Дело № 2-6/2022

39RS0007-01-2021-000934-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Багратионовск 07 июля 2022 г.

Багратионовский районный суд Калининградской области в составе судьи Жогло С.В.,

при секретаре Быданцевой М.А.,

с участием прокурора Округ Л.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Калининградской области «Багратионовская центральная районная больница» и государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Инфекционная больница Калининградской области» о компенсации морального вреда, причиненного смертью лица вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Калининградской области «Багратионовская центральная районная больница» (далее - ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного ему смертью его матери ФИО2 вследствие ненадлежащего оказания ей медицинской помощи, в размере 1000000 рублей.

В обоснование исковых требований истец ФИО1 указал, что 25.11.2020 г. его мать ФИО2 обратилась в поликлинику ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» с температурой и признаками ОРВИ. 27.11.2020 г. у ФИО2 был взят тест на новую коронавирусную инфекцию (COVID-19), 30.11.2020 г. были получены результаты теста, согласно которым у ФИО2 была подтверждена новая коронавирусная инфекция (COVID-19), в связи с чем в тот же день она была госпитализирована в инфекционное отделение учреждения здравоохранения в г. Калининграде. Через три дня состояние ФИО2 ухудшилось, в связи с чем ее перевели в государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Инфекционная больница Калининградской области» (далее – ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области»), в котором она находилась на лечении в течение недели. Затем в течение одного дня ФИО2 находилась в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Калининградской области «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» (далее – ГБУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи»). В дальнейшем ФИО2 находилась на лечении в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Калининградской области «Городская больница № 4» (далее – ГБУЗ «Городская больница № 4») с диагнозом: из которого в связи с отрицательным результатом теста на COVID-19 была выписана с направлением ее под наблюдение терапевта ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница». Истец полагает, что ФИО2 была выписана из ГБУЗ «Городская больница № 4» в тяжелом состоянии. 22.01.2021 г. в связи с плохим самочувствием ФИО2 и пониженным артериальным давлением ей на дом были вызваны скорая медицинская помощь и участковый терапевт. На протяжении девяти дней пребывания ФИО2 дома после выписки ее из учреждения здравоохранения лечение ее от пневмонии не производилось, в связи, полагает истец, с халатным отношением врачей к исполнению своих обязанностей. 28.01.2021 г. вечером у ФИО2 поднялась температура до 38,7 градусов, на следующий день она была доставлена в ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области», где по результатам сделанного рентгена легких у нее была выявлена двухсторонняя пневмония, в связи с чем ФИО2 была госпитализирована в отделение пульмонологии государственного бюджетного учреждения здравоохранения Калининградской области «Центральная городская клиническая больница» (далее – ГБУЗ «Центральная городская клиническая больница»), 31.01.2021 г. ФИО2 была переведена в реанимационное отделение, а 01.02.2021 г. она умерла. Истец ФИО1 полагает, что смерть ФИО2 наступила вследствие ненадлежащего оказания ей медицинской помощи. В связи с ненадлежащим оказанием ФИО2 медицинской помощи и в этой связи ее смертью, указывает истец ФИО1, ему причинен моральный вред, выразившийся в его нравственных страданиях, вследствие утраты родного человека, размер компенсации которого он оценил в сумме 1000000 рублей (том №1, л.д.2-4).

В процессе рассмотрения дела истец ФИО1 дополнил исковые требования, предъявив их также к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Инфекционная больница Калининградской области» (далее - ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области»), и просил взыскать денежную компенсацию морального вреда, причиненного ему смертью его матери ФИО2 вследствие ненадлежащего оказания ей медицинской помощи, в размере 1000000 рублей в солидарном порядке с ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области», сославшись при этом на допущенные данными учреждениями здравоохранения дефекты при оказании ФИО2 медицинской помощи (том №3, л.д.92-93).

Кроме того, ФИО1 просил взыскать в солидарном порядке с ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» в свою пользу в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя 38000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал и дал объяснения, аналогичные содержанию искового заявления.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3 поддержала доводы своего доверителя и дала им правовое обоснование.

