дело №2-358/2025 (№2-4006/2024)
22RS0011-02-2024-003128-39
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 января 2025 года г. Рубцовск
Рубцовский городской суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Жданова Р.С.,
при секретаре Дементьевой Ю.Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению исправительная колония Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний России, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Рубцовский», Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Первоначально административный истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам Федеральному казенному учреждению исправительная колония Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю (далее - ФКУ ИК-5 УФСИН России по Алтайскому краю), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю (далее - УФСИН России по Алтайскому краю), в котором просил взыскать с ответчиков в свою пользу причиненный моральный вред в сумме 827 000 руб., вред здоровью в сумме 2 474 000 руб.
В обоснование заявленных требований указал, что приговором Рубцовского городского суда Алтайского края от *** осужден <данные изъяты>. Решением УФСИН России по Алтайскому краю от *** направлен для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю (г. Рубцовск).
В период с *** по *** проходил службу во Внутренних войсках МВД СССР - России, соответственно на момент направления в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю имел статус бывшего сотрудника правоохранительных органов.
Согласно ч. 3 ст. 80 Уголовного-исполнительного кодекса РФ бывшие сотрудники правоохранительных органов содержатся в отдельных исправительных учреждениях. В период следствия у суда по уголовному делу в СИЗО- г. Барнаула содержался в камере для бывших работников правоохранительных органов, отдельно от общей категории осужденных, также существовала ФКУ ИК- ГУФСИН России в г. Иркутске для данной категории осужденных, где содержится в настоящее время, при этом направлен в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю (г. Рубцовск).
По прибытии в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, исходя из материалов личного дела, руководству исправительного учреждения было известно о статусе работника правоохранительных органов, однако вопреки требованиям законодательства каких-либо мер по изоляции и этапированию в исправительное учреждение соответствующего типа принято не было.
Истец помещен в жилое расположение (отряд) совместно с общей категорией осужденных, здоровье и жизнь были поставлены под угрозу. В дальнейшем, несмотря на неоднократные обращения по обеспечению своей безопасности, руководство ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю продолжало бездействовать. Таким образом, в результате бездействия администрации исправительного учреждения истцу причинен моральный вред, в дальнейшем, вред здоровью, а именно: систематические унижения, оскорбления и угроза физической расправой со стороны иной категории осужденных, которые выражались в нецензурной форме в различных угрозах свести с ним счеты за его прошлое, притеснениями в бытовом плане, а также, унижающих честь и достоинство, требованиях выполнять грязную работу, унизительную по своей сути, систематическое физическое насилие в виде толчков, хватаний за одежду и тому подобное. Полагает, что противоправные действия в его адрес обусловлены тем, что, будучи работником правоохранительных органов, многих из них по долгу службы конвоировал и совершал другие действия в рамках служебных инструкций. Все вышеперечисленное несомненно причиняло истцу душевные и нравственные страдания, постоянное чувство страха за свою жизнь и здоровье, унижение чести и достоинства, постоянное нервное напряжение и головные боли, из-за чего истец чувствовал себя душевно угнетенным и подавленным, не высыпался, до поздней ночи боялся засыпать, при этом руководство исправительного учреждения продолжало бездействовать длительное время, с *** года по *** года.
В результате такой жизни истец заразился (заразили) активной формой туберкулеза легких, в связи с чем этапирован в ЛИУ- г. Барнаула, затем в ЛИУ- г. Новоалтайска, учреждения, специализирующиеся на амбулаторном лечении осужденных, больных туберкулезом легких. Истцу диагностирована самая тяжелая форма заболевания, в связи с чем истец поставлен на учет. Лечение проходил до освобождения из мест лишения свободы с *** года по *** год, и в дальнейшем проходил лечение на свободе.
Истец обратился в прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях и прокуратуру Алтайского края, которые подтвердили факты его работы и службы в ВВ МВД СССР - России и заболевание активной формы туберкулеза, при этом исключили возможность проверить доводы жалобы в связи с уничтожением личного дела за сроком давности. Однако отсутствие личного дела не отменяет факт пребывания истца в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, также прокуратурой не опровергнут факт обращений к руководству исправительного учреждения, также не отменяет факт наличия тяжелого заболевания.
Таким образом, бездействие руководства ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю причинило истцу тяжелый невосполнимый моральный вред, повлекший вред здоровью и угрозу жизни посредством заболевания открытой формой туберкулеза легких.
