Постановление по делу № 1-144/2023 от 06.07.2023

Дело № 1-144/2023

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 июля 2023 года г. Архангельск

Соломбальский районный суд г. Архангельска в составе председательствующего Клонингер И.Л.,

при секретарях Мишуковой Ю.С., Коптяевой Е.П.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г. Архангельска Кононовой И.В.,

представителя ФИО3 – ФИО4,

защитника-адвоката Мыльникова О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в д. <адрес>, умершего ДД.ММ.ГГГГ, гражданина Российской Федерации, со средним образованием, в браке не состоящего, детей на иждивении не имеющего, не трудоустроенного, зарегистрированного и проживавшего по адресу: <адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, обвиняемый по данному уголовному делу, умер 02 октября 2009 года в г. Архангельске (том 2 л.д. 212).

В судебном заседании защитник Мыльников О.В. и представитель ФИО3 – ФИО4 возражали против прекращения уголовного дела в отношении ФИО3 по п. 4 ч. 1 ст. 24, п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ, просили рассмотреть уголовное дело по существу, так как производство по нему необходимо для реабилитации умершего.

По смыслу закона, близкие родственники, настаивающие на продолжении производства по уголовному делу с целью возможной реабилитации умершего, могут реализовать право на судебную защиту чести и доброго имени умершего, а также своих прав и законных интересов.

При этом в рамках судебного разбирательства должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правовая оценка, а также выяснена действительная степень вины (или невиновность) лица в совершении инкриминируемых ему деяния.

По результатам рассмотрения уголовного дела суд установил, что ФИО3 в период с 20 часов 26 сентября 2009 года до 22 часов 27 сентября 2009 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в помещении комнаты по адресу: <адрес>, комната №, в ходе ссоры с ФИО1, возникшей на почве личных неприязненных отношений, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, нанес последней не менее 2 ударов руками и ногами в обуви в область шеи и плеч, не менее 6 ударов руками, ногами в обуви и неустановленным твердым тупым предметом по голове потерпевшей, причинив своими умышленными действиями ФИО1 повреждения характера: осаднений нижней трети шеи, осаднения задней поверхности правого плеча в верхней трети, которые расцениваются как в отдельности, так и в совокупности, как повреждения, не причинившие вред здоровью человека; тупой закрытой травмы головы, выразившейся в кровоподтеке правой глазничной области, правого отдела лобной области и правой щечной области с внутрикожными кровоизлияниями на его фоне; кровоподтеке левой глазничной области, левого отдела лобной области и левой щечной области с внутрикожными кровоизлияниями на его фоне; кровоподтеке верхней губы и нижней трети наружного носа; кровоизлияниях в слизистой оболочке и мягких тканях верхней и нижней губ, расположенных в проекции 2-3-го зубов справа и слева; кровоподтеке правой ушной раковины; кровоподтеке левой ушной раковины; внутрикожных кровоизлияний правой околоушно-жевательной области; кровоизлиянии на внутренней поверхности кожно-мышечного лоскута головы, расположенного в затылочной области слева, сразу от срединной линии; кровоизлиянии на внутренней поверхности кожно-мышечного лоскута головы, расположенного в правых отделах лобной области и правой височной области; субдуральном кровоизлиянии (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку головного мозга), расположенном в проекции полюса и наружной поверхности правой лобной доли, полюса правой височной доли общей массой около 130 гр.; субарахноидальных кровоизлияниях (кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку головного мозга), расположенных на задненаружной поверхности полюса левой затылочной, на наружной поверхности полюса правой височной доли, на наружной поверхности правой лобной доли, закономерно осложнившейся развитием сдавления, отека и дислокации головного мозга, по квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью, имеет прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти ФИО1, которая последовала не позднее 23 часов 40 минут 27 сентября 2009 года около здания ОАО «Соломбальский целлюлозно-бумажный комбинат», расположенного по адресу: <адрес>, при этом окончательный объем тупой закрытой травмы головы, приведшей к смерти ФИО1, обусловлен совокупностью имевших место травмирующих воздействий в области головы потерпевшей, каждое последующее травматическое воздействие усугубляло действие предыдущего, а образующиеся в результате повреждения отягощали друг друга и приводили к увеличению объема внутричерепной травмы, через развитие закономерных осложнений привели к смерти потерпевшей.

