Дело № 2-1006/2023 (2-9092/2022) 66RS0004-01-2022-010693-10

Мотивированное решение изготовлено 30.10.2023 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 23 октября 2023 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего Пономарёвой А.А., при секретаре судебного заседания Баженовой А.А.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, расходов, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО4 обратился в суд с иском к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения в размере 64050,00 руб., неустойки в сумме 56364,00 руб. с продолжением начисления по день исполнения обязательства, штрафа, расходов на оплату услуг эксперта 26065,10 руб., услуг представителя 54000 руб., услуг нотариуса 1850 руб., почтовых расходов 259,04 руб., компенсации морального вреда 10000 руб.

В обоснование заявленных требований истец пояснил, что 28.03.2022 г. в <...> в дорожно-транспортном происшествии по вине водителя ФИО3, управлявшим транспортным средством «КАМАЗ», г/н <данные изъяты> был поврежден принадлежащий истцу автомобиль «Хонда», г/н <данные изъяты>. На заявление о страховом возмещении СПАО «Ингосстрах» осуществлена выплата страхового возмещения на условиях обоюдной вины в размере 1/2 части рассчитанной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, с чем истец не согласен, поскольку в ДТП имеется вина только водителя транспортного средства «КАМАЗ».

В судебном заседании истец заявленные требования поддержал, пояснил, что столкновение произошло в месте сужения дороги (на мосту производился ремонт), он на своем автомобиле двигался прямо и не маневрировал, ДТП произошло по причине наезда двигавшегося сзади него транспортного средства «КАМАЗ». В момент столкновения автомобиль истца находился в статичном состоянии, в связи с этим, истец полагает. что водитель ФИО3 неверно определил ширину проезжей части дороги, не занял соответствующего положения на ней, нарушив боковой интервал.

Ответчик СПАО «Ингосстрах» исковые требования не признал, с учетом позиции третьего лица ФИО3 просил в удовлетворении исковых требований отказать, полагая, что обязательства по выплате страхового возмещения, исходя из неустановленной степени вины участников ДТП, исполнены страховщиком надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ФИО3 в судебном заседании пояснил, что его вины в столкновении транспортных средств не имеется, он двигался на транспортном средстве «КАМАЗ» прямо по правому ряду, сужения дороги в месте ДТП не было, автомобиль под управлением истца находился сбоку от него и в движении, именно истец сместился на своем автомобиле вправо, то есть в сторону транспортного средства «КАМАЗ», что привело к столкновению.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, ООО «Динлекс» и АО «АльфаСтрахование» представителей в судебное заседание не направили, письменного отзыва на заявленный иск не представили.

В связи с возникшими разногласиями сторон относительно обстоятельств столкновения определением суда от 06.04.2023 г. по гражданскому делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, на разрешение которой постановлены вопросы:

каков механизм дорожно-транспортного происшествия 28.03.2022 г. в <...> с участием транспортного средства КАМАЗ г/н <данные изъяты>, под управлением ФИО3 и транспортного средства Хонда, г/н <данные изъяты>, под управлением ФИО4 (в том числе, сколько полос для движения имелось на участке дороги в месте ДТП, в какой полосе движения находились транспортные средства в момент ДТП)?

какими пунктами Правил дорожного движения Российской Федерации с технической точки зрения должны были руководствоваться водители транспортных средств КАМАЗ г/н <данные изъяты> и Хонда, г/н <данные изъяты>, в сложившейся дорожной ситуации?

действия какого из водителей транспортного средства с технической точки зрения находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП?