Причиненный душевные и нравственные страдания истец оценивает в 1 000 руб. за каждый день незаконного содержания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, моральный вред здоровью оценил в 2 000 руб. за каждый день своего пребывания в ФКУ ЛИУ- г. Новоалтайска.
Учитывая, что в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю истец находился в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю в период с *** по ***, что составляет 827 дней, в период с *** по *** истец находился в ФКУ ЛИУ-8, что составляет 1 237 дней, в связи с чем полагает подлежащими возмещению причиненный моральный вред в сумме 827 000 руб., вред здоровью истец оценивает в 2 474 000 руб.
Дело принято к рассмотрению в порядке административного судопроизводства.
При принятии к производству административного иска, к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Рубцовский» (далее - МО МВД России «Рубцовский»), Министерство внутренних дел Российской Федерации (далее - МВД России).
В ходе рассмотрения дела определением суда от *** к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России (далее - ФСИН России), в качестве заинтересованного лица привлечено Управление исполнения приговоров и специального учета Федеральной службы исполнения наказания России (далее - УИПСУ ФСИН России).
Определением суда от *** суд перешел к рассмотрению дела в порядке гражданского производства.
Истец ФИО1 в судебном заседании не присутствовал, о времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном порядке, отбывает наказание в местах лишения свободы по приговору суда.
Учитывая, что Гражданский процессуальный кодекс РФ и другие федеральные законы не предоставляют лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, право на личное участие в разбирательстве судами их гражданских дел (по которым они являются истцами, ответчиками, третьими лицами или другими участниками процесса), Уголовно-исполнительный кодекс РФ предусматривает возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы лишь для участия в судебных разбирательствах по уголовным делам, следовательно, суды не обязаны этапировать указанных лиц к местам разбирательства гражданских дел с целью обеспечения их личного участия в судебных заседаниях, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца. После перехода к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства и передачи дела на рассмотрение другому судье ходатайство о рассмотрении дела с участием ФИО1 с применением системы видеоконференц-связи не поступало.
Представитель ответчиков ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, УФСИН России по Алтайскому краю ФИО2, действующая на основании представленных суду доверенностей, в судебном заседании иск не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях. Полагала, что истом не представлено достаточных доказательств в обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда.
Представитель ответчика МО МВД России «Рубцовский» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании иск не признала по доводам, изложенным в письменных пояснениях, представленных в материалы дела.
Представители третьих лиц Министерства внутренних дел России, ФСИН России, УИПСУ ФСИН России в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены в установленном законом порядке.
В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав пояснения представителей ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Согласно ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам.
В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В судебном заседании установлено, что ФИО1, *** года рождения, осужден *** Алтайским краевым судом по <данные изъяты>.
*** ФИО1 прибыл в учреждение ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю.
В период с *** по *** ФИО1 отбывал наказание в лечебных исправительных учреждениях.
Освобожден из ФКУ ЛИУ- УФСИН России по Алтайскому краю условно-досрочно на 3 года 2 месяца 4 дня.
Положениями ст. 101 УИК РФ предусмотрено, что лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации. В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части, а для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией, - лечебные исправительные учреждения.
Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.
В период содержания истца в ФКУ ИК- УФСИН Росси по Алтайскому краю порядок организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание, регламентирован Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22.07.1993 N 5487-1.
Методическое обеспечение деятельности ИВС по вопросам лечебно-профилактической и санитарно-противоэпидемической работы осуществляется МСЧ МВД, ГУВД, УВД по субъектам Российской Федерации. Государственный санитарно-эпидемиологический надзор за ИВС осуществляется центрами государственного санитарно-эпидемиологического надзора МСЧ МВД, ГУВД, УВД по субъектам Российской Федерации. Деятельность медицинских работников ИВС организуется в соответствии с планом, утвержденным начальником ИВС, согласованным с МСЧ МВД, ГУВД, УВД по субъектам Российской Федерации.
Согласно п.9 Приказа МВД РФ N 1115, Минздрава РФ N 475 от 31.12.1999 «Об утверждении Инструкции о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел», в течение первых суток пребывания в ИВС проводится первичный медицинский осмотр всех вновь поступивших с целью выявления лиц с подозрением на инфекционные заболевания, представляющих опасность для окружающих, и больных, нуждающихся в скорой медицинской помощи.
Как следует из доводов иска, ФИО1 содержался в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю в период с *** по ***, в период с *** по *** отбывал наказание в ФКУ ЛИУ- УФСИН России по Алтайскому краю, откуда освобожден условно-досрочно на основании постановления Новоалтайского городского суда Алтайского края от ***. В период отбывания наказания заразился (заразили) <данные изъяты>.
