Судья: Иванова И.А. УИД 39RS0002-01-2022-007318-52
Дело №2-451/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
№33-4593/2023
23 августа 2023 года г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:
председательствующего судьи Чашиной Е.В.,
судей Филатовой Н.В., Алексенко Л.В.,
при секретаре Юдиной Т.К.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам истца ФИО1 и ответчика Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калининградской области на решение Центрального районного суда г. Калининграда от 27 марта 2023 г. по исковому заявлению ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калининградской области о признании незаконным отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости, установлении продолжительности страхового стажа, включении периодов работы в специальный стаж, назначении пенсии.
Заслушав доклад судьи Чашиной Е.В., объяснения представителя истца ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы истца и возражавшего против доводов апелляционной жалобы ответчика, объяснения представителя ответчика ФИО3, поддержавшей доводы своей апелляционной жалобы и возражавшей против доводов апелляционной жалобы истца, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением (с учетом последующих уточнений) к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калининградской области о признании незаконным отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости, установлении продолжительности страхового стажа, включении периодов работы в специальный стаж, назначении пенсии, указав в обоснование заявленных требований, что ДД.ММ.ГГГГ г. он обратился к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании п.1 ч.1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», однако ему было отказано по причине отсутствия необходимой продолжительности страхового стажа, который вместо требуемых 20 лет составил только 11 лет 4 месяца 5 дней; по причине отсутствия необходимой величины ИПК, которая вместо требуемой 23,4 составила только 15,629; по причине отсутствия специального стажа, который вместо требуемого 10 лет составил 0 лет 0 месяцев 0 дней. При этом при подсчете его специального стажа необоснованно не были учтены периоды его работы на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината в должности электромонтера по ремонту электрооборудования участка измельчения и флотации с 21.01.1986 по 03.12.1986, с 25.02.1988 по 03.09.1989, в должности мастера реагентного отделения с 04.09.1989 по 19.04.1993. Общая продолжительность его страхового стажа составляет 23 года 6 месяцев 13 дней, в том числе с учетом его работы на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината с 01.01.1991 по 19.04.1993; в Производственно-торговом предприятии «Гаджи» с 30.04.1993 по 16.12.1994; в Отделе охраны при Заряновском ГОВД с 30.01.1995 по 16.05.1995; службы в ОВД Республики Казахстан с 17.05.1995 по 08.06.2000. Ссылаясь на указанные обстоятельства, просил признать недействительным решение пенсионного органа об отказе в назначении пенсии; обязать ответчика установить ему страховой стаж продолжительностью 23 года 6 месяцев 13 дней, а специальный стаж продолжительностью 6 лет 8 дней; включить в специальный стаж вышеперечисленные периоды работы; назначить досрочную страховую пенсию по старости на основании п.1 ч.1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» со ДД.ММ.ГГГГ г., то есть с даты первоначального обращения в пенсионный орган г. Барнаула Алтайского края.
Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 27 марта 2023 г. (с учетом определения от 23 июня 2023 г. об исправлении описки) заявленные ФИО1 исковые требования были удовлетворены частично: на Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калининградской области возложена обязанность включить в специальный стаж ФИО1, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости на основании п.1 ч.1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», периоды работы на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината с 21.01.1986 по 03.12.1986, с 25.02.1988 по 03.09.1989 и с 04.09.1989 по 19.04.1993; включить в страховой стаж ФИО1 периоды работы с 01.01.1991 по 19.04.1993 на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
В апелляционной жалобе истец ФИО1 выражает несогласие с вынесенным решением в той части требований, в удовлетворении которых ему было отказано. Указывает на необоснованность исключения из стажа периода работы с 30.04.1993 по 16.12.1994 в ПТП Гаджи из-за допущенной ошибки при указании в трудовой книжке его отчества, поскольку тождественность личности была установлена в судебном заседании и подтверждается иными доказательствами. Также судом не в полной мере исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства (архивная справка и сведения о состоянии индивидуального лицевого счета), в результате чего не включен период его работы с 30.01.1995 по 16.05.1995. Неверно применив положения п.2 ст. 6 Соглашения о гарантиях прав граждан государств – участников Содружества Независимых Государств области пенсионного обеспечения от 13.03.1992, суд незаконно исключил из страхового стажа период службы в органах внутренних дел Республики Казахстан с 17.05.1995 по 06.06.2000.
В апелляционной жалобе ответчик Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калининградской области выражает несогласие с вынесенным решением в части включения в страховой и специальный стаж истца периодов его работы на территории Республики Казахстан с 01.01.1991 по 19.04.1993. Указывает, что необходимым условием для применения положений Соглашения о гарантиях прав граждан государств – участников Содружества Независимых Государств области пенсионного обеспечения от 13.03.1992 и Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств – членов Евразийского экономического союза от 20.12.2019 является постоянное проживание на территории Российской Федерации. Между тем, истец 05.09.2004 выехал из Российской Федерации на постоянное место жительства в Германию, на территории Калининградской области был зарегистрирован только 11.10.2022. В этой связи с учетом норм указанных соглашений период работы истца в Республике Казахстан не может быть учтен для определения права на пенсию и расчета ее размера.