Таким образом, своими действиями ФИО3 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей.

В судебном заседании представитель ФИО3 – ФИО4, оспаривая его виновность, сообщила, что с обвинением ФИО3 по ч. 4 ст. 111 УК РФ не согласна, так как считает, что он физически не мог нанести удары ногами своей сожительнице ФИО1, повлекшие ее смерть, поскольку в состоянии алкогольного опьянения он плохо передвигался, хромал на одну ногу. Пояснила, что ее дядя ФИО3 и ФИО1 проживали по адресу: <адрес>, злоупотребляли спиртными напитками. Дома он ходил не в уличной обуви, а в старых резиновых тапках (сланцах). Ей известно, что ФИО3 «поколачивал» ФИО1, она (ФИО4) видела у нее на лице синяки, но ногами он ее не бил. Последний раз она видела дядю и его сожительницу за 2-3 недели до смерти, ФИО3 жаловался, что какие-то люди пытаются «забрать» у него комнату, в которой он зарегистрирован и проживал. Когда он скончался, она видела на его трупе множество кровоподтеков.

Вместе с тем, несмотря на занятую защитником и представителем ФИО3 позицию степень его вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ нашла свое подтверждение в судебном заседании при исследовании доказательств.

Так, из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО4 следует, что ей известно, что ее дядя ФИО3 избивал сожительницу ФИО1, это случалось неоднократно. ФИО1 и ФИО5 ругались между собой на фоне совместного употребления спиртного, алкоголь они употребляли практически каждый день. Она приезжала иногда к ним в гости, видела у ФИО1 на лице синяки, понимала, что ФИО1 избил ФИО5. Каких-то физических недугов у ФИО5 не имелось, он нормально передвигался, ходил, движения были не скованны. Врагов и недоброжелателей у ФИО1 и ФИО5 не имелось, посторонних в квартире у них она никогда не видела. У дяди имелись демисезонные ботинки, подошва с каблуком, летом он мог носить кроссовки. Дома он мог ходить в обуви, это случалось тогда, когда он находился в «запое», злоупотреблял спиртным (том 2 л.д. 31-35).

В судебном заседании ФИО4 сообщила, что данные показания в части отсутствия физического недуга у ФИО3 не соответствуют действительности, при этом пояснила, что протокол допроса читала, подписывала, подписи в протоколе ее.

Однако показания ФИО4, данные ею в ходе судебного следствия в заявленной части противоречий относительно наличия у ФИО6 физического недуга при передвижении, а также в части того, что дома он в уличной обуви не находился, суд отвергает как недостоверные, поскольку они опровергаются совокупностью принятых судом доказательств, а приведенные свидетелем доводы находит несостоятельными по следующим основаниям.

Как установлено судом до начала следственных действий в ходе предварительного расследования ФИО4 разъяснялись процессуальные права, в том числе право, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ, она была предупреждена о возможности использования показаний в качестве доказательств по делу, в том числе в случае последующего отказа от них. Заявления о вынужденном характере своих показаний в ходе допроса от свидетеля не поступало, протокол допроса ею прочитан лично, замечания отсутствовали, что подтверждается ее личными подписями, имеющимися в протоколе допроса. С заявлением о неправомерности действий следователя в правоохранительные и контролирующие органы ФИО4 не обращалась. Протокол ее допроса соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, при этом сообщенные ею сведения об известных ею обстоятельствах объективно подтверждаются и согласуются с показаниями других свидетелей, протоколами осмотра места происшествия, а также заключениями судебно-медицинских экспертиз.

Оценивая показания ФИО4 в указанной части как недостоверные, суд исходит из того, что она является близким родственником ФИО3, а, следовательно, заинтересована в благоприятном исходе дела.

Исходя из изложенного, показания ФИО4, данные ею на стадии предварительного расследования, суд признает относимыми, допустимыми и достоверными и принимает их за основу, поскольку они согласуются с совокупностью представленных стороной обвинения доказательств.