В силу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Согласно ответу на запрос ФКУЗ МСЧ- УФСИН России по Алтайскому краю от ***, подтверждается нахождение ФИО1 на стационарном лечении в туберкулезно-легочном отделении УБ (ФКЛПУ КТБ- УФСИН России по Алтайскому краю) в период с *** по ***, однако личное дело с приобщенной медицинской картой уничтожено в *** году на основании Указания от *** ГУИН Минюста России по Алтайскому краю «О сроках хранения».
В соответствии со справкой ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, информацией, связанной с номерами камер и техническом состоянии камер, в которых содержался осужденный ФИО1, сведениями о наличии обращений ФИО1 за медицинской помощью, с жалобами на ненадлежащие условия содержания, администрация учреждения не располагает, поскольку информация о содержании в конкретной камере находится в личном деле осужденного, который убыл в распоряжение ФКУ КТБ- УФСИН России по Алтайскому краю, а информация, связанная с техническим состоянием данных камер учитывается в журнале «Учет технических осмотров прогулочных дворов, помещений ШИЗО, ПКТ», сведения о поступающих жалобах, обращениях за медицинской помощью, оказанной помощи, и других соответствующих журналах, которые, в свою очередь, на основании ст. 844 «Л» приказа ФСИН России от *** по истечении 5 лет уничтожены.
Таким образом, судом предприняты возможные меры для сбора и установления состояния здоровья и наличия у истца ФИО1 заболеваний в период отбывания наказания, запрошенная медицинская документация в виду давности уничтожена.
При этом самостоятельных доказательств (медицинские документы, иные доказательства об отсутствии заболевания, о том, что в детском возрасте на «Д» учете истец не состоял, медицинских справок, анамнеза, подтверждающего период диагностирования и установления указанного заболевания, истории болезни, либо свидетельских показаний) истцом не представлено, что по совокупности исследованных доказательств не может служить безусловным свидетельством о наличии вины со стороны ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю.
Также судом учитывается то обстоятельство, что при установлении у истца указанного заболевания, он был этапирован в ЛИУ- УФСИН России по Алтайскому краю, в учреждение, которое специализируется на амбулаторном лечении осужденных, больных туберкулезом легких, где был поставлен на учет, получал необходимое лечение до своего освобождения.
Указанное также подтверждает, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю со стороны учреждения велся надлежащий контроль за здоровьем осужденных, в том числе, состоянием здоровья ФИО1, производилась соответствующая диагностика заболеваний с последующим оказанием медицинской помощи.
Сам по себе факт развития заболевания туберкулез у истца во время содержания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю не свидетельствует о противоправном поведении должностных лиц исправительного учреждения по несоблюдению условий содержания осужденных и организации противоэпидемиологических мероприятий, которое бы являлось основанием для возмещения морального вреда в силу положения ст. 1069 ГК РФ.
Рассматривая иск, в пределах заявленных истцом требований, суд приходит к выводу, что объективных и достоверных доказательств нарушения ответчиком в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю прав истца в период отбывания его наказания в установленный судом период, а также доказательств наличия вины ответчика в причинении ему нравственных или физических страданий суду не представлено, в ходе судебного разбирательства не добыто. Доводы истца основаны только на его пояснениях, изложенных в исковом заявлении, в устных пояснениях. С учетом вышеизложенного, отсутствуют основания для компенсации морального вреда истцу по заявленным им требованиям.
Также в обоснование требований о взыскании компенсации морального вреда, истец указывает, что в период с *** по *** проходил службу во Внутренних войсках МВД СССР - России, в связи с чем полагает, должен был отбывать наказание в исправительном учреждении для бывших работников правоохранительных органов, отдельно от общей категории осужденных.
Разрешая заявленные требования, судом установлено, что ФИО1 согласно архивной справке Федеральной службы Войск национальной гвардии РФ от *** призван Октябрьским РВК Алтайского края ***. Числится в книге алфавитного учета прапорщиков войсковой части . Войсковое звание «прапорщик» присвоено приказом НВВ МВД СССР по ЗС от ***. Исключен из списков личного состава приказом командира части от *** и направлен на воинский учет в Октябрьская РВК г. Барнаула Алтайского края.
