Судья: Антипова И.М. Дело № 33-7438/2023 (2-976/2023)

Докладчик: Бычковская И.С. УИД 42RS0013-01-2023-000796-61

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 17 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего И.С. Бычковской,

судей С.А. Пастухова, Л.В. Болотовой,

при секретаре Л.Ю.Ломовой,

с участием прокурора О.А.Давыденко,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи И.С. Бычковской гражданское дело по апелляционной жалобе представителя публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» ФИО1 на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 12 мая 2023 г. по иску ФИО2 к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее ПАО «Южный Кузбасс») о взыскании компенсации морального вреда за полученное профессиональное заболевание в размере 772000 руб. Кроме того заявлено о взыскании судебных расходов в размере 10 000 руб.

Требования мотивированы тем, что в период работы в ПАО «Южный Кузбасс» у истца развилось профессиональное заболевание: <данные изъяты> Заключением МСЭ впервые в 2015 г. истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> Заключением МСЭ с 22 апреля 2021 г. утрата профессиональной трудоспособности увеличилась до <данные изъяты> и была установлена <данные изъяты> В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссией № 337 от 25 сентября 2015 г. степень вины ПАО «Южный Кузбасс» составляет 96,5 %. У истца <данные изъяты>, в быту испытывает <данные изъяты> <данные изъяты>. <данные изъяты>. <данные изъяты>. Ранее часто ходил в гости к друзьям и близким, но из-за <данные изъяты> перестал это делать. К настоящему моменту состояние не улучшилось. Любил вести активный образ жизни: бывать на природе с родными или друзьями, в настоящее время в связи с заболеванием не может себе позволить такой образ жизни: появился <данные изъяты> от того, что не может услышать обращенной к нему речи или попасть в ситуацию, угрожающую жизни и здоровью. Такое состояние <данные изъяты>. Полагает, что сумма компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием должна составить 800 000 руб., а с учетом вины предприятия: 800 000*96,5% = 772 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель ФИО3 поддержали исковые требования.

Представитель ответчика ФИО1 возражала против удовлетворения требований.

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 12 мая 2023 года постановлено: иск удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание в размере 307 964,82 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 руб., отказав в удовлетворении иска в остальной части.

Взыскать с публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

В апелляционной жалобе представитель ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1, действующая на основании доверенности, просит решение отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Указывает, что решение суда принято с нарушением норм материального права - части 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 г. № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности», части 1 статьи 45, статей 46, 48 Трудового кодекса Российской Федерации, Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленной РФ. Ссылаясь на положения пункта 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленной РФ, указывает, что компенсация морального вреда, причиненного истцу в связи с профессиональным заболеванием, полученным при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте. На основании заявления ФИО2 приказом от 6 октября 2015 г. ПАО «Южный Кузбасс» добровольно выплатило ФИО2 компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 126 285,18 руб. Считает, что добровольно выплаченная сумма компенсации морального вреда соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости, а также влечет прекращение данного обязательства. У суда не было оснований признавать произведенную единовременную компенсацию недостаточной компенсацией морального вреда. Взысканная сумма компенсации морального вреда является завышенной. Также взысканная судом сумма судебных расходов за услуги представителя 10 000 руб. завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости, сложности дела.

Относительно апелляционной жалобы от ФИО2, заместителя прокурора города поступили письменные возражения.

В заседание судебной коллегии лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени апелляционного рассмотрения дела в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не явились, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора отдела прокуратуры Кемеровской области, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены решения суда не имеется.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период работы в ПАО «Южный Кузбасс» у истца развилось профессиональное заболевание: <данные изъяты>

В связи с прогрессией заболевания признан <данные изъяты> во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где заключением МСЭ впервые в 2015 году установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>

Заключением МСЭ с 22 апреля 2021 г. установлено увеличение утраты профессиональной трудоспособности до <данные изъяты> установлена <данные изъяты>

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 16 июня 2003 г. № 229 ФИО2 работал электрогазосварщиком, общий стаж работы 22 года, стаж в данной профессии 16 лет, стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание 16 лет. Был установлен предварительный диагноз: <данные изъяты>. Во время работы подвергался воздействию вредных производственных факторов: шуму, физическим и функциональным нагрузкам, пыли, неблагоприятному микроклимату, вредным химическим веществам, являющимся продуктами сварочных работ.

Согласно программе реабилитации пострадавшего, в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 22 апреля 2021 г. установлен диагноз: <данные изъяты>. Заболевание профессиональное повторно. <данные изъяты>

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии <данные изъяты>» № 337 от 25 сентября 2015 г., установлено проф. заболевание <данные изъяты> общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 28 лет 2 мес. Степень вины пропорциональная стажу: вина ПАО «Южный Кузбасс» - 96,5 %.