Представитель ответчика ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» ФИО4 исковые требования не признал, сославшись на отсутствие причинной связи между действиями сотрудников данного учреждения здравоохранения и состоянием здоровья и смертью ФИО2

Представители ответчика ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» и третьих лиц Министерства здравоохранения Калининградской области, ГБУЗ «Городская больница № 4», ГБУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ГБУЗ «Центральная городская клиническая больница» и ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области», извещенных о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

В представленных ответчиком ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» возражениях на иск заявлено о непризнании исковых требований, со ссылкой на отсутствие причинной связи между действиями сотрудников данного учреждения здравоохранения и состоянием здоровья ФИО2 и ее смертью.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора о наличии оснований для компенсации ФИО1 морального вреда в размере, определенном с учетом требований разумности и справедливости, и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья отнесены, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациентом является физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3 и 9 части 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 21 части 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей в спорный период времени) формировались по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 настоящего федерального закона, и утверждались уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со статьей 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации (часть 1); медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 следует, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ему морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) его матери ФИО2, приведшее, по мнению истца, к ее смерти.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150 и 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № 10), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № 10).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт физических и (или) нравственных страданий, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям, в соответствии с действующим правовым регулированием на ответчиков ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» возложена обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи его матери ФИО2

В соответствии со статьей 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3); возмещение вреда, причиненного жизни и (или) здоровью граждан, не освобождает медицинских работников и фармацевтических работников от привлечения их к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 4).

Судом на основании исследованных доказательств, в том числе медицинской документации, установлено, что 25.11.2020 г. ФИО2 обратилась в поликлинику ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» с жалобами на «головные боли, ломоту в костях, познабливание, покашливание, осиплость голоса», где по результатам ее осмотра врачом-терапевтом ей был поставлен диагноз: Острая респираторная вирусная инфекция, назначено лечение – ингавирин (противовирусное средство), аскорбиновая кислота, сосудосуживающие капли в нос, местно - полоскания раствором мирамистина (антисептическое средство), теплое питье.

26.11.2020 г. ФИО2 повторно обратилась на прием в поликлинику ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» с дополнением жалоб на повышение температуры тела до 39°C и нарушение обоняния, была осмотрена врачом-терапевтом, диагноз прежний: Острая инфекция верхних дыхательных путей неуточненная, лечение скорректировано, на 27.11.2020 г. назначен забор мазка на Covid-19 (результат 28.11.2020 г. - РНК коронавируса 2019-nCoV выявлена).

30.11.2020 г. ФИО2 была осмотрена по вызову на дому, жалобы на «приступообразный сухой кашель», ее состояние без положительной динамики, накануне вызвала скорую медицинскую помощь (выполнена гипотермическая терапия). Диагноз прежний («мазок на Covid-19 в работе»), назначения корректированы, даны рекомендации.

30.11.2020 г. в связи с положительным результатом ПЦР на РНК SARS-CoV2 бригадой скорой медицинской помощи ФИО2 была доставлена в приемное отделение ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области», госпитализирована в 5-е инфекционное отделение в состоянии средней степени тяжести с диагнозом при поступлении: Коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, вирус идентифицирован. Внебольничная пневмония?

03.12.2020 г. в связи с отрицательной динамикой (жалобы на затрудненное дыхание, снижение сатурации до 88% на фоне кислородной поддержки) ФИО2 была переведена для дальнейшего лечения в 4-е инфекционное отделение того же медицинского учреждения. Всего ФИО2 находилась на стационарном лечении в ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» 7 дней, получала противовирусные, антибактериальные препараты, антикоагулянты, препараты упреждающей противовоспалительной терапии COVID-19, симптоматическую, оксигенотерапию.

07.12.2020 г. отмечена стабилизация состояния ФИО2, ПЦР на РНК SARS-CoV2 от 07.12.2020 г. - отрицательная. При этом сохранялись жалобы на общую слабость, недомогание, малопродуктивный кашель, одышку в покое, в связи с чем ФИО2 была переведена в ГБУЗ «Городская больница № 4» в соответствии с утвержденной маршрутизацией. Заключительный клинический диагноз: Основной: Коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, вирус идентифицирован ПЦР от 27.11.2020 г.), среднетяжелая форма. Осложнения: Внебольничная двусторонняя полисегментарная интерстициальная пневмония, средней степени тяжести. ДН 1-2.