Согласно справке Военного комиссариата Железнодорожного, Октябрьского районов г. Барнаула Алтайского края ФИО1 действительно проходил военную службу по призыву в рядах Вооруженных сил СССР в период с *** по ***. В период с *** по *** - курсант школы прапорщиков, в период с *** по *** - сверхсрочная служба.
Согласно архивной справке Федеральной службы Войск национальной гвардии РФ от *** Войсковая часть в 1898-1992 годах входила в состав внутренних войск МВД СССР-России.
На основании ст. 1 Закона РФ от 24.09.1992 №3534-1 «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» внутренние войска входили в систему Министерства внутренних дел Российской Федерации и призваны защищать интересы личности, общества и государства, конституционные права и свободы граждан от преступных и иных противоправных посягательств.
В соответствии со статьей 15 данного Закона комплектование внутренних войск осуществлялось в добровольном порядке по контракту, а также на основе призыва граждан Российской Федерации на военную службу.
Условия, порядок и срок прохождения военной службы военнослужащими внутренних войск, их статус, права и обязанности, порядок перемещения по службе, присвоения воинских званий, аттестования, увольнения и пенсионного обеспечения определились законодательством РФ.
Граждане, поступающие на военную службу во внутренние войска, принимали Военную присягу РФ.
Соответственно, лица, проходившие службу во Внутренних войсках МВД СССР, приравнивались к военнослужащим внутренних войск и пользовались правами и свободами граждан РФ с установленными законодательством ограничениями, обусловленными особенностями прохождения военной службы.
Статус же сотрудника МВД регламентирован Законом СССР «О советской милиции» от ***, согласно которому советская милиция являлась государственной правоохранительной вооруженной организацией, защищающей граждан, их права, свободы и законные интересы, советское общество и государство от преступных и иных противоправных посягательств. Милиция входила в систему МВД СССР. На службу в милицию принимались на добровольной основе граждане СССР, способные по своим личным, моральным и деловым качествам, образованию и состоянию здоровья выполнять возложенные на нее обязанности. Работники милиции принимали присягу.
Из указанных положений следует, что проходя службу во внутренних войсках МВД СССР ФИО1 не являлся сотрудником милиции СССР, либо иного правоохранительного органа.
На момент осуждения и прибытия ФИО1 в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю *** действовал «Исправительно-трудовой кодекс РСФСР» (утв. ВС РСФСР ***, в редакции ***).
Согласно ст. 18 ИТК РСФСР в исправительных учреждениях установлено раздельное содержание: мужчин и женщин; несовершеннолетних и взрослых.
При этом раздельное содержание осужденных в исправительно-трудовых учреждениях в редакции закона от *** не предусматривало отдельного отбывания наказания осужденными бывшими сотрудниками правоохранительных органов.
Положение об отдельном содержании осужденных бывших работников судов и правоохранительных органов внесено в ИТК РСФСР Федеральным законом РФ от ***, а Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации введен в действие Федеральным законом от *** №2-ФЗ «О введении в действие Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации» с ***.
На основании изложенного, суд приходит к выводу, что доводы истца о неприменении к нему в момент осуждения в *** году положений ст. 80 УИК РФ при направлении для отбывания наказания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю являются ошибочными.
Кроме того, доводы истца опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, в том числе, ответом Прокуратуры Алтайского края от ***, согласно которому не представилось возможным установить, располагала ли администрация учреждения сведениями о прохождении военной службы осужденным ФИО1
Аналогичные ответы по жалобам ФИО1 на условия содержания давались Барнаульской прокуратурой по надзору за соблюдением законом в исправительных учреждениях ***, Рубцовской прокуратурой по надзору за соблюдением законом в исправительных учреждениях ***.
В соответствии со справкой ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю согласно журналу учета с в период *** годы велись журналы учета писем, жалоб, заявлений: - за период с *** по ***, который уничтожен по истечении срока хранения согласно акту от ***; - за период с *** по ***, который уничтожен по истечении срока хранения согласно акту от ***; - за период с *** по ***, который уничтожен по истечении срока хранения согласно акту от ***.
Кроме того, личные дела освобожденных уничтожались по истечению срока хранения, который составляет 10 лет, с даты освобождения (приказ ФСИН РФ от ***), а также иные номенклатурные дела уничтожены за истечением сроков хранения предусмотренных приказом МВД РФ от 19.11.1996 №615 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы министерства внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения».