Соседи и знакомые ФИО3 и ФИО1 – свидетели Свидетель №3 С.Н., Свидетель №1, Свидетель №4 при допросах сообщили, что <адрес>, в котором проживали ФИО3 и ФИО1 деревянный, коммунального типа, слышимость в доме очень хорошая. Охарактеризовали ФИО1 как тихую, спокойную, неконфликтную, а ФИО3 - как агрессивного, вспыльчивого, конфликтного, особенно в состоянии алкогольного опьянения. Допрошенные лица пояснили, что ФИО3 и ФИО1 злоупотребляли спиртным, ФИО3 неоднократно избивал ФИО1, они часто видели у нее на лице телесные повреждения, которые с ее слов ей причинял ее сожитель ФИО3 ФИО1 жаловалась только на ФИО3, о совершении в отношении нее противоправных действий другими лицами не сообщала (том 1 л.д. 109-110, 213-218, 235-240, том 2 л.д. 7-11).

Помимо этого свидетель Свидетель №3 С.Н. сообщил, что ФИО3 передвигался нормально, осенью носил ботинки (том 2 л.д. 7-11).

Свидетель Свидетель №1 кроме того свидетельствовала, что лично видела, как ФИО3 часто избивал ФИО1, нанося ей удары руками по голове и телу, а иногда и палкой. Когда ФИО3 находился в «запое», дома было грязно и он ходил по дому в обуви (том 1 л.д. 213-218).

Свидетель Свидетель №2 на стадии предварительного следствия также подтвердил агрессивный характер ФИО3, частое причинение ФИО3 телесных повреждений ФИО1 в результате нанесения ей ударов, при этом в сентябре 2009 года являлся непосредственным очевидцем нанесения ФИО3 удара кулаком в область лица ФИО1, отчего последняя упала на пол. Указал, что ФИО6 передвигался хорошо, руки и ноги у того полностью функционировали. Сообщил, что 27 сентября 2009 года днем у подъезда <адрес> видел ФИО1, она выглядела расстроенной, на ее лице в области обеих щек и глаз имелись «свежие» синяки. Она рассказала ему (Свидетель №2), что её избил ФИО3 ФИО1 никогда не жаловалась на других людей, а жаловалась только на своего сожителя ФИО3 (том 1 л.д. 117-119, 219-224).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №2 подтвердил показания, данные им на стадии следствия, в том числе отсутствие хромоты у ФИО3 и наличие днем 27 сентября 2009 года у ФИО1 синяков на лице, которые, с ее слов, ей причинил ФИО3 в результате нанесения ударов. Он (Свидетель №2) ориентируется в окраске кровоизлияний, пояснил, что синяки были темного цвета, то есть «свежие».

Свидетель Свидетель №3, проживавший в <...> также подтвердил агрессивный характер ФИО3, а также то, что ФИО1 не раз жаловалась на ФИО3, что тот применяет к ней физическую силу, часто ходила с телесными повреждениями на лице. Сообщил, что 27 сентября 2009 года около 08 часов он (Свидетель №3) видел ФИО1, при этом на ее лице телесные повреждения в виде гематом, ссадин, кровоподтеков отсутствовали. В вечернее время, но до 19 часов, он вышел в общий коридор дома, чтобы покурить и, находясь в коридоре около комнаты, где проживали ФИО3 и ФИО1, слышал, как в их комнате ФИО1 кричала: «Мне больно! Прекрати меня бить!». В комнате на тот момент ФИО1 и ФИО3 находились одни, других голосов он не слышал. Позднее, в период с 20 до 22 часов он видел, как из комнаты ФИО3 вышли ФИО1 и мужчина по имени Альберт, ФИО1 сказала, что пошла за спиртом. В связи с тем, что в общем коридоре плохое освещение он (Свидетель №3) не видел, были ли на лице ФИО1 телесные повреждения. Больше ее он не видел, впоследствии узнал, что она умерла. ФИО1 никогда не жаловалась, что кто-либо другой, в том числе Альберт, совершал в отношении нее противоправные действия, всегда жаловалась только на ее избиение ФИО3 (том 1 л.д. 120-123, 227-234).