С 07.12.2020 г. ФИО2 находилась на лечении в терапевтическом отделении ГБУЗ «Городская больница № 4». ПЦР мазков на Covid-19 положительно (от 08.12.2020 г. и 15.12.2020 г.), отрицательно (от 23.12.2020 г. и 12.01.2021 г.). 05.01.2021 года по данным МСКТ выявлен малый пневмомедиастинум (аномальное присутствие воздуха или другого газа в средостении). На фоне получаемой антибактериальной, противовирусной, бронхолитической, дезинтоксикационной терапии, антикоагулянтов, кислородной поддержки отмечалась положительная динамика - уменьшение слабости, отсутствие одышки при обычной ходьбе, температура тела 36,4°С. При рентгенологическом исследовании от 16.01.2021 г. - двухсторонняя полисегментарная пневмония в стадии разрешения. 20.01.2021 г. ФИО2 консультирована врачом-кардиологом, поставлен диагноз: Гипертоническая болезнь 2 стад., 2 степ., риск 3. ХСН 1 ст. ФН 2. ГЛЖ 57 %. Малый реактивный гидроперикард. 20.01.2021 г. с рекомендациями выписана для продолжения лечения амбулаторно по месту жительства.

Кроме того, в ГБУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» ФИО2 дважды проводилась компьютерная томография органов грудной полости - 16.12.2020 г. (заключение: КТ-картина двусторонней полисегментарной пневмонии предположительно вирусной этиологии. КТ тяжесть - среднетяжелая (КТ2)) и 05.01.2021 г. (заключение: КТ-картина двусторонней полисегментарной пневмонии. КТ тяжесть - среднетяжелая (КТ2). Пневмомедиастинум).

21.01.2021 г. ФИО2 была осмотрена на дому врачом-терапевтом поликлиники ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница», предъявлялись жалобы на «слабость, головокружение, снижение артериального давления на фоне приема гипотензивных препаратов». По результатам осмотра был поставлен диагноз: Коронавирусная инфекция тяжелое течение. Вариант клинического течения. Внебольничная полисегментарная пневмония средней степени тяжести, неполное разрешение. ДН 1 ст. Пневмомедиастинум. Гипертоническая болезнь II стадии, риск 3. ХСН 0. Лечение скорректировано и продолжено.

25.01.2021 г. ФИО2 была осмотрена участковым врачом-терапевтом, предъявляла жалобы на снижение артериального давления, слабость. Медикаментозное лечение скорректировано.

29.01.2021 г. ФИО2 была осмотрена врачом-терапевтом поликлиники ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница», предъявляла жалобы на общую слабость, повышение температуры тела до 38°С, тяжесть в грудной клетке, чувство нехватки воздуха, головную боль, отеки. Оказана неотложная помощь - выполнены внутримышечные инъекции дексаметазона, фуросемида, вызвана бригада скорой медицинской помощи, ФИО2 была направлена на госпитализацию.

29.01.2021 г. в 17 часов 18 минут ФИО2 была доставлена в приемное отделение ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области», при осмотре врачом-терапевтом и проведенной рентгенографии легких выявлена двусторонняя полисегментарная пневмония. В соответствии с требованиями маршрутизации, утвержденной приказом Министерства здравоохранения Калининградской области № 783 от 11.12.2020 г., ФИО2 немедленно была направлена в ГБУЗ «Центральная городская клиническая больница».

29.01.2021 г. в 18 часов 41 минуту ФИО2 была доставлена в приемное отделение ГБУЗ «Центральная городская клиническая больница», госпитализирована в отделение пульмонологии с диагнозом: Основной: Внебольничная двухсторонняя полисегментарная пневмония, средне-тяжелое течение. ДН 1-2 ст. Сопутствующий: Гипертоническая болезнь 2 ст, риск 3. ХСН 1 ст. ФН 2. Мазок ПЦР РНК коронавируса от 29.01.2021 г. - отрицательно. ФИО2 консультирована врачами кардиологом, клиническим фармакологом, неоднократно осмотрена совместно с заведующим отделением пульмонологии, получала антибактериальную, дезинтоксикационную, оксигенотерапию. Несмотря на проводимое лечение, состояние ФИО2 ухудшилось. 31.01.2021 года ФИО2 была переведена в отделение анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии, состояние тяжелое, тяжесть обусловлена синдромом полиорганной недостаточности в рамках тяжелого течения внебольничной двухсторонней полисегментарной пневмонии, осложненной сепсисом. 01.02.2021 года состояние ФИО2 резко ухудшилось, развилась клиническая смерть. реанимационные мероприятия в течение 30 минут неэффективны, 01.02.2021 года констатирована ее биологическая смерть.