В досудебном порядке ФИО2 на основании приказа от 6 октября 2015 г. № Пр/ЮК-УОДУ/1662/ОРГ выплачено в соответствии с пунктом 10.2.2. Коллективного договора на 2014-2016 г. г. в счет возмещения морального вреда 126 285,18 руб.

Разрешая заявленный спор, установив указанные выше обстоятельства, учитывая, что в судебном заседании нашел свое подтверждение факт причинения вреда здоровью истца действиями ответчика ПАО «Южный Кузбасс», не обеспечившего безопасные условия труда, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований, и взыскал с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в пользу истца компенсацию морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием в размере 307 964,82 руб. (с учетом определения общего размера компенсации морального вреда 450 000 руб.).

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, как в части наличия правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда, так и в части размера взысканной суммы.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец получил компенсацию морального вреда, которая выплачена ему по заявлению, что свидетельствует о достигнутом соглашении о размере компенсации морального вреда, являются необоснованными и не могут служить основанием для отмены решения суда.

В соответствии со статьей 9 часть 2 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 части 1,2 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со статьёй 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В силу пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из приказа ответчика от 6 октября 2015 г. № Пр/ЮК-УОДУ/1662/ОРГ ФИО2 выплачено в счет возмещения морального вреда 126 285,18 руб. на основании пункта 10.2.2. Коллективного договора на 2014-2016 г. г. Размер компенсации морального вреда определен исключительно из размера заработной платы истца, процента вины ответчика и процента утраты трудоспособности, что противоречит нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающим критерии определения размера компенсации морального вреда (разумность, справедливость, фактические обстоятельства, индивидуальные особенности, характера и степени вины и иные засуживающие обстоятельства).

Так как в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры не могут ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья, произведенная истцу выплата в счет компенсации морального вреда на основании приказа ответчика, не лишает истца права обратиться в суд с требованием о компенсации морального вреда в размере, превышающем выплаченную в добровольном порядке сумму.

В силу изложенного, довод апелляционной жалобы о том, что истец реализовал свое право на получение морального вреда в счет возмещения вреда здоровью путем обращения к работодателю, является необоснованным.

Доводы со ссылкой на коллективный договор предприятия также не могут повлечь отмену оспариваемого судебного акта, поскольку исходя из положений Федерального отраслевого соглашения, принятых с целью улучшения материального положения лиц, пострадавших от трудовых увечий и профессионального заболевания, условия коллективного договора, соглашения, ухудшающие положение работников относительно Соглашения, недействительны и не подлежат применению.

Доводы апелляционной жалобы о том, что свою обязанность по выплате компенсации морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, исполнена путем выплаты 126 285,18 руб. не могут повлечь отмену решения суда, поскольку сумма компенсации морального вреда, выплаченная ответчиком в добровольном порядке, безусловно, направлена на возмещение морального вреда. Однако в полной мере не обеспечивает полноценной защиты нарушенного права истца, что и было установлено судом первой инстанции.

При обращении в суд истец сослался на положения статей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиком, в полной мере не компенсирует ему нравственные и физические страдания в результате полученных им профессиональных заболеваний и наступивших в связи с этим последствий.

Размер компенсации морального вреда определен судом с учетом характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, индивидуальных особенностей потерпевшего, требований разумности и справедливости.

Судебная коллегия, вопреки доводам апелляционной жалобы, не находит данную сумму завышенной, либо определенной судом первой инстанции без учета всех обстоятельств дела, характера и степени причиненных истцу страданий, а также требований разумности и справедливости.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ответчика относительно несогласия с размером судебных расходов, не могут служить основанием для отмены либо изменения решения суда в указанной части, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм процессуального права, а по существу направлены на переоценку выводов суда, оснований для которой судебная коллегия не находит.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 10, 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2 и 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

При решении спорного вопроса судом первой инстанции соблюден необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, учтены соотношение расходов с объемом защищаемого права, а также фактическим объемом и характером услуг, оказанных представителем истца.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. По смыслу закона суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, объема, сложности и продолжительности рассмотрения дела, степени участия в нем представителя, а также сложившегося уровня оплаты услуг представителей по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

Оснований для снижения взысканной судом суммы судебных расходов не установлено.

Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 12 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий: И.С. Бычковская

Судьи: С.А. Пастухов

Л.В. Болотова

Апелляционное определение в окончательной форме составлено 21 августа 2023 г.