В судебное заседание остальные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. С учетом положений ст.ст. 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Проверив материалы дела в соответствии с требованиями ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился в Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Барнауле Алтайского края с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании п.1 ч.1 ст. 30 Федерального закона №400-ФЗ от 28 декабря 2013 г. «О страховых пенсиях».
Однако ему было отказано по причине отсутствия необходимого страхового и специального стажа; продолжительность страхового стажа составила 13 лет 8 месяцев 22 дня при требуемой продолжительности 20 лет; продолжительность специального стажа составила 0 лет 0 месяцев 0 дней при требуемой 10 лет.
ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО1 обратился в ОПФР по Калининградской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании п.1 ч.1 ст. 30 Федерального закона №400-ФЗ от 28 декабря 2013 г. «О страховых пенсиях».
Однако ему было отказано по причине отсутствия необходимой продолжительности страхового стажа, который вместо требуемых 20 лет составил 11 лет 4 месяца 5 дней; по причине отсутствия необходимой величины ИПК, которая вместо требуемой 23,4 составила 15,629; по причине отсутствия специального стажа, который вместо требуемого 10 лет составил 0 лет 0 месяцев 0 дней.
При этом при подсчете специального стажа истца не были учтены периоды его работы на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината в должности электромонтера по ремонту электрооборудования участка измельчения и флотации с 21.01.1986 по 03.12.1986, с 25.02.1988 по 03.09.1989, в должности мастера реагентного отделения с 04.09.1989 по 19.04.1993.
При подсчете страхового стажа, влияющего также на размер величины ИПК, не были учтены периоды его работы на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината с 01.01.1991 по 19.04.1993; в Производственно-торговом предприятии «Гаджи» с 30.04.1993 по 16.12.1994; в Отделе охраны при Заряновском ГОВД с 30.01.1995 по 16.05.1995; служба в органах внутренних дел Республики Казахстан с 17.05.1995 по 08.06.2000.
Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности зачета в страховой и специальный стаж ФИО1 соответствующих периодов его работы на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината, в соответствии с положениями Соглашения о гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 г., Федерального закона №400-ФЗ от 28 декабря 2013 г. «О страховых пенсиях» с учетом представленных документов, подтверждающих осуществление трудовой деятельности в эти периоды, работу в тяжелых и вредных условиях труда в должностях, предусмотренных Списком №1. Вместе с тем, включение этих периодов не привело к достижению необходимой продолжительности страхового и специального стажа, поэтому в назначении досрочной страховой пенсии по старости истцу было отказано.
В целом пенсионный орган не оспаривает факт работы истца на обогатительной фабрике Зыряновского свинцового комбината Республики Казахстан, в том числе в должностях и на производствах, предусмотренных Списком №1 1991 г., однако полагает неверным применение к этим спорным правоотношениям Соглашения от 13 марта 1992 г., равно как и действующего в настоящее время Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств – членов Евразийского экономического союза от 20 декабря 2019 г., поскольку основным условием их применения является постоянное проживание на территории Российской Федерации, тогда как ФИО1 в 2004 г. выехал на постоянное место жительства в Германию.
Однако судебная коллегия с такими доводами согласиться не может.
Действительно, положения Соглашения от 13 марта 1992 г., равно как и Соглашения от 20 декабря 2019 г., прежде всего, направлены на сохранение пенсионных прав граждан при переселении с территории одного государства – участника соглашения, на территорию другого государства, также являющегося участником этого соглашения.
В материалах дела имеются документы, подтверждающие, что ФИО1 выехал 5 сентября 2004 г. на постоянное место жительства в Германию. Истцом это обстоятельство и не оспаривалось в ходе рассмотрения дела.
Федеративная Республика Германия участником вышеназванных соглашений не является.
Вместе с тем, выезд истца на постоянное место жительства в Германию имел место уже после того, как он прибыл из Республики Казахстан на постоянное место жительства в Российскую Федерацию; приобрел гражданство Российской Федерации, был документирован паспортом гражданина Российской Федерации; при этом при убытии в 2004 г. на постоянное место жительства в Германию истец гражданство Российской Федерации не утрачивал; в настоящее время он имеет регистрацию по месту жительства в Калининградской области.
Также следует отметить, что все спорные периоды работы ФИО1 имели место до 2000 г., то есть до его переезда на постоянное место жительства из Республики Казахстан в Российскую Федерацию. В настоящее время он зарегистрирован по месту жительства в Российской Федерации.
