Апелляционное определение по делу № 33-2048/2023 от 09.08.2023

33-2048/2023 судья Дмитриева О.Н.

2-54/2023

62RS0005-01-2022-000005-14

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 августа 2023 года г. Рязань

Судебная коллегия по гражданским делам Рязанского областного суда в составе:

председательствующего Кондаковой О.В.,

судей Масловой О.В., Царьковой Т.А.,

при секретаре Лариной А.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Рязанского районного суда Рязанской области от 18 января 2023 года, которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения - отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ИП ФИО3 судебные расходы по оплате экспертизы в размере 40 000 руб.

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Царьковой Т.А., объяснения истца ФИО1, представителя истца ФИО4, представителя ответчика ПАО СК «Росгосстрах» ФИО5, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения.

Заявленные требования обосновал тем, что 23.01.2021 года около 20 часов 27 минут возле <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <скрыто>, принадлежащего на праве собственности ФИО1, и под его управлением, и автомобиля <скрыто>, принадлежащего на праве собственности ФИО6 и под его управлением. Виновником дорожно-транспортного происшествия признан водитель ФИО6, автогражданская ответственность которого на момент дорожного происшествия была застрахована в СК «АСКО-Страхование».

Автогражданская ответственность истца была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах».

05.02.2021 года истец обратился к ответчику с заявлением о получении страхового возмещения, но получил отказ в страховой выплате. Не согласившись с решением страховой компании, истец обратился к независимому эксперту, по заключению которого, стоимость восстановительного ремонта повреждённого автомобиля с учётом износа составила 178100 руб.

Претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения.

Решением финансового уполномоченного от 12.11.2021 года истцу также отказано в удовлетворении требований.

С учётом уточнения исковых требований, принятых к производству суда в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО1 просил суд взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в свою пользу страховое возмещение в размере 178100 руб., неустойку в размере 379353 руб., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., убытки за составление досудебной претензии в размере 1 500 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом, а также судебные расходы по оплате экспертизы в размере 20000 руб.

Суд отказал в удовлетворении заявленных исковых требований, постановив вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение Рязанского районного суда Рязанской области от 18.01.2023 года отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований в полном объеме, назначить по делу дополнительную судебную экспертизу.

В обоснование доводов жалобы указал, что решение суда вынесено с существенным нарушением норм материального и процессуального права, не основано на фактических обстоятельствах дела. Не согласен с выводами судебной экспертизы, принятой судом за основу при вынесении решения. Полагает, что экспертное заключение содержит выводы, сделанные без основания и полного исследования всех материалов дела, в связи с чем, они не могут являться достоверными. Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО3 не смог дать полных ответов и пояснений по вопросам, касающимся проведенной им экспертизы, им не учтены пояснения истца, данные в судебном заседании, в исследовании отсутствуют нормативные сведения завода-изготовителя <скрыто>, касающиеся порядка действия системы подушки безопасности. Полагает необходимым назначение повторной экспертизы.

На апелляционную жалобу поступили письменные возражения представителя ответчика ПАО СК «Росгосстрах», в которых он просит решение Рязанского районного суда Рязанской области от 18.01.2023 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1 и его представитель ФИО4 поддержали доводы апелляционной жалобы по изложенным в ней основаниям. Пояснили, что в апелляционной жалобе содержится ошибка, поскольку в настоящее время сторона истца ходатайствует о назначении по делу повторной, а не дополнительной судебной экспертизы.

Представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» ФИО5 в суде апелляционной инстанции поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на апелляционную жалобу.

Третье лицо ФИО6, финансовый уполномоченный в сфере финансовых услуг в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, не ходатайствовали об отложении слушания дела.

На основании частей 3 и 5 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц.

В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и письменных возражений на нее, выслушав объяснения истца ФИО1, представителя истца ФИО4, представителя ответчика ПАО СК «Росгосстрах» ФИО5, показания эксперта ФИО3, не находит оснований для отмены постановленного судом решения.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельностью и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законом основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу части 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25.04.2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" по договору обязательного страхования страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно статье 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

По смыслу статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения, является наступление страхового случая.

Понятие страхового случая, страхового риска дано в статье 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации".

Статья 9 вышеуказанного Закона определяет страховой риск как предполагаемое событие, на случай наступления которого, проводится страхование, а страховой случай - как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Таким образом, для того, чтобы у страховщика наступила обязанность по выплате страхового возмещения событие должно быть признано страховым случаем.