Заключительный клинический диагноз: Основной: Внебольничная двусторонняя пневмония, тяжелое течение. Дополнительный: Коронавирусная инфекция COVID-19 ПЦР на РНК от 30.11.2020 г. Осложнения: Сепсис. Септический шок. Синдром полиорганной недостаточности. Сопутствующий: Гипертоническая болезнь 2 ст, риск 4. ИБС: атеросклеротический кардиосклероз. Миокардит. Гидроперикард. НК 2А ст. 2ФК.

01.02.2021 г. ФИО2 умерла (том №1, л.д.45).

Для разрешения вопроса о причине смерти ФИО2 и вопросов, направленных на выяснение качества оказанной ФИО2 медицинской помощи и ее связи с наступившей смертью ФИО2, судом по настоящему делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

По результатам производства данной экспертизы, проведенной в период с 03.12.2021 г. по 10.06.2022 г., комиссией экспертов было дано заключение № 154 (том №3, л.д.2-80).

Согласно данному заключению, комиссия экспертов пришла к следующим выводам.

Смерть ФИО2 наступила от новой коронавирусной инфекции, вызванной вирусом COVID-19 (SARS-CoV2), осложнившейся развитием респираторного дистресс-синдрома взрослых с пневмонией, интоксикацией и легочно-сердечной недостаточностью.

Диагностика и лечение ФИО2 на догоспитальном этапе и в условиях медицинских стационаров были в целом правильными и соответствовали действовавшим на тот момент временным методическим рекомендациям по лечению COVID-19 (за исключением несвоевременного забора мазка для лабораторного обследования на COVID-19 в поликлинике ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» при первичном обращении пациента).

Вместе с тем, при оказании ФИО2 медицинской помощи в период с 25.11.2020 г. по 01.02.2021 г. были допущены следующие недостатки (дефекты) оказания ей медицинской помощи:

в поликлинике ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» в период оказания медицинской помощи с 25.11.2020 г. по 29.01.2021 г. были допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

- в нарушение Временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 9 (26.10.2020) (утв. Минздравом России) забор мазка для лабораторного обследования на COVID-19 был назначен и выполнен 27.11.2020 г., а не в день первичного обращения пациента при появлении симптомов, не исключающих COVID-19;

- при первичном осмотре пациентки 25.11.2020 г. не указаны данные температуры тела и частота дыхательных движений, что свидетельствует о неполном описании объективного статуса пациентки в нарушение положений пп. а («ведение медицинской документации...»), пп. б («оформление результатов первичного осмотра...») п. 2.1. (Критерии качества в амбулаторных условиях) приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- в нарушение требований приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», приложения № 1 к приказу Минздрава России от 15.12.2014 г. № 834н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и порядков по их заполнению» копия медицинской карты амбулаторного больного № 13676 ФИО2 не соответствует установленной форме, так как в ней отсутствует п. 20 «лист записи заключительных (уточненных) диагнозов», п. 12 «сведения о заболеваниях, по поводу которых осуществляется диспансерное наблюдение», п. 30 «сведения о госпитализациях»;

- в нарушение требований ч. 1, 7, 8 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», приказа Минздрава России от 20.12.2012 г. № 1177н «Об утверждении порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств, форм информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форм отказа от медицинского вмешательства» в копии медицинской карты амбулаторного больного № 13676 ФИО2 отсутствует дата оформления, Ф.И.О. пациента, Ф.И.О. и подпись медицинского работника;

- в нарушение требований ч. 7, 8 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», приказа Минздрава России от 20.12.2012 г. № 1177н «Об утверждении порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинских вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств, форм информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форм отказа от медицинского вмешательства» отказ пациентки от госпитализации 21.01.2021 г. не оформлен по соответствующей форме (в представленной копии медицинской карты амбулаторного больного № 13676 ФИО2 отсутствует оформленный в соответствии с действующим законодательством отказ от медицинского вмешательства);

- в нарушении требований приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» врачом, проводившим осмотр пациентки 25.11.2020 г., 30.11.2020 г. и 21.01.2021 г. частично не проведены: термометрия, измерения частота дыхательных движений для оценки степени тяжести пациента и необходимости госпитализации;

в ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» в период оказания медицинской помощи с 30.11.2020 г. по 07.12.2020 г. были допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

- в нарушение требований приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в копии медицинской карты стационарного больного № 6-5951 ФИО2 отсутствует решение врачебной комиссии ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» о переводе в ГБУЗ «Городская больница № 4», в нарушение требований приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» решение о переводе пациентки ФИО2 в основной корпус инфекционной больницы 03.12.2020 г. не согласовано с заведующими указанных отделений (в копии медицинской карты стационарного больного № 6-5951 ФИО2 в записи от 03.12.2020 г. - переводном эпикризе отсутствуют подписи заведующих отделениями).

