Дело № 2-643/2023 УИД: 78RS0023-01-2022-006059-92
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 января 2023 года Санкт-Петербург
Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
Председательствующего судьи Лукиной А.В.
При секретаре Шапошник А.О.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о восстановлении срока для принятия наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство в части, признании недействительным договора дарения квартиры, определении долей наследников в наследственном имуществе, признании права собственности на наследственное имущество,
установил:
Истец обратился в суд с настоящим иском, указав, что 11.10.2014 года умер его отец – ФИО2, после смерти которого открылось наследство в виде квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>. Наследниками первой очереди являлись: ФИО2 (мать умершего), истец и ответчик (дочь умершего). В установленный законом срок ФИО2 обратилась к нотариусу за принятием наследства, не указав при этом, что истец также является наследником. Нотариусом ФИО5 временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО6 ФИО2 было выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 18.06.2015 года. 18.06.2015 между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор дарения спорной квартиры. 21.06.2016 года ФИО2 умерла. Истец также указывает, что его родители ФИО2 и ФИО3 расторгли брак ДД.ММ.ГГГГ, после расторжения брака истец проживал с матерью, отец фактически прекратил общение с семьей. О смерти отца истец узнал случайно в октябре 2021 года, после чего обратился в отдел ЗАГС Петродворцового района за подтверждением сведений о смерти отца, 06.10.2021 года истцу выдано свидетельство о смерти отца. 15.10.2011 года истец получил свидетельство о смерти ФИО2 18.10.2021 года истцом получена выписка из ЕРГН на спорную квартиру, из которой следует, что ее собственником является ответчик. 05.04.2022 года истец обратился к нотариусу ФИО6 с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство, однако нотариусом было отказано ввиду пропуска установленного законом срока.
На основании указанного, истец с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ просит суд восстановить ему срок для принятия наследства после умершего ФИО2; определить доли наследников по закону после смерти ФИО2: за ФИО2 ? доля, за истцом ? доля; признать недействительным в ? части свидетельства о праве на наследство по закону, выданное ФИО2 18.06.2015 на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>; признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ в части распоряжения ? долей спорной квартиры; прекратить право собственности ответчика на ? долю в праве собственности на спорную квартиру; признать за истцом право собственности в порядке наследования по закону после смерти ФИО2 на ? долю в спорной квартире (л.д. 4-5, 66-69).
Истец и его представитель – адвокат Акимова А.Г. в судебное заседание явились, настаивали на удовлетворении исковых требований.
Ответчик и его представитель – адвокат Салита В.Е. в судебное заседание явились, возражали против заявленных требований.
Третьи лица нотариус ФИО6, нотариус ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены о слушании дела надлежащим образом.
Третье лицо представитель Управления Росреестра по СПб в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом.
Суд, определив рассматривать дело в отсутствие третьих лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ, выслушав объяснения сторон и их представителей, изучив и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, приходит к следующим выводам.
Согласно п. 1 ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.
В соответствии с п. 1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.
Как разъяснено в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств: а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.; б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.
Таким образом, из смысла вышеуказанных норм права и разъяснений по их применению, основаниями для восстановления срока принятия наследства являются исключительные обстоятельства, лишившие наследника возможности принять наследственное имущество.
Как следует из материалов дела, 11.10.2014 года умер отец истца ФИО2 (л.д. 10-11, 14).
После смерти наследодателя открылось наследство в виде квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>.
Наследниками первой очереди являлись: ФИО2 (мать умершего), истец и ответчик (дочь умершего).
24.02.2015 года ФИО2 и ФИО7 обратились к нотариусу за принятием наследства.
Нотариусом ФИО5, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО6, в выдаче свидетельства о праве на наследство ответчику отказано на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ. Тогда как на имя ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 18.06.2015 года.
Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются материалами наследственного дела № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 91-122).
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор дарения спорной квартиры (л.д. 107-109), право собственности на квартиру зарегистрировано на имя ответчика ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла (л.д. 15).
Истец в обосновании заявленных требований указывает, что его родители ФИО2 и ФИО3 расторгли брак ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 70).
После расторжения брака истец проживал с матерью в другом районе Санкт-Петербурга (л.д. 21), отец фактически прекратил общение с семьей. О смерти отца истец узнал случайно в октябре 2021 года, после чего обратился в отдел ЗАГС Петродворцового района за подтверждением сведений о смерти отца, 06.10.2021 года истцу выдано свидетельство о смерти отца.
05.04.2022 года истец обратился к нотариусу ФИО6 с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство, однако нотариусом было отказано ввиду пропуска установленного законом срока (л.д. 16).
14.04.2022 года истец обратился в суд с исковым заявлением о восстановлении срока для принятия наследства (л.д. 71-72), которое было ему возвращено судом 23.05.2022 года в связи с неустранением в установленный срок указаний, перечисленных в определении об оставлении иска без движения (л.д. 73).
Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указала, что свидетельство о смерти наследодателя истец получил спустя 7 лет после смерти отца – 06.10.2021 года, тогда как обратился в суд по истечении 8 месяцев – 31.05.2022 года. При этом, истец не был лишен возможности поддерживать связь с отцом, интересоваться его судьбой, состоянием здоровья (л.д. 38-40).
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО3 пояснила суду, что она является матерью истца; с ответчиком не знакома. Пояснила, что о смерти своего отца истец узнал в октябре 2021 года, сын не поддерживал отношения со своим отцом; в телефонном разговоре в 2005 году бывший супруг сообщил ей о своем намерении оставить сыну наследство.
Суд критически оценивает показания допрошенного свидетеля, поскольку, являясь близким родственником, свидетель заинтересована в разрешении спора в пользу истца. При этом, ее показания соотносятся только с пояснениями самого истца, и не подтверждаются каким-либо иными доказательствами по делу.
По смыслу положения п. 1 ст. 1155 ГК РФ, а также пункта 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» сам по себе факт незнания об открытии наследства, как и другие перечисленные в указанном пункте Постановления Пленума обстоятельства, могут быть расценены судом как уважительная причина только в случае, если это реально и по независящим от наследника причинам препятствовало ему в реализации наследственных прав. При этом перечень обстоятельств, которые не могут быть отнесены к уважительным причинам, в данном пункте Постановления Пленума не является исчерпывающим.
Следовательно, при решении вопроса об отнесении той или иной причины к числу уважительных суд должен исходить из оценки конкретных обстоятельств по делу.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В качестве уважительности причин пропуска истцом указано, что после расторжения брака он проживал с матерью в другом районе Санкт-Петербурга, с отцом не общался, о его смерти узнал случайно в октябре 2021 года, при этом, ответчик о смерти отца ему не сообщила.
Вместе с тем, суд приходит к выводу, что обстоятельства, на которые ссылается истец, не характеризуют причины пропуска срока для принятия наследства как уважительные, поскольку истец имел возможность ранее узнать о смерти своего отца и своевременно подать заявление о принятии наследства, при этом положения Гражданского кодекса РФ не возлагают на наследников, обратившихся за принятием наследства, обязанности сообщать нотариусу о наличии иных наследников, претендующих на наследство, соответственно, в связи с чем, указанные обстоятельства не могли быть препятствием своевременного обращения истца к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство.
Основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не должен был знать об открытии наследства по объективным, не зависящим от него обстоятельствам, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением.
Вместе с тем, истец в ходе рассмотрения дела не оспаривал, что свидетельство о смерти отца он получил спустя 7 лет после его смерти - 06.10.2021 года, к нотариусу обратился только 05.04.2022 года (л.д. 117), тогда как в суд истец обратился в нарушение п. 1 ст. 115 ГК РФ первоначально 14.04.2022 года (л.д. 71) и повторно 31.05.2022 года, то есть по прошествии более 6 месяцев.
При этом, суд принимает во внимание, что каких-либо доказательств, свидетельствующих об объективных, независящих от истца обстоятельствах, препятствовавших ему своевременно обратиться с заявлением о вступлении в наследство, истцом не представлено.
Таким образом, истцом в соответствии со ст.ст. 12, 56, 57 ГПК РФ не представлено суду убедительных и бесспорных доказательств уважительности причин пропуска срока, установленного ст. 1154 ГК РФ для принятия наследства после смерти отца, а также свидетельствующих о наличии обстоятельств, препятствовавших реализации наследственных прав в установленный законом срок.
Обстоятельства, приведенные ФИО1 в обоснование иска и установленные судом, не подтверждают, а напротив, опровергают наличие уважительных причин пропуска срока для принятия наследства, так как свидетельствуют о наличии у истца реальной возможности своевременно узнать о смерти отца. Разрыв семейных отношений между родителями ФИО1, достигшего на момент смерти отца возраста 35 лет, и отсутствие общения истца с отцом не могут рассматриваться в качестве обстоятельств, в силу которых истец не мог узнать о смерти отца и своевременно принять наследство.
Поскольку причины, по которым ФИО1 узнал о смерти отца по истечении срока, установленного законом для принятия наследства, являются исключительно субъективными, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о восстановлении срока для принятия наследства.
В связи с отсутствием правовых оснований для восстановления истцу срока для принятия наследства, суд также не усматривает оснований для удовлетворения требований о признании недействительным свидетельства о праве на наследство в части, признании недействительным договора дарения квартиры, определении долей наследников в наследственном имуществе, признании права собственности на наследственное имущество.
На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 12, 55-57, 67, 167, 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о восстановлении срока для принятия наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство в части, признании недействительным договора дарения квартиры, определении долей наследников в наследственном имуществе, признании права собственности на наследственное имущество, – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья: А.В. Лукина
Решение в окончательной форме изготовлено 15.05.2023 года.