Составляющими страхового случая являются факт возникновения опасности, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинно-следственная связь между ними. Из содержания приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона "Об организации страхового дела в Российской Федерации" в их взаимной связи следует, что при предъявлении требования о страховой выплате, факт наступления страхового случая подлежит доказыванию, и бремя доказывания этого факта лежит на лице, предъявившем требование.

Согласно абзацу 3 пункта 1 статьи 16.1 Федерального закона от 25.04.2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", при наличии разногласий между потерпевшим, являющимся потребителем финансовых услуг, определенным в соответствии с Федеральным законом "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг", и страховщиком относительно исполнения последним своих обязательств по договору обязательного страхования до предъявления к страховщику иска, вытекающего из неисполнения или ненадлежащего исполнения им обязательств по договору обязательного страхования, несогласия указанного в настоящем абзаце потерпевшего с размером осуществленной страховщиком страховой выплаты, несоблюдения станцией технического обслуживания срока передачи указанному в настоящем абзаце потерпевшему отремонтированного транспортного средства, нарушения иных обязательств по проведению восстановительного ремонта транспортного средства указанный в настоящем абзаце потерпевший должен направить страховщику письменное заявление, а страховщик обязан рассмотреть его в порядке, установленном Федеральным законом "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг".

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 23.01.2021 года около 20 часов 27 минут возле <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие при следующих обстоятельствах: водитель ФИО6, управляя принадлежащим ему на праве собственности автомобилем <скрыто>, в нарушение п.13.9 Правил дорожного движения РФ, двигаясь по второстепенной дороге, совершил столкновение с принадлежащим на праве собственности истцу и под его управлением автомобилем <скрыто>, движущимся прямолинейно по главной дороге.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия указанные транспортные средства получили механические повреждения.

Сотрудники ДПС ГИБДД УМВД России по Рязанской области на место дорожно-транспортного происшествия не выезжали. Водители транспортных средств самостоятельно произвели фотосъемку транспортных средств, составили схему дорожно-транспортного происшествия и прибыли в ОБ ДПС ГИБДД, где были опрошены сотрудниками полиции.

Виновником дорожно-транспортного происшествия признан водитель автомобиля <скрыто> ФИО6 У., который постановлением по делу об административном правонарушении от 23.01.2021 года привлечён к административной ответственности в виде штрафа за совершение правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.13 КоАП РФ.

На момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность ФИО6 была застрахована в СК «АСКО-Страхование», истца ФИО1 - в ПАО СК «Росгосстрах».

05.02.2021 года ФИО1 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о прямом возмещении ущерба, после чего страховой компанией был организован осмотр повреждённого транспортного средства.

09.02.2021 года ООО «ТК Сервис М» в присутствии собственника транспортного средства ФИО1 составлен акт осмотра транспортного средства, произведена фотофиксация.

10.02.2021 года ФИО1 обратился к ответчику с заявлением об организации дополнительного осмотра транспортного средства, который был произведён 16.02.2021 года и в тот же день произведена диагностика системы безопасности транспортного средства и фотофиксация.

19.02.2021 года ФИО1 повторно обратился к ответчику с заявлением о дополнительном осмотре транспортного средства в разобранном виде (в условиях СТОА), осмотр был организован 25.02.2021 года, о чем составлен соответствующий акт с фотофиксацией повреждений.

Согласно заключению специалиста ИП ФИО11 № от 15.03.2021 года, проводившего трассологическое исследование автомобиля <скрыто> по инициативе ПАО «СК Росгосстрах», повреждения на указанном автомобиле не соответствуют заявленным обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 23.01.2021 года, поскольку в соответствии с имеющейся следовой информацией, исследуемое транспортное средство в момент столкновения находилось в неподвижном состоянии.

Письмом ПАО «СК Росгосстрах» от 24.03.2021 года ФИО1 отказано в выплате страхового возмещения ввиду того, что страховой случай не наступил со ссылкой на заключение независимого эксперта от 15.03.2021 года, согласно которому механизм образования повреждений на транспортном средстве не соответствует обстоятельствам заявленного дорожно-транспортного происшествия.

Не согласившись с данным отказом, ФИО1 обратился в экспертно-консультативный центр ООО «ЭКЦ «Независимость» с целью определения стоимости восстановительного ремонта своего повреждённого транспортного средства.

Согласно экспертному заключению ООО «ЭКЦ «Независимость» от 31.08.2021 года №, определить в категоричной форме по предоставленным и исследованным материалам, соответствуют ли механические повреждения, полученные автомобилем <скрыто>, и автомобилем <скрыто>, при их контактном взаимодействии, при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 23.01.2021 года в 20 часов 27 минут по адресу: <адрес>, не представляется возможным. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <скрыто>, с учётом износа деталей составляет 178 100 руб.