На этапах диагностики и лечения в ГБУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» (16.12.2020 г. и 05.01.2021 г.), ГБУЗ «Городская больница № 4» (с 07.12.2020 г. по 20.01.2021 г.), ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» 29.01.2021 г. и ГБУЗ «Центральная городская клиническая больница» (с 29.01.2021 г. по 01.02.2021 г.) медицинская помощь ФИО2 была оказана правильно и в полном объеме (лечение после постановки диагноза «Коронавирусная инфекция» проводилось согласно временным методическим рекомендациям по лечению COVID-19).

Все вышеуказанные недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не состоят в причинной связи со смертью ФИО2, наступившей от новой коронавирусной инфекции, вызванной вирусом COVID-19 (SARS-CoV2), при этом её тяжелому течению могли способствовать имеющиеся у пациента сопутствующие заболевания - гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, ожирение (они могли являться неблагоприятным фоном для течения и исхода основного заболевания COVID-19).

Медицинская помощь, оказанная ФИО2 в ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница», ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области», ГБУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ГБУЗ «Городская больница № 4», ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» и ГБУЗ «Центральная городская клиническая больница» в период с 25.11.2020 г. по 01.02.2021 г., в целом соответствовала стандартам оказания медицинской помощи и клиническим рекомендациям, была направлена на улучшение ее состояния и не была противопоказана, не явилась причиной ухудшения состояния её здоровья и причиной наступления её смерти.

Также в заключении экспертами отмечено, что новая коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19 (SARS-CoV2), и на данный момент является не изученной полностью, а действовавшими на тот момент временными методическими рекомендациями по лечению COVID-19 (версия 9) отдельно было отмечено, что «многие аспекты патогенеза и патоморфологии коронавирусной инфекции нуждаются в дальнейшем комплексном изучении с использованием современных методов» и «имеющиеся на сегодня сведения о результатах терапии всеми препаратами не позволяют сделать однозначный вывод об их эффективности или неэффективности».

Таким образом, допущенные дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 не явились причиной ее смерти.

При этом допущенные дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 свидетельствуют о ненадлежащем оказании ей ответчиками ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» медицинской помощи.

Доказательств обратного ответчиками суду не представлено.

Согласно приведенному правовому регулированию спорных отношений, возможность возмещения вреда, в том числе компенсации морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

ФИО1 является сыном ФИО2 (том №1, л.д.195).

Исходя из их близких родственных отношений и сложившихся между ними семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, взаимной заботой друг о друге, суд приходит к выводу о том, что ненадлежащее оказание медицинской помощи ФИО2 бесспорно причиняло нравственные страдания (моральный вред) ее сыну ФИО1

В этой связи ФИО1 имеет право на получение денежной компенсации причиненного ему морального вреда от причинителей данного вреда.

Причинителями ФИО1 морального вреда являются ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» вследствие допущенных ими дефектов оказания медицинской помощи ФИО2, свидетельствующих о ненадлежащем оказании ей данными учреждениями здравоохранения медицинской помощи.

Ответчиками ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» не представлено суду доказательств отсутствия своей вины в причинении ФИО1 морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи его матери ФИО2

Таким образом, в силу требований статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицами, обязанными компенсировать причиненный ФИО1 моральный вред, являются ответчики ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области».

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства, указанные в статье 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, в частности степень и характер нравственных страданий ФИО1, вызванных ненадлежащим оказанием медицинской помощи его матери ФИО2 ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области», объем и характер дефектов оказания медицинской помощи ФИО2, допущенных каждым из данных учреждений здравоохранения, степень вины причинителей вреда ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области».

Учитывая указанные обстоятельства, а также требования разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница», в сумме 45000 рублей и причиненного ему ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» в сумме 30000 рублей.

Грубой неосторожности, которая бы содействовала возникновению или увеличению вреда, являющейся основанием, предусмотренным пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, для уменьшения размера компенсации морального вреда, в действиях потерпевшего судом не установлено.

Таким образом, в пользу ФИО1 в счет компенсации причиненного ему морального вреда подлежит взысканию с ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» 45000 рублей и с ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» 30000 рублей.

Вопреки исковым требованиям истца ФИО1, оснований для взыскания с ответчиков денежной компенсации морального вреда в солидарном порядке не имеется, поскольку в соответствии со статьей 1080 Гражданского кодекса РФ солидарно перед потерпевшим отвечают лица, совместно причинившие вред.

