№ 3/2-118/2023 Судья первой инстанции: Берлимова Ю.Г.

№ 22К-2996/2023 Судья апелляционной инстанции: Глухова Е.М.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 сентября 2023 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Глуховой Е.М.,

при секретаре судебного заседания – Корохове А.С.,

с участием прокурора – Туробовой А.С.,

защитника – адвоката Брановского М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению заместителя прокурора Херсонской области Кузнецова А.Ю. на постановление Генического районного суда Херсонской области от 31 августа 2023 года, которым в отношении

ФИО1,

ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, <данные изъяты>, зарегистрированного по <адрес>, проживающего по <адрес>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч.4 п. «б» УК РФ,

ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей оставлено без удовлетворения, избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца 5 суток, а всего до 4 месяцев 5 суток, т.е. до 7 ноября 2023 года.

Заслушав доклад судьи о содержании постановления и доводах апелляционного представления прокурора, выслушав участников судебного разбирательства по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Генического районного суда Херсонской области от 31 августа 2023 года ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 оставлено без удовлетворения, избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца 5 суток, а всего до 4 месяцев 5 суток, т.е. до 7 ноября 2023 года по <адрес>.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Херсонской области Кузнецов А.Ю., ссылаясь на незаконность постановления суда вследствие нарушения уголовно-процессуального закона, просит постановление отменить, ходатайство следователя удовлетворить, продлить обвиняемому ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца 5 суток, т.е. до 7 ноября 2023 года.

В обоснование своих доводов прокурор, приводя разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечениях в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что судом при принятии решения об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста не учтены те обстоятельства, что последнему предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ст. 158 ч.4 п. «б» УК РФ, носящего повышенную общественную опасность и групповой характер, часть соучастников до настоящего времени следствием не установлена.

Указывает, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, по месту регистрации не проживает, имеет постоянное место проживания в г. Симферополе Республики Крым, не является собственником жилого помещения и в судебном заседании не представлено сведений о лицах, постоянно или временно проживающих по указанному адресу, в связи с чем у суда отсутствовала возможность определить соответствующий круг лиц и рассмотреть вопрос об ограничении общения с ними в целях предотвращения общения обвиняемых и иных участников судопроизводства, что может препятствовать установлению истины по делу, поскольку ФИО1 будет иметь возможность сообщить соучастникам сведения, ставшие ему известными при ознакомлении с материалами дела.

Полагает, что судом не выяснены реальные возможности контроля исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста с учетом формирования государственных органов Российской Федерации в Херсонской области, в том числе органов контроля за исполнением наказаний.

Считает, что формулировка установленных судом запретов не соответствует запретам, предусмотренным уголовно-процессуальным законом, в частности обжалуемым постановлением установлен запрет вести переговоры с использованием средств связи и сети «Интернет» по обстоятельствам, касающимся расследования уголовного дела, что в условиях военного положения на территории Херсонской области влечет невозможность реального исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, а также, установив запрет обвиняемому общения с определенными лицами и ограничивая его в общении, судом не указаны данные, позволяющие идентифицировать этих лиц.

Указывает, что вышеизложенные обстоятельства в совокупности с характером преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, свидетельствуют о необходимости содержания последнего под стражей, поскольку, находясь на свободе, он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, в связи с чем избрание меры пресечения в виде домашнего ареста не соответствует характеру и степени общественной опасности преступления и данным о личности обвиняемого.

Полагает, что только мера пресечения в виде заключения под стражу исключит возможность ФИО1 продолжить заниматься преступной деятельностью и оказывать воздействие на потерпевших и свидетелей, скрыться от следствия и суда либо иным способом препятствовать объективному ходу расследования.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционного представления прокурора, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно положениям ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 389.15 п.1 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. 7 ч. 4 УПК РФ, устанавливающей принцип законности при производстве по уголовному делу, постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, соответствующий требованиям уголовного и уголовно-процессуального закона, содержащий основанные на материалах дела выводы суда по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

Данные требования закона судом первой инстанции выполнены не в полной мере.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 109 УПК РФ содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяца. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей на срок до 6 месяцев.

Рассматривая ходатайство о продлении срока содержания под стражей, суд в соответствии со ст. 109 ч.8 п.2 УПК РФ вправе принять одно из следующих решений: о продлении срока содержания под стражей; об отказе в удовлетворении ходатайства следователя и освобождении обвиняемого из-под стражи. При отказе в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого судья по собственной инициативе вправе при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, избрать в отношении обвиняемого меру пресечения в виде запрета определенных действий, залога или домашнего ареста.