В соответствии с заключением судебной автотехнической экспертизы № 2-234э-23 эксперта ФИО5 (ООО «Независимая экспертиза») в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации наиболее вероятным и наиболее полно согласующимся с материалами дела является механизм ДТП, при котором на исследуемом участке проезжей части в районе ул. Луганская, 59/1Б г. Екатеринбурга (направление в сторону центра города) в связи с проводимыми дорожными работами была уменьшена ширина проезжей части, а также в соответствии с установленным дорожным знаком 5.15.1 «Направление движения по полосам» количество полос для движения было уменьшено с трех до двух. Однако фактически транспортный поток двигался не в два, а в три ряда, поэтому существенно уменьшились боковые интервалы. Автомобиль «КАМАЗ» под управлением ФИО3 двигался по правой полосе в крайнем правом положении, в непосредственной близости от правого края проезжей части, и до сужения проезжей части, и после ее сужения. Автомобиль «Хонда» под управлением ФИО4 двигался в среднем ряду, как до сужения проезжей части, так и после ее сужения. Непосредственно перед столкновением автомобиль «Хонда» располагался преимущественно на правой полосе (при расчете из двух полос), но частично и на левой полосе. Через несколько десятков метров после сужения проезжей части автомобиль «Хонда» остановился, так как остановились другие автомобили, двигавшиеся впереди него по его ряду. Поскольку автомобиль «Хонда» располагался преимущественно на правой полосе, а водитель двигавшегося сзади него автомобиля «КАМАЗ» ФИО3 не своевременно среагировал на изменение дорожной обстановки, не выдержал безопасный боковой интервал (не поместился в оставшееся свободное пространство от автомобиля «Хонда» до правого края проезжей части) и не своевременно применил торможение для остановки своего ТС, то произошел наезд автомобиля «КАМАЗ» на стоящий автомобиль «Хонда».

В результате проведенного исследования экспертом установлено, что в сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля «КАМАЗ» ФИО3 должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 9.1, 9.10, 10.1 ПДД РФ, а также дорожного знака 5.15.1.

Водитель автомобиля «Хонда» ФИО4 должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.4, 9.1, 9.10, 10.1 ПДД РФ и дорожного знака 5.15.1.

Исходя из анализа механизма ДТП и действий его участников, эксперт пришел к выводу о том, что с технической точки зрения в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП находятся как неверные действия водителя автомобиля «Хонда» ФИО4, не соответствующие требованиям пунктов 1.3 и 1.5 ПДД РФ и дорожного знака 5.15.1, так и неверные действия водителя транспортного средства «КАМАЗ» ФИО3, не соответствующие требованиям пунктов 9.10 и 10.1 ч. 2 ПДД РФ.

После возобновления производства по делу истец в судебное заседание не явился, направил своего представителя ФИО1, которая с выводами судебной автотехнической экспертизы не согласилась, полагая, что из экспертного заключения не ясно, какими знаками руководствовался эксперт в своих выводах – постоянными или временными.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» ФИО2 полагала, что в заключении эксперта каких-либо неясностей или противоречий не имеется, по причине обоюдной вины участников ДТП просила в удовлетворении требований отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ФИО3 настаивал на том, что управляемое им транспортное средство «КАМАЗ» находилось на безопасном от автомобиля истца расстоянии.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1); под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода); если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В судебном заседании установлено, что 28.03.2022 г. в 17 час. 40 мин. по адресу: <...> (л.д.21) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства «КАМАЗ», г/н <данные изъяты>, под управлением ФИО3 (собственник ООО «Динлекс», страховой полис ТТТ <данные изъяты> АО «АльфаСтрахование») и транспортного средства «Хонда», г/н <данные изъяты>, под управлением собственника ФИО4 (страховой полис ХХХ <данные изъяты> СПАО «Ингосстрах»).

Из объяснений ФИО4 от 28.03.2022 г. (л.д.24-25) следует, что на своем автомобиле «Хонда» он двигался во втором ряду от бетонного разделителя, направление движения и скорость не менял. При заезде на мост были установлены временные заграждения и знаки сужения дороги справа, вследствие чего водители, двигающиеся по правым полосам, перестраивались в левые ряды. Затем, когда его автомобиль стоял в правом ряду в пробке, сзади в его автомобиль въехал автомобиль «КАМАЗ». Считает, что в столкновении виноват водитель транспортного средства «КАМАЗ», который заблаговременно в месте сужения дороги справа не занял соответствующую полосу для движения и произвел наезд на его стоящий автомобиль.

