№ Дело №
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
город Тавда 29 августа 2022 года (мотивированное решение от 5 сентября 2022 года)
Тавдинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Чеблуковой М.В., при секретаре судебного заседания Караваевой Ю.Н.,
с участием: помощника Тавдинского городского прокурора Овсянниковой Т.А.,
истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО3 ФИО10 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в Тавдинский районный суд Свердловской области с исковым заявлением к ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», в котором просит взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг в размере 60 000 рублей и расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей,
В обоснование иска указала, что 11 мая 2022 года обратилась в прививочный кабинет ГАУЗ «Тавдинская ЦРБ», чтобы сделать ревакцинацию прививки от клещевого энцефалита. Медсестре прививочного кабинета она передала справку, где указаны сроки ранее сделанных прививок от клещевого энцефалита, О наличии аллергических реакций перед вакцинацией не спрашивали, каких-либо документов на подпись, а также справку о вакцинации ей не дали. При выходе из поликлиники она стала задыхаться, приняла таблетку от аллергии. Дома у нее была высокая температура, которая не сбивалась, поднялось давление, поэтому вечером она вызвала скорую помощь. В выданной ей после прививки памятке пациента она увидела, что ей поставили прививку от COVID-19, которую она ставить не просила и намерения такого не имела, поскольку прививка от COVID-19 ей была поставлена в конце декабря 2021 года. В течение нескольких дней у нее было высокое давление, температура, появилась боль в суставах рук и ног. По ее заявлению в ГАУЗ «Тавдинская ЦРБ» была создана комиссия, которая установила достоверность факта вакцинирования ее от COVID-19 и ухудшения здоровья. 2 июня 2022 года ее укусил клещ, которого она обнаружила 3 июня 2022 года и сразу обратилась в приемное отделение ГАУЗ «Тавдинская ЦРБ». После удаления клеща она попросила поставить ей укол иммуноглобулина, на что получила отказ по причине того, что такой укол ставят только после получения результата исследования клеща. На следующий день она обратилась на прием к терапевту, так как место укуса сильно болело, опухло, сохранялось высокое давление, таблетки не помогали. 6 июня 2022 года она обратилась к инфекционисту, поскольку место укуса болело, имелась припухлость и покраснение. В этот же день ей позвонили и предложили поставить иммуноглобулин, однако прошло уже около 102 часов после укуса. Результаты исследования клеща она получила только 8 июня 2022 года, все эти дни она испытывала сильный психологический стресс, поскольку сомневалась в незараженности клеща.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении. Суду пояснила, что ей не была оказана надлежащая медицинская помощь за которой она обращалась. Размер компенсации морального вреда в размере 60 000 рублей обосновала тем, что она пианист, ее приглашали выступить на проводимых в городе мероприятиях, но в связи с болью в суставах рук она вынуждена была отказаться. Указанная сумма является размером ее среднемесячной заработной платы, которую она недополучила, отказавшись от выступлений.
Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, просила в удовлетворении иска отказать. Пояснила, что категории граждан, подлежащих обязательной вакцинации против клещевого вирусного энцефалита определены п. 7 Приложения № 2 Национального календаря профилактических прививок, календаря профилактических прививок по эпидемическим показаниям и порядка проведения профилактических прививок, утвержденного приказом Минздрава России от 06 декабря 2021 года № 1122н. Истец не относилась к гражданам, имеющим право на бесплатные профилактические прививки, включенные в национальный календарь профилактических прививок, полис на имя ФИО1 в базе ТФОМС Свердловской области отсутствует, соответственно право на получение медицинской помощи в плановом порядке в виде проведения бесплатных профилактических прививок у истца отсутствовало. В Федеральном регистре вакцинированных от коронавируса имелась информация о том, что ФИО1 проведена вакцинация против новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и надлежит ревакцинация. При наличии у истца сомнений в вакцинации она могла отказаться от вакцинации, вследствие чего вакцинация была бы невозможной. При вакцинации против COVID-19 нередко наблюдается появление побочных эффектов, что является вариантом нормы.