Таким образом, установить факты обращений с жалобами истца на условия содержания в период отбывания наказания, установить наличие сведений в материалах личного дела ФИО1 за период отбывания наказания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю с *** по ***, ФКУ КТБ- УФСИН России по Алтайскому краю с *** по ***, о прохождении им службы в составе внутренних войск МВД СССР-России для применения положений об отдельном отбывании наказания, не представилось возможным в связи с уничтожением документации по истечению сроков хранения.
Самостоятельных доказательств того, что в периоды нахождения истца в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ КТБ- УФСИН России по Алтайскому краю, он обращался с какими-либо жалобами по вопросу условий содержания в исправительном учреждении, по доводам и основаниям, указанным в исковом заявлении суду не представлено.
Оценив все представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что доводы истца, в части указанных им нарушений при его содержании в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ КТБ- УФСИН России по Алтайскому краю, не нашли своего подтверждения в судебном заседании и опровергаются данными, представленными администрацией ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю.
Доводы истца в части условий содержания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, которые, по его мнению, не соответствовали требованиям действующего законодательства, не принимаются судом во внимание, поскольку не подтверждены истцом достаточными допустимыми доказательствами, опровергаются сведениями, указанными в представленных суду документальных данных, действующим на момент его осуждения законодательством.
При этом, доказательств обращения истца в период его содержания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю к администрации учреждения либо в прокуратуру, осуществляющую надзор за соблюдением законов и прав осужденных в исправительных учреждениях на условия содержания в период отбывания наказания, истцом суду не представлено.
В связи с указанным, суд приходит к выводу, что объективных и достоверных доказательств нарушения ответчиками каких-либо неимущественных прав истца, либо его нематериальных благ, содержание истца в условиях в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, предусмотренных для бывших сотрудников правоохранительных органов, а также доказательств наличия вины ответчиков в причинении нравственных или физических страданий истцу в связи с причинением вреда здоровью суду не представлено, в ходе судебного разбирательства не добыто. Доводы истца основаны только на его пояснениях, изложенных в исковом заявлении.
Кроме того, длительное не обращение истца в порядке, установленном законом, за защитой своего нарушенного права, привело к истечению сроков хранения имеющихся номенклатурных дел, регистрационных журналов, их уничтожению, что лишает суд возможности проверить обоснованность доводов истца об установлении у него заболевания именно в период отбывания наказания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, что, в свою очередь, также не позволяет сделать однозначный вывод о наличии причинно-следственной связи между возникновением у истца указанного им заболевания и условиями содержания.
Тем самым, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о компенсации ему морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью в периоды его содержания в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю.
Отказывая в удовлетворении исковых требований в части компенсации морального вреда за вред, причиненный здоровью, суд исходит из отсутствия доказательств совершения сотрудниками ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю действий, повлекших причинение вреда здоровью истца, противоправности действий (бездействия), а также причинно-следственной связи между виновными действиями и наступившим вредом.
Сам по себе факт выявления у истца заболевания «<данные изъяты>» спустя длительное время после водворения в указанные учреждения, не является бесспорным доказательством того, что данные учреждения являются причинителями вреда, а заболевания у истца возникли вследствие его содержания с общей категорией осужденных, а не в исправительном учреждении для бывших работников правоохранительных органов, отдельно от общей категории осужденных.
Установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.
При этом, суд учитывает, что доказательств того, что в периоды нахождения истца в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ КТБ- УФСИН России по Алтайскому краю он обращался с какими-либо жалобами по вопросу законности его отбывания наказания с общей категорией осужденных, а не в исправительном учреждении для бывших работников правоохранительных органов, отдельно от общей категории осужденных, по доводам и основаниям, указанным в исковом заявлении суду не представлено.
Поскольку не установлено нарушений условий содержания истца в период его нахождения в ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ КТБ- УФСИН России по Алтайскому краю, не доказана причинно-следственная связь между бездействием ответчика ФКУ ИК- УФСИН России по Алтайскому краю и приобретенным заболеванием истца, суд полагает необходимым отказать в удовлетворении требований в полном объеме.
При предъявлении иска в суд осужденным не произведена оплата государственной пошлины.
Поскольку в удовлетворении исковых требований истцу отказано, то с него подлежит взысканию государственная пошлина, подлежащая уплате при подаче искового заявления, в сумме 300 руб.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению исправительная колония Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний России, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Рубцовский», Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказать в полном объеме.
Взыскать с ФИО1 (ИНН ) в пользу бюджета Муниципального образования город Рубцовск Алтайского края государственную пошлину в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Рубцовский городской суд.
Председательствующий Р.С. Жданов
Решение суда в окончательной форме изготовлено ***.