Таким образом, факт убытия истца в 2004 г. на постоянное место жительства в Германию не может служить основанием для отказа в применении в отношении спорных периодов Соглашения от 13 марта 1992 г. Кроме того, действующее пенсионное законодательство не содержит запрета на получение пенсии гражданами Российской Федерации, выехавшими на постоянное место жительства за ее пределы.
Учитывая изложенное, правовых оснований для удовлетворения поданной ответчиком апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.
В то же время, судебная коллегия находит ряд доводов, приведенных в апелляционной жалобе истца, заслуживающими внимание.
Из ответа ОПФР по Калининградской области следует, что страховой стаж ФИО1 составил 11 лет 4 месяца 5 дней. Вместе с тем, из представленной в материалы дела таблицы подсчета стажа (л.д. 65) следует, что продолжительность страхового стажа, учтенного пенсионным органом, составляет 14 лет 2 месяца 13 дней.
При этом в подсчет данного стажа не был включен период работы истца с 30.04.1993 по 16.12.1994 в Производственно-торговом предприятии «Гаджи» г. Омска. Отказывая в удовлетворении исковых требований в этой части, суд первой инстанции исходил из того, что представленная трудовая книжка истца, в которой имеется запись о его работе в спорный период, содержит ошибку в написании его отчества: указано «Вельгельмович», тогда как правильно «Вильгельмович»; данная ошибка каким-либо образом не устранена, факт принадлежности трудовой книжки истцу не подтверждался.
Однако судебная коллегия с такими выводами согласиться не может, поскольку в материалы дела было представлено достаточное количество документов, подтверждающих факт работы ФИО1 в другие периоды, указанные в этой же трудовой книжке. Таким образом, никаких сомнений в ее принадлежности именно истцу не имеется, а ошибка кадрового работника в написании всего одной буквы отчества работника при совпадении всех иных данных личности истца не может служить основанием для ограничения его пенсионных прав.
В подсчет страхового стажа истца также не был включен период его работы электромонтером в Отделе охраны при Заряновском ГОВД с 30.01.1995 по 16.05.1995. Отказывая в удовлетворении исковых требований в этой части, суд первой инстанции исходил из того, что данный период работы имел место на территории Республики Казахстан и никакими документами, кроме записей в трудовой книжке, не подтвержден.
Однако суд апелляционной инстанции с такими выводами согласиться не может, поскольку в материалах дела (л.д. 54) имеется архивная справка филиала Алтай КГУ «Государственный архив» управления культуры, архивов и документации Восточно-Казахстанской области от 21 февраля 2020 г., полученная на запрос ГУ УПФ РФ в г. Барнауле Алтайского края, согласно которой в документах по личному составу Отдела охраны при Зыряновском городском отделе внутренних дел г. Зыряновска Восточно-Казахстанской области имеются сведения о работе ФИО1: приказ от 30.01.1995 №3 о приеме его на работу электромонтером 4 разряда с 30 января 1995 г., а также приказ от 16.05.1995 (номер не указан) об увольнении по ст. 31 п.5 КЗОТ Республики Казахстан с 16 мая 1995 г.
Таким образом, оспариваемое решение Центрального районного суда г. Калининграда от 27 марта 2023 г. подлежит отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о включении в его страховой стаж периодов работы с 30.04.1993 по 16.12.1994 и с 30.01.1995 по 16.05.1995, с вынесением в этой части нового решения об удовлетворении данных требований.
Вместе с тем, отказ суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований в части включения в страховой стаж периода прохождения службы в органах внутренних дел Республики Казахстан с 17.05.1995 по 08.06.2000, вопреки доводам апелляционной жалобы истца, является законным и обоснованным.
Согласно п.1 ч.1 ст. 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 названного Федерального закона, засчитываются периоды прохождения военной службы, а также другой приравненной к ней службы, предусмотренной Законом РФ от 12 февраля 1993 г. №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей», в том случае, если им предшествовали и (или) за ними следовали периоды работы и (или) иной деятельности (независимо от их продолжительности), указанные в статье 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях».
В силу ст. 1 данного Закона РФ от 12 февраля 1993 г. №4468-1 он распространяет свое действие, в частности, на лиц рядового и начальствующего состава, проходивших службу в органах внутренних дел Российской Федерации, бывшего Союза ССР.
Таким образом, нормы пенсионного законодательства Российской Федерации предусматривают возможность включения в страховой стаж только периодов прохождения службы в органах внутренних дел, которая осуществлялась в органах внутренних дел бывшего СССР и органах внутренних дел Российской Федерации; возможности включения в страховой стаж периодов прохождения службы в органах внутренних дел государств - участников Содружества Независимых Государств, законом не предусмотрено.
