Дело № 2-6669/2025
50RS0052-01-2025-008286-91
Решение в окончательной форме изготовлено 07.11.2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 октября 2025 года пл. Ленина, д. 5, г. Щелково Московской обл.
Щелковский городской суд Московской области в составе:
председательствующего федерального судьи Жуковой К.В.,
при ведении протокола помощником судьи Дуняшиной Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Мамаевой ФИО7 к Мельнику ФИО8 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда,
Установил:
ФИО3, уточнив требования, обратилась в суд с иском к ФИО4 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, мотивировав свои требования тем, что 27 мая 2025 года посредством мессенджера в общедомовом чате «<данные изъяты>» ответчик допускал в адрес истца оскорбительные и неуважительные высказывания, унижающие её честь и достоинство, чем причинил ей нравственные страдания.
В связи с данными обстоятельствами, считая свои права нарушенными, истец обратился в суд с настоящим иском, в котором просит обязать ФИО4 опровергнуть сведения, порочащие её честь, достоинство и репутацию, написав в общедомовом чате, что в судебном порядке извиняется за грубое обращение, а также за то, что называл истца «<данные изъяты>», опровергнуть информацию, что <данные изъяты>, о <данные изъяты> о том, что <данные изъяты>. Также признать, что имел намерение настроить общественное мнение против истца. Кроме того, ФИО3 просила в её пользу взыскать компенсацию за причиненный моральный вред в сумме 200 000 руб., дополнив требования способом публикации опровержений, указав, что требование может считаться исполненным только в том случае, когда сообщение с извинениями будет опубликовано в том же чате, что и оскорбления, и не отозвано в течение пяти суток.
В судебном заседании истец заявленные ею требования поддержала, просила удовлетворить, при этом, не отрицала, что ответчик проживает с женой и детьми в соседней с ней квартире, и на почве их (семьи ответчика) поведения между сторонами конфликтные отношения.
Ответчик в судебное заседание не явился, извещен о его проведении должным образом, присутствуя ранее не отрицал того обстоятельства, что сообщения в общедомовом чате «<данные изъяты>», размещенные от имени ФИО2, снимок экрана телефона с содержанием которых представлен на л.д. 14, размещались им. Вместе с тем, не признал исковые требования по доводам, изложенным в письменных возражениях. Подтвердил наличие длительных конфликтных отношений с истцом как с соседом, чья квартира расположена на одной с его (квартирой) лестничной площадке. Уточнил, что претензии истца к его семье в большей степени основаны на поведении его детей.
Представитель ответчика, действующий на основании доверенности, также не признал заявленные требования, изложив отношения к доводам иска в письменных пояснениях и возражениях. Настаивал на том, что распространения порочащих честь и достоинство сведений не было, из представленных сообщений нельзя однозначно определить, что они были высказаны в отношении истца. Кроме того, указывала о том, что такого способа опровержения сведений, как публичное извинение нормами права не предусмотрено. В удовлетворении требований просила отказать.
Выслушав стороны и их представителей, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Статья 23 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на защиту чести и доброго имени.
Конституция Российской Федерации, в силу части 1 статьи 17 которой в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией, одновременно устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 той же статьи), в частности достоинство личности, охраняемое государством (часть 1 статья 21).
Из анализа данных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.
Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу статьи 10 ГК РФ, не допускаются.
Статья 152 ГК РФ, определяющая порядок реализации конституционного права на защиту чести и доброго имени, находится в общей системе конституционно-правового регулирования, а потому суды при ее применении вправе и обязаны обеспечивать баланс названного и других конституционных прав и свобод, в том числе права на свободу слова и свободу выражения мнений, с учетом требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 6 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Так, из искового заявления усматривается, что 27 мая 2025 года посредством мессенджера в общедомовом чате «<данные изъяты>», ответчик допускал в адрес истца следующие выражения, о которых истец, заявляет как об оскорбительных и унижающих её честь и достоинство, а именно: «<данные изъяты>»; «<данные изъяты>»; «<данные изъяты>»; «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» (л.д. 14).
Данные действия ответчика по написанию и отправлению в чат сообщений, обстоятельства времени и даты их направления, содержание вышеуказанный сообщений не опровергаются ответчиком ФИО6, который подтвердил, что сообщения написаны им и в адрес истца.
При этом, как следует из письменных возражений стороны ответчика, данные высказывания явились следствием действий самого истца, направленных на детей ФИО6 в ходе конфликта между сторонами (являющимися соседями по квартире) в день написания сообщений, в который, также, супругой ответчика был вызван наряд полиции из-за действий ФИО3 Ответчиком утверждалось, что, несмотря на размещение данных сообщений в общедомовом чате, их распространение не состоялось, поскольку идентификационных данных текст сообщений не содержит.
Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №3 от 24 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, подлежащими доказыванию при рассмотрении данной категории дел являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При недоказанности хотя бы одного из перечисленных выше обстоятельств иск не подлежит удовлетворению судом.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.
Таким образом, суд не может согласиться с данными доводами ответчика, поскольку доказательств отсутствия номера телефона истца у участников группы, что определяет для них (участников) её идентификацию, или отсутствие участия истца в общении с использованием данного чата ранее, а также наличие в данном чате иных участников с именем «ФИО1» ответчиком не доказано, при том, что истцом представлены в дело доказательства об участии в данном общедомовом чате 124 абонентов. В связи с изложенным суд полагает доказанным обстоятельства распространения сведений, изложенных ответчиком.