Из оглашенных на основании п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО10 следует, что в период с июля по сентябрь 2009 года он проживал по адресу: <адрес> у ФИО3 и ФИО1 ФИО3 он охарактеризовал как вспыльчивого, агрессивного человека, особенно в состоянии алкогольного опьянения. Он (ФИО10) с утра уходил на работу, а вечером, когда возвращался, то видел ФИО3 и ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, при этом ФИО1 зачастую была избита. С ее слов ее бил ФИО3 Он (ФИО10) много раз видел избитую ФИО1, при этом она постоянно жаловалась на ФИО3 Последний раз он видел ФИО1 27 сентября 2009 года вечером около их дома <адрес>. Так как на улице было темно, он не разглядел на ее лице синяков, но она находилась в подавленном состоянии, чувствовала себя плохо. Сказала, что ее избил ФИО3, так как она отказала тому в покупке спирта. При этом ФИО1 жаловалась на боли в голове и потерю ориентации в пространстве. После этого он прошел в комнату к ФИО3 и спросил его, зачем он избил ФИО1, на что ФИО3 ответил, что она ему надоела. Он (ФИО10) также пояснил, что в течение 2 дней до их последней встречи 27 сентября 2009 года ФИО3 при нем избивал ФИО1, наносил ей удары по голове (том 1 л.д. 215-127).

В ходе проверки показаний на месте свидетель ФИО10 подтвердил данные им показания, добавив, что после того, как вечером 27 сентября 2009 года он встретил ФИО1, чувствовавшую себя плохо и пояснившую, что ее избил ФИО3, он (ФИО10) прошел в комнату к ФИО3, где последний подтвердил, что он действительно нанес удары ФИО1, сообщив, что «надавал ей по башке» (том 1 л.д. 128-135).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №7 27 сентября 2009 года около 22 часов он ехал на своем автомобиле по ул. Кировская в г. Архангельске. Проезжая мимо административного здания «СЦБК», на обочине он увидел как двое людей стояли и пытались поднять третьего, лежащего на земле. Насилие к лежащему человеку никто не применял, ударов не наносил. Кто это были – мужчины или женщины, он не видел. Через 20 минут он ехал обратно и в этом же месте увидел, что на траве возле дороги лежит женщина, на животе лицом вниз. Он остановился, подошел к женщине, она была мертва. Имелись ли у нее телесные повреждения, не видел, так как ее не трогал. О случившемся сообщил охранникам СЦБК (том 1 л.д. 106-108, том 2 л.д. 27-30).

Показания свидетелей объективно согласуются и с другими письменными материалами уголовного дела.

В ходе осмотра места происшествия зафиксирована обстановка в комнате <адрес> (том 1 л.д. 46-48).

В ходе осмотра места происшествия от 27 сентября 2009 года, начатого в 23 часа 40 минут, зафиксирована обстановка на участке местности около дома <адрес>, где в нескольких метрах от проходной здания ОАО «СЦБК» обнаружен труп женщины с телесными повреждениями в области шеи и головы. Труп находится в положении лежа на животе. На фототаблице к протоколу осмотра места происшествия отображено наличие травы и листвы на данном участке местности, а также отсутствие грязи, грунта на шее и лице трупа (том 1 л.д. 32-40).

Личность женщины, труп которой обнаружен около дома <адрес>, установлена как ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения (том 1 л.д. 54).

Осмотром изъятой в ходе выемки в ГУЗ «ОБСМЭ» одежды с трупа ФИО1 обнаружено наличие на жакете и носке крови человека, одежда ФИО1 - туфли, брюки, жакет, носки признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (том 1 л.д. 157-159, 160-162, 163, том 2 л.д. 83-97, 98-99).

Наличие крови на жакете и носке ФИО1 подтверждено заключением эксперта № 1953 от 17 января 2023 года (том 1 л.д. 130-131).