Указала, что противоклещевой иммуноглобулин вводится при положительном результате исследования клеща на зараженность вирусом клещевого энцефалита или в случае отсутствия данного исследования в том числе лицам, не привитым против клещевого вирусного энцефалита. 03 июня 2022 года ФИО4 обратилась в приемное отделение ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» за медицинской помощью для удаления клеща. Клещ был удален и направлен на исследование, в отношении ФИО1 организовано медицинское наблюдение. В связи с несвоевременным поступлением результата наличия либо отсутствия у клеща инфекций, 06 июня 2022 года истец посредством телефонной связи была приглашена на прием с целью проведения экстренной профилактики противоклещевым иммуноглобулином, от истца получен отказ. Результат исследования с заключением об отсутствии инфекций в биоматериале поступил 07 июня 2022 года. Считает, что истцом не представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства наличия причинно-следственной связи между установленным диагнозом (гипертонией), а также обострением заболевания (артроз) и действиями (бездействием) ответчика, не представлены доказательства вины ответчика в недобросовестном выполнении своих профессиональных обязанностей. Предусмотренные законом основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда отсутствуют.
Помощник Тавдинского городского прокурора Овсянникова Т.А. выразила мнение об удовлетворении исковых требований ФИО1
Суд, заслушав истца, представителя ответчика, допросив свидетелей, заслушав мнение прокурора, исследовав представленные доказательства, считает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования, возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи;
Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан определены Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".
Согласно п. 6 ст. 4 Закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.
В соответствии с п. 3 ст. 2 Федерального закона медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата( п. 21ст. 2).
Согласно п. 3, 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на получение консультаций врачей-специалистов и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Согласно ч. 2 и ч. 3 ст. 98 Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Исходя из анализа действующего законодательства о здравоохранении, лечение представляет собой реализацию медицинским учреждением индивидуальной тактики оказания медицинской помощи в соответствии с уровнем современной медицины, с соблюдением порядков и стандартов оказания медицинской помощи.
В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей при наличии общих условий и одновременно юридически значимым обстоятельством наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда.
Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.
В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
В силу ст.15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины
Согласно ст. 16 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" одним из прав застрахованного лица является возмещение медицинской организацией ущерба, причиненного в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением ею обязанностей по организации и оказанию медицинской помощи, в соответствии с законодательством Российской Федерации; защиту прав и законных интересов в сфере обязательного медицинского страхования.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В судебном заседании установлено, что 11 мая 2022 года истец ФИО1 обратилась в прививочный кабинет ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» для ревакцинироваться от клещевого энцефалита, сообщив об этом медицинскому работнику прививочного кабинета, одновременно предоставив медицинскую справку от 31 мая 2021 года, в которой имелись указания о двух ранее поставленных 26 апреля 2021 года и 31 мая 2021 года прививках от клещевого энцефалита и дате следующей ревакцинации- 11 мая 2022 года.
Однако работниками медицинского учреждения ФИО1 была вакцинирована от COVID-19 препаратом Гам-КОВИД-Вак. Данный факт подтверждается записям медицинской карты ФИО1, медицинскими справками и не оспаривается ответчиком.
В этот же день, в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО1 был сделан вызов бригады станции скорой медицинской помощи, которой установлено повышение у истца температуры тела до 37,9 и артериального давления 140/90, ей оказана медицинская помощь, что следует из информационного письма отделения скорой медицинской помощи и карты вызова.
12 мая 2022 года в связи с повышением температуры тела до 38,4С и сохранением показателя артериального давления 140/90 истцом вновь была вызвана скорая медицинская помощь. Бригадой скорой медицинской помощи истцу установлен диагноз: поствакцинальная реакция, артериальная гипертензия, оказана медицинская помощь.17 мая 2022 года ФИО1 обратилась в ГАУЗ «Тавдинская ЦРБ» с жалобами на постоянное головокружение, повышением температуры тела до 39С, боли в суставах кистей рук, голеностопных суставов. Заведующим отделением, заведующим центральной районной поликлиникой, врачом-экспертом проведен совместный осмотр ФИО1, в результате которого установлен диагноз: о/артрит суставов кистей рук, голеностопных суставов, назначено лечение.
19 мая 2022 года ФИО1 вновь обратилась на прием с жалобами на головную боль и отечность кистей рук, даны рекомендации по лечению.
Кроме того, в медицинской карте ФИО1 от 4 июня 2022 года имеются сведения об обращении истца на прием к терапевту, поводом для обращения послужил укус клеща 2 июня 2022 года. Из записи следует, что в приемный покой ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» в связи с укусом клеща ФИО1 обратилась 3 июня 2022 года, клещ был удален медицинским работником в день обращения. Во время приема ФИО5 предъявляла жалобы на боль в области укуса, покраснение, ломоту в теле. Назначено лечение, рекомендовано обратиться на прием в инфекционный кабинет.
