Дело № 2-8084/2023
УИД 78RS0023-01-2023-006131-86
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 декабря 2023 года Санкт-Петербург
Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Кривилёвой А.С.,
при секретаре Щелкиной М.П.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Хёгер» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения,
УСТАНОВИЛ:
Истец указал, что 08.07.2022 между ним и ответчиком был заключен на неопределенный срок трудовой договор № 49, согласно которому ФИО1 был принят на работу в ООО «Хёгер» (далее – общество) на должность инженера-конструктора, установлен должностной оклад в размере 34 500 руб. С 10.05.2023 по 16.05.2023 истец находился в ежегодном оплачиваемом отпуске. 09.05.2023 истцом было получено сообщение в мессенджере Telegram от генерального директора общества ФИО2 об увольнении без объяснения причин. При этом к дисциплинарной ответственности за нарушение трудовой дисциплины истец за весь период работы в обществе не привлекался, приказ об увольнении не издавался и не объявлялся. В связи с чем, не согласившись с увольнением, 16.05.2023 истец обратился с письменной претензией в адрес работодателя с требованием об увольнении по соглашению сторон с выплатой соответствующих компенсаций, однако ответ на нее был получен ФИО1 уже после увольнения. В день выхода на работу 22.05.2023, после нахождения на больничном с 15.05.2023 по 19.05.2023, истец был поставлен перед фактом о необходимости написать заявление об увольнении по собственному желанию, тем самым работодатель в нарушение положений Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) принудил его написать указанное заявление, на основании которого в последующем был издан приказ о прекращении (расторжении) трудового договора № 7 от 22.05.2023.
На основании изложенного с учетом уточнений истец просил признать приказ № 7 от 22.05.2023 об увольнении незаконным и отменить его, изменить формулировку основания увольнения с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ – по инициативе работника на п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ – по соглашению сторон, дату увольнения на дату предшествующую дню трудоустройства к новому работодателю – 02.07.2023, обязать общество внести в трудовую книжку истца сведения о недействительности записи за номером 25 и внести запись об изменении формулировки основания и даты увольнении в соответствии с решением суда, взыскать с общества в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула за период с 23.05.2023 по дату вынесения решения, 100 000 руб. компенсации морального вреда, 130 200 расходов на оплату юридических услуг, расходы на оплату нотариальных действий в размере 39 660 руб.
Определением от 13.12.2023 принят отказ истца от исковых требований в части восстановления на работе, в связи с чем производство по делу в указанной части прекращено.
Истец в судебное заседание не явился, о дате и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, доверил представлять свои интересы в суде представителю ФИО3, который в судебное заседание явился, уточненные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить.
Представитель ответчика ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения уточненных исковых требований с учетом доводов, изложенных в возражениях, просила отказать в удовлетворении исковых требований.
Суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.
Изучив материалы дела, выслушав явившихся участников процесса, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии ст. 1 ТК РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абз. 1-3 ст. 2 ТК РФ).
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).
В силу ч. 1 ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 ТК РФ).
Как следует из ч. 4 ст. 80 ТК РФ до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
В пп. «а» п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае, если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.
Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.
Из материалов дела следует, что 08.07.2022 между ФИО1 и обществом заключен на неопределенный срок трудовой договор № 49, согласно которому истец был принят на работу в ООО «Хёгер» на должность инженера-конструктора, установлен должностной оклад в размере 34 500 руб.
На основании заявления от 17.04.2023 истец находился в очередном отпуске с 10.05.2023 по 16.05.2023 (л.д. 124-125).
Истцом 09.05.2023 было получено сообщение «вы уволены» в мессенджере Telegram от генерального директора общества ФИО8 (л.д. 82).
В судебном заседании 01.11.2023 ФИО9 указал на то, что переписка в мессенджере у него не сохранилась, что не помнит, направлял ли он или нет сообщение истцу 09.05.2023, предположил, что мог направить ему сообщение ошибочно, поскольку у контактов Telegram указаны псевдонимы (никнеймы), а не действительные имена. Отметил, что соответствующего намерения у него не было, а приказ об увольнении указанной датой не издавался (л.д. 172, 188-189).
В свою очередь какие-либо меры дисциплинарного взыскания к истцу работодателем не применялись, что сторонами не оспаривалось.
Истцом 15.05.2023 было направлено ответчику требование о заключении соглашения о расторжении трудового договора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 14-18).
Согласно сервису отслеживания РПО корреспонденция с указанным требованием (почтовый идентификатор 80514784942761) была получена ответчиком 25.05.2023.
С 15.05.2023 по 19.05.2023 ФИО1 находился на больничном, что подтверждается листом нетрудоспособности № 910176044481 (л.д. 126).
