25RS0029-01-2024-010911-58

Дело № 2-621/2025 (2-5356/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 января 2025 года г. Уссурийск

Уссурийский районный суд Приморского края в составе председательствующего судьи Корсакова Д.И. при секретаре Юхновец А.В. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка и компенсации морального вреда,

с участием: старшего помощника прокурора Титаренко С.В., представителя истца адвоката Бохиновой Н.Н., представителя ответчика ФИО2,

УСТАНОВИЛ

Истец обратился с указанным иском к ответчику, мотивируя свои требования следующим. ДД.ММ.ГГ между сторонами был заключен трудовой договор XXXX, в соответствии с которым истец была принята к ответчику в учебно-методический отдел на должность начальника. Указанный договор является договором по основной работе. На основании дополнительно заключенных договоров с ответчиком, истец исполняла обязанности в должности социального педагога и тьютора учебно-методического отдела. ДД.ММ.ГГ, во время нахождения на рабочем месте, истца пригласили в кабинет ответчика. При явке истца от нее потребовали пояснить смысл её личных переписок. Разговор с истцом был построен в агрессивно-обвинительной форме. Учитывая форму в которой с истцом был построен разговор, а также применение к ней угроз и шантажа, ФИО1 была психологически парализована. По окончании разговора истцу было предложено написать заявление об уходе по собственному желанию, на что она согласилась. После этого, заявление было передано в отдел кадров. Истец по поводу случившегося позвонила мужу, который также работал у ответчика. Супруг истца также был шокирован ситуацией в связи с чем тоже написал заявление об увольнении. Примерно через 40 минут после указанного разговора, истца пригласили в отдел кадров и выдали ей трудовую книжку. ДД.ММ.ГГ истец обратилась в прокуратуру по вопросу действий ответчика. Данное сообщение было передано для проверки в органы СК РФ. На сегодняшний день решение по данному обращению не принято. Из-за испытанного стресса истец и её супруг испытали проблемы со здоровьем, в связи с чем не смогли своевременно обратиться за защитой своих прав. При увольнении истцу соответствующий приказ не вручался, также как и экземпляры трудовых договоров. Копии договоров о работе истца по совместительству ответчиком не предоставлены. Поскольку истец уволилась под давлением за 40 минут после написания заявления, то у нее не было возможности отозвать данное заявление. В заявлении об увольнении истца не указано на желание расторгнуть трудовой договор с ответчиком немедленно, а также указание с каких должностей просит уволить себя истец. Незаконность действий ответчика подтверждена ответом трудовой инспекции № XXXX от ДД.ММ.ГГ. Действиями ответчика также нарушены пенсионные права истца, поскольку привели к уменьшению её индивидуального пенсионного коэффициента. Также действия ответчика причинили моральный вред истцу. Полагает, что пропущенный по уважительным причинам срок для защиты трудовых прав истца может быть восстановлен. Просит суд признать незаконным и отменить приказ XXXX от ДД.ММ.ГГ об увольнении истца; восстановить её на работе с ДД.ММ.ГГ в учебно-методический отдел на должности начальника на основании договора по основной работе, а также на должности социального педагога и тьютора; взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГ по день фактического восстановления на работе, исходя из расчёта 79 855,838 руб. в месяц; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 150 000,00 руб.