6 июня 2022 года истец обратилась на прием в кабинет инфекционных заболеваний, ей установлен диагноз: укус клеща в область грудной клетки справа, рекомендовано лечение и наблюдение.
Суд, проанализировав представленные сторонами доказательства в их совокупности и принимая во внимание пояснения истца, которые признает достоверными, приходит к мнению, что ответчиком было допущено нарушение качества медицинских услуг, медицинская помощь истцу ФИО1 при вакцинации и после укуса клеща были оказаны некачественно, с нарушением установленных стандартов.
Довод ответчика в обоснование своей позиции на то, что истец не относилась к гражданам, имеющим право на бесплатные профилактические прививки, включенные в национальный календарь профилактических прививок, соответственно не имела права на получение медицинской помощи в плановом порядке в виде проведения бесплатной прививки от клещевого энцефалита, на выводы суда не влияет, поскольку 26 апреля 2021 года и 31 мая 2021 года в учреждении ответчика ФИО1 была вакцинирована от клещевого энцефалита, как пояснила истец в судебном заседании, данные прививки ей были постановлены бесплатно. Указанные обстоятельства ответчиком не опровергнуты.
В судебном заседании была допрошена свидетель ФИО8, пояснившая, что помнит обращение ФИО1 в прививочный кабинет по поводу вакцинации. Обсуждался вопрос о вакцинации препаратом Гам-КОВИД-Вак, прививка о коронавируса была постановлена истцу после предварительного осмотра фельдшером, выдана памятка пациента. Также свидетель пояснила, что ревакцинация от клещевого энцефалита платная, и пациента отправили бы приобрести вакцину через аптечную сеть.
Пояснения свидетеля суд во внимание не принимает, поскольку они опровергаются пояснениями истца и материалами дела, которыми не установлено, что работниками прививочного кабинета истцу было отказано в бесплатной вакцинации от клещевого энцефалита и разъяснялась возможность провести ревакцинацию от клеща после самостоятельного приобретения истцом соответствующей вакцины в аптечных пунктах.
Тот факт, что в Федеральном реестре вакцинированных от коронавирусной инфекции имелась информация о проведенной вакцинации ФИО1 от коронавируса и необходимости ревакцинации, не могло являться основанием для проведения истцу вакцинации от COVID-19, так как своего согласия истец ни в устной, ни в письменной форме на вакцинацию от коронавируса не давала, в то время как Приказом Минздрава России от 06 декабря 2021 года № 1122н "Об утверждении национального календаря профилактических прививок, календаря профилактических прививок по эпидемическим показаниям и порядка проведения профилактических прививок" предусмотрено, что перед проведением профилактической прививки лицу, подлежащему вакцинации или ревакцинации, или его законному представителю разъясняется необходимость иммунопрофилактики инфекционных болезней, возможные поствакцинальные реакции и осложнения, а также последствия отказа от проведения профилактической прививки и оформляется информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство в соответствии с требованиями статьи 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (п. 4) Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство оформляется, в том числе в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником (ч. 7 ст. 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). В представленных суду медицинских документах ФИО1 информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, а именно вакцинацию, отсутствуют.
Суд также учитывает, что 12 мая 2022 года истец ФИО1 обратилась к главному врачу ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» с заявлением, в котором выразила несогласие с действиями работников прививочного кабинета. На данное обращение ответчиком дан ответ № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что по результатам проведенной комплексной проверки качества и безопасности оказания медицинской помощи на троих медицинских работников наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора, один работник уволен, двое перемещены на иные должности, то есть фактически ответчик признал факт нарушения правил оказания истцу медицинской помощи.
Указание ответчика на то, что ухудшение состояния здоровья в результате вакцинации от COVID-19 является вариантом нормы, суд отклоняет и обращает внимание, что поствакцинальная реакция, артериальная гипертензия и обострение артроза возникли у истца в результате ненадлежащего исполнения работниками прививочного кабинета своих должностных обязанностей, поставившим истцу прививку, о которой она не просила, соответственно не могла предупредить медицинский персонал о наличии у нее каких-либо аллергических реакций и предположить возникновение побочных эффектов.
Разрешая вопрос о причинении истцу морального вреда при оказании ответчиком медицинской помощи в результате укуса клеща суд принимает во внимание следующее.
Приказом Минздрава Свердловской области от 17 мая 2022 года № 1028-п "Об организации мероприятий, направленных на предупреждение и ограничение распространения клещевых инфекций на территории Свердловской области" утвержден Порядок организации оказания в медицинских организациях Свердловской области медицинской помощи лицам, пострадавших от укусов клещей, устанавливающий правила и последовательность проведения медицинских мероприятий при обращении лиц, пострадавших от укусов клещей на территории Свердловской области, эндемичного по клещевому энцефалиту.