Из заключения эксперта № 28-02/23 (экспертизы по материалам дела) от 01 февраля 2023 года следует, что на трупе ФИО1 выявлены повреждения характера: осаднений нижней трети шеи, осаднения задней поверхности правого плеча в верхней трети, которые расцениваются как в отдельности, так и в совокупности, как повреждения, не причинившие вред здоровью человека; тупой закрытой травмы головы, выразившейся в кровоподтеке правой глазничной области, правого отдела лобной области и правой щечной области с внутрикожными кровоизлияниями на его фоне; кровоподтеке левой глазничной области, левого отдела лобной области и левой щечной области с внутрикожными кровоизлияниями на его фоне; кровоподтеке верхней губы и нижней трети наружного носа; кровоизлияниях в слизистой оболочке и мягких тканях верхней и нижней губ, расположенных в проекции 2-3-го зубов справа и слева; кровоподтеке правой ушной раковины; кровоподтеке левой ушной раковины; внутрикожных кровоизлияний правой околоушно-жевательной области; кровоизлиянии на внутренней поверхности кожно-мышечного лоскута головы, расположенного в затылочной области слева, сразу от срединной линии; кровоизлиянии на внутренней поверхности кожно-мышечного лоскута головы, расположенного в правых отделах лобной области и правой височной области; субдуральном кровоизлиянии (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку головного мозга), расположенном в проекции полюса и наружной поверхности правой лобной доли, полюса правой височной доли общей массой около 130 гр.; субарахноидальных кровоизлияниях (кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку головного мозга), расположенных на задненаружной поверхности полюса левой затылочной, на наружной поверхности полюса правой височной доли, на наружной поверхности правой лобной доли, закономерно осложнившейся развитием сдавления, отека и дислокации головного мозга, по квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью, имеет прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти ФИО1

Тупая закрытая травма головы могла образоваться в период от нескольких (два и более) часов до 1 суток до наступления смерти потерпевшей, осаднения - в период 12-24 часов до наступления смерти потерпевшей. Окончательный объем тупой закрытой травмы головы образовался в результате не менее чем 6 воздействий тупого твердого предмета (предметов), происходивших по механизму ударного (импрессионного) действия сил. Помимо сливных кровоподтеков лица на их фоне определяются группы внутрикожных мелкоточечных кровоизлияний, расположенные в виде геометрических фигур, повреждения подобного характера на лицах погибших возникают в результате ударных воздействий подошв обуви постороннего человека. Судебно-медицинская экспертная комиссия исключает возможность образования повреждений в области головы ФИО1 в результате падения (падений) с высоты собственного роста). Осаднения могли образоваться от не менее чем двух травмирующих воздействий на переднюю, передне-левую поверхность шеи и в область задней поверхности правого плеча.

Смерть ФИО1 могла наступить в период до 4-х часов до фиксации трупных изменений на месте происшествия 27 сентября 2009 года. У потерпевшей после получения тупой закрытой травмы головы был «светлый» промежуток, во время которого она могла сохранять способность к совершению самостоятельных активных действий вплоть до развития угрожающего состояния – отека головного мозга и дислокационного синдрома, при этом длительность данного «светлого» промежутка составляла от нескольких часов до 1 суток до наступления смерти. Концентрация этанола в крови и моче потерпевшей свидетельствует, что назадолго до наступления смерти она употребляла алкоголь, при этом находилась в состоянии сильной степени алкогольной интоксикации.

При наружном исследовании одежды, находящейся на трупе ФИО1, каких-либо наложений не обнаружено (том 2 л.д. 107-125).

Судебно-медицинский эксперт ФИО11 при допросе в судебном заседании подтвердила сделанные ею в ходе экспертизы выводы, пояснила, что каких-либо повреждений в области головы ФИО1, являющихся характерными для инерционной травмы головы, то есть травмы в результате падения, не установлено. Тупая закрытая травма головы у ФИО1 могла образоваться в результате не менее 6 ударных воздействий тупого твердого предмета, но ударных воздействий могло быть и больше, поскольку они наслаивались друг на друга. Исследовав в ходе экспертизы фотоснимки трупа ФИО1, эксперты пришли к выводу о наличии на ее лице кровоизлияний, расположенных в виде геометрических фигур, то есть на ее лице отобразились рельефы подошвы обуви. Таких ударов, нанесенных рельефом обуви, было много, при этом человек, наносивший удары не обязательно должен был обладать большой силой. При нанесении таких ударов потерпевший как правило находится в положении лежа. Обнаруженное у трупа ФИО1 субдуральное кровоизлияние около 130 гр., является достаточно большим объемом и требует значительного времени для образования такого сгустка крови. В течение времени, пока данный объем кровоизлияния образовывался, потерпевшая имела способность активно передвигаться, при этом могла жаловаться на головные боли. Такой период, когда ФИО1 сохраняла способность к передвижению, составлял от 2 часов до 1 суток после причинения ей повреждений до наступления смерти, пока шло нарастание травматического отека.

Проанализировав все представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о причастности ФИО3 к описанному и установленному судом преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Факт умышленного причинения ФИО3 тяжкого вреда здоровью его сожительнице ФИО1 подтверждается исследованными материалами дела, заключениями судебных экспертиз, протоколами осмотров мест происшествий, вещественных доказательств, показаниями свидетелей и сомнений у суда не вызывает.

Все указанные доказательства являются полными, подробными, противоречий не имеют, взаимно дополняют друг друга и согласуются между собой, а поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и относятся к существу предъявленного ФИО3 обвинения, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными.

Экспертами сделан вывод об образовании у ФИО1 осаднений шеи и плеча от не менее чем 2 травмирующих воздействий твердого тупого предмета, а тупой закрытой травмы головы - в результате не менее 6 ударных воздействий твердого тупого предмета (к которым можно отнести руку или ногу человека), при этом обнаружение на лице ФИО1 мелкоточечных кровоизлияний, расположенных в виде геометрических фигур, свидетельствует о нанесении ей ударных воздействий подошвой обуви. Образование повреждений в области головы ФИО1 в результате падения (падений) с высоты собственного роста экспертами исключено. Период, когда ФИО1 сохраняла способность к самостоятельному передвижению и активным действиям до наступления смерти, составлял от 2 часов до 1 суток после причинения ей повреждений.

Выводы экспертов основаны на всесторонней оценке обстоятельств дела, изучении всех материалов дела, проведенных исследований. Результаты проведенных по делу экспертиз соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, имеют четкие, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные вопросы и объективно подтверждаются обстоятельствами дела.

Установленная в результате экспертных исследований давность образования обнаруженных у ФИО1 телесных повреждений, в том числе приведших к ее смерти, соответствует указанному в обвинении времени совершения ФИО3 преступления.

Выводы указанной экспертизы полностью согласуются с собранными по делу доказательствами, поэтому у суда нет оснований сомневаться в достоверности этих выводов.

Так, выводы экспертов о давности получения ФИО1 тупой закрытой травмы головы, приведшей к смерти, осаднений шеи и плеча, а также о способности потерпевшей к передвижению в определенный период времени в полном объеме согласуются с показаниями свидетелей ФИО12, Свидетель №3, ФИО10

Свидетель Свидетель №2 видел ФИО1 27 сентября 2009 года днем, на ее лице в области обеих щек и глаз имелись «свежие» кровоподтеки, при этом она рассказала ему, что её избил ФИО3

Вечером этого же дня, до 19 часов, свидетель Свидетель №3, находясь в общем коридоре дома, в котором проживали ФИО3 и ФИО1, слышал из их комнаты крики ФИО1 о том, что ей больно, она просила прекратить ее бить, при этом свидетель других голосов, кроме ее и ФИО3 не слышал, вопреки доводам защитника, свидетель сообщил, что в комнате на тот момент ФИО1 и ФИО3 находились одни.

Допрошенные в качестве свидетелей Свидетель №3 С.Н., Свидетель №1, Свидетель №4 подтвердили, что слышимость в доме очень хорошая.

Свидетель ФИО10 свидетельствовал, что в течение 2 дней до 27 сентября 2009 года ФИО3 при нем избивал ФИО1, нанося ей удары по голове. В тот день 27 сентября 2009 года, вечером свидетель встретил ФИО1 на улице, поскольку было темно, он не разглядел на ее лице синяков, но последняя находилась в подавленном состоянии, чувствовала себя плохо. Сказала, что ее избил ФИО3, жаловалась на боли в голове и потерю ориентации в пространстве. После этого ФИО10 прошел в комнату к ФИО3 и спросил его, зачем он избил ФИО1, на что ФИО3 подтвердил нанесение ФИО1 ударов по голове и ответил, что она ему надоела.