В судебное заседание истец, уведомленная о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, не явилась, обеспечила явку своего представителя.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в иске доводам, просила их удовлетворить. Пояснила, что на требовании о восстановлении на работе именно с ДД.ММ.ГГ не настаивают, так как это был день увольнения и истец считается работавшей в этот день. Также согласилась с расчётами среднего заработка истца, произведенными ответчиком, так как полагала их более достоверными, с учётом того, что ответчик обладает более полной информацией для их произведения. Суду пояснила, что заявление об увольнении истец написала собственноручно, однако под давлением. После увольнения истца в день написания ею заявления о таком увольнении, последняя забрала трудовую книжку и ушла с работы, прекратив осуществление своей трудовой деятельности по всем должностям у ответчика. Со следующего дня после увольнения на работу не вышла. Отзыв своего заявления об увольнении истец ни в течение 2-х недель после его написания, ни позже, в том числе до настоящего времени, не писала. К трудовым обязанностям по всем должностям, с которых произошло её увольнение, в течение 14 дней после написания заявления об увольнении не приступала. В течение нескольких дней после увольнения обратилась по вопросу нарушения её трудовых прав в органы прокуратуры, однако её обращение было перенаправлено в СК РФ, которым окончательное процессуальное решение по обращению не принято. С приказом об увольнении истец ознакомлена, однако его копию не получала. Давление на истца об увольнении со стороны руководителя ответчика происходило в кабинете последнего в превратной обстановке, в отсутствие других лиц. До увольнения истец намерения расторгнуть с ответчиком трудовые отношения высказывала единожды, однако потом передумала, поскольку планировала доработать до пенсии. Однако до пенсии так и не доработала в связи со спорным увольнением. Также до увольнения ответчик исправно платил истцу заработную плату, включая премиальные вознаграждения, нарушений её трудовых прав не допускал, служебные проверки в отношении неё не проводил, к дисциплинарной ответственности не привлекал. Сообщила, что супруг истца после увольнения испытывал проблемы со здоровьем, а именно с пищеварительной системой. Истец ухаживала за ним, готовила пищу по прописанной диете. Супруг истца – ФИО6 передвигается самостоятельно, является дееспособным, нарушения в координации имеет при падении гемоглабина, опека над ним не оформлялась. Инвалидность супругу истца по первой группе общего заболевания была установлена ДД.ММ.ГГ, до произошедшего конфликта с ответчиком. С ДД.ММ.ГГ супруг истца находился на реабилитации, ему не открывался больничный лист, так как он уже не был трудоустроен. С ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ супруг истца также проходил лечение дома. Относительно доводов ответчика о пропуске срока исковой давности пояснила суду, что у супруга истицы утрата функций пищеварительной системы составила 90 %, в связи с чем, за ним требовался постоянный уход. Истец является единственным родственником своего мужа, в связи с чем, никто иной не мог осуществлять за ним уход. Трудоустройство истца на другую работу было необходимым для обеспечения нужд семьи и напротив свидетельствует о невозможности своевременно обратиться в суд с настоящим иском, поскольку в свободное от работы время она осуществляла уход за мужем. Вопреки доводам ответчика, истец сообщала в своих обращениях в прокуратуру о факте её увольнения под давлением.

Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать. Представила письменные возражения на иск и ходатайство о применении сроков исковой давности, доводы которых поддержала. Суду сообщила, что увольнение истца с работы происходило добровольно, без принуждения. Давление с целью увольнения ни на истца, ни на её супруга со стороны работодателя не оказывалось. Супруг истца работал у ответчика по срочным трудовым договорам с 2019 года перезаключая их ежегодно. До увольнения истец неоднократно писала заявления об увольнении, однако их в отдел кадров не подавала. Подтвердить написание таких заявлений ответчик не может. Причину увольнения у истца не выясняли. Работнику последствия написанного заявления об увольнении не разъясняли. Обстоятельства, изложенные истцом в иске, в части оказания давления со стороны работодателя, получения незаконным путем сведений из её личной переписки, отрицают. Увольнение истца со всех должностей произошло в день написания ею заявления, без отработки двухнедельного срока, по соглашению сторон, так как ни истец, ни ответчик не возражали против этого. С приказом об увольнении истца со всех должностей она была ознакомлена под роспись. Истец, после увольнения забрала трудовую книжку, с ней был произведен окончательный расчёт ДД.ММ.ГГ. После увольнения она не вышла на работу ни на одну из должностей. В течение 14 дней, после написания заявления истец его не отзывала, к трудовым обязанностям не приступала. До увольнения истец к дисциплинарной ответственности не привлекалась, служебные проверки в отношении неё не проводились, премии и надбавки платились исправно. После увольнения истца, её обязанности выполняла ФИО7, которая ДД.ММ.ГГ была переведена на её должность. Истец пропустила сроки для обращения в суд по данному трудовому спору без уважительных причин. Такой срок пропущен более чем на год. Болезнь её супруга не препятствовала ей трудоустроиться, а значит и обратиться в суд с требованием о восстановлении на работе в разумные сроки. Также обращения истца в прокуратуру были по вопросу нарушения конфиденциальности её переписок, а не трудовых прав. В Гострудинспецию истец обратилась только летом 2024 года, в связи с чем у нее не было оснований полагать, что её трудовые права будут защищены во внесудебном порядке. Ходатайствовала о применении сроков исковой давности.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившегося истца с участием его представителя.

Суд, выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, полагает следующее.