Согласно объяснениям ФИО3 (л.д. 26-27) он двигался на транспортном средстве «КАМАЗ» по Кольцовскому тракту в сторону г. Екатеринбурга по правому ряду со скоростью 10 км/ч, впереди него слева двигался автомобиль «Хонда», водитель которого начал перестроение на правую полосу движения. Предпринятое экстренное торможение столкновение не предотвратило. Полагает, что в ДТП виноват водитель автомобиля «Хонда», который при перестроении не убедился в безопасности маневра.

Определением инспектора ДПС 8 роты полка ДПС ГИБДД УМВД России г. Екатеринбурга от 28.03.2022 г. в возбуждении дела об административном правонарушении по сообщению о дорожно-транспортном происшествии в отношении ФИО3 и ФИО4 отказано в связи с отсутствием в их действиях состава административного правонарушения.

На заявление ФИО4 от 18.04.2022 г. о выплате страхового возмещения по результатам осмотра автомобиля, на основании экспертного заключения ООО «Авто-Техническое бюро Саттелит» 27.04.2022 г. платежным поручением № 465643 страховщиком СПАО «Ингосстрах» осуществлена выплата страхового возмещения в размере 57450 руб., платежным поручением № 571917 от 23.05.2022 г. осуществлена доплата в сумме 6600 руб., итого: 64050,00 руб., что составляет 1/2 часть от рассчитанной стоимости восстановительного ремонта.

Выводы экспертного заключения о величине затрат на восстановительный ремонт автомобиля, организованного страховщиком, подтверждены экспертным заключением ООО «Эксперт-Профи», организованного финансовым уполномоченным, истцом не оспариваются.

По обстоятельствам столкновения водителями ФИО4 и ФИО3 даются противоречивые пояснения, в связи с чем, развитие дорожной обстановки исследовано в судебном заседании по видеозаписи с камер наружного наблюдения (л.д. 180), а также фотографий с места ДТП, которые были представлены для исследования эксперту при проведении судебной автотехнической экспертизы и были признаны экспертом информативными, дающими представление о механизме столкновения, об объеме, характере образования и локализации имеющихся на автомобилях повреждениях.

Экспертом установлено, что дорога в месте ДТП представляет собой прямой в плане примерно горизонтальный асфальтированный участок в начале моста (перегон) по ул. Луганской в районе строения 59/1Б при приближении к многоярусной развязке с переулком Базовым по направлению движения в центр города, имеет в том числе исследуемую проезжую часть для движения в одном направлении шириной 8,7 м, ограниченную слева бетонными блоками, а справа пластиковыми дорожными разделительными водоналивными блоками (ограждениями), за которыми производился ремонт дороги. Состояние проезжей части – мокрый асфальт, светлое время суток.

На схеме ДТП (л.д. 193) указаны место столкновения и места расположения транспортных средств после столкновения, примерное место установки дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам» и расположение дорожной разметки без указания наименования (вероятно разметка 1.5); места расположения осыпи, осколков, а также следы торможения, скольжения или сдвига не зафиксированы.