Все допрошенные свидетели по делу, в том числе и представитель ФИО3 – ФИО4, сообщили о периодическом применении ФИО3 физической силы в отношении ФИО1 и наличии у нее от этого телесных повреждений. Кроме того, допрошенные свидетели указывали на то, что ФИО1 жаловалась только на противоправные действия со стороны ФИО3, о других лицах никогда не говорила.

Поскольку период, когда ФИО1 сохраняла способность к самостоятельному передвижению и активным действиям, составлял от 2 часов до 1 суток после причинения ей повреждений до наступления смерти, а также учитывая отсутствие грязи и грунта на голове и шее трупа ФИО1 на месте его обнаружения и отсутствие наложений, грязи на одежде трупа при наличии на участке местности с учетом времени года листвы и травы, суд приходит к выводу о том, что повреждения, повлекшие смерть ФИО1, были причинены ей не в месте обнаружения трупа.

Несмотря на доводы стороны защиты об отсутствии прямых очевидцев совершенного преступления, показания свидетелей ФИО12 и ФИО10, которым ФИО1 27 сентября 2009 года сообщила об ее избиении ФИО3, и свидетеля Свидетель №3, слышавшего 27 сентября 2009 года крики ФИО1 из ее комнаты о том, что ей больно с просьбой прекратить избиение, в согласовании с заключением экспертов и показаниями эксперта, данными в судебном заседании, о давности образования повреждений свидетельствуют о причастности ФИО3 к причинению ФИО1 по месту жительства телесных повреждений, от которых наступила ее смерть.

Доводы стороны защиты и ФИО4 о том, что ФИО3 не мог нанести ФИО1 удары ногами по голове, поскольку плохо передвигался, хромал на одну ногу, особенно находясь в состоянии алкогольного опьянения, опровергаются показаниями свидетелей Свидетель №5, Свидетель №2, сообщивших об отсутствии хромоты и нарушений в функционировании рук и ног ФИО3, а также показаниями самой ФИО4, данных на стадии предварительного следствия и взятых судом за основу.

Вопреки доводам стороны защиты, о том, что отображение на лице ФИО1 кровоизлияний от рельефов подошвы обуви, должно было образоваться от нанесения ударов со значительной силой, которой не обладал ФИО3 ввиду его состояния здоровья и возраста, судебно-медицинский эксперт в ходе судебного заседания сообщила, что при нанесении таких ударов человек не обязательно должен был обладать большой силой, для отображения подошвы обуви на лице достаточно, чтобы удар был резким.

Нахождение, по мнению стороны защиты, ФИО3 дома в старых резиновых домашних тапках без рельефа подошвы опровергается показаниями свидетеля Свидетель №1, а также показаниями самой ФИО4, данными на стадии следствия, сообщившими, что когда ФИО2 находился в «запое», он ходил дома в обуви. Свидетель Свидетель №3 С.Н. свидетельствовал, что ФИО3 осенью носил ботинки, а свидетель ФИО4 сообщила, что ее дядя был одет по сезону, у него имелись демисезонные ботинки, подошва с каблуком.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевшая могла быть избита неизвестными, опровергаются совокупностью исследованных по уголовному делу доказательств, а также показаниями свидетелей, сообщивших, что у ФИО1 ни с кем, кроме ФИО3, конфликтов не было.

Причин, которые бы указывали на заинтересованность свидетелей в оговоре ФИО3, судом не установлено и объективных данных в подтверждение этому сторонами суду не представлено. Указанные участники процесса были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой. Оснований не доверять их показаниям у суда не имеется, так как они подробные и непротиворечивые, при этом объективно подтверждены иными представленными стороной обвинения доказательствами.

