31RS0020-01-2022-005735-70 Дело №2-3847/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 декабря 2022 года г. Старый Оскол
Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:
председательствующего судьи Мазурина С.В.,
при секретаре судебного заседания Шорстовой Д.В.,
с участием прокурора Глазкрицкой А.В., представителя истца ФИО1 – ФИО2 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО3 и ее представителя ФИО2 на основании письменного заявления от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика МУП «Старооскольский водоканал» ФИО4 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,
в отсутствие истца ФИО1, извещенного о времени и месте судебного заседания,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО3 к МУП «Старооскольский водоканал» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 является супругом, а ФИО3 дочерью ФИО5, которая ДД.ММ.ГГГГ в районе <данные изъяты>, находясь на рабочем месте в помещении дренажной насосной станции МУП «Старооскольский водоканал» скончалась при исполнении трудовых обязанностей. Причиной смерти ФИО5 явилась <данные изъяты>, смерть которой связана с несчастным случаем на производстве.
Истцы обратились в суд и просили взыскать с МУП «Старооскольский водоканал» в пользу каждого компенсацию морального вреда в размере по 800 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере по 15 000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель ФИО2, который также является представителем истца ФИО1, поддержали исковые требования, сославшись на то, что смерть близкого человека явилась для них сильнейшим потрясением и стрессом, повлекла нарушение привычного уклада семьи и образа жизни.
Представитель ответчика просила отказать в удовлетворении иска, поскольку вина ответчика в смерти ФИО5 не установлена.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению, суд признает требования истцов обоснованными и подлежащими удовлетворению в части.
Факт заключения брака между ФИО1 и ФИО5 подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ.
Факт того, что ФИО3 приходится дочерью ФИО5 подтверждается свидетельством о рождении от ДД.ММ.ГГГГ и свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ.
В судебном заседании установлено, что ФИО5 на основании трудового договора состояла в трудовых отношениях с МУП «Старооскольский водоканал» в должности <данные изъяты>
Согласно постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенного ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем следственного отдела по городу Старый Оскол следственного управления Следственного комитета России по Белгородской области, в ходе проверки сообщения от ДД.ММ.ГГГГ по факту обнаружения трупа ФИО5 без видимых телесных повреждений в здании насосной станции дренажных систем МУП «Старооскольский водоканал», расположенного по адресу: <адрес>, сделан вывод, что причиной смерти ФИО5 не могло явиться совершение в отношении нее какого-либо преступления, в возбуждении уголовного дела отказано на основании <данные изъяты> УПК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ МУП «Старооскольский водоканал» составлен Акт № о несчастном случае на производстве, в котором указано, что причиной смерти ФИО5 явилась <данные изъяты> (письмо № от ДД.ММ.ГГГГ зав. районным отделением судебно-медицинской экспертизы г. <данные изъяты>
В качестве письменного доказательства по делу было исследовано апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску ФИО9 к МУП «Старооскольский водоканал» о взыскании компенсации морального вреда. ФИО9 приходился сыном умершей ФИО5
Из указанного судебного постановления следует, что несчастный случай со ФИО5 произошел при исполнении ею должностных обязанностей, а ответчиком не доказано отсутствие вины в последовавшей смерти и в обеспечении условий труда, отвечающим требованиям охраны труда и безопасности.
Судом апелляционной инстанции также указано, что компенсация морального вреда в размере 800 000 руб. является обоснованной и отвечает требованиям разумности и справедливости.
Согласно ч. 1 ст. 210 ТК РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.
Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (ч. 2 ст. 212 ТК РФ).
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье и иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника и близкие родственники имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
Смерть ФИО5 на рабочем месте признана несчастным случаем на производстве, было произведено соответствующее расследование данного несчастного случая, по результатам которого составлен акт по форме № ДД.ММ.ГГГГ и по результатам расследования были установлены причины несчастного случая. Причиной смерти ФИО5 явилась асфиксия от нахождения в пространстве с недостаточным содержанием кислорода (п.9).
Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии вины работодателя в происшедшем со ФИО5 несчастном случае на производстве.
Факт грубой неосторожности пострадавшего ФИО5 комиссия по расследованию несчастного случая не установила.
Исходя из анализа собранных по делу доказательств, суд приходит к выводу о наличии в произошедшем несчастном случае вины работодателя, который в силу ст. 212 ТК РФ несет обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда.
Доказательств того, что в действиях работодателя отсутствует вина в произошедшем несчастном случае, ответчиком не представлено. На момент смерти ФИО5 являлась работником ответчика, умерла при исполнении трудовых обязанностей.
Доводы ответчика о наличии оснований для отказа в удовлетворении требований в связи с отсутствием причинно-следственной связи, неубедительны, поскольку на основании акта о несчастном случае на производстве, составленного по результатам расследования комиссией, созданной самим работодателем, в установленном законом порядке не оспоренного и незаконным не признанного, судом установлено, что причиной несчастного случая явилась асфиксия от нахождения в пространстве с недостаточным содержанием кислорода.
При установлении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что семейные отношения между истцами и ФИО5 подтверждены документально.
Истцы переживали нравственные страдания в связи со смертью близкого человека.
Потеря близкого человека является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Смерть жены и матери является тяжелым событием в жизни истцов, причинившим нравственные страдания, и должно рассматриваться в качестве переживания, влекущего состояние стресса и эмоционального расстройства.
В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).
Факт причинения истцам морального вреда является очевидным и установлению подлежит лишь размер его компенсации.
Учитывая, что компенсация морального вреда должна носить реальный характер и принимая во внимание обстоятельства, характеризующие степень близости, целостность семьи, существующие семейные связи, требования разумности и справедливости, суд определяет денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере по 800 000 руб. в пользу каждого из истцов.
По мнению суда, данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Разрешая требование о взыскании расходов по оплате услуг представителя, суд принимает во внимание характер спора, степень сложности дела, продолжительность рассмотрения заявления, объем выполненных представителем работ, а также исходя из принципа разумности, приходит к выводу о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере по 10 000 руб. в пользу каждого из истцов, являющейся соразмерной проведенной представителем работе.
Расходы по оплате услуг представителя подтверждены соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ и распиской о передаче денежных средств по 15000 руб. каждым из истцов.
Государственная пошлина, подлежащая взысканию с ответчика в силу ст.103 ГПК РФ, рассчитанная в соответствии с правилами ст. 333.19 Налогового кодекса РФ составляет 600 руб.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,
решил:
ФИО6 Гаяновича и ФИО3 к МУП «Старооскольский водоканал» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.
Взыскать с МУП «Старооскольский водоканал» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.
Взыскать с МУП «Старооскольский водоканал» (<данные изъяты>) в пользу ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.
В остальной части в удовлетворении иска отказать.
Взыскать с МУП «Старооскольский водоканал» в бюджет Старооскольского городского округа Белгородской области государственную пошлину в размере 600 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Мазурин С.В.
Решение принято в окончательной форме 16 декабря 2022 года.
Решение19.12.2022