13.09.2021 года истец обратился к ответчику с досудебной претензией, в которой содержалось требование о выплате страхового возмещения в размере 178 100 руб.

Письмом от 17.09.2021 года ПАО «СК Росгосстрах» оставило претензию истца без удовлетворения, после чего истец обратился с заявлением к уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг.

12.11.2021 года на основании составленного ООО «Прайсконсалт» экспертного заключения № от 29.10.2021 года финансовым уполномоченным по правам потребителей финансовых услуг было принято решение № об отказе в удовлетворении требований ФИО1 в полном объеме. При этом, согласно экспертному заключению ООО «Прайсконсалт», повреждения транспортного средства <скрыто>, не соответствуют заявленным обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 23.01.2021 года и были получены при иных обстоятельствах.

За разрешением спора ФИО1 обратился в суд.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции по ходатайству стороны истца назначена судебная экспертиза с целью определения возможности возникновения повреждений автомобиля ФИО1 в результате дорожного происшествия, имевшего место 23.01.2021 года, и стоимости его восстановительного ремонта.

Согласно заключению судебной экспертизы ИП ФИО2 от 26.07.2022 года №, механические повреждения автомобиля <скрыто>, по своему характеру, виду, механизму образования и локализации не соответствуют обстоятельствам дорожного происшествия, произошедшего 23.01.2021 года. Повреждения передней левой угловой части кузова автомобиля <скрыто>, образованы в результате блокирующего контактирования с объектом, при этом спорный автомобиль находился в статическом состоянии, что противоречит условиям заявленного дорожно-транспортного происшествия.

Столкновение транспортных средств <скрыто> и <скрыто>, исходя из характера и локализации повреждений на автомобилях, могло иметь место при обстоятельствах, отличных от заявленных.

Рассматривая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что вышеуказанное заключение судебной экспертизы в полном объёме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержит подробное описание произведённых исследований, сделанные в результате их выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», статьями 931, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные доказательства в совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что в ходе рассмотрения данного дела истцом не представлено допустимых доказательств, свидетельствующих о наступлении страхового случая, подтверждающих факт причинения ему ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 23.01.2021 года, при этом, ответчиком представлены доказательства исполнения своих обязательств по заключенному с истцом договору ОСАГО, в связи с чем, отказал в удовлетворении исковых требований о взыскании страхового возмещения, взыскав с истца в пользу ИП ФИО2 судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 40 000 руб.

Поскольку требования о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа являлись производными от первоначально заявленного требования о взыскании страхового возмещения, в их удовлетворении районным судом также отказано.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия по существу согласна, поскольку они основаны на имеющихся в деле доказательствах, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями статей 55, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильно определил характер правоотношений между сторонами и закон, подлежащий применению при разрешении заявленных требований, на основании которого верно определен круг обстоятельств, имеющих значение для дела.

Все приведенные в апелляционной жалобе доводы истца сводятся к несогласию с заключением судебной экспертизы, которое было признано судом в качестве допустимого и достоверного доказательства. Указанные доводы не могут служить основанием к отмене или изменению принятого судом решения в связи со следующим.

Оценив заключение судебной экспертизы в совокупности с другими представленными сторонами в материалы дела доказательствами, в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно признал, что данное заключение, как доказательство, соответствует критериям относимости, допустимости и достоверности, отвечает установленным требованиям и пришел к выводу о том, что оно может быть положено в основу решения суда, поскольку в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, полученные выводы и ответы на поставленные вопросы; выводы сделаны экспертом, имеющим соответствующее образование, экспертную квалификацию и стаж экспертной работы. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Эксперт ФИО2, будучи допрошенным в судебном заседании суда первой инстанции, выводы своего заключения поддержал, дав пояснения по заданным вопросам.

Для проверки правомерности обжалуемого судебного акта с учетом доводов апелляционной жалобы, эксперт ФИО2, проводивший экспертное исследование по поручению суда первой инстанции, был допрошен судебной коллегией по ходатайству истца путем использования систем видео-конференц-связи.

Эксперт полностью поддержал подготовленное им заключение и исчерпывающим образом ответил на все вопросы судебной коллегии и представителя истца. Пояснил, что система пассивной безопасности автомобиля <скрыто> исследовалась им в соответствии с Руководством по эксплуатации автомобиля Мерседес, находящимся в открытом доступе на сайте производителя автомобилей <скрыто>. Для производства экспертизы ему были предоставлены качественные фотоматериалы, которых было достаточно для определения механизма образования повреждений. Необходимости в проведении диагностики транспортного средства <скрыто> не имелось. Как пояснил эксперт, контактирование указанных автомобилей было, но не при тех условиях, которые заявляют участники дорожно-транспортного происшествия. Конечное положение автомобилей, в которых они остались после дорожно-транспортного происшествия, свидетельствует о том, что срабатывание подушек безопасности у автомобиля <скрыто> невозможно. В ходе экспертного исследования им проводилось моделирование механизма дорожно-транспортного происшествия, которое с учетом повреждений автомобиля <скрыто> указывало на то, что в момент контактирования транспортных средств автомобиль <скрыто> находился в статичном состоянии, что противоречит условиям заявленного дорожно-транспортного происшествия, когда в момент контактирования автомобили находились в движении. Соответственно, никакие из заявленных истцом механических повреждений не могли образоваться при обстоятельствах заявленного дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем, расчет стоимости восстановительного ремонта транспортного средства <скрыто> экспертом не производился.

Судебная коллегия учитывает, что согласно исследовательской части заключения судебной экспертизы, экспертом были исследованы все материалы гражданского дела, административного материала по факту дорожно-транспортного происшествия, объяснения участников дорожно-транспортного происшествия, USB-накопитель, предоставленный истцом, с фотографиями его поврежденного автомобиля.

Выводы судебной экспертизы в полной мере согласуются с выводами, изложенными в ранее проведенных по делу экспертных исследованиях: экспертном заключении ООО «Прайсконсалт» от 29.10.2021 года №, проведенной в рамках обращения к финансовому уполномоченному, и заключении специалиста ИП ФИО11 № от 15.03.2021 года, полученном по инициативе страховой компании.

Проанализировав содержание экспертного заключения, судебная коллегия приходит к выводу, что оно в полной мере отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на постановленные вопросы. В обоснование сделанных выводов эксперт привел соответствующие данные из представленных в его распоряжение материалов, указал на применение методов исследований, основываясь на исходных объективных данных. Выводы заключения судебной экспертизы носят категоричный характер.

Приведенные истцом доводы о том, что экспертное заключение содержит выводы, сделанные без полного исследования всех материалов дела, без учета пояснений истца, данных в судебном заседании, в исследовании отсутствуют нормативные сведения завода-изготовителя Мерседес, касающиеся порядка действия системы подушки безопасности, при проведении исследования использовалась неинформативная фотография, не позволяющая увидеть следы на месте дорожно-транспортного происшествия, а также о том, что допрошенный в судебном заседании судом первой инстанции эксперт ФИО2 подтвердил, что повреждения автомобиля истца, кроме подушки безопасности, соответствуют механизму исследуемого дорожно-транспортного происшествия и материалам дела, признаются судебной коллегий несостоятельными и подлежащими отклонению.

Указанные доводы истца выводы судебной экспертизы не опровергают, поскольку основаны на его субъективном понимании экспертного исследования и сводятся к иной оценке установленных судом обстоятельств.

Вопреки доводам автора жалобы, в заключении судебной экспертизы отсутствуют выводы эксперта о возможности образования каких-либо повреждений автомобиля истца при обстоятельствах заявленного дорожно-транспортного происшествия.

Довод ФИО1 о том, что экспертом не учтены его пояснения, согласно которым его автомобиль практически остановился на момент дорожно-транспортного происшествия, подлежит отклонению, поскольку, как следует из протокола судебного заседания от 04.10.2022 года, такие пояснения были даны ФИО1 после проведения судебной экспертизы и его ознакомления с заключением эксперта. Ранее ФИО1 пояснял, что удар в переднюю левую часть своего автомобиля он почувствовал во время движения.

Каких-либо доказательств, опровергающих указанное заключение судебной экспертизы, как и доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности эксперта, ее проводившего и предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, стороной истца не представлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции истец ходатайствовал о назначении дополнительной экспертизы, как следует из протокола судебного заседания от 18.01.2023 года, в удовлетворении ходатайства было отказано. Отказ суда первой инстанции мотивирован, оснований сомневаться в правильности действий суда не имеется.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции стороной истца заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Согласно частям 1 и 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта, суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту. В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Поскольку отвечающих требованиям главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, указывающих на недостоверность проведенной судебной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, представлено не было, в отсутствие оснований, предусмотренных положениями статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также дополнительных доказательств и новых доводов, судебная коллегия отказала истцу в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы.

