурора Артемовой А.В.,
истца ФИО1,
представителя истца ФИО2,
представителей ответчика ФИО3, ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 <данные изъяты> к Сервисное локомотивное депо «Тында-Северная» филиала «Дальневосточный» ООО «ЛокоТех-Сервис» о восстановлении на работе,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к Сервисное локомотивное депо «Тында-Северная» филиала «Дальневосточный» ООО «ЛокоТех-Сервис» далее – ООО «ЛокоТех-Сервис», депо, общество, работодатель), в обоснование заявленных требований указал, что 01 июля 2014 г. был принят на работу в ООО «ЛокоТех-Сервис» слесарем по ремонту подвижного состава. Приказом №/к от 12 февраля 2025 г. трудовой договор с ним был прекращен на основании подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения). С указанным приказом он не согласен, считает его незаконным, так как свои должностные обязанности исполнял добросовестно, в состоянии алкогольного опьянения на работе не находился.
Просил суд признать незаконным приказ №/к от 12 февраля 2025 г. о его увольнении, восстановить его на работе в ООО «ЛокоТех-Сервис» слесарем 6 разряда с 13 февраля 2025 г., взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.
В судебном заседании истец на требованиях искового заявления настаивал. Указал, что 05 февраля 2025 г. работал как обычно, в 08.00 часов была планерка, до обеда работал в цеху, после обеда пошел в кабинет к ФИО15 Придя в кабинет, увидел, что там сидит начальник общества – ФИО5 Он начал высказывать ФИО15 претензии по работе, относительно присвоения ему очередного разряда, про командированных людей, о том, что у них нет своего инструмента и ему приходиться давать свой личный, что его это не устраивает. В какой-то момент ФИО5 начал его «заламывать», пришла служба охраны, которая проводила его до цеха. После чего пришли работники кадровой службы и стали уговаривать его что-то подписать, он отказался, так как не считал себя пьяным. Разговоры вел на повышенных тонах, поскольку у него «накипело» и он перенервничал в кабинете ФИО15 высказывая ему свое недовольство. Перед походом к ФИО15 он принял 25 капель пустырника и 25 капель валокордина из-за эмоционального напряжения. Указал, что он не женат, детей не имеет, с начальством он видится крайне редко, не смотря на произошедший инцидент, он желает продолжать работать в ранее занимаемой должности. Просил исковые требования удовлетворить.
Представитель истца – ФИО2 настаивал на удовлетворении требований. Полагал, что ответчиком не доказан факт нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения. Работа истца носит тяжелый физический характер, в исключительно мужском коллективе присутствуют повышенные тона и нецензурная лексика. Полагает, что возможно истец слишком резко и нервно высказался своему руководителю, однако это не означает, что его следовало уволить с работы. При увольнении работодателем не учитывалась тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, и предшествующее поведение истца и его отношение к труду. Так представили ответчика, указывая на предыдущие недостатки в поведении истца, совершенно не указывают на то, что он привлекался к награждениям за отличную работу за последние 10 лет, а работодателем эти обстоятельства никак не учитывались при издании приказа об увольнении.
Представители ответчика ФИО3, ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали, в обоснование свое позиции, также изложенной в письменном виде, указали, что 05 февраля 2025 г. в 14 часов 25 минут от первого заместителя начальника депо ФИО15 поступила информация о том, что на участке по ремонту автотормозного и пневматического оборудования (1 группы) находится слесарь по ремонту подвижного состава ФИО1 с признаками алкогольного опьянения. ФИО1 предоставить письменное объяснение отказался, устно пояснил, что ему исполнилось 35 лет, и поэтому он в таком состоянии. Был составлен акт появления работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждалось нарушением координации (шаткая походка), резкий запах спиртного, раздражительность, стеклянный взгляд, покраснение лица. ФИО1 было предложено представить письменное объяснение своего состояния и пройти медицинское освидетельствование у врача нарколога, на что работник отказался, в связи с чем он был отстранен от работы до конца смены.
В объяснительной от 08 февраля 2025 г. ФИО1 указал, что был совершенно трезв и отдавал отчет своим действиям. Относительно запаха алкоголя сообщил, что за 15- 20 минут до встречи с первым заместителем начальника депо ФИО15 принял седативные средства, а именно 25 капель пустырника и 25 капель валокордина из-за эмоционального напряжения. Согласно протоколу разбора 12 февраля 2025 г. было принято решение за нарушение п. 6.2. Правил внутреннего трудового распорядка общества, выразившееся в нахождении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения расторгнуть трудовой договор со слесарем по ремонту подвижного состава ФИО1 на основании подпункта «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Приказом (распоряжением) начальника ФИО5 №/к от 12 февраля 2025 г. трудовой договор с ФИО1. был прекращен на основании подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. С данным приказом истец ознакомлен 12 февраля 2025 г., указал что не согласен, был трезв. Трудовая книжка получена вовремя. Окончательный расчет с работником при увольнении произведен в день увольнения.
Кроме того, ранее истцом нарушались правила внутреннего трудового распорядка без уважительных причин, однако работодатель шел на встречу работнику и не стал привлекать к дисциплинарной ответственности, а лишил премии на основании приказа № от 31 июля 2023 г. Более того, согласно табелям учета рабочего времени ноябрь 2022 г., декабрь 2023 г., июль 2024 г. ФИО1 мог не выходить на работу без объяснения причин и предоставления оправдательных документов 29 ноября 2022 г., 10, 11 января 2024 г., 03 августа 2024 г. Однако работодатель не применял к работодателю никаких мер, предоставлял возможность трудиться, надеясь на добросовестность работника в дальнейшем. В ноябре 2024 г. ФИО1 снижен процент КТУ не соблюдение технологического процесса, о чем свидетельствует ведомость распределения КТУ.
Полагали, что факт нахождения истца на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения подтверждается совокупностью представленных доказательств. Работодателем соблюдена процедура применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения, с учетом тяжести совершенного проступка, обстоятельства его совершения и соразмерность дисциплинарного взыскания. Просили отказать в иске.
Выслушав объяснения лиц участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, полагавшего об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 381 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ, Кодекс) индивидуальный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.
Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (ст. 382 ТК РФ).
В судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника (ст. 391 ТК РФ).
Анализируя правовые позиции сторон, суд приходит к выводу о возникновении между ними спора относительно законности увольнения ФИО1 с должности слесаря по ремонту подвижного состава 6 разряда Сервисного локомотивного депо Тында-Северная филиала Дальневосточный «ЛокоТех-Сервис», произведенного приказом (распоряжением) начальника депо ФИО5 №/к от 12 февраля 2025 г.
Как установлено судом, не оспаривается сторонами и подтверждается приказом (распоряжением) о приеме на работу от 01 июля 2014 г. №/к, трудовым договором от 01 июля 2014 г. №, копией трудовой книжки, что ФИО1 был принят и работал в должности слесаря по ремонту подвижного состава 4 разряда в участок по ремонту автотормозного и пневматического оборудования (1 группы) в ООО «ТМХ-Сервис».
29 сентября 2017 г. ООО «ТМХ-Сервис» сменило наименование на ООО «ЛокоТех-Сервис».
Статьей 21 ТК РФ определены основные права и обязанности работника.
В ч. 2 ст. 21 ТК РФ приведены основные обязанности работника. Так, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.
Согласно п. 2.2. трудового договора заключенного с ФИО1 работник обязан соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка Общества; соблюдать трудовую дисциплину; добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностной инструкцией, локальными нормативными актами, приказами, распоряжениями, поручениями, заданиями и указаниями руководящих должностных лиц общества. В соответствии с трудовой функцией работника; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.
ФИО1 был ознакомлен с Правилами внутреннего трудового распорядка, что не оспаривал в судебном заседании.
Согласно утвержденного графика учёта рабочего времени за февраль 2025 г. 05 февраля 2025 г. у ФИО1 была рабочая смена (11 часов). С графиком истец ознакомлен, не оспаривал это в судебном заседании.
Приказом (распоряжением) начальника депо Сервисного локомотивного депо Тында-Северная филиала Дальневосточный «ЛокоТех-Сервис» ФИО5 от 12 февраля 2025 г. №/к, трудовой договор с ФИО1 12 февраля 2025 г. был прекращен на основании подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Из представленной суду выписки из Единого государственного реестра юридических лиц от 27 марта 2025 г. усматривается, что ООО «ЛокоТех-Сервис» является юридическим лицом, имеющим самостоятельный баланс, лицевые счета, то есть в соответствии со ст. 48 ГК РФ самостоятельно приобретает права и несет обязанности, выступает в качестве истца и ответчика в суде.
Согласно п. 12.1, 12.8 Устава ООО «ЛокоТех-Сервис» исполнительным органом общества является генеральный директор, который в свою очередь принимает на работу и увольняет с работы, в том числе руководителей подразделений, филиалов и представительств.
Приказом генерального директора ООО «ЛокоТех-Сервис» от 17 мая 2016 г. №л, начальником Сервисного локомотивного депо Тында-Северная филиала Дальневосточный «ЛокоТех-Сервис» назначен ФИО5
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что приказ о применении дисциплинарного взыскания от 12 февраля 2025 г. №/к о прекращении трудового договора с ФИО1 по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, подписанный ФИО5, издан уполномоченным лицом.
Из содержания приказа об увольнении ФИО1 следует, что основанием, послужившим к изданию приказа, явились: график учета рабочего времени за февраль 2025 г., акт появления работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 05 февраля 2025 г., приказ № от 05 февраля 2025 г., акт об отказе ознакомления с приказом № от 05 февраля 2025 г., уведомление о предоставлении объяснений от 05 февраля 2025 г., акт об отказе ознакомления с уведомлением о предоставлении объяснений от 05 февраля 2025 г., пояснительная ФИО1 от 08 февраля 2025 г., служебная записка начальника отдела управления персоналом ФИО20 от 05 февраля 2025 г., служебная записка специалиста по управлению персоналом 1 категории ФИО16 от 05 февраля 2025 г., объяснительная старшего мастера ФИО8 от 05 февраля 2025 г., объяснительная мастера участка производства ФИО9 от 05 февраля 2025 г., рапорта службы охраны – 6 шт, протокол разбора под председательством ФИО5 от 12 февраля 2025 г., запрос мотивированного мнения № от 12 февраля 2025 г., мотивированное мнение ППО СЛД «Тында-Северная» № от 12 февраля 2025 г.
Не согласившись с увольнением по указанному основанию, ФИО1 инициирован настоящий иск в суд.
Проверяя законность увольнения истца по рассматриваемому основанию, суд приходит к следующему.
В силу п. 4 ч. 1 ст. 77 ТК РФ одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работодателя.
В соответствии с подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию.
В п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающих основание для расторжения трудового договора с работником по п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ст. 67 ГПК РФ право оценки доказательств принадлежит суду, рассматривающему дело, который осуществляет её по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, при этом суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, и отражает результаты оценки доказательств в решении с приведением мотивов, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. При этом никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Оценивая представленные ООО «ЛокоТех-Сервис» доказательства совершения ФИО1 грубых нарушений трудовых обязанностей, послуживших основанием для издания приказа от 12 февраля 2025 г. №/к, суд приходит к следующим выводам.
Изучив докладные записки специалиста по управлению персоналом 1 категории ФИО16 и начальника отдела управления персоналом ФИО4 от 05 февраля 2025 г., суд полагает установленным, что 05 февраля 2025 г. в 14 часов 25 минут от первого заместителя начальника депо ФИО15 поступила информация о том, что на участке по ремонту автотормозного и пневматического оборудования (1 группы) находится слесарь по ремонту подвижного состава ФИО1 с признаками алкогольного опьянения. ФИО1 предоставить письменное объяснение отказался, устно пояснил, что ему исполнилось 35 лет, и поэтому он в таком состоянии. От медицинского освидетельствования отказался. По данному факту 05 февраля 2025 г. в 14 часов 30 минут составлен акт появления работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, согласно которому зафиксировано нахождение слесаря по ремонту подвижного состава ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждалось нарушением координации (шаткая походка), резкий запах спиртного, раздражительность, стеклянный взгляд, покраснение лица. ФИО1 было предложено представить письменное объяснение своего состояния и пройти медицинское освидетельствование у врача нарколога, на что работник отказался, в связи с чем работник был отстранен от работы до конца смены, о чем составлен приказ № от 05 февраля 2025 г. С актом появления работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 05 февраля 2025 г. и приказом № от 05 февраля 2025 г. ФИО1 отказался знакомиться, документы зачитаны работнику вслух, о чем составлен акт об отказе от 05 февраля 2025 г. ФИО1 было вручено уведомление о предоставлении объяснений от 05 февраля 2025 г. Работники отдела по управлению персоналом депо сопроводили ФИО1 до раздевалки в цехе, где он работал.
Из содержания рапортов охраны ФИО10, ФИО11 следует, что 05 февраля 2025 г. в 14 часов 00 минут во время обхода патруля из кабинета первого заместителя начальника депо ФИО15 с криками вышел слесарь по ремонту подвижного состава ФИО1 с признаками алкогольного опьянения. При задержании ФИО1 оказывал сопротивление, угрожал сотрудникам охраны, махал руками и оскорблял их, в связи с чем сотрудник охраны ФИО12 обратился по телефону в ФИО6 МВД на транспорте о вызове полиции.
Из содержания объяснительной ФИО1 от 08 февраля 2025 г. следует, что с приказом об отстранении от работы он ознакомлен. По факту алкогольного опьянения пояснил, что был совершенно трезв и отдавал отчет своим действиям. Признаков алкогольного опьянения не было, походка была уверенная, речь связанная, осознанная, поведение соответствовало окружающей обстановке. Относительно запаха алкоголя сообщил, что за 15-20 минут до встречи с первым заместителем начальника депо ФИО15 принял седативные средства, а именно 25 капель пустырника и 25 капель валокордина из-за эмоционального напряжения.
Согласно протоколу разбора от 12 февраля 2025 г. было принято решение за нарушение п. 6.2. Правил внутреннего трудового распорядка СЛД «Тында- Северная» филиала «Дальневосточный» ООО «ЛокоТех-Сервис», выразившееся в нахождении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения расторгнуть трудовой договор со слесарем по ремонту подвижного состава ФИО1 на основании подпункта «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
12 февраля 2025 г. был отправлен запрос мотивированного мнения № с копиями всех документов по ФИО1 Председателю первичное профсоюзной организации ФИО13 и получена выписка из решения (протокол № от 12 февраля 2025 г. из которой следует «По результатам рассмотрения документов у Профсоюзного комитета ППО замечаний не имеется».
Допрошенный со стороны ответчика: свидетель ФИО14 указал, что во второй половине дня 05 февраля 2025 г. его вызвали в кабинет первого заместителя начальника депо ФИО15 Придя в который он увидел там ФИО1 находящегося в состоянии алкогольного опьянения (шаткая походка, запах алкоголя, несвязная речь) на повышенных тонах выражавшегося нецензурной лексикой в отношении ФИО15 После чего его сопроводили до цеха, где он закрылся и не хотел выходить. Был вызван наряд полиции, но ФИО1 его не дождался, вылез через окно цеха и убежал.
Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетеля первый заместитель начальника депо ФИО15 подтвердил доводы своего письменного рапорта, указал признаки алкогольного опьянения ФИО1, такие как: невнятная речь, отсутствие координации движений, сильный запах алкоголя от него, стеклянные глаза. Указал, что истец ругался на него матом, говорил, что он плохой руководитель. ФИО5 при этом присутствовал. Физического воздействия к истцу никто не применял. После прихода охраны его сопроводили из кабинета.
Свидетель ФИО16 подтвердила доводы своего письменного рапорта, указала, что признаки алкогольного опьянения ФИО1 были очевидны. Она пыталась вручить ему приказ об его отстранении от работы и дать объяснения, он от всего отказывался, в связи с чем были составлены соответствующие акты. Он был препровожден охраной до своего цеха, в котором закрылся, а через некоторое время, когда услышал, что приехала полиция, сбежал через окно цеха.
Допрошенные со стороны истца: свидетели ФИО17 и ФИО18 пояснили, что утром 05 февраля 2025 г. они вместе с истцом как обычно прослушали 08.00 часовую планерку и приступили к работе. В 10.00 часов попили как обычно чай, истец принес торт, поскольку в тот день ему исполнилось 35 лет. После до обеда работали, каждый на своем месте. Не во время чаепития, не во время обеда свидетели не видели, чтобы истец употреблял алкоголь. По их мнению, он находился в обычном состоянии, признаков алкогольного опьянения они не усмотрели. Что происходило после обеда им неизвестно, очевидцами этих событий они не являлись и ФИО1 после обеда больше не видели.
Также судом исследовались в судебном заседании две видеозаписи представленные ответчиком на электронном носителе – флэш накопителе синего цвета марки «Mirex» общим объёмом 16 гб, на которых был зафиксирован ФИО1 и его действия 05 февраля 2025 г. во второй половине дня.
Оснований сомневаться в правдивости показаний допрошенных свидетелей, предупрежденных судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний у суда оснований не имеется, а также содержания видеозаписей (достоверность которых ФИО1 не спаривал, указывая, что это именно он на этих записях и они были отсняты 05 февраля 2025 г. рядом с цехом). В связи с чем суд принимает их в качестве относимых и допустимых доказательств, подтверждающих произошедшие события и факт нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения 05 февраля 2025 г. в свое рабочее время.
Оценивая акт о появлении работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, приказ об отстранении от работы, уведомление о даче письменного объяснения, акт об отказе от получения уведомления все от 05 февраля 2025 г., суд также не находит оснований сомневаться в их достоверности, указанные документы составлены уполномоченными на то лицами, в соответствующей форме, в них указаны основания издания, имеются все необходимые реквизиты, такие как дата, событие, обстоятельства, подписи присутствующих. Суд также принимает их в качестве допустимых доказательств, подтверждающих, произошедшие события, а также то, что ФИО1 действительно находился в состоянии алкогольного опьянения 05 февраля 2025 г. во время своего рабочего времени.
Давая оценку протоколу разбора от 12 февраля 2025 г. и выписки из решения (протокол №) мотивированного мнения ППО СЛД «Тында-Северная» № от 12 февраля 2025 г. суд полагает их допустимыми доказательствами по делу, подтверждающим, что работодателем проведена служебная проверка по факту произошедшего события, учтено мнение первичной профсоюзной организации.
Оценивая все вышеприведенные доказательства, а также всю совокупность представленных сторонами доказательств, в том числе и пояснения в судебном заседании истца, его представителя и представителей ответчика, суд приходит к выводу, что 05 февраля 2025 г. ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения на работе, при этом отказался от подписи в каких-либо документах работодателя. При этом доводы истца о том, что он был трезв, суд признает несостоятельными.
Суд полагает, что ответчиком предоставлены доказательства того, что ФИО1 совершил дисциплинарный проступок, а именно – находился в состоянии алкогольного опьянения 05 февраля 2025 г. на работе, за что был привлечен к дисциплинарной ответственности приказом от 12 февраля 2025 г. №/к.
При установленных обстоятельствах, когда истцом не представлено доказательств подтверждающих необоснованность издания акта появления работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения от 05 февраля 2025 г., приказ № от 05 февраля 2025 г., акта об отказе ознакомления с приказом № от 05 февраля 2025 г., уведомления о предоставлении объяснений от 05 февраля 2025 г., акта об отказе ознакомления с уведомлением о предоставлении объяснений от 05 февраля 2025 г., служебной записки начальника отдела управления персоналом ФИО4 от 05 февраля 2025 г., служебной записки специалиста по управлению персоналом 1 категории ФИО16 от 05 февраля 2025 г., рапортов службы охраны – 6 шт, протокола разбора под председательством ФИО5 от 12 февраля 2025 г., мотивированного мнения ППО СЛД «Тында-Северная» № от 12 февраля 2025 г., положенных в основу издаваемого приказа, суд полагает, что увольнение истца по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ фактически было произведено работодателем при наличии необходимых законных оснований.
В связи с этим суд находит, что работодателем, на котором лежит обязанность доказать наличие законных оснований для увольнения истца и соблюдение порядка такого увольнения, доказан факт совершения истцом проступка, который был вменен истцу при его увольнении, в связи с чем суд приходит к выводу, что основания для увольнения ФИО1 по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ имелись.
Проверяя соблюдение ответчиком порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности, суд приходит к следующим выводам.
Порядок, правила и сроки применения дисциплинарных взысканий работников установлены положениями ТК РФ.
В силу ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить, в частности, дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям (ч. 1). При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5).
Порядок наложения дисциплинарного взыскания определен в ст. 193 ТК РФ. До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе (ч. 1, 3, 6 ст. 193 ТК РФ).
Обстоятельства грубого нарушения истцом трудовых обязанностей нашли свое подтверждение в судебном заседании и установлены судом.
По факту совершенного дисциплинарного проступка истцу предлагалась дать письменные объяснения в виде уведомления об их даче 05 февраля 2025 г. В связи с отказом от получения ФИО1 такого уведомления 05 февраля 2025 г. работодателем был составлен соответствующий акт, после чего 08 февраля 2025 г. такие объяснения были даны истцом.
12 февраля 2025 г. приказом (распоряжением) начальника депо Сервисного локомотивного депо Тында-Северная филиала Дальневосточный «ЛокоТех-Сервис» ФИО5 №/к, трудовой договор с ФИО1 12 февраля 2025 г. был прекращен на основании подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Данные обстоятельства свидетельствует о соблюдении работодателем порядка истребования от работника письменного объяснения, срока привлечения к дисциплинарной ответственности, ознакомления работника с приказом.
Учитывая это, а также, принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу ч. 1 ст. 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.
В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Как пояснили представители ответчика в ходе рассмотрения дела при применении дисциплинарного проступка учитывались обстоятельства его совершения, в том числе факт нарушения п. 6.2 «Правил внутреннего трудового распорядка Сервисного локомотивного депо Тында-Северная филиала Дальневосточный «ЛокоТех-Сервис», с которыми истец был ознакомлен, факт того, что нахождение работника на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения является грубейшим нарушением трудовой дисциплины, предыдущие поведение истца. В частности, ранее истцом нарушались правила внутреннего трудового распорядка без уважительных причин, однако работодатель шел на встречу работнику и не стал привлекать к дисциплинарной ответственности, а лишил премии на основании приказа № от 31 июля 2023 г. Согласно табелям учета рабочего времени ноябрь 2022 г., декабрь 2023 г., июль 2024 г. ФИО1 мог не выходить на работу без объяснения причин и предоставления оправдательных документов 29 ноября 2022 г., 10, 11 января 2024 г., 03 августа 2024 г. Однако работодатель не применял к работодателю никаких мер, предоставлял возможность трудиться, надеясь на добросовестность работника в дальнейшем. В ноябре 2024 г. ФИО1 снижен процент КТУ не соблюдение технологического процесса, о чем свидетельствует ведомость распределения КТУ.
Вместе с тем, суд не может согласиться с такими утверждениями представителей ответчика.