Как следует из обжалуемого постановления, суд в обоснование решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей, избирая последнему меру пресечения в виде домашнего ареста, указал, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, сославшись на состояние здоровья и иные данные о личности обвиняемого, который положительно характеризуется, женат, имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей, один из которых является инвалидом, а также на обстоятельства инкриминируемого деяния, на длительность и результаты расследования данного уголовного дела, указав при этом, что обвиняемый находится под стражей с 10 апреля 2023 года и за этот период следствием не проведены все необходимые для окончания предварительного следствия следственные действия, а последние следственные действия с обвиняемым проводились 11 мая 2023 года.

Кроме того, судом указано о том, что органом предварительного расследования не представлено данных в обоснование доводов о том, что обвиняемый, оставаясь на свободе, может оказать давление на потерпевшего и свидетелей либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Вместе с тем, из содержания ч.1 ст. 110 УПК РФ следует, что мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Как следует из материалов дела, мера пресечения в виде заключения под стражу ранее была избрана судом в отношении ФИО1 в том числе в связи с достаточными основаниями полагать, что обвиняемый, находясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия и суда. При этом судом учитывались данные о личности обвиняемого и его семейное положение, отсутствие официального источника доходов, наличие у обвиняемого места регистрации и постоянного места жительства, расположенных в ином регионе, как и не в регионе по месту проживания его семьи и малолетних детей.

Однако вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, в обжалуемом постановлении не содержится каких-либо выводов, свидетельствующих о том, что изменились либо отпали обстоятельства, послужившие основаниями для избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

Кроме того, суд первой инстанции, сославшись на отсутствие в представленных органом предварительного расследования материалах данных, свидетельствующих о том, что, находясь на свободе, обвиняемый может оказать давление на потерпевшего и свидетелей либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, принял решение об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста, не приведя при этом ни одного из оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, для избрания меры пресечения в отношении обвиняемого ФИО1

Между тем, любая мера пресечения, в том числе домашний арест, не может быть избрана при отсутствии предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований для ее избрания.

Порядок принятия решений об избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения аналогичен установленному ст. 108 УПК РФ порядку избрания меры пресечения в виде заключения под стражу (ст. 107 ч.3 УПК РФ), однако судом первой инстанции такой порядок в отношении обвиняемого ФИО1 фактически не соблюден.

При этом заслуживают внимания доводы апелляционного представления прокурора о том, что судом не учтены те обстоятельства, что при избрании иной, более мягкой, меры пресечения, чем заключение под стражу, обвиняемый может скрыться от органов предварительного расследования и суда, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу, с учетом тяжести и обстоятельств инкриминируемого ему деяния и данных о личности ФИО1, который по месту регистрации не проживает, а постоянное место жительства обвиняемого как и место его регистрации находится в ином регионе.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что постановление суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей и об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста не может быть признано законным и обоснованным, а допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на исход дела.

На основании ст. 389.23 УПК РФ, в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

При таких обстоятельствах постановление суда первой инстанции подлежит отмене как вынесенное с существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона, а ходатайство следователя о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей подлежит удовлетворению, исходя из следующих оснований.

Как следует из материалов дела, 7 апреля 2023 года возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ст. 158 ч.4 п. «б» УК РФ, по факту кражи, т.е. тайного хищения чужого имущества, совершенного по предварительному сговору группой лиц, с проникновением в хранилище, с причинением ущерба в особо крупном размере в период с ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> в отношении имущества на сумму 2 561 125 руб., по которому ФИО1 13 апреля 2023 года предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч.4 п. «б» УК РФ, как кража, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением ущерба в особо крупном размере.

10 апреля 2023 года ФИО1 был задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении вышеуказанного преступления.

12 апреля 2023 года решением Чрезвычайной комиссии Военно-гражданской администрации по Херсонской области в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 6 месяцев, т.е. до 7 октября 2023 года.

Постановлением Генического районного суда Херсонской области от 3 июля 2023 года в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, т.е. до 3 сентября 2023 года.

Срок предварительного расследования по уголовному делу последовательно продлевался и 22 августа 2023 года продлен соответствующим руководителем следственного органа на 2 месяца, а всего до 7 месяцев, то есть до 7 ноября 2023 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей на срок до 6 месяцев.

Из содержания ч.1 ст. 110 УПК РФ следует, что мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Ходатайство о продлении срока содержания обвиняемого под стражей составлено уполномоченным должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки, с согласия руководителя следственного органа и отвечает требованиям ст. 109 УПК РФ.

