Решение по делу № 2-371/2025 от 19.03.2025 - о возмещении морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, судебных расходов.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Краснокаменск 19 марта 2025 года

Краснокаменский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Салбукова К.В.

с участием прокурора Родионовой Н.А.

при секретаре Кукушкиной М.Ф.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к Публичному акционерному обществу «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» о возмещении морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что на протяжении 17 лет 10 месяцев состоял в трудовых отношениях с ответчиком ПАО «ППГХО», при этом работал по профессии подземного горнорабочего рудника. За указанный период трудовой деятельности в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, а также в условиях ионизирующего излучения истец приобрел профессиональное заболевание. Заключениями МСЭ ФМБА России ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в общем размере 100%. Истец указывает, что вследствие приобретенного профессионального заболевания он испытывает нравственные и физические страдания, в связи с чем, просил суд взыскать с ответчика ПАО «ППГХО» компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей, а также судебные издержки по оплате услуг адвоката в размере <данные изъяты> рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени месте рассмотрения дела извещался судом надлежаще и своевременно.

В судебном заседании представитель истца на основании ордера адвокат Аксенов В.В. заявленные исковые требования поддержал, просил удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель ответчика ПАО «ППГХО» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые признала частично, в сумме <данные изъяты> рублей, судебные издержки в сумме <данные изъяты> рублей, также суду пояснила, что ответчик не отрицает факт возникновения профессиональных заболеваний у истца в результате трудовой деятельности в ПАО «ППГХО», вместе с тем, размер заявленной истцом компенсации завышен.

Выслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, заключение участвующего в деле прокурора Родионовой Н.А., полагавшую исковые требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

Положениями ст. ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции Российской Федерации установлено, что право на жизнь и охрану здоровья относятся к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан, в частности, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В силу ч. 2 ст. 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из материалов дела, правоотношения между сторонами возникли из трудового договора, заключенного между ФИО1 и ответчиком о принятии на работу в ПАО «ППГХО» в 2006 году с осуществлением трудовой деятельности в подземных условиях с вредными условиями труда по профессии подземного горнорабочего очистного забоя.

Из медицинских документов ФИО1 следует, что ему был установлен связанный с профессией заболевание и диагноз: Периферический рак (умеренно дифференцированная G2 аденокарцинома) верхней доли правого легкого III ст T2bN2M0. Операция от ДД.ММ.ГГГГ Ж Торакотомия справа, верхняя лобэктомия правого легкого, медиастинальная лимфодиссекция. Прогрессирование - мтс в левый надпочечник, забрюшинные лимфоузлы. 1 курс ПХТ. (С34).

В результате приобретенного профессионального заболевания по заключению Бюро медико-социальной экспертизы № (смешенного профиля) ФКУ «ГБ МСЭ ФМБА России» истцу была установлена I группа инвалидности и процент утраты профессиональной трудоспособности в размере 100%.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредного производственного фактора в виде ионизирующего излучения(3.2).

Таким образом, в результате приобретенного профессионального заболевания истцу было установлено в 100% утраты профессиональной трудоспособности, что подтверждается справкой о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Факт причинения истцу морального вреда в данном случае не требует доказывания, поскольку заключается в испытанных им как физических, так и нравственных страданиях, вызванных посягательством на принадлежащие ему от рождения нематериальные блага: жизнь и здоровье.

При таких обстоятельствах требования ФИО1 о компенсации морального вреда являются правомерными.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из принципа разумности и справедливости, учитывает характер нравственных и физических страданий истца, его индивидуальные личностные особенности, а также фактические обстоятельства причинения морального вреда (ст.1101 ГК РФ).

К числу таковых обстоятельств, по мнению суда, в частности относится характер профессионального заболевания связанного с поражением функций иммунной системы и представляющего опасность не только для здоровья, но и жизни истца, наличие у него болевых ощущений, большой объем рекомендованного лечения и необходимость прохождения регулярной реабилитации, невозможность работать по прежней профессии и признание его полностью утратившим профессиональную трудоспособность, установление инвалидности, что объективно свидетельствует о снижении осуществления нормальной жизнедеятельности истцом.

Положениями п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» предусмотрено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст.1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В ходе судебного разбирательства вины самого ФИО1 в получении вышеуказанного профессионального заболевания не установлено.

С учетом изложенного, при наличии установленного факта получения истцом профессионального заболевания, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд полагает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ПАО «ППГХО» в пользу ФИО1 в размере <данные изъяты> рублей.

Также, на основании ст. 98 ГПК РФ с ПАО «ППГХО» в пользу ФИО1 следует частично взыскать судебные издержки по оплате услуг адвоката в размере <данные изъяты> рублей, которые суд находит отвечающим требованиям разумности, а как следствие обоснованными, и судебные расходы по оплате государственной пошлины в доход местного бюджета в размере <данные изъяты> рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 ФИО10 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, судебные издержки по оплате услуг адвоката в размере <данные изъяты> рублей, всего взыскать <данные изъяты>) рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» (ИНН <***>) государственную пошлину в бюджет муниципального района в сумме <данные изъяты>) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Краснокаменский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ

Судья: Салбуков К.В.