Из материалов дела следует, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГ XXXX, приказа о приеме на работу XXXX от ДД.ММ.ГГ, ФИО1 была принята на работу в организацию ответчика на должность начальника учебно-методического отдела. Согласно условиям указанного трудового договора он заключен на неопределенный срок, является договором по основной работе, испытательный срок для истца не устанавливался, датой начала работы указано ДД.ММ.ГГ.

ДД.ММ.ГГ между сторонами заключены еще два трудовых договора XXXX и XXXX, согласно которым ФИО1 принималась на работу к ответчику по совместительству с ДД.ММ.ГГ на должности социального педагога (0,1 ст.) и тьютора (0,1 ст.) учебно-методического отдела (приказ о приеме на работу XXXX от ДД.ММ.ГГ).

ДД.ММ.ГГ ФИО1 на имя ректора ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» подано заявление об увольнении по собственному желанию. Данное заявление должности и дату, с которой истец просила её уволить, не содержало.

Приказом ответчика от ДД.ММ.ГГ XXXX ФИО1 была уволена по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) со всех занимаемых должностей (начальника, социального педагога и тьютора учебно-методического отдела) с ДД.ММ.ГГ, то есть с даты написания заявления истцом.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец мотивирует свои требования тем, что указанное заявление об увольнении было написано ею под давлением работодателя и не отвечала её действительным намерениям. ФИО1 находилась в сильном эмоциональном потрясении после разговора с руководителем ответчика и у неё не было времени отозвать свое заявление, поскольку приказ об увольнении и трудовая книжка ей были выданы, через 40 минут после указанного разговора.

Ответчик заявляет о пропуске истцом сроков давности для подачи настоящего иска в суд и просит применить последствия этого.

Истец, просит пропущенный процессуальный срок для защиты своего права восстановить, поскольку своевременно осуществить защиту своего права она не могла в виду объективных причин.

Рассматривая заявление ответчика по применении к требованиям истца сроков исковой давности суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно части 4 статьи 392 ТК РФ при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд также содержатся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям".

Так, Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок.

Внимание судов обращено на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, право на судебную защиту предполагает наличие гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям равенства и справедливости (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 года N 36-П, от 22 апреля 2011 года N 5-П, от 27 декабря 2012 года N 34-П, от 22 апреля 2013 года N 8-П и др.).

Исходя из нормативных положений ТК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок по их ходатайству может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

В случае пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, наличия его ходатайства о восстановлении срока и заявления ответчика о применении последствий пропуска этого срока суду следует согласно части второй статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации поставить на обсуждение вопрос о причинах пропуска данного срока (уважительные или неуважительные).

Соответственно, с учетом положений статьи 392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Судом установлено и следует из материалов дела, что у близкого родственника истца – супруга ФИО6 имеется общее заболевание (нарушение функций пищеварительной системы) в связи с которым ему бессрочно присвоена I группа инвалидности. Нарушение здоровья супруга истца, согласно ответу ФКУ «ГБ МСЭ по Приморскому краю», имеет 4 степень выраженности стойких нарушений функций пищеварительной системы (в размере 90 %).

ДД.ММ.ГГ, в связи с увольнением истца с работы, заявление об увольнении с работы у ответчика было также написано ФИО6 Данное заявление указания на дату увольнения не содержало.

Приказом ответчика от ДД.ММ.ГГ ФИО6 был уволен с работы без какой-либо отработки.

После данных событий, у ФИО6 ухудшилось состояние здоровья, он был помещен на стационарное, а затем на амбулаторное лечение на период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ.

После этого, ФИО6 на протяжении 2024 года неоднократно обращался в медицинские учреждениях для получения помощи в периоды: с ДД.ММ.ГГ ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ.

На протяжении всего периода времени нахождения ФИО6 на лечении, а также в промежутках между таким лечением, истец была вынуждена ухаживать за своим супругом, поскольку его лечение и восстановление требовало соблюдение определенной диеты, которую самостоятельно ФИО6 соблюдать не мог.

Кроме того, после увольнения истца ответчиком, на фоне болезни супруга, у самой ФИО1 ухудшилось состояние здоровье, в связи с сердечно-сосудистым заболеванием она была нетрудоспособной и проходила лечение в стационаре с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ и с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ.

При этом, на следующий день после состоявшегося увольнения истца – ДД.ММ.ГГ, а также ДД.ММ.ГГ, она обратилась с жалобой на действия ответчика в органы прокуратуры Российской Федерации.

Вопреки доводам представителя ответчика, в указанных обращениях в органы прокуратуры в том числе сообщалось о факте нарушения трудовых прав истца, выразившихся в понуждении её написать заявление на увольнение с работы. Акцент в обращениях истца на приоритет нарушений ответчиком её прав на конфиденциальность переписки, не исключает указанных обстоятельств.

Указанные обращения перенаправлены в органы Следственного комитета России, которыми окончательное процессуальное решение по ним не принято.

Кроме того, истец обращалась по вопросу нарушения её трудовых прав ответчиком в Федеральную службу по труду и занятости. Указанное обращение было перенаправлено ДД.ММ.ГГ в Государственную инспекцию труда в Приморском крае.

Согласно ответу Государственной инспекции труда в Приморском крае от ДД.ММ.ГГ на обращение истца, последней сообщалось об установленных нарушениях в действиях ответчика, в связи с чем, было рекомендовано обратиться за защитой своих прав в суд.

Анализируя совокупность указанных обстоятельств, учитывая тяжесть заболевания близкого члена семьи истца – её супруга, период прохождения им лечения, необходимость ухода за ним как в период такого лечения, так и в промежутках между ними, принимая во внимание состояние здоровья самого истца, а также те обстоятельства, что истец на следующий день после оспариваемого увольнения обратилась в правоохранительные органы с целью защиты своих трудовых прав с жалобой на действия ответчика, в связи с чем, правомерно ожидала, что её права будут восстановлены во внесудебном порядке, исходя из нормативных положений ТК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что срок для обращения истца с настоящим иском был пропущен ею по уважительным причинам, в связи с чем, подлежит восстановлению, а заявления ответчика о применении последствий пропуска истцом сроков давности – отклонению.

Рассматривая заявленные исковые требования по существу суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно статье 1 ТК РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 ТК РФ).

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 ТК РФ).

Согласно статье 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).

Порядок расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) определен статьей 80 ТК РФ.

Частью 1 статьи 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 ТК РФ).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 ТК РФ).

В подпункте "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм ТК РФ являются следующие обстоятельства: были ли действия ФИО1 при подписании ДД.ММ.ГГ заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными; выяснялись ли руководством ответчика причины подачи ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию; разъяснялись ли ФИО1 работодателем последствия написания ею заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию.

Разрешая исковые требования ФИО1 о незаконности ее увольнения, суд полагает, что совокупность собранных по делу доказательств, оценка которых произведена по правилам ст. 67 ГПК РФ, свидетельствует об обоснованности доводов истца о том, что на неё оказывалось давление с целью понуждения написать заявление об увольнении по собственному желанию.

Так, заявление истца об увольнении было написано ею в ходе разговора с руководителем ответчика в его кабинете.

В данном заявлении не указывалось с каких именно должностей просит уволить себя ФИО1, а также с какого периода просит прекратить с ней трудовые отношения.

Сведений о том, что ответчик выяснял у истца причины написания ею заявления об увольнении, разъяснял ей последствия написания такого заявления и право отозвать его, не имеется. Напротив, в судебном заседании представитель ответчика сообщил, что такие действия не производились.

При этом, учитывая неясность содержания заявления истца в части должностей, с которых она просит себя уволить, и сроков увольнения, ответчик мер к устранению этих неясностей не принял.

Напротив, несмотря на отсутствие выраженного соглашения между работником и работодателем о прекращения трудовых отношений без отработки (часть 2 статьи 80 ТК РФ), ответчик произвел увольнение ФИО1 в день написания ею заявления, чем фактически лишил её гарантий как слабой стороны правоотношений, предусмотренных частью 4 статьи 80 ТК РФ, на отзыв своего заявления об увольнении.

На наличие конфликта между семьей истца и руководством работодателя, оказание давления на неё с целью написания заявления об увольнении по собственному желанию, указывает и то обстоятельство, что супруг истца – ФИО6, в день написания заявления об увольнении ФИО1 (ДД.ММ.ГГ), также без приведения объективных причин написал заявление о своем увольнении с занимаемой должности у ответчика, несмотря на то, что на данной должности он проработал менее месяца (с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ) и в силу состояния здоровья имеет ограниченные условия для трудоустройства и осуществления трудовой деятельности.