Действительно, согласно ст. 4 этого же Закона РФ от 12 февраля 1993 г. №4468-1 пенсионное обеспечение проживающих на территории Российской Федерации лиц, проходивших военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или военную службу по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин в вооруженных силах (армиях, войсках), органах безопасности и иных созданных в соответствии с законодательством воинских формированиях либо службу в органах внутренних дел, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы других государств - участников Содружества Независимых Государств и государств, не являющихся участниками Содружества Независимых Государств, с которыми Российской Федерацией либо бывшим Союзом ССР заключены договоры (соглашения) о социальном обеспечении, а также семей указанных лиц осуществляется в порядке, предусмотренном этими договорами (соглашениями).
Однако в рассматриваемом случае обращение истца связано с назначением страховой пенсии, а не пенсии, предусмотренной указанным выше Законом, соответственно Соглашение о порядке пенсионного обеспечения сотрудников органов внутренних дел и государственного страхования сотрудников органов внутренних дел государств - участников Содружества Независимых Государств от 15 мая 1992 г. к возникшим спорным правоотношениям применению не подлежит.
Вопросы в области пенсионного обеспечения (в частности, страховой пенсии по старости) граждан государств - участников Содружества Независимых Государств урегулированы Соглашением от 13 марта 1992 г. «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», в ст. 1 которого указано, что пенсионное обеспечение граждан государств - участников Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.
В силу п.2 ст. 6 названного Соглашения от 13 марта 1992 г. для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств - участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу Соглашения, то есть до 13 марта 1992 г.
Таким образом, периоды работы и иной деятельности, включаемые в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации.
Действительно, в Письме Минсоцзащиты РФ от 31 января 1994 г. №1-369-18 «О пенсионном обеспечении граждан, прибывших в РФ из государств, ранее входивших в состав СССР», в Распоряжении Правления ПФ РФ от 22 июня 2004 г. №99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР» указывается на возможность при назначении пенсии гражданам, прибывшим в Россию из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 г., учитывать трудовой стаж, приобретенный на территории бывшего СССР за время до 13 марта 1992 года, а также после этой даты на территории государств - участников Соглашения.
Вместе с тем, в этих разъяснительных письмах, равно как и в самом Соглашении от 13 марта 1992 г., прямо указано, что пенсионное обеспечение осуществляется по законодательству страны, на территории которой назначается пенсия, то есть с 14 марта 1992 г. органы, осуществляющие пенсионное обеспечение, руководствуются нормами пенсионного законодательства Российской Федерации.
В рассматриваемом случае спорный период не является периодом трудовой деятельности, включаемой в страховой стаж, а относится к иным периодам, подлежащим включению в этот стаж.
Однако, как выше уже указывалось, законодательством Российской Федерации не предусмотрена возможность включения в страховой стаж такого иного периода, как периода прохождения военной и иной приравненной к ней службы на территории иностранных государств, в том числе стран СНГ; возможно только включение периода прохождения службы в органах внутренних дел бывшего СССР.
Таким образом, правовых оснований для включения в страховой стаж истца периода прохождения им службы в органах внутренних дел Республики Казахстан с 17.05.1995 по 08.06.2000 не имеется.
Также обоснованно судом было отказано в назначении пенсии ФИО1
Действительно, общая продолжительность специального стажа истца составила 6 лет 8 дней, что является достаточным для назначения досрочной страховой пенсии по старости, учитывая, что истец впервые обратился за ней в возрасте <данные изъяты> лет.
Однако необходимой продолжительности страхового стажа 20 лет у него не имеется даже с учетом периодов, учтенных решением суда первой инстанции и настоящим апелляционным определением.
Как выше уже указывалось, продолжительность страхового стажа истца, учтенного пенсионным органом, составляет 14 лет 2 месяца 13 дней. Продолжительность страхового стажа, учтенного судом первой инстанции – 2 года 3 месяца 19 дней. Продолжительность страхового стажа, учтенного настоящим апелляционным определением – 1 год 11 месяцев 4 дня. Таким образом, общая продолжительность страхового стажа истца составляет 18 лет 5 месяцев 6 дней, что меньше требуемого страхового стажа – 20 лет.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Центрального районного суда г. Калининграда от 27 марта 2023 г. отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о включении в страховой стаж периодов работы с 30.04.1993 по 16.12.1994 и с 30.01.1995 по 16.05.1995; вынести в этой части новое решение, которым данные требования удовлетворить, возложить на Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калининградской области обязанность включить в страховой стаж ФИО1 периоды его работы с 30.04.1993 по 16.12.1994 в Производственно-торговом предприятии «Гаджи» и с 30.01.1995 по 16.05.1995 в Отделе охраны при Заряновском ГОВД.
В остальной части решение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 8 сентября 2023 г.
Председательствующий:
Судьи: