Мотивированное апелляционное определение изготовлено 07.08.2023

Дело № 2-377/2023 (№ 33-10299/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

07.07.2023

г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

при помощнике судьи Бочкаревой В.С.

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело

по иску ФИО4 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО5

на решение Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 07.03.2023.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя Ч., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя истца ФИО6, возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установил а:

ФИО4 обратилась с иском к ФИО5, в котором просила взыскать ущерб в размере 96555,72 руб., услуги эксперта 14000 руб., расходы на почту в размере 855,14 руб., госпошлину в размере 3097 руб., расходы на доверенность в размере 2300 руб., услуги представителя в размере 20000 руб., указав в обоснование, что 21.06.2022 на автодороге Ольховка –Двуреченск, Сысертского района произошло ДТП с участием автомобиля ССАНГ ЙОНГ, г.р.з. ..., под управлением собственника ФИО5, и автомобиля МАЗДА 3, г.р.з. ..., под управлением ФИО7 (собственник ФИО4). Автомобилю истца причинены механические повреждения. Виновником считает ФИО5 ПАО СК «Росгосстрах» выплатила истцу страховое возмещение в общем размере 211975 руб.

Решением Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 07.03.2023 иск удовлетворен частично; взысканы с ФИО5 в пользу ФИО4 ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 96555,72 руб., почтовые расходы в размере 855.14 руб., расходы по госпошлине в размере 3097 руб., расходы по оформлению доверенности на представителя в размере 2300 руб., расходы на представителя в размере 20000 руб., расходы по судебной экспертизе в размере 7500 руб., в остальной части иска отказано, взысканы с ФИО5 в пользу ФБУ Уральского регионального Центра судебных экспертиз МЮ РФ расходы по судебной экспертизе в размере 7500 руб.

Не согласившись с указанным решением, ответчик ФИО5 подал на него апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, распределив вину между участниками ДТП в равных долях, и принять по делу новое решение об удовлетворении иска пропорционально доле вины ответчика.

В заседание судебной коллегии не явились лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом, в частности, заказными письмами с уведомлением от 07.06.2023 (истцом ФИО4 и третьим лицом ФИО7 получены 15.06.2023, заказное письмо, направленное ответчику ФИО5 возвращено в суд за истечением срока хранения), а также посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 04.06.2023, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила о рассмотрении дела в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со ст. ст. 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пунктом 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельца, возмещается на общих основаниях.

В силу ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, застраховавший свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 21.06.2022 на автодороге Ольховка – Двуреченск, Сысертского района произошло ДТП с участием автомобиля ССАНГ ЙОНГ, г.р.з. ...,, под управлением собственника ФИО5, и автомобиля МАЗДА 3, г.р.з. ..., под управлением ФИО7 (собственник ФИО4).

В результате ДТП автомобилю МАЗДА 3, принадлежащему истцу на праве собственности, были причинены механические повреждения.

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ, Правила) «Ограниченная видимость» - видимость водителем дороги в направлении движения, ограниченная рельефом местности, геометрическими параметрами дороги, растительностью, строениями, сооружениями или иными объектами, в том числе транспортными средствами; «Опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия; «Преимущество (приоритет)» - право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.

Согласно п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 13.9 ПДД РФ на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

В силу п. 13.10 ПДД РФ в случае, когда главная дорога на перекрестке меняет направление, водители, движущиеся по главной дороге, должны руководствоваться между собой правилами проезда перекрестков равнозначных дорог. Этими же правилами должны руководствоваться водители, движущиеся по второстепенным дорогам.

Согласно Приложение 1 к Правилам дорожного движения Российской Федерации, дорожные знаки приоритета: 2.1 «Главная дорога». Дорога, на которой предоставлено право преимущественного проезда нерегулируемых перекрестков. 2.4 «Уступите дорогу». Водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по пересекаемой дороге,

На основании вышеизложенных положений и представленных сторонами доказательств суд первой инстанции пришел к выводу, что ДТП произошло по вине водителя ФИО5, который управляя транспортным средством ССАНГ ЙОНГ, относясь безразлично к возможным последствиям в виде ДТП, при движении по второстепенной автодороге Бобровка – Двуреченск, Сысертского района на перекрестке неравнозначных дорог, где главной дорогой является дорога Двуреченск – Ольховка, наблюдая в своем направлении дорожный знак «Уступи дорогу», а так же двигавшийся по главной дороге со стороны Двуреченска во встречном для ФИО5 направлении грузовик который закрывал для ФИО5 двигавшиеся за грузовиком автомобили выехал на перекресток на главную дорогу со второстепенной, не пропустил движущийся по главной дороге автомобиль МАЗДА 3, что явилось причиной ДТП.