По результатам анализа схемы ДТП экспертом определено расположение автомобилей после столкновения и место их столкновения, а также места расположения элементов дорожной инфраструктуры:

общая ширина проезжей части составляет 8,7 м (экспертом указано, что приведенные на схеме красным цветом размеры являются чьей-то доработкой, в оригинале схемы этого не имеется – л.д. 179),

удаление дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам» от места столкновения не указано, по схеме определить невозможно,

линия дорожной разметки, вероятно 1.5, находится на расстоянии 4,5 м от правого края проезжей части и, соответственно, 4,2 м от левого края,

автомобиль «КАМАЗ» находится в правой полосе в крайнем правом положении в непосредственной близости от правого края проезжей части (точное расстояние не указано),

автомобиль «Хонда» находится большей частью в правой полосе, но небольшая часть находится в левой полосе,

при этом оба автомобиля несколько повернуты относительно продольной оси проезжей части: «Хонда» вправо (передняя часть на 10 см ближе к правому краю проезжей части, чем задняя), а «КАМАЗ» влево (передняя часть на 10 см ближе к левому краю проезжей части, чем задняя),

какие-либо следы торможения, смещения, сдвига, а также осыпь осколков или грязе-пылевых наслоений не зафиксированы.

Экспертом исследована видеозапись ДТП (файл 01955 ВОИС_28_03_2022 17.37.10 mp4), из которой из-за недостаточного качества записи достоверно определить исследуемые ТС не представляется возможным, но наиболее подходящие по характерным внешним очертаниям автомобили на видеозаписи просматриваются. В поле зрения камеры находится участок сужения проезжей части, перед которым установлены непросматривающиеся предупреждающие дорожные знаки, а также, вероятнее всего, дорожный знак 4.2.2 «Объезд препятствия слева». Дорожная разметка на исследуемой проезжей части не просматривается.

В результате анализа данной видеозаписи экспертом установлено, что задолго до места ДТП и непосредственно перед местом ДТП в направлении центра города автомобили движутся в три ряда, как до места сужения, так и после него. На всем протяжении зафиксированного участка автомобиль «КАМАЗ» движется в правом ряду, а автомобиль «Хонда» в среднем. Каких-либо видимых перестроений или маневров данные автомобили не совершают.

Вторая видеозапись (файл «Видео.mov»), вероятнее всего, сделана сразу после ДТП, на ней зафиксирована локальная обстановка на месте ДТП. В результате анализа данной видеозаписи экспертом установлено, что мимо стоящего автомобиля «КАМАЗ» другие автомобили могут проезжать в два ряда, дорожная разметка просматривается на небольшом участке (2 неполных штриха), при этом часть линии по ширине покрыта слоем относительно свежего асфальта.

По результатам анализа имеющихся в деле фотографий с места ДТП экспертом установлено следующее:

дорожный знак 5.15.1 «Направление движения по полосам» расположен на расстоянии не менее 30 метров от места столкновения (судя по количеству дорожных разделительных блоков),

сужение проезжей части с правой стороны происходит примерно за 50-70 метров до места ДТП и за несколько метров до знака 5.15.1 оно заканчивается,

после места ДТП сужение или расширение проезжей части в поле зрения также отсутствуют,

дорожная разметка, указанная на схеме, имеется только на участке в несколько метров в районе места ДТП (под автомобилем «Хонда»), а также имеются фрагменты вблизи правого края проезжей части,

автомобиль «КАМАЗ» находится в правой полосе в крайнем правом положении непосредственной близости от правого края проезжей части,

автомобиль «Хонда» находится большей частью в правой полосе, но небольшая часть находится в левой полосе,

исходя из локализации и характера имеющихся на обоих автомобилях повреждений наиболее вероятно, что взаимодействие исследуемых ТС произошло при неподвижном положении автомобиля «Хонда» и движении с небольшой скоростью автомобиля «КАМАЗ», при этом взаимодействие автомобиля «КАМАЗ» происходило только на правую боковую часть «Хонда», с задней поверхностью заднего бампера автомобиля «Хонда» взаимодействия не было.

В результате изучения места ДТП с помощью интернет-ресурса Яндекс-карты экспертом получен общий вид и определена общая организация движения перед местом рассматриваемого ДТП. При обычном движении (без проведения дорожного ремонта) на проезжей части на исследуемом участке имеется три основных полосы и справа начинается полоса разгона/замедления.

