УИД №

Дело № ДД.ММ.ГГГГ

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Мончак Т.Н.,

при секретаре Бурдиной Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО19 (далее – ФИО19) к ФИО6 о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

Представитель ФИО19 обратился в суд с данным иском к ФИО6, указав, что ответчик исполнял обязанности председателя ФИО19 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик не передал необходимые учредительные документы, в связи с этим новый председатель был зарегистрирован в ЕГРЮЛ лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Фактически ФИО6 исполнял обязанности Председателя ФИО19 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Новым правлением ФИО19 выявлены убытки, причиненные Товариществу по вине ФИО6 при исполнении им полномочий председателя ФИО19 на общую сумму <данные изъяты> руб.: необоснованные переводы денежных средств с расчётного счета ФИО19, штрафные санкции, выплаченные в пользу контрагентов ФИО19, расходы на оплату зарплаты работнику ФИО12

С учетом изложенного истец просил взыскать с ФИО6 в пользу ФИО19 убытки в размере <данные изъяты> рублей.

Впоследствии истец отказался от части требований о взыскании убытков в размере <данные изъяты> рублей, касающихся переводов денежных средств в связи с оплатой заработной платы бухгалтеру ФИО12, переводов в пользу ФИО29, частично переводов в пользу ФИО30 и ФИО14, о чем представил письменное заявление. Производство по делу в части требований о взыскании с ответчика убытков в сумме <данные изъяты> рублей подлежит прекращению в силу ст. 220 ГПК РФ.

Уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец просил взыскать с ответчика убытки в сумме <данные изъяты> рублей, которые состоят из: денежных средств, выплаченных ФИО6 (<данные изъяты>); премий членам Правления ФИО19 (<данные изъяты>); денежных переводов в пользу ФИО14 (<данные изъяты>.); денежного перевода в пользу ИП ФИО13 (<данные изъяты>.); денежного перевода в пользу ФИО19 (<данные изъяты>.); денежного перевода в пользу ИП ФИО15 (<данные изъяты>.); штрафных санкций, выплаченных товариществом ФИО33 (<данные изъяты>.).

Представитель истца – адвокат ФИО18 в судебное заседание явился, уточнённые исковые требования поддержал.

Представитель ответчика по доверенности ФИО16 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска.

Суд, изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующему.

Юридическое лицо ФИО19 зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, что отражено в выписке из ЕГРЮЛ.

В период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ФИО19 было проведено внеочередное общее собрание путем заочного голосования.

Решением внеочередного общего собрания ФИО19 (протокол № от ДД.ММ.ГГГГ) председателем ФИО19 избран ФИО2.

Решением Гатчинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения <адрес> судом ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении требований ФИО6 о признании недействительными решений общего собрания членов СНТ по вопросам повестки дня, принятых в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и оформленных протоколом от ДД.ММ.ГГГГ отказано.

ДД.ММ.ГГГГ налоговым органом произведена государственная регистрация изменений в ЕГРЮЛ – внесены изменения о смене председателя Правления ФИО19 (л.д.<данные изъяты>).

В соответствии с ч. 1 ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 217-ФЗ "О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" председатель товарищества действует без доверенности от имени товарищества, в том числе имеет право, в том числе:

- первой подписи под финансовыми документами, которые в соответствии с уставом товарищества не подлежат обязательному одобрению правлением товарищества или общим собранием членов товарищества;

- подписывать документы товарищества, в том числе одобренные решением общего собрания членов товарищества, а также протоколы заседания правления товарищества;

- заключать сделки, открывать и закрывать банковские счета, совершать иные операции по банковским счетам, в том числе на основании решений общего собрания членов товарищества и правления товарищества, в случаях, если принятие решений о совершении таких действий относится к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества или правления товарищества.

Закон N 217-ФЗ положений об ответственности председателя не предусматривает.

Устав ФИО19 утверждённый ДД.ММ.ГГГГ, устанавливает ответственность председателя товарищества, членов правления перед товариществом за убытки, вызванные их действиями (бездействием). Председатель правления и члены правления при выявлении финансовых злоупотреблений или нарушений могут привлекаться к дисциплинарной, материальной, административной или уголовной ответственности в соответствии с законодательством (п.<данные изъяты> Устава).

Статьей 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (ч. 1 ст. 53.1 ГК РФ).

В соответствии с ч. 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Таким образом, гражданская (материальная) ответственность председателя ФИО19 наступает в силу положений ст. ст. 15, 53.1 ГК РФ. В случае причинения убытков товариществу виновными действиями председателя к нему могут быть предъявлены исковые требования о возмещении убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Учитывая, что полная материальная ответственность руководителя организации за ущерб, причиненный организации, наступает в силу закона (ст. 277 ТК РФ), работодатель вправе требовать возмещения ущерба в полном размере независимо от того, содержится ли в трудовом договоре с этим лицом условие о полной материальной ответственности. При этом вопрос о размере возмещения ущерба (прямой действительный ущерб, убытки) решается на основании того федерального закона, в соответствии с которым руководитель несет материальную ответственность (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю").

Согласно абзаца 2 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" в соответствии с ч. 1 ст. 277 ТК РФ руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

Под прямым действительным ущербом согласно ч. 2 ст. 238 ТК РФ понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела <данные изъяты> ТК РФ (гл. 37 "Общие положения" и 39 "Материальная ответственность работника").

Руководитель организации (в том числе бывший) на основании ч. 2 ст. 277 ТК РФ возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Исходя из вышеуказанных норм права и разъяснений, руководитель несет ответственность именно в виде возмещения убытков, причиненных его виновными действиями, при установлении их недобросовестности и неразумности, по правилам гражданского законодательства.

Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (статья 15 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 ст. 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, могут нести ответственность по возмещению прямого действительного ущерба, причиненного организации, в порядке привлечения к материальной ответственности работника организации либо по возмещению убытков, причиненных по их вине юридическому лицу, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей они действовали недобросовестно или неразумно.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю только причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (части первая и вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Причем за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации), материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть вторая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Перечень таких случаев приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Однако во всех случаях рассмотрения дел о взыскании с работника в пользу работодателя суммы причиненного ущерба суды с учетом положений пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" должны учитывать, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Таким образом, исходя из указанных законоположений в их системном единстве применительно к заявленному ФИО19 спору, должно быть доказано наличие у ФИО19 прямого действительного ущерба, противоправность действий (бездействия) работника ФИО6, наличие причинно-следственной связи между его противоправным действием (бездействием) и имущественным ущербом у работодателя, вина ФИО6 в совершении противоправного действия (бездействия), и только в этом случае возникнет материальная ответственность работника перед работодателем в виде обязанности возмещения причиненного ущерба.

В рассматриваемом случае все элементы юридического состава, при которых у работника возникает материальная ответственность перед работодателем, не доказаны.

Так, из выписки операций по лицевому счету ФИО19 (л.д.<данные изъяты>) усматривается, что ответчику ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ перечислены денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей с назначением платежа: «В подотчет на юридическое сопровождение»; ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей с назначением платежа: «<данные изъяты>».

В обоснование требований в указанной части истец ссылался на то, что расходование полученных ответчиком подотчетных денежных средств в размере <данные изъяты> руб. надлежащим образом не подтверждено. Указанные денежные средства перечислялись ФИО6 под отчет и на указанные суммы в правление не были представлены авансовые отчеты.

Вместе с тем, в соответствии с положениями статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", само по себе отсутствие документального подтверждения расходования ФИО6 полученных со счета ФИО19 денежных средств в сумме <данные изъяты> руб. основанием для взыскания с него указанных сумм не являются, доказательств истребования у ответчиков письменных объяснений для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба истцом не представлено, несоблюдение ФИО19 предусмотренного порядка привлечения работника (бывшего работника) к материальной ответственности исключает возложение на него материальной ответственности.

Бремя доказывания наличия совокупности обстоятельств, являющихся основанием для возложения материальной ответственности, законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Вместе с тем, допустимых и относимых доказательств соблюдения работодателем установленного нормами трудового права порядка привлечения работника к материальной ответственности истцом суду не представлено.

Также отсутствуют доказательства того, что работы (товары, услуги), на оплату которых в интересах работодателя под отчет выдавались денежные средства, фактически не произведены.

ДД.ММ.ГГГГ со счета ФИО19 были выплачены премии за ДД.ММ.ГГГГ членам Правления ФИО19 в общей сумме <данные изъяты> рублей: ФИО3 <данные изъяты> р.), ФИО4 (<данные изъяты> р.), ФИО5 (<данные изъяты> р.), ФИО6 (<данные изъяты> ФИО7 (<данные изъяты>.), ФИО8 (<данные изъяты> р.), ФИО9 (<данные изъяты> р.).

Выплата вознаграждения (поощрения) членам правления предусмотрена п.п<данные изъяты> Устава ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ. Как пояснил ответчик, указанные расходы были отражены в смете, которая утверждена протоколом от ДД.ММ.ГГГГ (л.д<данные изъяты>). Доказательств обратного истцовой стороной не представлено.

В период ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО14, лица, действующего в интересах ФИО19 на основании доверенности, со счета ФИО19 были переведены денежные средства (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) с назначением платежа «оказание юридических услуг, оплата по договору от ДД.ММ.ГГГГ №»

ДД.ММ.ГГГГ со счета ФИО19 переведено <данные изъяты> рублей в пользу ИП ФИО13

Со счета ФИО19 в пользу ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ переведена денежная сумма <данные изъяты>. «оплата по заказу клиента № согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ.», ДД.ММ.ГГГГ денежная сумма <данные изъяты> руб. «за строительно-монтажные работы по договору № от ДД.ММ.ГГГГ.», ДД.ММ.ГГГГ денежная сумма <данные изъяты> руб. «оплата по счету № от ДД.ММ.ГГГГ за неисключительные права на использование ПО для ЭВМ по лицензионному договору.