Под не соответствующими действительности сведениями следует понимать утверждения о фактах или событиях, которые не имели место в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.
В свою очередь, порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
В соответствии с пунктом 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет".
В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №3 от 24 февраля 2005 года указано, что истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.
Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство, деловую репутацию, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 150, статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого. Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются.
Так, истец заявляет, что ответчику необходимо опровергнуть сведения о том, что <данные изъяты>, о <данные изъяты> и о том, что <данные изъяты>.
С учетом представленных доказательств, правовой позиции сторон по делу, а также анализируя вышеизложенные нормы права, суд полагает возможным обязать ответчика опровергнуть сведения о том, что истец <данные изъяты>, а также о том, что она <данные изъяты>, поскольку каких-либо допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что данные высказывания ответчика в адрес истца являются достоверными, ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено и в материалах дела не имеется.
Допрошенный судом свидетель – ФИО5, приходящаяся ответчику супругой, подтвердив наличие между сторонами длительного конфликта, не привела обстоятельств, позволяющих суду прийти к выводу о достоверности высказываний ответчика.
Вместе с тем, суд не усматривает оснований для обязания ответчика опровергнуть сведения о <данные изъяты>, поскольку таковых высказываний ответчик не допускал, указание в сообщении о справке <данные изъяты> не свидетельствует о данном заявлении. Кроме того, не усматривается оснований для обязания ответчика к опровержению сведений о том, что <данные изъяты>, поскольку сообщений о том, что ФИО3 грозит <данные изъяты> высказано не было, ответчиком было сообщено о том, что за <данные изъяты>. При этом, суд полагает возможным отметить, что в рамках рассмотрения споров о распространении сведений, оскорбительного характера и не соответствующих действительности, сообщения о намерении совершить определённые действия в пользу потерпевшего не рассматриваются, оценке подлежать не могут, поскольку имеют иной характер и способ защиты.
Суд не может признать обоснованными требования истца об обязании ответчика признать то обстоятельство, что он имел намерение настроить общественное мнение против ФИО3, а также о принесении извинений за грубое обращения, поскольку вышеизложенные нормы права не содержат оснований для возложения таких обязанностей на причинителя вреда.
Вместе с тем, права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 17 и 45 Конституции Российской Федерации).
Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст. 12, 151 ГК РФ).
Установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца (п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Контекст высказываний («<данные изъяты>») по своей смысловой нагрузке относится непосредственно к истцу, носит негативный, оскорбительный, унизительный характер, представляет собой информацию, унижающую честь и достоинство истца. При этом, основываясь на этих же нормах права суд не считает обоснованным требования истца о признании оскорбительным выражение «<данные изъяты>».
Суд приходит к выводу о том, что сообщения, опубликованные ответчиком 27 мая 2025 г. в период времени с 11:29 до 11:52 в общедомовом чате «<данные изъяты>» посредством мессенджера в адрес истца являются оскорбительными и неуважительными, унижающими честь и достоинства истца.
Согласно п. 9 ст. 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.
Положениями ст. 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.
В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом.
Учитывая вышеизложенное, фактические обстоятельства дела, а также принцип разумности и справедливости, принимая также во внимание материальное и семейное положение ответчика, обоснованное представленными им документами, суд взыскивает с него в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, поскольку истец ссылается на причинение ей нравственных страданий оскорблениями со стороны ответчика, а факт оскорбления установлен судом и подтвержден имеющимися в деле доказательствами.
При этом, доводы ответчика о том, что у истца как у потерпевшего было установлено противоправное поведение по отношению к ответчику, не могут быть положены в основу выводов о необоснованности требований истца, поскольку действий, позволяющих распространение сообщений оскорбительного характера не установлено, в действующих нормах права также такого основания для освобождение от ответственности не предусмотрено.
При этом, суд считает, что требования истца в части обязания ответчика не удалять размещённое в опровержение порочащих сведений сообщение в течение пяти суток не подлежат удовлетворению, так как такого порядка и способа опровержения не предусмотрено, а истцом его необходимость для восстановления в полном объёме нарушенного права не доказана.
Таким образом, суд считает необходимым возложить на ответчика обязанность по опровержению размещенных им текстов сообщений об истце в групповом чате «<данные изъяты>» в мессенджере, а также взыскать с него компенсацию в пользу истца в установленном выше размере за распространения в отношении ФИО3 сведений, оскорбительного характера, направленных на умаление её чести и достоинства, чем были нарушены личные неимущественные права истца.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
Решил:
Исковые требования Мамаевой ФИО9 удовлетворить частично.
Обязать Мельника ФИО10 опровергнуть сведения, распространенные им в сообщении 27 мая 2025 г. в период времени с 11:29 до 11:51 в чате «<данные изъяты>» мессенджера, не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию Мамаевой ФИО11, а именно:
« …<данные изъяты>… <данные изъяты>…».
тем же способом, которым они были распространены, путём опубликования в чате резолютивной части решения суда с пояснением, что опубликованные им ранее сообщения не соответствуют действительности.
Взыскать с Мельника ФИО12 в пользу Мамаевой ФИО13 компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей.
В удовлетворении иных заявленных требований, и требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере - отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Щелковский городской суд в течение одного месяца с момента его изготовления в окончательной форме.
Судья К.В. Жукова