На основе установленных исходных данных экспертом сделаны следующие выводы:

на исследуемом участке проезжей части в районе ул. Луганская, 59/1Б г. Екатеринбурга (направление в сторону центра) в соответствии с установленным знаком 5.15.1 «Направление движения по полосам» имелось две полосы для движения, но фактически за счет уменьшения боковых интервалов движение осуществлялось не в два, а в три ряда, при этом ширина проезжей части (8,7 м) физически позволяла автомобилям двигаться с относительно небольшой скоростью в три ряда, так как ширина проезжей части для каждого ряда в этом случае составляла 2,9 м,

какого-либо достоверного подтверждения того, что после места установки дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам» происходило изменение ширины проезжей части в материалах дела нет, по имеющимся в деле материалам достоверно определить такое изменение не представилось возможным,

расположение ТС на проезжей части: автомобиль «КАМАЗ» находился в правой полосе в непосредственной близости от правого края проезжей части (около 20-30 см), а автомобиль «хонда» находился большей частью в правой полосе, но небольшая левая часть автомобиля находилась в левой полосе,

имеющиеся в деле исходные данные и материалы позволяют утверждать, что на большей площади проезжей части дорожная разметка отсутствовала, а где имелась она была в ненадлежащем состоянии (не соответствовала требованиям ГОСТ Р 51256 и ГОСТ Р 52289-2004),

в рассматриваемой ситуации достоверных данных, подтверждающих совершение кем-либо из участников ДТП маневра (перестроения), не имеется.

Наиболее вероятным и полно согласующимся с материалами дела является механизм ДТП, при котором на исследуемом участке проезжей части в районе ул. Луганская, 59/1Б г. Екатеринбурга (направление в сторону центра города) в связи с производимыми дорожными работами была уменьшена ширина проезжей части, а также в соответствии с установленным дорожным знаком 5.15. «Направление движения по полосам» количество полос для движения было уменьшено с трех до двух, но фактически транспортный поток двигался не в два, а в три ряда, поэтому существенно уменьшались боковые интервалы. Автомобиль «КАМАЗ» под управлением ФИО3 двигался по правой полосе в крайнем правом положении, в непосредственной близости от правого края проезжей части, и до сужения проезжей части, и после ее сужения. Автомобиль «Хонда» под управлением ФИО4 двигался в среднем ряду, как до сужения проезжей части, так и после ее сужения. Непосредственно перед столкновением автомобиль «Хонда» располагался преимущественно на правой полосе (при расчете из двух полос), но частично и на левой полосе. Через несколько десятков метров после сужения проезжей части автомобиль «Хонда» остановился, так как остановились другие автомобили, двигавшиеся впереди него по его ряду. Поскольку автомобиль «Хонда» располагался преимущественно на правой полосе, а водитель двигавшегося сзади него автомобиля «КАМАЗ» ФИО3 не своевременно среагировал на изменение дорожной обстановки, не выдержал безопасный боковой интервал (не поместился в оставшееся свободное пространство от автомобиля «Хонда» до правого края проезжей части) и не своевременно применил торможение для остановки своего ТС, то произошел наезд автомобиля «КАМАЗ» на стоящий автомобиль «Хонда».

Оснований сомневаться в установленном экспертом механизме ДТП у суда не имеется, поскольку экспертом в совокупности исследованы все имеющиеся в материалах дела доказательства, на которых зафиксированы обстоятельства столкновения. К заключению специалиста ООО «Уральская палата судебной экспертизы» № УА-203 от 06.06.2022 г., которое представлено истцом в обоснование исковых требований, суд относится критически, поскольку специалистом не приведено, на основании каких объективных сведений и измерений он пришел к выводу о наличии сужения участка дороги в месте столкновения транспортных средств после дорожного знака 5.15.1.

Вместе с тем, как в заключении эксперта, так и в заключении специалиста было установлено, что количество полос, предназначенных для движения, равнялось двум, при этом фактически транспортные средства двигались в три полосы.