Доводы ФИО4 о возможной причастности к смерти ФИО1, а также к смерти самого ФИО3, лиц, которые хотели завладеть комнатой последнего, опровергаются сведениями из ГУЗ «АОБСМЭ» и постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, согласно которым смерть ФИО3 носила ненасильственный характер, наступила в результате кардиомиопатии и сердечной недостаточности, а также данными, свидетельствующими о том, что регистрации по месту жительства в комн. <адрес> ФИО1 не имела, какие-либо имущественные права на данную комнату, имеющие по мнению ФИО4 интерес для посторонних лиц, у нее отсутствовали.

Из показаний свидетелей следует, что постоянные конфликты между ФИО3 и ФИО1 были на почве употребления спиртного, ФИО10 кроме того сообщил, что 27 сентября 2009 года в вечернее время ФИО1 сказала ему об ее избиении ФИО3 ввиду отказа в покупке спирта. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что преступление совершено ФИО3 из личной неприязни к потерпевшей в ходе ссоры с ней.

Характер и последовательность действий ФИО3, количество, способ, локализация нанесенных им ударов – в область расположения жизненно-важных органов человека – голову и шею потерпевшей, со всей очевидностью свидетельствуют о том, что ФИО3 действовал умышленно, желая причинить тяжкий вред здоровью ФИО1

Анализируя доказательства, исследованные в судебном заседании, суд вопреки доводам защитника не усматривает каких-либо противоречий, которые должны толковаться в пользу ФИО3

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО3 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно ч. 1 ст. 254 УПК РФ, регламентирующей прекращение уголовного дела или уголовного преследования в судебном заседании, суд прекращает уголовное дело в случаях, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в п.п. 3-6 ч. 1, ч.2 ст. 24 и п. 3-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению в случае смерти подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

Согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемый по данному уголовному делу, умер ДД.ММ.ГГГГ в г. Архангельске.

Представитель ФИО3 – ФИО4 заявила о невиновности ФИО3, возражала против прекращения уголовного дела в отношении него на стадии предварительного следствия, в связи с чем было продолжено производство по делу.

В ходе судебного разбирательства установлены все обстоятельства происшедшего, выяснена действительная степень вины ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

В Постановлении Конституционного суда РФ от 14 июля 2011 года № 16-П указано, что в рамках судебного разбирательства должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правовая оценка, а также выяснена действительная степень вины (или невиновность) лица в совершении инкриминируемого ему деяния. Рассмотрев уголовное дело по существу в обычном порядке (с учетом особенностей, обусловленных физическим отсутствием такого участника судебного разбирательства, как подсудимый), суд должен либо, придя к выводу о невиновности умершего лица, вынести оправдательный приговор, либо, не найдя оснований для его реабилитации, прекратить уголовное дело на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ст. 254 УПК РФ.

Таким образом, оснований для реабилитации умершего ФИО3 по данному уголовному делу в ходе судебного разбирательства не установлено, а установлена действительная степень его вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в связи с чем уголовное дело в отношении ФИО3 подлежит прекращению на основании п. 4 ч. 1 ст. 24, ч. 1 ст. 254 УПК РФ в связи со смертью обвиняемого.

Согласно ч. 3 ст. 24 УПК РФ прекращение уголовного дела влечет за собой одновременно прекращение уголовного преследования.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства после вступления постановления в законную силу:

- туфли, носки, брюки, жакет ФИО1, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Соломбальскому округу г. Архангельск СУ СК РФ по Архангельской области и НАО, - надлежит уничтожить (том 1 л.д. 163, том 2 л.д. 98).

Процессуальные издержки – суммы, выплаченные адвокату за оказание юридической помощи по назначению в ходе предварительного следствия в размере 5 304 рубля (том 3 л.д. 8), в судебном заседании в размере 23 868 рублей, а всего в размере 29 172 рублей 00 копеек, в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УПК РФ подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 24, ч. 1 ст. 254 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное дело и уголовное преследование по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, прекратить в связи со смертью обвиняемого, на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

По вступлению постановления в законную силу вещественные доказательства:

Процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи по назначению, в размере 29 172 рублей 00 копеек возместить за счет средств федерального бюджета.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Соломбальский районный суд г. Архангельска в течение 15 суток со дня вынесения.

Председательствующий И.Л. Клонингер