Со счета ФИО19 в пользу ИП ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ переведена денежная сумма в размере <данные изъяты> рублей « по договору <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ за постановку и монтаж систем видеонаблюдения».

В отношении переводов на сумму <данные изъяты> руб. от ДД.ММ.ГГГГ, на сумму <данные изъяты> руб. от ДД.ММ.ГГГГ, на сумму <данные изъяты>. от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют акты оказанных услуг по договору, сам договор от ДД.ММ.ГГГГ №. Представлен договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный со ФИО13 В комплекте документов нет доказательств оказания услуг ФИО13 на сумму <данные изъяты> рублей. Ответчик не представил доказательств выполнения каких-либо работ/услуг со стороны ФИО19, ИП ФИО15 Документы от ФИО19 ИП ФИО15 в ответ на запросы суда также не поступили.

Вместе с тем, указанные расходы не могут быть расценены как убытки, причиненные работником, так как денежные средства получены не ФИО6, а исполнителями по договору на юридические услуги СНТ, как указал ответчик, услуги были оказаны (установлены счетчики АСКУД, видеонаблюдение и т.д.).

Истцом не было представлено доказательств обращения к ИП ФИО13, ФИО19, ИП ФИО15 для истребования договоров. Если у истца имеются претензии по качеству оказанных услуг, он не лишен возможности предъявить их непосредственно исполнителям.

Доводы истца о том, что согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 оказаны услуги на сумму <данные изъяты> рублей за подготовку и подачу искового заявления к члену ФИО19 ФИО17 (судебный участок №), однако согласно сведениям, размещенным на сайте мировых судей Санкт- Петербурга исковое заявление к ФИО1 в 41 судебный участок от имени ФИО19 не подавалось, сумма в размере <данные изъяты> рублей за составление реестра членов ФИО19 была переведена ФИО14 уже после проведения собрания инициативной группой ДД.ММ.ГГГГ, на котором был избран новый председатель ФИО19, не могут служить основанием для взыскания указанной суммы с ФИО6

В отношении ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ был вынесен судебный приказ в пользу ФИО19

Относительно составления реестра и подготовки проекта новой редакции устава ответчик дал следующие пояснения. Указанные документы были подготовлены в ДД.ММ.ГГГГ для собрания ДД.ММ.ГГГГ. Устав в новой редакции был роздан в ДД.ММ.ГГГГ для ознакомления всем старшим по линиям для голосования по его принятию на собрании в ДД.ММ.ГГГГ <адрес> внеочередное собрание инициативной группой было проведено в ДД.ММ.ГГГГ что воспрепятствовало утверждению устава в новой редакции на ДД.ММ.ГГГГ г.

При этом материалы дела не содержат объективных и достоверных доказательств, подтверждающих отсутствие у истца необходимой первичной документации для проведения надлежащей оценки финансовой деятельности ответчика.

Решением Фрунзенского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № отказано в удовлетворении исковых требований ФИО19 к ФИО6 в части истребования хозяйственных договоров, бухгалтерской документации ФИО19

Суд полагает необходимым отметить, что ФИО2 в качестве нового председателя ФИО19 был зарегистрирован в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ, в суд с настоящим иском обратился лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть в последний день срока исковой давности и в течение указанного времени никаких претензий относительно причиненного ущерба не заявлял.

Отсутствие указанных документов лишает ответчика возможности доказать свою добросовестность при осуществлении хозяйственной деятельности в должности председателя правления товарищества, что в свою очередь свидетельствует о бездоказательности доводов истца о виновности и противоправности таких действий ответчика.

Что касается убытков в виде оплаченной неустойки в пользу ФИО33 суд приходит к следующему.

Истец указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда в ЕГРЮЛ председателем был указан ФИО6, Товариществу была начислена неустойка за просрочку оплаты электроэнергии в пользу ФИО33» в размере <данные изъяты> рубль.

Доводы истца о том, что ФИО6, имея фактическую возможность оплатить счета за электроэнергию, не сделал этого, опровергаются ответом ФИО71 на запрос суда о том, что по обращению ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ принято отрицательное решение по причине: «Требуется предоставить протокол общего собрания членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения (собрания уполномоченных) об избрании Председателя Правления из состава Правления на актуальную дату».

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 1, 2, 3, 4, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, в настоящем случае оснований полагать, что ФИО6 как руководитель ФИО19 совершил явно неразумные и недобросовестные действия, направленные в ущерб интересам истца, у суда не имеется. Обратное истцом в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не доказано.

Суд не усматривает в поведении ответчика умысла в совершении действий (бездействия) вопреки интересам товарищества. В данном случае отсутствует необходимая совокупность условий для привлечения ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков (наличие убытков, противоправность поведения ответчика, причинно-следственная связь между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками).

Руководствуясь 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО19 к ФИО6 о взыскании убытков в суме <данные изъяты> рубля отказать.

Производство по делу в части требований о взыскании убытков в сумме <данные изъяты> рублей прекратить.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд через Фрунзенский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года