При фактически установленной дорожной обстановке, связанной с движением транспортных средств в три полосы при необходимости движения транспортных средств в две полосы, суд соглашается с выводами судебной экспертизы о том, что водитель автомобиля «КАМАЗ» ФИО3 должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 9.1, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, кроме того, должен был руководствоваться требованиями дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам», который устанавливает число полос и разрешенные направления движения на каждой из них.

Водитель ФИО4 должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 1.5. 8.1, 9.1, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения и дорожного знака 5.15.1, кроме того, требованиями п. 8.4 Правил.

Рассматривая вопрос о причинно-следственной связи ДТП от действий водителей суд также соглашается с выводами судебной экспертизы, согласно которым в действиях водителя автомобиля «КАМАЗ» ФИО3 отступлений от требований главы 8 (маневрирование) и главы 9 (расположение на проезжей части) ПДД РФ не усматривается, поскольку он двигался в пределах своей (правой) полосы без изменения рядности и направления движения. При этом водитель автомобиля «Хонда» ФИО4 в нарушение требований дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам» при наличии двух полос для движения двигался по середине проезжей части, то есть сразу по обеим полосам, чем нарушил порядок расположения транспортных средств на проезжей части и создавал опасность для движения других транспортных средств. Соответственно, его действия не соответствовали требованиям пунктов 1.3, 1.5 ПДД РФ и дорожного знака 5.15.1, поскольку при нахождении (движении) автомобиля «Хонда» в пределах своей полосы предпосылки для произошедшего ДТП отсутствовали.

В связи с тем, что автомобиль «Хонда» двигался впереди автомобиля «КАМАЗ», а факт перестроения/смещения автомобиля «Хонда» достоверно не установлен, водитель «КАМАЗ», в свою очередь, должен был следить за соблюдением безопасного бокового интервала с автомобилем «Хонда», а также поддержанием боковой дистанции. В момент остановки автомобиля «Хонда» водитель автомобиля «КАМАЗ» ФИО3 должен был определить факт наличия или отсутствия технической возможности двигаться дальше по своей полосе, а при отсутствии такой возможности двигаться дальше по своей полосе, либо предпринять меры к снижению скорости и остановке в соответствии с ч. 2 ст. 10.1 ПДД РФ, следовательно, его действия с технической точки зрения не соответствовали требованиям пунктов 9.10 и 10.1 ч. 2 ПДД РФ.

Таким образом, в рассматриваемой дорожной ситуации, исходя из анализа механизма ДТП, в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП находятся как неверные действия водителя автомобиля «Хонда» ФИО4, не соответствующие требованиям пунктов 1.3 и 1.5 ПДД, дорожного знака 5.15.1, так и неверные действия водителя автомобиля «КАМАЗ» ФИО3, не соответствующие требованиям пунктов 9.10 и 10.1 ч. 2 ПДД РФ.

К доводам представителя истца о том, что из заключения эксперта не следует, на основании каких знаков (постоянного или временного) им сделаны указанные в заключении выводы, судом отклоняются, поскольку экспертом указано, что после дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам» расположение транспортных средств регламентируется именно им и другими положениями Правил дорожного движения, относящимся к движению по прямолинейному равноширокому участку дороги.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии имеется обоюдная вина как водителя ФИО4, так и водителя ФИО3, степень вины, исходя из обстоятельств столкновения, устанавливается равная, по 50 % каждого.

В соответствии с пунктом 22 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

Страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

С учетом установленной степени вины страховщиком СПАО «Ингосстрах» обязательства по выплате страхового возмещения в общем размере 65050 руб. исполнены надлежащим образом, заявленные требования о взыскании доплаты страхового возмещения и связанные с ними требования о взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда подлежат оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 (<данные изъяты>) к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (ИНН <***>) о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, расходов, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья А.А. Пономарёва