При этом суд не принял во внимание доводы ответчика, что МАЗДА 3 в момент ДТП находилась на полосе встречного движения, так как согласно обстоятельств, установленных в судебном заседании, ФИО5 не имел приоритета на выезд со второстепенной дороги на главную, следовательно, автомобиль ФИО5 не должен был находиться там до того как по главной проедет МАЗДА 3.

Кроме того, суд согласился с доводом истца, что ФИО5 не видел какая дорожная обстановка имеет место за движущимся по перекрестку грузовым автомобилем в своем направлении движения, который сначала показал указатель поворота движения по главной, а затем изменил направление движения и продолжил движение по встречному для ФИО5 направлению на второстепенную дорогу. Поэтому наблюдая, что видимость дороги в направлении движения ССАНГ ЙОНГА, ограниченна и закрыта грузовиком, ФИО5 принял решение на выезд со второстепенной дороги на главную, где и произошло столкновение с автомобилем МАЗДА 3, который появился из-за грузовика.

При этом суд посчитал, что даже выезд автомобиля МАЗДА 3 на встречную для него полосу движения не мог являться причиной ДТП, так как автомобиль ССАНГ ЙОНГ появился на траектории МАЗДА 3, двигавшейся по главной дороге, и имеющей приоритет в движении, со второстепенной дороги внезапно из-за двигавшегося впереди автомобиля МАЗДА 3 грузовика. Как следствие, вины водителя автомобиля МАЗДА 3 суд первой инстанции не усмотрел.

С учетом изложенного, у суда первой инстанции имелись основания для удовлетворения иска ФИО4, как потерпевшего в ДТП.

Из материалов дела следует, что ПАО СК «Росгосстрах» выплатила истцу страховое возмещение в общем размере 211975 руб. (103700 руб. страх. возм. + 75863 руб. страх. возм. + 25900 руб. страх. возм. = 205463 руб. + 6522 руб. за проведенную заявителем экспертизу).

Согласно представленного истцом заключения № 20220725-347-ЭЗ от 25.07.2022 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства МАЗДА 3, г.р.з. ..., составляет без учета износа 308530,72 руб., с учетом износа составляет 180300 руб.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции отметил, что страховая выплата произведена в большем размере, но ее размер находится в пределах 10% погрешности.

С целью установления обоснованности заявленного иска, установления возможной гибели транспортного средства определением Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 13.12.2022 по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, которая поручена экспертам ФБУ Уральского регионального Центра судебных экспертиз МЮ РФ.

Согласно заключению эксперта № 75/08-2 от 24.01.2023 ФБУ Уральского регионального Центра судебных экспертиз МЮ РФ рыночная стоимость ремонтно-восстановительных работ транспортного средства МАЗДА 3, г.р.з. ..., составляет 429600 руб. С технической точки зрения гибель транспортного средства МАЗДА 3, г.р.з. ..., не наступила.

Оценивая данное заключение, суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется, так как эксперт перед дачей заключения предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, заключение является полным, мотивированным, выполнено в соответствии с требованиями закона, квалификация эксперта подтверждена документально и сомнений не вызывает, доказательств, свидетельствующих о недопустимости указанного заключения судебного эксперта, в материалы дела сторонами не представлено, в связи с чем посчитал его допустимым доказательством по делу, положив в основу решения заключение эксперта от 24.01.2023.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что сумма устранения недостатков автомобиля составляет 429600 руб., тогда как истец просил взыскать с ответчика в счет возмещения материального ущерба 96555,72 руб., исходя из расчета, что стоимость устранения недостатков ниже, чем определено судебной экспертизой (308530,72 руб.). Размер исковых требований по итогам проведения судебной экспертизы истцом не изменялся.

Как следствие, руководствуясь ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции принял решение по заявленным истцом требованиям, взыскав с ответчика в пользу истца ущерб в размере 96555,72 руб.

В тоже время, требование истца о возмещении расходов по проведению экспертизы в размере 14000 руб. суд признал не подлежащими удовлетворению, поскольку указанные расходы частично возмещены истцу ПАО СК «Росгосстрах» и подлежат возмещению страховщиком, в связи с тем, что лимит страхового возмещения не превышен.

В соответствии с ч. 1 ст. 98, ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд разрешил вопрос о взыскании судебных расходов, в том числе, расходов по оплате услуг представителя.

Так, суд первой инстанции установил, что истцом понесены почтовые расходы в размере 855,14 руб., расходы по госпошлине в размере 3097 руб., расходы по оформлению доверенности на представителя в размере 2300 руб., расходы на услуги представителя в размере 20000 руб.

Указанные расходы суд признал необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика в полном объеме, признав при этом расходы на представителя разумными и справедливыми, с учетом проделанной представителем истца работы.