Как следует из представленных органом предварительного расследования материалов, в них содержатся достаточные данные об обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к деянию, в совершении которого он обвиняется, о чем свидетельствуют содержащиеся в материалах дела протоколы допроса потерпевшего ФИО5, свидетеля ФИО6

При этом в обсуждение вопроса о виновности ФИО1 при решении вопроса о мере пресечения в отношении обвиняемого суд апелляционной инстанции не входит, поскольку вопросы о доказанности или недоказанности предъявленного обвинения, как и о допустимости либо недопустимости, достоверности и достаточности собранных по уголовному делу доказательств, подлежат разрешению судом при рассмотрении уголовного дела по существу предъявленного обвинения.

Таким образом, судом апелляционной инстанции учитывается, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, относящегося к числу тяжких преступлений, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, что в совокупности с обстоятельствами инкриминируемого деяния и данными о личности обвиняемого, свидетельствует о наличии оснований полагать, что ФИО1, находясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия и суда.

Обстоятельства инкриминируемого ФИО1 деяния, согласно которым последний обвиняется в совершении деяния группой лиц по предварительному сговору с иными лицами, в том числе с неустановленными следствием, свидетельствуют об обоснованности доводов органа предварительного расследования о наличии у обвиняемого реальной возможности для воспрепятствования производству по уголовному делу.

При этом указание суда первой инстанции о том, что органом предварительного расследования не представлено данных в обоснование доводов о том, что обвиняемый, оставаясь на свободе, может оказать давление на потерпевшего и свидетелей либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, не свидетельствуют о необоснованности таких доводов следователя, в том числе и с учетом того обстоятельства, что в период с начала проведения предварительного расследования по настоящему уголовному делу обвиняемый ФИО1 содержался под стражей в частности с целью исключить такой риск, предусмотренный ст. 97 УПК РФ.

Таким образом, с учетом приведенных в ходатайстве следователя мотивов, а также ввиду необходимости проведения указанных следователем следственных и иных процессуальных действий, принимая во внимание, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, относящегося к числу тяжких, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, учитывая обстоятельства инкриминируемого деяния в совокупности с данными о личности обвиняемого, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что при применении иной, более мягкой, меры пресечения, чем заключение под стражу, обвиняемый может скрыться от органов предварительного следствия и суда, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу, т.е. основания, по которым была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, не изменились и не отпали, в связи с чем ходатайство следователя о необходимости продления срока содержания под стражей в отношении ФИО1 является обоснованным.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения меры пресечения обвиняемому на иную, не связанную с содержанием под стражей.

Доводы стороны защиты о том, что необходимость продления в отношении ФИО1 срока содержания под стражей не подтверждается какими-либо фактическими данными, являются несостоятельными. Так, в обоснование заявленного ходатайства следователем были представлены материалы, свидетельствующие о невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения, поскольку вышеуказанные обстоятельства инкриминируемого обвиняемому деяния, за совершение которого уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, в совокупности с данными о личности обвиняемого дают основания полагать о том, обвиняемый, находясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу, в связи с чем иная мера пресечения не обеспечит надлежащего процессуального проведения обвиняемого, что не опровергается ссылками стороны защиты на данные о личности ФИО1, поскольку на данном этапе уголовного судопроизводства указанные защитой данные о личности обвиняемого не являются достаточными основаниями, которые исключали бы реальную возможность совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и давали бы возможность для беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства при применении в отношении ФИО1 иной, более мягкой, меры пресечения.

Каких-либо обстоятельств, дающих основания полагать о неэффективной организации предварительного расследования по данному уголовному делу, не имеется и из представленных материалов дела также не усматривается. Не свидетельствует об этом и непроведение следственных действий с обвиняемым после 11 мая 2023 года, как об этом указано судом первой инстанции, поскольку непроведение следственных действий непосредственно с обвиняемым не свидетельствует о том, что следственные и процессуальные действия по уголовного делу не проводятся.

Сведений об имеющихся у обвиняемого заболеваниях, указанных в Перечне тяжелый заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемый в совершении преступлений, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 3 от 14 января 2011 года, а также доказательств, подтверждающих невозможность содержания ФИО1 под стражей по состоянию здоровья, удостоверенных в порядке ст. 110 ч.1.1 УПК РФ, не имеется.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости продления срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей с учетом срока, указанного в ходатайстве следователя, а также с учетом периода нахождения обвиняемого под домашним арестом в соответствии со ст. 109 ч. 10 УПК РФ, согласно которой в срок содержания под стражей засчитывается время домашнего ареста.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Генического районного суда Херсонской области от 31 августа 2023 года об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста отменить.

Ходатайство следователя СЧ ГСУ ГУ МВД России по Херсонской области ФИО7 о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 удовлетворить.

Продлить обвиняемому ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, срок содержания под стражей на 1 месяц 25 суток, а всего до 4 месяцев 4 суток, т.е. до 7 ноября 2023 года.

Взять ФИО1 под стражу.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Судья Е.М. Глухова