Абзац 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 прямо указывает, что работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Из содержания исследованных в суде документов, в том числе приказа об увольнении ФИО1 и документов, послуживших основанием к его изданию, не следует, что начальником депо ФИО5 при издании приказа от 12 февраля 2025 г. №/к учитывалась тяжесть совершенного ФИО1 проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Ни в протоколе разбора от 12 февраля 2025 г., ни мотивированном мнении первичной профсоюзной организации № от 12 февраля 2025 г., ни в одном другом документе, послужившим основанием к изданию приказа об увольнении истца нет ни одного указания, или дальней отсылки на применение ч. 5 ст. 192 ТК РФ.
Суд не видит, что при издании приказа от 12 февраля 2025 г. №/к, ФИО5 в какой-либо момент изучалось личное дело ФИО1, учитывались приведенные ответчиками документы о нарушении истцом правил внутреннего трудового распорядка без уважительных причин в 2022, 2023, 2024 г., снижался процент КТУ и т.д. Не видит, что ФИО5 исследовались документы, свидетельствующие о награждении истца за предыдущие годы работы, или вообще хоть как-то учитывалось его отношение к труду.
Все доказательства представленные представителями ответчика в суд, касающиеся предыдущей работы истца и доводы которые они приводили в судебном заседании, должны были быть учтены и изложены в приказе от 12 февраля 2025 г. №/к, ну или как минимум отражены в протоколе разбора от 12 февраля 2025 г., или мотивированном мнении первичной профсоюзной организации № от 12 февраля 2025 г., из содержания которых ФИО5 мог бы дать оценку тяжести совершенного проступка и обстоятельствам, при которых он был совершен, а также учел бы предшествующее поведение ФИО1, его отношение к труду. Однако этого сделано не было, в связи с чем суд полагает доводы представителей ответчика о том, что работодателем все это было учтено 12 февраля 2025 г. при издании приказа об увольнении – голословными, не подтверждёнными доказательствами по делу.
На основании изложенного, суд полагает, что ответчиком нарушена процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, так как не учтена тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение истца и его отношение к труду, что в настоящем случае является самостоятельным основанием для признания незаконным приказа №/к от 12 февраля 2025 г.
Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., суд приходит к следующим выводам.
На основании ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как следует из п. 63 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. № 2, учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.
В соответствии со ст. 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В подтверждении своих доводов о причинении ему морального вреда истец указал, что причинение морального вреда со стороны ответчика выразилось в виде нравственных страданий пережитых за незаконное привлечение к дисциплинарной ответственности.
Учитывая установленные в судебном заседании обстоятельства наличия законных оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности, однако, нарушенной процедуру привлечения к таковой, с учетом фактических обстоятельств дела и объема представленных истцом доказательств причинения морального вреда, отношения ФИО1 к исполнению своих трудовых обязанностей, принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в размере 20 000 руб., в остальной части требований о компенсации морального вреда следует отказать.
При подаче искового заявления истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3 000 руб.
Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ
РЕШИЛ:
исковое заявление ФИО1 <данные изъяты> – удовлетворить частично.
Признать незаконным приказ №к от 12 февраля 2025 г. о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 <данные изъяты>.
Восстановить ФИО1 <данные изъяты> на работе в Сервисном локомотивном депо «Тында-Северная» филиала «Дальневосточный» ООО «ЛокоТех-Сервис» в должности слесаря 6 разряда с 13 февраля 2025 г.
Взыскать с Сервисного локомотивного депо «Тында-Северная» филиала «Дальневосточный» ООО «ЛокоТех-Сервис» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 <данные изъяты> (паспорт серии № №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.
В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.
Взыскать с Сервисного локомотивного депо «Тында-Северная» филиала «Дальневосточный» ООО «ЛокоТех-Сервис» (ИНН №, ОГРН №) в доход местного бюджета муниципального образования администрации г. Тынды Амурской области государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Тындинский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Председательствующий судья А.А. Крегель
Решение в окончательной форме принято 17 апреля 2025 г.