Пунктом 4 Порядка предусмотрено, что медицинская помощь пострадавшим от укуса клеща оказывается в виде первичной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях (травматологический пункт, поликлиника, приемное отделение стационара, врачебная амбулатория, офис общей врачебной практики, фельдшерско-акушерский пункт, фельдшерский пункт).
Тактика проведения экстренной профилактики клещевого энцефалита определена п. 13 Порядка, согласно которому экстренная профилактика клещевого энцефалита не проводится при положительном результате исследования клеща на зараженность вирусом клещевого энцефалита, если пациент имеет вакцинальный комплекс (две вакцинирующие прививки с первичной ревакцинацией, отдаленные ревакцинации в регламентируемые сроки (1 раз в три года)) (пп. 1). Противоклещевой иммуноглобулин вводится при положительном результате исследования клеща на зараженность вирусом клещевого энцефалита или в случае отсутствия данного исследования лицам, не привитым против клещевого вирусного энцефалита; получившим неполный курс прививок (имеющих только V1 или V1 и V2 без первичной RV, с нарушением сроков проведения отдаленных ревакцинаций) (пп.2). Экстренная профилактика противоклещевым иммуноглобулином должна проводиться в течение 72 часов после присасывания клеща (пп. 6).
Из материалов дела следует, что укус клеща произошел именно 2 июня 2022 года, что зафиксировано в медицинских документах ФИО1, 3 июня 202 года истец обратилась за медицинской помощью к ответчику, однако, после удаления клеща противоклещевой иммуноглобулин истцу введен не был. При обращении истца с жалобами на боль в области укуса 4 июня 2022 года работниками ГАУЗ «Тавдинская ЦРБ» также не были приняты меры для проведения экстренной профилактики.
При этом, истец ФИО1 вакцинальный комплекс не имела, поскольку 26 апреля 2021 года и 31 мая 2021 года получила только V1 и V2, что отражено в медицинской справке от 31 мая 2021 года, первичную ревакцинацию истец не прошла по вине работника ответчика, ошибочно поставившего истцу вакцину от коронавирусной инфекции, что достоверно установлено в ходе рассмотрения настоящего спора.
Таким образом, после укуса клеща истцу ФИО1 требовалась экстренная профилактика клещевого энцефалита, несмотря на отсутствие результата исследования клеща на зараженность вирусом клещевого энцефалита, в проведении которой ей было отказано без законных на это оснований.
Довод ответчика, что 6 июня 2022 года истцу было предложено проведение экстренной профилактики противоклещевым иммуноглобулином, от получения которой истец отказалась, существенного значения для рассмотрения дела не имеет, поскольку с момента укуса клеща на период 6 июня 2022 года прошло более 72 часов, проведение экстренной профилактики 6 июня 2022 года являлось бы несвоевременной и не имело бы необходимого эффекта.
Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, то предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшему за перенесенные страдания.
Таким образом, представленными сторонами доказательствам в совокупности подтверждено то обстоятельство, что именно в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» истцу был причинен вред здоровью в результате некачественно оказанной медицинской помощи, доказательств обратного в нарушение ст. 12, ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком суду не представлено.
Суд отмечает, что неправомерные действия ответчика, в результате которых состояние здоровья истца ухудшилось, сопровождалось длительным повышением температуры, артериального давления, болями в суставах и отеками, а также переживаниями истца, вызванными укусом клеща при отсутствии вакцинального комплекса и длительного неведения о результатах исследования клеща на зараженность вирусом клещевого энцефалита, бесспорно, вызывали физические и нравственные страдания у истца, в связи с этим ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда, подлежащую взыскания с ответчика, как причинителя вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд учитывает обстоятельства причинения вреда, характер, объем и длительность причиненных истцу нравственных и физических страданий, финансовые возможности бюджетной организации по возмещению вреда. Учитывая принципы разумности и справедливости, суд считает подлежащим взысканию в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей.
При подаче иска истцом была уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика ГАУЗ «Тавдинская центральная районная больница».
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 -199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО3 ФИО11 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» в пользу ФИО3 ФИО12 компенсацию морального вреда в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей, государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Тавдинский районный суд Свердловской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения 5 сентября 2022 года.
Судья Чеблукова М.В.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>