В исковом заявлении и своих пояснениях (л.д. 170-171, 182-185) истец ссылается на то, что со стороны руководства к нему имелись претензии относительно качества выполнения им трудовых функций, и, выйдя из отпуска 22.05.2023 на работу, он был вынужден по принуждению руководителя написать заявление об увольнении по собственному желанию.
На основании указанного заявления приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № 7 (далее –приказ об увольнении № 7) истец был уволен 22.05.2023 (л.д. 128).
В ходе рассмотрения дела истцом было указано, что до увольнения от руководителя ФИО10 и генерального директора ФИО11 в его адрес неоднократно поступали претензии относительно выполненной им работы, кроме того, было указано, что он, работая в обществе, параллельно искал другое место работы, поскольку его не устраивали условия в ООО «Хёгер», в связи с чем он отпрашивался с работы для прохождения собеседований в других организациях (л.д. 171, л.д. 183).
В свою очередь в судебном заседании 01.11.2023 истец указал на то, что несмотря на наличие претензий относительно его работы со стороны генерального директора и непосредственного руководителя, какие-либо разговоры в очной форме относительно увольнения с ним не велись (л.д. 184).
Данные обстоятельства ответчиком не оспаривались, о намерении истца уволиться ему было известно, что также следует из пояснений генерального директора ФИО12 о том, что истец предварительно сообщил своему непосредственному руководителю ФИО13 о намерении уволиться (л.д. 187).
По мнению истца, факт понуждения в форме угрозы к написанию им заявления об увольнении подтверждается стенограммой аудиозаписи диктофона от 22.05.2023, содержащейся в протоколе осмотра письменных доказательств 78 АВ 4210586 (л.д. 66-69). При этом он сообщил, что написал заявление об увольнении по собственному желанию, потому что непосредственный руководитель так сказал, и который также указал, что в противном случае ФИО1 должен будет оставшуюся часть дня отсидеть в стороне, в связи с чем истец не совсем понимал свое дальнейшее по договору поведение (л.д. 185).
Под угрозой истцом понималось указание на отстранение от работы и невыплату заработной платы, создание таких условий при которых он будет чувствовать себя некомфортно (л.д. 182).
Из представленной истцом стенограммы следует, что он действительно не имел намерения продолжать работу у ответчика, что подтверждается следующим его высказыванием: «Нет. Я наоборот хочу не поработать две недели» (л.д. 67 оборот).
Также в диалоге с непосредственным руководителем ФИО14 истец указал: «Так, нет. А при чем тут заявление, если меня Виталий уволил? Какое заявление? Это я же не по собственному желанию ухожу. Меня Виталий уволил», на что ФИО15 спросил: «Андрей, что ты хочешь этим сказать?», и истец ответил: «Я ничего не хочу сказать. Я хочу закрыть сегодня дело и уехать» (л.д. 67 оборот).
На вопрос истца: «Ну, что? По мне какие распоряжения?», ФИО16 ответил: «…(не разборчиво) собираешь вещи, выходишь из всех аккаунтов, пишешь заявление…(не разборчиво)», на что истец ответил: «Угу. Угу. Так по моей, сделанной, как мы с тобой договаривались этот. Папка у меня здесь…» (л.д. 66 оборот).
Далее истец указал: «Но я не собственное желание изъявил», ФИО18 ответил: « Ты сам собирался увольняться. Тобой не особо довольны. Твоей работой», истец отвечает: «Я согласен. Но я собирался увольняться, когда я найду место работы… А Виталий меня, просто сказал, извини ты уволен, девятого числа. А теперь, получается? Пиши по собственному желанию. Оказывается, я уволился девятого числа», ФИО4 ответил: «А как это происходит? Обычно так это и происходит» (л.д. 67 оборот).
Также ФИО19 сказал: «Ну, как Андрей…если ты хочешь, чтобы тебя нормально рассчитали…сделай все нормально, как тебя просят вот и все. Если ты хочешь, чтобы по…официалке, давай…официальную часть получишь и …(уйдешь). Хочешь так, давай? Че ты… устраиваешь…? Не хочешь нормально уйти, не уходи… Тогда вообще не отойди от компьютера и сядь там, где нет компьютера…Если ты хочешь этим рычагом воспользоваться», истец отвечает: «я не хочу, никаким рычагом пользоваться», на что ФИО4 указывает: «Тогда пиши заявление о том, что ты по собственному желанию, день в день. Все. Тебя собирают, рассчитывают и ты уезжаешь спокойно домой с деньгами. Все. Че ты хочешь еще, я не понимаю? Если на плоские детали, к тебе еще вопросов нет. То на всё гнутье которое...», на что истец ответил: «Я понял. Понял. Ко мне куча вопросов» (л.д. 67 оборот).
Из диалогов истца с непосредственным руководителем ФИО20 усматривается, что последний неоднократно указывал на свое непонимание позиций ФИО1, учитывая его желание уволиться, и спрашивал о том, чего истец хочет, однако свою позицию в соответствии с требованием о заключении соглашения о расторжении трудового договора истец не излагал.