Само по себе несогласие заявителя с результатами экспертизы не является объективным основанием к назначению повторной экспертизы судом, тогда как достоверных доказательств, опровергающих выводы заключения эксперта не представлено, а изложенные в апелляционной жалобе суждения не свидетельствуют о недопустимости данного доказательства.

Исходя из установленных обстоятельств по делу, судом первой инстанции правомерно установлено, что указанные истцом повреждения его автомобиля не могли образоваться в результате заявленного дорожно-транспортного происшествия, соответственно, оснований полагать о наличии страхового случая и, возникновении у страховщика обязанности по выплате страхового возмещения истцу по договору ОСАГО, не имеется, в связи с чем, стороне истца обоснованно отказано в удовлетворении исковых требований.

Вопрос о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате экспертизы разрешен судом в соответствии с положениями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обоснованность их распределения сомнений у судебной коллегии не вызывает.

В целом доводы апелляционной жалобы не содержат указания на обстоятельства, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, фактически они выражают несогласие истца с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене решения не содержат, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, т.к. иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

С учетом изложенного оснований для отмены решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Рязанского районного суда Рязанской области от 18 января 2023 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий -

Судьи -

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 16 августа 2023 года.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что истцом не доказан факт наступления страхового случая по указанным повреждениям при заявленных им обстоятельствах, а значит, отсутствуют основания для взыскания с ПАО СК «Росгосстрах» страховой выплаты.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы истца о том, что экспертное заключение содержит выводы, сделанные без полного исследования всех материалов дела, без учета пояснений истца, данных в судебном заседании, в исследовании отсутствуют нормативные сведения завода-изготовителя Мерседес, касающиеся порядка действия системы подушки безопасности, при проведении исследования использовалась неинформативная фотография, не позволяющая увидеть следы на месте дорожно-транспортного происшествия, а также о том, что допрошенный в судебном заседании судом первой инстанции эксперт ФИО2 подтвердил, что повреждения автомобиля истца, кроме подушки безопасности, соответствуют механизму исследуемого дорожно-транспортного происшествия и материалам дела, признаются судебной коллегий несостоятельными и подлежащими отклонению.

Согласно исследовательской части заключения судебной экспертизы, экспертом были исследованы все материалы гражданского дела, административного материала по факту дорожно-транспортного происшествия, объяснения участников дорожно-транспортного происшествия, USB-накопитель, предоставленный истцом, с фотографиями его поврежденного автомобиля.

Вопреки доводам автора жалобы, в заключении судебной экспертизы отсутствуют выводы эксперта о возможности образования повреждений автомобиля истца, кроме подушки безопасности, в результате исследуемого дорожно-транспортного происшествия.

Допрошенный в судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт ФИО2 поддержал выводы, изложенные в данном им заключении.

На вопросы судебной коллегией и представителя истца пояснил, что система пассивной безопасности автомобиля <скрыто> исследовалась им в соответствии с руководством по эксплуатации автомобиля <скрыто>, находящимся в открытом доступе на сайте <скрыто>. Также он использовал учебно-методическое пособие для экспертов, судей, следователей, дознавателей и адвокатов «Судебная автотехническая экспертиза». Для производства экспертизы ему были предоставлены качественные фотоматериалы, которых было достаточно для определения механизма образования повреждений. Необходимости в проведении диагностики транспортного средства <скрыто> не имелось, поскольку ему было известно конечное положение транспортных средств после дорожно-транспортного происшествия, в котором срабатывание системы подушек безопасности невозможно. На момент столкновения автомобиль <скрыто> находится в неподвижном состоянии. Контактирование автомобилей произошло не при тех условиях, которые заявляют участники дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем, расчет стоимости восстановительного ремонта транспортного средства <скрыто> им не производился.

В ходе рассмотрения дела истец ходатайствовал перед судом о назначении дополнительной экспертизы, как следует из протокола судебного заседания от 18.01.2023 года, в удовлетворении ходатайства было отказано. Отказ суда первой инстанции мотивирован, оснований сомневаться в правильности действий суда не имеется.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции стороной истца вновь было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Поскольку отвечающих требованиям главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, указывающих на недостоверность проведенной судебной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, представлено не было, в отсутствие оснований, предусмотренных положениями статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает, что в удовлетворении ходатайства стороны истца о назначении по делу повторной экспертизы следует отказать.

По смыслу положений п. п. 18, 19 ст. 12 Федерального закона N 40-ФЗ от 25.04.2002 года "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

Таким образом, учитывая установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что требования истца о взыскании страхового возмещения и производные от них требования о взыскании неустойки, убытков за составление претензии, штрафа и компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.