Поскольку согласно счету на оплату ФБУ Уральского РЦСЭ МЮ РФ стоимость судебной экспертизы составила 15000 руб., определением суда о назначении судебной экспертизы от 13.12.2022 расходы по ее оплате возложены на истца и ответчика в равных долях, истцом представлена квитанция об оплате экспертизы от 26.01.2023 на сумму 7500 руб., доказательств оплаты судебной экспертизы ответчиком суду не представлено, в связи с чем, учитывая удовлетворение исковых требований, суд первой инстанции признал, что с ФИО5 в пользу истца подлежат взысканию расходы по судебной экспертизе в размере 7500 руб., в пользу экспертной организации – 7500 руб.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и правильном определении обстоятельств, имеющих значение по делу, установленных на основании исследованных в судебном разбирательстве доказательств, которым дана оценка по правилам, предусмотренным ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, результаты которой изложены в мотивировочной части решения в соответствии с требованиями, закрепленными ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку обусловлены неправильным толкованием норм материального и процессуального права, а также направлены на переоценку доказательств и обстоятельств, исследованных и установленных судом первой инстанции, при отсутствии на то правовых оснований.

То обстоятельство, что ответчик полагает наличие доли вины в ДТП водителя, управлявшего автомобилем истца, не может служить основанием для изменения или отмены решения суда, поскольку судом первой инстанции однозначно установлено и не вызывает сомнений у судебной коллегии, что в прямой причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП находятся лишь действия ответчика, нарушившего ПДД РФ, выразившиеся в том, что он, двигаясь по второстепенной дороге, при пересечении нерегулируемого перекрестка, несмотря на ограничение видимости дороги (в виде грузового автомобиля), начал движение на перекрестке, не уступив дорогу автомобилю истца, двигающемуся по главной дороге, создав тем самым ему помеху в движении.

Доводы апелляционной жалобы относительно административного материала и его копии отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм процессуального права. В силу ст.ст.12 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет достаточность доказательств, не должен загромождать материалы дела, обязан устранять все не нужное из процесса.

Как следует из материалов дела, копии административного материала в полном объеме были представлены истцом, в связи с чем, необходимости в истребовании оригиналов административного материала не имелось, тем более, что запрета на установление фактов, имеющих юридическое значение по делу, по копиям документов не имеется, тогда как копий какого-либо иного содержания тех же документов суду ответчиком не представлено.

Сам факт того, что сторона ответчика до судебного заседания не знала о наличии в деле копий административного материала, учитывая, что на истце в силу ст. 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не лежала обязанность по представлению ответчику копий документов, так как он является участником производства по делу об административном правонарушении, не может служить достаточным основанием для изменения или отмены решения суда, поскольку ответчику и его представителю не создавалось препятствий к реализации права на ознакомление с материалами дела, чем он не воспользовался по своему усмотрению.

При этом следует учитывать, что, формально ссылаясь на то, что суд не истребовал оригинал административного материала, и, оспаривая свою подпись на схеме ДТП, ответчик не отрицает, что схема ДТП соответствует действительности, искажения сведений о ДТП не содержит, ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции не ходатайствовал о назначении почерковедческой экспертизы.

Не могут быть приняты во внимание и доводы ответчика в части произведенного истцом ремонта автомобиля, но не представления суду каких-либо доказательств понесенных по ремонту автомобиля затрат, так как в силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 3 и 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также принципа диспозитивности в гражданском праве и гражданском процессе, выбор способа защиты нарушенного права, предмета и основания иска принадлежит истцу, тогда как суд рассматривает и разрешает спор в пределах заявленных истцом требованием.

При этом заявитель не учитывает, что в силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации у потерпевшего изначально есть право выбора предъявлять требование о возмещении фактически понесенных затрат на ремонт или затрат, которые он мог бы понести, тогда как у ответчика есть право доказывать что есть иной, более экономичный способ защиты нарушенного права, что в данном деле ответчик не доказал.

Безосновательной, с учетом вышеизложенных мотивов относительно способов зашиты прав истца, является и ссылка ответчика на то, что истец имел право на страховое возмещение в натуральной форме, но не воспользовался этим, избрав получение страхового возмещения в денежной форме.

При этом следует учитывать, что сам факт избрания денежной формы страхового возмещения злоупотреблением права не является, тем более, что, как показала судебная экспертиза, страховое возмещение, выплаченное истцу по соглашению, не было занижено, а, имея вывод эксперта о более высокой среднерыночной стоимости восстановительного ремонта, превышающей при этом стоимость лимита страховой ответственности (429600 руб.), истец не воспользовался правом на увеличение размера исковых требований.

Учитывая вышеизложенное, решение суда является законным и обоснованным, поскольку у суда имелись основания для его принятия, в связи с чем, судебная коллегия не усматривает оснований, влекущих удовлетворение апелляционной жалобы и отмену обжалуемого решения суда первой инстанции.

Иных доводов апелляционная жалоба заявителя не содержит. Оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определил а:

решение Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 07.03.2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика ФИО5 – без удовлетворения.

Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3