Вместе с тем в диалоге с бухгалтером ФИО21 истец спрашивает: «А заявление какое мне писать?», на что бухгалтер спросила: «А вы сейчас про что? Вы увольняетесь?», истец отвечает: «Ну, вообще-то не я увольняюсь. Он меня уволил», на что ФИО22 адресовала истца к генеральному директору ФИО23 «Ну, вы сначала с ним решите. Вы должны у него подписать, наверное, заявление, как-то…» (л.д. 67).
Также в диалоге с бухгалтером истец указывает: «Ну, я то хотел по-другому оформить. По соглашению сторон. Как бы его инициатива была на увольнение», ФИО24 отвечает: «Это вы с ним, пожалуйста, решайте. Позвоните и решайте… Потому, что, если по соглашению сторон, да, это совсем другие условия. Поэтому решайте с ним. Я на себя такую ответственность брать не буду» (л.д. 68).
Из пояснений генерального директора общества ФИО25 следует, что истец присутствовал при подписании им заявления об увольнении, ФИО1 молча подписал приказ об увольнении, передал ключ и ушел, предложений об изменении формулировки «по собственному желанию» на «по соглашению сторон» не поступало, также соответствующее предложение не исходило и от самого генерального директора (л.д. 187, 189). Данные обстоятельства истцом не оспаривались.
Вместе с тем, как указывалось выше, ответчик получил требование о заключении соглашения о расторжении трудового договора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ 25.05.2023, то есть уже после прекращения трудовых правоотношений. Ответ на указанное требование обществом был направлен 25.05.2023 (л.д. 151).
Таким образом, истец не представил доказательств понуждения его работодателем к написанию заявления об увольнении по собственному желанию. Истцом не отрицалось, что заявление об увольнении собственноручно написано им и подано работодателю, кроме того, до сведения генерального директора намерение о заключении соглашения о расторжении трудового договора истцом не доводилось. В данном заявлении ФИО1 выразил желание уволиться в день подачи заявления, а именно 22.05.2023. Истец после написания заявления об увольнении 22.05.2023 не обращался к ответчику по вопросу отзыва заявления на увольнение, при ознакомлении с приказом об увольнении не выразил несогласия с ним, на работе после ознакомления с приказом об увольнении не появлялся, что свидетельствует о последовательной реализации истцом самостоятельно принятого решения об увольнении, при этом, указание истца на соответствующие реплики руководителя ФИО4, в связи с которыми, по его мнению, он был вынужден написать заявление на увольнение, не свидетельствуют о понуждении к увольнению, поскольку представляют собой субъективную оценку истцом характера служебных взаимоотношений и не доказывают совершение работодателем действий, направленных на принуждение истца к увольнению.
С учетом изложенного суд приходит к выводу, что работодатель правомерно произвел увольнение на основании заявления работника и указал причину увольнения – в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, заявление об увольнении не отозвано. Каких-либо нарушений работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, трудового договора установлено не было.
Разрешая требование истца об изменении формулировки основания увольнения с «по инициативе работника» в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на «по соглашению сторон» в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ судом не усматривается оснований для его удовлетворения ввиду следующего.
Так, трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора (ст. 78 ТК РФ).
Пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.
Возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон как форма реализации свободы труда обусловлена необходимостью достижения такого соглашения на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя, без принуждения кого-либо к подписанию данного соглашения без возможности его аннулирования в дальнейшем в силу закона.
Таким образом, увольнение по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ возможно лишь при взаимном согласии и договоренности работодателя и работника на прекращение трудовых отношений, основанных на добровольном соглашении сторон трудовых отношений. При установлении порока воли работника на заключение соглашения о расторжении трудового договора последнее может быть признано недействительным.
Между тем, генеральный директор общества ФИО2 в своих пояснениях указывал на отсутствие согласованного волеизъявления на заключение с истцом соглашения о прекращении трудовых отношений (л.д. 187), что также подтверждается стенограммой аудиозаписи от 22.05.2023. Доказательств обратного суда не представлено.
Согласно положениям абз. 4-5 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.
В случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.
Между тем, с учетом изложенного, оснований для признания увольнения противоречащим нормам ТК РФ судом не установлено, увольнение истца было признано правомерным, в связи с чем и требование об изменении формулировки основания увольнения удовлетворению не подлежит.
Как указывалось выше, поскольку требования истца о признании приказа об увольнении № 7 и об изменении формулировки основания увольнения не подлежат удовлетворению, следовательно, и вытекающие из них остальные требования, заявленные истцом, также не подлежат удовлетворению.
Таким образом, учитывая указанные положения законодательства в соответствии с представленными по делу доказательствами, оценка которых произведена по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска в полном объеме.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Хёгер», – отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья
Мотивированное решение изготовлено 18.01.2024