При этом, заявление ФИО6 аналогичным образом не содержало его согласия на увольнение без отработки, ФИО6 был уволен в день написания такого заявления.

Данные обстоятельства указывают на то, что увольнение истца производилось ответчиком в спешном порядке, без устранения неясностей в волеизъявлении ФИО1, выяснения причин её увольнения и предоставления времени для возможного отзыва поданного заявления.

ФИО1, до состоявшегося разговора с руководителем ответчика, письменно намерения о своем увольнении не выражала, подтверждений обратного не имеется. Единожды намереваясь уволиться, истец от данных действий отказалась, желая доработать до получения специальной пенсии, однако её увольнение произошло до получения требуемого стажа.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о вынужденном прекращении истцом трудовых отношений, вызванным оказанием давления на неё со стороны работодателя.

Кроме того, само по себе отсутствие в заявлении ФИО1 об увольнении по собственному желанию указаний на то с каких именно должностей просит уволить себя работник, при условии её трудоустройства у работодателя на 3 должности одновременно, без выяснения дополнительных обстоятельств, не позволяло произвести ответчику её одновременное увольнение со всех занимаемых должностей.

Данные нарушения также были установлены Государственной инспекцией труда в Приморском крае.

При таких обстоятельства, увольнение истца от ответчика является незаконным.

Согласно части 1 статьи 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В соответствии с частью 1 статьи 394 ТК РФ приказ ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» от ДД.ММ.ГГ XXXX об увольнении истца со всех занимаемых должностей по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ следует признать незаконным, истец подлежит восстановлению на прежней работе в должностях начальника, социального педагога и тьютора учебно-методического отдела с ДД.ММ.ГГ (день, следующий за днем увольнения).

Согласно части 2 статьи 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Как следует из пункта 62 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ).

При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).

При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Пунктом 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922, предусмотрено, что при определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (часть 3 статьи 9 Положения).

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Учитывая приведенные положения нормативного правового акта, суд приходит к выводу об ошибочности расчётов истца в определении своего среднего заработка.

Вместе с тем, суд, проверив расчёты среднего заработка истца, предоставленные ответчиком, находит их достоверными и выполненными в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации.

С указанными расчётами ответчика в судебном заседании также согласился представитель истца.

Такими образом, исходя из периода, подлежащего учёту для определения среднедневного заработка (12 месяцев, из которых рабочих дней у истца 198) и общего дохода за этот период, согласно справкам 2-НДФЛ (872 935,47 руб.), средний заработок истца составляет 3 873,51 руб. в день.

На дату вынесения решения суда, с ДД.ММ.ГГ подлежат оплате исходя из среднего заработка истца 322 рабочих дня.

Таким образом, заработок ФИО1 за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ составляет 1 247 270,22? руб. и подлежит взысканию с ответчика.

Средний заработок ФИО1 за время вынужденного прогула подлежит взысканию до даты фактического её восстановления на работе.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

С учётом установленного судом факта нарушения трудовых прав ФИО1, требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в размере 50 000 руб.

Размер компенсации морального вреда судом определен с учетом степени нравственных страданий истца, обстоятельств, при которых истцу были причинены данные страдания (незаконное лишение возможности трудиться), степени вины ответчика (работодателя), требований разумности и справедливости, характера нарушенного трудового права (право на свободное распоряжение способностями к труду) истца, длительности нарушения трудового права истца.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

На основании ст. 103 ГПК РФ, ст. ст. 50, 61.1. Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации взысканию с ответчика и зачислению в доход бюджета подлежит государственная пошлина в размере 30 473,00 руб.

Руководствуясь статьями 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ

Исковые требования ФИО1 (ИНН XXXX) к ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» (ИНН <***>) о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» от ДД.ММ.ГГ XXXX об увольнении ФИО1.

Восстановить ФИО1 в должностях начальника, социального педагога и тьютора учебно-методического отдела ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» с ДД.ММ.ГГ.

Взыскать с ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000,00 руб., заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 1 247 270,22 руб., и далее с ДД.ММ.ГГ по дату фактического восстановления ФИО1 на работе, исходя из суммы 3 873,51 руб. за каждый рабочий день.

В остальной части Исковые требования ФИО1 (ИНН XXXX) к ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФГБОУ ВО «Приморский государственный аграрно-технологический университет» в бюджет государственную пошлину в размере 30 473,00 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Д.И. Корсаков

Мотивированное решение изготовлено 14 января 2025 года.