При разрешении настоящего спора установлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 в результате совершения каждым из ответчиков самостоятельных действий.

Таким образом, каждый из ответчиков самостоятельно несет ответственность по компенсации ФИО1 морального вреда в зависимости от объема и характера допущенных каждым из них дефектов оказания медицинской помощи ФИО2

Учитывая изложенное, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности расходы на оплату услуг представителей.

17.02.2022 г. между ООО «Центр юридической помощи» и ФИО1 был заключен договор, согласно условиям которого, ООО «Центр юридической помощи» приняло на себя обязательство оказать ФИО1 юридические услуги по составлению проектов претензий в учреждение здравоохранения, прокуратуру Калининградской области и Министерство здравоохранения Калининградской области и по составлению искового заявления и представлению интересов ФИО1 по настоящему гражданскому делу в суде первой инстанции.

Стоимость услуг по данному договору составила 38000 рублей.

Представленным ФИО1 суду платежным документом подтверждается уплата им ООО «Центр юридической помощи» 38000 рублей за оказание юридических услуг.

При этом данные расходы в размере 38000 рублей не могут быть признаны в полном объеме судебными расходами, понесенными ФИО1 по настоящему гражданскому делу, поскольку в указанную стоимость юридических услуг были включены подлежащие осуществлению ООО «Центр юридической помощи» действия, не связанные с производством по делу в суде, - составление проектов претензий в учреждение здравоохранения, прокуратуру Калининградской области и Министерство здравоохранения Калининградской области общей стоимостью, составляющей 30 % от стоимости услуг по договору, расходы на обращение в данные органы не могут быть признаны необходимыми по настоящему делу, так как законом для данной категории дел не предусмотрен обязательный досудебный порядок урегулирования спора и обращение с настоящим иском в суд не обусловлено предварительным направлением претензий указанным органам.

В качестве представителя ФИО1 по настоящему гражданскому делу участвовала ФИО3, являющаяся сотрудником ООО «Центр юридической помощи.

Учитывая, что решение суда частично состоялось в пользу истца ФИО1, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в его пользу с ответчиков понесенных им расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Определяя разумные пределы расходов на оплату услуг представителя, которые понес ФИО1 по настоящему делу, суд учитывает: сложившуюся в регионе стоимость оплаты юридических услуг; объем и характер предъявленных ФИО1 исковых требований; фактический объем и характер оказанных представителем услуг; продолжительность рассмотрения и степень сложности дела; время, необходимое на подготовку представителем процессуальных документов по настоящему делу, исходя из характера спора; количество судебных заседаний по делу, в которых принимала участие представитель ФИО1 (6 судебных заседаний (4 предварительных и 2 основных)).

Оценивая данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что разумными пределами расходов на оплату услуг представителя ФИО1 по настоящему делу является сумма в размере 24000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчиков ГБУЗ «Багратионовская центральная районная больница» и ГБУЗ «Инфекционная больница Калининградской области» в пользу истца ФИО1 в равных долях, то есть по 12000 рублей с каждого.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Багратионовская центральная районная больница» и государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Инфекционная больница » о компенсации морального вреда, причиненного смертью лица вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи, удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Калининградской области «Багратионовская центральная районная больница» (238420, дивизии, ; дата государственной регистрации в качестве юридического лица – ДД.ММ.ГГГГ; ИНН <***>; ОГРН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца , зарегистрированного по месту жительства и проживающего по адресу: , имеющего паспорт гражданина Российской Федерации серии 27 06 №, выданный ДД.ММ.ГГГГ отделом внутренних дел Багратионовского района Калининградской области, код подразделения 392-006, денежную компенсацию морального вреда в размере 45000 рублей (сорок пять тысяч рублей).

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Инфекционная больница Калининградской области» (236006, ; дата государственной регистрации в качестве юридического лица – ДД.ММ.ГГГГ; ИНН <***>; ОГРН <***>) в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей (тридцать тысяч рублей).

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Калининградской области «Багратионовская центральная районная больница» и государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Инфекционная больница Калининградской области» в пользу ФИО1 в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя 24000 рублей в равных долях, то есть по 12000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Багратионовский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме составлено 08.07.2022 г.

Судья подпись ЖОГЛО С.В.

Копия верна: Судья Багратионовского

районного суда ______________ ЖОГЛО С.В.